Кир Булычев. Алиса и крестоносцы
страница №2
...дожник.— Значит, купец, рыцарь и женщина... вовсе не пришельцы? — догадалась
Алиса.
— Вот именно! — сказал робот-художник.
— А где же пришельцы?
— Надо поймать одного из... этих и спросить — где же пришельцы? --
предложил Арх.
Какими же они были — совсем маленькими? Карликами? А кто же тогда эти
купец, рыцарь и дама? Привидения? Куклы? Нет, Алиса дотрагивалась до купца
— он был горячим. Да и в обморок куклы не падают.
Алисе не пришлось долго ломать голову, потому что робот-художник громко
сказал:
— К нам гости!
И в самом деле, уже известный Алисе купец подошел к кабине и попытался
отыскать вход. Но так как кабину отключили, даже Алисе трудно было бы
догадаться, где в ней дверь.
— Как хорошо! — воскликнула Алиса, вскакивая из-за стола. — А мы как
раз о вас говорили.
Купец не услышал ее слов или сделал вид, что не услышал. Он продолжал
шарить грязными руками по блестящей стене кабины.
— Ничего не получится, — сказала Алиса, подходя ближе, — кабина
отключена.
Наконец-то купец соблаговолил обернуться к Алисе. Он был очень сердит.
И высказал свое недовольство на непонятном языке.
— Простите, к сожалению, я вас не понимаю, — сказала Алиса. — Но
если вы умеете говорить по-русски, по-английски, по-китайски, по-немецки,
по-французски, по-польски или на галактическом языке космолингве, я буду
рада с вами побеседовать.
Купец задумался, словно прислушивался.
Он стоял перед Алисой, прижавшись спиной к кабине и дотрагиваясь до нее
пальцами правой руки, словно боялся, что она улетучится.
Алиса услышала шуршание материи — к кабине быстрыми шагами подходила
черноволосая дама, которая недавно падала в обморок.
Дама остановилась возле кабины и спросила купца на старофранцузском
языке:
— В чем дело? Почему ты здесь, торговец Филипо?
— Дверь закрыта, ваша светлость, — ответил купец.
— Так откройте ее.
— Я не могу, ваша светлость.
— Тогда прикажите этим людям, — женщина показала тонким пальцем на
Алису, — открыть дверь.
С каждой минутой Алиса все лучше понимала речь этих людей. Не все
слова, не все выражения — но понимала. Потому что люди говорили на
старофранцузском языке. А Алиса знала современный французский язык как
родной.
— Дитя мое, — обратился купец к Алисе, — открой эту дверь. Нам надо
уйти.
— А кто вы такие? — спросила Алиса.
— Это тебя не касается, девочка! — ответила знатная дама. — Делай,
как тебе велят!
— И не подумаю, — сказала Алиса. — Это не ваши средневековые
времена!
Сейчас придет еще и рыцарь — нам только его не хватало, подумала
Алиса. Скорей бы Громозека возвращался. Но явно пройдет еще часа два-три,
прежде чем ее друг появится с подмогой.
Алиса оглянулась — вот и рыцарь! Молодой воин шел, склонившись под
тяжестью большого мешка. Он подтащил его к кабине, сбросил на землю и вытер
пот краем не очень белого плаща. Удивительно, что он не умер от жары в
железной рубахе до колен, в кольчужных сапогах и чулках.
— В чем дело? — спросил рыцарь у своих спутников. — Почему вы
задерживаетесь?
— Эти люди не пускают нас, — ответил купец.
— Кто? — Рыцарь посмотрел сверху на Алису. — Эти ничтожные рабы?
Эти слова возмутили робота Арха.
— Как вы сказали? — воскликнул он неприятным сварливым голосом,
уперев в круглые бока длинные членистые конечности. — Кто здесь раб? Кто
здесь ничтожный? А ну, повторите!
— Сейчас повторю, — сказал рыцарь и вытащил из ножен длинный меч.
Девочки Рабэн хором завизжали, но не убежали.
Алиса отметила про себя, что робот Арх уже неплохо освоился в
старофранцузском языке. Что же касается смелости — разве робот может быть
трусливым? Для него нет боли и даже нет смерти. Его всегда можно починить.
— Давай, давай. — Робот подъехал к рыцарю поближе. — Интересно, как
ты будешь доказывать свое превосходство! Кстати, я должен тебе напомнить
одну поговорку, которую в твое время еще не придумали: сила есть — ума не
надо. Ты меня понял, мальчишка?
Алиса поняла: робот нарочно дразнит рыцаря. С какой-то целью. А так как
Алиса привыкла за свою жизнь, что роботы чаще всего умнее многих людей, не
говоря уж о средневековых рыцарях, она отошла на два шага и не вмешивалась в
оживленную беседу.
— Тогда обнажай свое оружие, неизвестный железный рыцарь! --
воскликнул молодой человек. — И защищайся.
Меч сверкнул в воздухе — молодой рыцарь занес его над головой.
Маленький робот стоял неподвижно, лишь в нашлепке — его голове --
поблескивали рецепторы.
— Ух! — воскликнул рыцарь и с силой опустил меч на круглого робота.
Видно, удар был настолько силен, что робот даже присел — металлические
ноги его разъехались. Но он тут же собрался с духом и воскликнул:
— Ха-ха! Что-то не вижу я силы в этом рыцаре!
Положение рыцаря никуда не годилось, потому что от удара его меч
разломился, конец отлетел метров за пятьдесят, и рыцарь, держа в руке
обломок меча, смотрел на него с таким страданием в глазах, что Алисе стало
его жалко, несмотря на то, что он сам во всем был виноват.
— О господи, чем я тебя прогневил! — Голос рыцаря дрожал от слез. --
Этот меч я заслужил в бою, у меня больше нет ни денег, ни сил добыть себе
новый! Лучше дай мне погибнуть, чем пережить такой позор. Я не могу
потерпеть поражение от ничтожного железного карлика.
Интересно, подумала Алиса, как странно устроены средневековые люди. Они
спокойно относятся к такому чуду, как железный робот, и даже согласны с ним
сражаться: для них мир полон чудес, привидений, драконов — и нет ничего
такого, во что бы рыцарь не поверил. Но вот постарайся научить его
пользоваться телефоном или смотреть телевизор — он умрет от удивления.
Впрочем, может быть, я не права?
Алиса была не права. Как она вскоре убедилась, средневековые люди,
словно маленькие дети, попросту не замечали, в упор не видели того, что не
вписывалось в их сознание. Телефона не бывает — значит, мы телефона не
видим...
Немолодая, но стройная черноволосая дама подошла к рыцарю и положила
тонкую руку ему на плечо.
— Не печалься, рыцарь Солсбери, — произнесла она. — Твой меч был
погублен страшным волшебством. И наши славные покровители обязательно
вознаградят тебя за верность, за то, что ты пострадал, охраняя их честь.
— О прекрасная графиня Констанца! — возопил молодой рыцарь. — Ты
хороша, как само утреннее солнце. Я хотел бы провести остаток своих дней у
твоих ног, чтобы защищать тебя от насильников, драконов и сарацинов.
— Прости, Годфри, — трезво заметила дама. — Я не могу взять тебя в
свои рыцари, потому что у тебя сломан меч. Но я надеюсь, что наши друзья его
починят.
Ничего не произошло.
— Ну! — Дама вовсе рассердилась.
Она ударила себя кулачком по правому плечу.
Алиса давно уже обратила внимание на то, что правое плечо у дамы было
чуть-чуть выше левого.
Раздался отвратительный писк, и из-под платья высунулась совершенно
плоская змеиная голова розового цвета. Алиса от неожиданности отскочила
метра на три. Даже отважный робот на всякий случай отступил назад.
— Как ты смеешь меня бить! — крикнула змеиная голова на
старофранцузском языке и начала надуваться, округляясь и сверкая черными
глазками. Вслед за головой из-под платья вылезли остальные части тела
розовой ящерицы, настолько плоской, будто она была резиновой, надувной, и из
нее был выпущен воздух. По мере того как ящерица вылезала на плечо дамы, она
надувалась, и через минуту на плече у дамы сидела крупная ящерица, покрытая
густыми короткими перьями розового цвета. Словно шкурку ящерица получила по
наследству от розовой птицы фламинго.
Как будто подчиняясь сигналу, из-под одежды рыцаря и купца также
вылезли плоские ящерицы и тоже раздулись и ожили. Никто из "носителей"
ящериц этому не удивился. Можно было бы предположить, что эти люди
околдованы, загипнотизированы, порабощены ящерицами и служат им верными
немыми рабами. Но не тут-то было. По тому, как люди вели себя с ящерицами,
ясно было, что все не так просто.
— Ну вот! — первым нарушил молчание робот-художник. — Я же говорил
вам, что постель приспособлена для мелких тварей!
— И горшочек! Ночной горшочек! — хором закричали девочки Рабэн. — Мы
первыми догадались!
— О чем они говорят? — спросила ящерица, сидевшая на плече графини.
— Наверное, о вас, — ответила та.
— Правильно, — вмешалась в разговор Алиса. — Мы раскопали ваше
жилище и обнаружили, что пришельцы уступали людям размером. Поэтому мы так
удивились, когда увидели людей, вылезающих из кабины. А теперь мы
догадались, что вы ездите на людях как наездники.
— Мы их возим добровольно! — возразил купец.
— Но почему? — поразилась Алиса.
— А потому, — ответила ящерица, которая сидела на плече у графини, --
что на Земле все для нас слишком велико. Приходится использовать людей,
чтобы они нас на себе носили и нам служили.
— Осторожнее, — возмутилась графиня. — Без этих речей! Мне не
нравится, когда всякая ящерица будет воображать себя равной графине де
Шатильон!
— Помирились, помирились! — прикрикнула на спорщиков ящерица,
сидевшая на плече рыцаря. — Мы должны быть едины перед лицом общего врага.
— Общий враг — это я? — спросил робот Арх.
— Общий враг — это все, — сказала ящерица. — Кроме тех, кто с нами
дружит или нам подчиняется.
— Может, мы не будем ссориться? — произнесла третья ящерица. — Вы
нас отпустите обратно, а мы не будем вас обижать.
— Мы вас сюда не приглашали, — напомнил робот Арх.
— А зачем он мой меч сломал? Я его в бою добыл! — плаксивым голосом
произнес рыцарь Солсбери. — Где я найду новый меч?
— В бою! Только в бою! — сказала ящерица, которая сидела у него на
плече.
— Ах так! — взревел рыцарь и попытался сбросить ящерицу с плеча.
Но та крепко уцепилась когтями в кольчугу, и у рыцаря ничего не
получилось. Только розовые перья летели во все стороны.
— Прекрати, бездельник! — закричала ящерица, сидевшая на плече у
купца.
У нее в лапке Алиса увидела трубочку бластера, точно такую, как та, что
показывал Громозека. Ящерица прицелилась в рыцаря, чем испугала его ящерицу.
Та заверещала на своем языке, и ящерица купца опустила лапку с
бластером.
Рыцарю тоже надоело воевать со своим наездником, он успокоился, поднял
из пыли конец меча и попытался приставить его к рукояти.
Постепенно все успокоились, и на площадке воцарился мир.
— Вы нас намерены отпустить? — спросила одна из ящериц. — Или мы
вынуждены будем принять меры?
— От того, что вы примете меры, кабина не откроется, — заявил робот
Арх. — Лучше поговорить.
— Нам не о чем с вами говорить, — отрезала ящерица.
— Наоборот, — поддержала робота Алиса. — Чем больше вы нам
расскажете, тем больше у вас шансов возвратиться к своим товарищам. Я
предлагаю уйти в тень, под навес, здесь очень жарко. Там мы поговорим обо
всем.
— Еще чего не хватало! — крикнула ящерица, но она оказалась в
меньшинстве.
Все остальные, словно ждали сигнала, потянулись в тень. Сестрички Рабэн
схватили большой термос и побежали к себе домой, чтобы принести холодного
лимонада.
— Рассказывайте, — попросила Алиса ящериц.
— О чем? — вопросом на вопрос ответила ящерица с плеча графини.
Алиса еще не понимала, кто из ящериц главнее. Впрочем, важнее было,
чтобы ящерицы разговаривали. Лучше разговаривать, чем воевать.
— Обо всем рассказывайте, — сказала Алиса. — О том, откуда вы, зачем
к нам прилетели, куда вы дели нашего друга Ричарда и что вам от нас нужно.
Ящерицы начали переговариваться на своем языке. Люди из Средневековья
отдыхали в тени, разглядывая издали палатки археологов.
— Нас называют космическими бродягами, — сказала первая ящерица,
легко и грациозно скользнула с плеча графини Констанцы на стол и принялась
расхаживать, подняв хвост. Она была длиной в Алисину руку и могла, если
нужно, подниматься на задние лапы.
Оказались эти ящерицы такими гибкими, упругими и твердыми, что Алисе
было трудно поверить в то, что они могли выпускать из себя воздух и
становиться совершенно плоскими, не толще сантиметра, что удобно для
маскировки.
— Нас неверно называть бродягами, — продолжала ящерица на
старофранцузском языке. Видно, она думала, что на Земле все понимают этот
язык. — У нас есть своя планета, о которой нельзя знать простым смертным,
потому что тогда до нас доберутся враги...
Вторая ящерица спрыгнула с плеча купца и, расхаживая рядом со своей
товаркой, продолжила ее речь:
— Мы — типичный пример гонимых и несчастных жертв вражеской агрессии.
Вынужденные сопротивляться ради спасения наших детей и культурных ценностей,
мы посылаем корабли в разные концы Галактики в поисках сырья и различных
товаров, которые необходимы, чтобы мы могли продолжать военные усилия. Таким
образом нам удалось посетить вашу так называемую Землю и найти среди ее
обитателей существа, которые разделяют нашу точку зрения на борьбу за
свободу и независимость нашей родины!
— Вот именно! — Третья ящерица также спрыгнула на стол.
Она чуть прихрамывала, и Алиса увидела, что вместо одной из лапок у
ящерицы протез. Все ящерицы были без одежды, если не считать ремней с
прикрепленными к ним бластерами. Ремень третьей ящерицы был снабжен
несколькими карманами.
— Мы прилетели сюда с мирными намерениями, — заявила хромая ящерица.
— Нам не нужны ваши территории, ваш воздух и ваши люди. Нам нужен уран, нам
нужны золото, кадмий, алмазы. Простые вещи. За которые мы готовы платить
всем, что есть в нашем распоряжении. Мы отыскали милейших людей, которые
готовы нам во всем помочь. А мы тоже помогаем этим людям, как можем.
— Да, видит господь, что это именно так, — произнес купец.
Ящерицы замолкли и стали в ряд перед Алисой, опираясь на хвосты и
сложив на розовых животиках белые лапки. Это были очень красивые ящерицы, но
Алиса им совершенно не верила. Вроде бы все в порядке, тебе рассказывают
интересную историю — почему бы не верить? А вот ты не веришь, и все тут!
— Значит, вы торговцы? — спросил робот Арх.
— В широком смысле этого слова вы правы, — сказала первая ящерица.
— А чем вы сами торгуете? Что вы привезли?
В стане ящериц произошла маленькая заминка — они поворачивали головы,
как бы передавая друг дружке право отвечать на этот вопрос. Наконец третья,
хромая ящерица сказала:
— Я буду искренна с вами: мы торгуем услугами. Мы даем услуги, а берем
товары.
— Что это значит? — спросила Алиса. — Какие еще услуги? Разве вы
рубите лес, моете полы, варите суп?
— Ха-ха-ха! — рассмеялись ящерицы. — Зачем нам варить суп, если мы
всесильные, могучие, мы очень полезные друзья.
— Именно так! — подтвердила графиня Констанца.
— И какая от вас польза? — спросила Алиса.
— Пускай наши друзья сами расскажут, — сказала хромая ящерица. — А
то приходят тут всякие, сомневаются, думают, что мы какие-нибудь космические
разбойники.
— Давай я скажу, — начал купец. — Кто вперед меня на своем круглом
кораблике полетит, поглядит, что на рынке в Багдаде сегодня нужно, а чего
никто не покупает?
— Я полечу, — сказала хромая ящерица.
— Ты, мой коршун, — кивнул купец и погладил ящерицу. — А кто
конкуренту в чай снотворного зелья подсыплет, чтобы тот проспал открытие
базара и товары свои не вынес?
— Для друга — всегда готова! — откликнулась ящерица. — Да что
снотворного, если скажешь, я и смертельного яда подсыплю.
— И мне для тебя ничего не жалко, — сказал купец. — Если нужно для
тебя купить киноварь или бирюзу, привезти алмазы или сапфиры — я готов. Это
я называю дружбой.
— Ясно, — вздохнула Алиса.
Она уже догадывалась о том, что ей скажут другие средневековые люди.
Они, конечно же, попали в рабство к космическим ящерицам, но об этом не
догадываются и никогда не догадаются, потому что хитрые ящерицы обставили
рабство как дружеский союз. Попробовал бы купец отказаться служить ящерицам
и привозить то, что им нужно, — и для него бы нашелся яд.
— А я называю мою ящерицу феей, — сладким голосом сказала графиня
Констанца. — Такая она у меня ласковая, милая, добрая. Если мне нужны шелка
и атлас, ковры и ожерелья, стоит мне только моргнуть — все у меня будет.
— А для твоего мужа — оружие и кольчуги, — добавила ящерица.
— Разумеется! Он же настоящий отважный рыцарь! Он должен воевать.
— Еще бы! — сказал тут молодой рыцарь Солсбери. И Алисе показалось,
что в голосе его звучит недовольство. — Напасть на мирный караван, нарушить
перемирие, захватить и ограбить женщин и детей — это замечательное занятие
для вашего супруга!
— Не смейте так говорить! — Графиня Констанца даже покраснела от
гнева. — Мой муж Рено напал на неверных! А с ними не может быть мира.
— Я не согласен с вами, благородная графиня, — возразил купец, — для
нас, торговых людей, очень важно, чтобы никто не нарушал перемирия. Сегодня
мы нападаем на сарацинский караван, а завтра они нападут на наш. Кто же
тогда повезет вам ковры и драгоценности?
— Мои феи привезут. — Графиня погладила ящерицу, которая опять
взобралась к ней на плечо и прижалась к ее шее. — Ты привезешь мне
драгоценностей, моя крошка?
— Разумеется, графиня, — подтвердила ящерица.
— Тогда приказывай нападать на караваны, сколько тебе хочется.
— Это нам, торговцам, не по душе, — мрачно сказал купец. — Твой муж,
графиня, напал на мирный караван, который принадлежал сестре султана
Саладина, потому что в нем везли в Египет ляпис-лазурь и рубины, которые
были нужны твоим друзьям-феям. Он ограбил караван, не подумав, что подпортил
торговлю всем остальным.
— Да, нам нужны рубины! — закричала ящерица графини. — А ты молчи,
мужлан немытый!
— Да я тебя! — Купец рванулся к ней, но тут Алиса увидела, как
ящерица, опять уже сидевшая у него на шее, вцепилась в нее мелкими зубками.
— Ай-ай-ай! — закричал купец. — Больно!
— Еще не так больно будет, мерзавец, если посмеешь поднять против нас
голос! — пригрозила ящерица, сидевшая на плече графини.
— Вот именно, — сказал молодой рыцарь Солсбери. — Мы все друзья, но
должны помнить свое место. Наши друзья-дракончики помогают нам отыскивать
пути в пустыне, находить рабов, строить крепости. Но мы с ними не спорим...
Алиса увидела, что молодой храмовник усмехнулся. Хотя невесело. Видно,
дружба с ящерицами не всегда его радовала.
— Мне все ясно! — громко заявил круглый робот Арх. — А теперь
признавайтесь, куда вы дели нашего друга Ричарда?
Почему-то никто не захотел ответить на такой простой вопрос.
Графиня сорвала сухую травинку и принялась ее грызть, рыцарь стал
вглядываться в даль, а купец пересчитывал монеты в кошельке, прикрепленном к
поясу.
— Нет, вы не молчите! — встревожилась Алиса. — Вы говорите правду!
Вы ничего не сделали плохого?
— А если сделали, — заявил Арх, — то живыми вы отсюда не выйдете!
Но и на эти слова никто не ответил.
Алиса всерьез встревожилась. Арх приказал остальным археологическим
роботам:
— Взять их!
Видно, ящерицы были уверены в своей безнаказанности и не ожидали
нападения со стороны таких неуклюжих машинок. Не прошло и пяти секунд, как
все три ящерицы болтались в длинных металлических руках роботов — те
держали их за розовые хвосты.
Свободными руками роботы отобрали у ящериц бластеры.
Алиса думала, что сейчас средневековые люди, такие близкие друзья
ящериц, кинутся им на помощь, и была даже готова к этому нападению. Но люди
и с места не двинулись. Глядели, как их друзья болтаются под ветром, и
делали вид, что ничего особенного не случилось.
— Говорите, — приказала Алиса, подходя к первой ящерице.
— А что вам сказать?
— Быстрее!
— Конечно, конечно... Ваш друг Ричард появился у нас, и мы сразу
догадались, что он из другого места. Вернее всего — шпион.
Ящерице было трудно говорить, вися вниз головой, и Алиса велела роботу
поставить ее на стол, но не отпускать.
— Мы стали спрашивать, для кого он шпионит, а он молчит и что-то
приборчиками проверяет...
— Мы хотели дружить! — закричала вторая ящерица. — Только дружить.
— А Ричард, значит, не хотел дружить? — строго спросил робот Арх.
— То есть, с одной стороны, он хотел, а с другой стороны, совсем не
хотел, — пропищала ящерица. — А мы ему говорим: как тебе не стыдно так
плохо с нами дружить!
— Чего уж там, — заявил вдруг купец. — Стали они его пытать.
— Пытать? Ричарда! — У Алисы даже голос сорвался. — И вы говорите,
что вы не пираты и не разбойники?
— Мы культурные путешественники, — заявила одна из ящериц. — Если с
нами тоже говорят культурно, мы никогда не делаем больно. Но если с нами
разговаривают грубо...
— Тогда мы делаем больно! — закричала вторая ящерица.
— А ваш Ричард оказался совершенно некультурным.
Тут снова в разговор вмешался купец:
— Они его били, колотили, током мучили, но скоро поняли, что ничего
поделать не смогут.
— И что же тогда? — со страхом спросила Алиса.
— А тогда вышел вперед мой дорогой муженек, — сладко улыбнулась
графиня Констанца, — и сказал: "Так у вас дело не пойдет. У меня есть план.
Через пять минут ваш пленник заговорит как миленький".
— И он заговорил как миленький, — сказал купец. — Потому что нет на
свете большего мерзавца и более жестокого изверга, чем граф Райнольд де
Шатильон, которого обычно называют графом Рено.
— Еще бы не стать жестоким, — возразила графиня Констанца, — если
эти проклятые арабы держали его в плену шестнадцать лет. Я чуть не поседела
за эти годы без мужа.
— Но пожалела денежек на его выкуп, — заметил злоязычный купец.
— Так что же придумал ваш граф? — спросила Алиса. Она спешила, нельзя
было терять ни минуты — может быть, от них зависит спасение Ричарда.
Графиня не захотела рассказывать дальше. Рыцарь Солсбери тоже молчал.
Пришлось снова говорить купцу:
— Помните, вам говорили, что граф Рено захватил мирный арабский
караван и нарушил этим перемирие?
Алиса кивнула.
— В том караване была девочка. Совсем еще маленькая. И он приказал ее
привести.
— Ну ладно, ладно, — сказала графиня. — Рассказал, и дело с концом.
Дальше неинтересно.
— Еще как интересно, — не согласился с ней купец. — Они притащили
девочку и говорят: если ты сейчас нам все не расскажешь, мы будем девочку
мучить!
— Ой! Не может быть! — воскликнула Алиса.
— А чего такого, чего такого? — закричала одна из ящериц. — Нам
нужна была информация, а ваш Ричард пожалел ее нам отдать. Пришлось нам
искать новые пути. Мы же умные. Вот и нашли.
— Вы с графом негодяи! — сказал Арх. — Мне жаль, что я робот и не
имею права причинять людям вред. А то бы я оторвал вам всем головы.
— Попрошу без этого! — возмутилась графиня. — Живете через тысячу
лет после нас, а сами куда хуже нас воспитаны! Угрожаете беззащитной
женщине.
Тут уж даже роботу Арху ничего не оставалось, как развести руками.
— Продолжайте, — сказала Алиса, глядя на графиню.
Та чувствовала себя неловко, но продолжала рассказ:
— Эту паршивую сарацинку привели, привязали к столбу, и мой дорогой
муженек Рено сказал: "Не расскажешь, зачем приехал, — вышибу дух из этой
паршивки. Будешь врать — сам посмотришь, что будет дальше".
— И что Ричард? — спросила Алиса.
— А твой Ричард сдуру начал кричать, что он не позволит, что так
нельзя с детьми обращаться, что мы за это дорого заплатим! Известные штучки.
Слышали мы такое.
Купец и рыцарь ордена тамплиеров стали кивать, подтверждая слова
графини.
— Тогда моему муженьку пришлось врезать девчонке по носу. Кровь
ручьем, вопль — до самого Иерусалима слышно! Эти местные дети такие
невоспитанные! Она мне чуть на платье не попала кровью — хорошо, я успела
отскочить.
И графиня снова заливисто рассмеялась.
Алиса еле сдерживалась, чтобы не кинуться на эту феодальную негодяйку.
А графиня словно и не замечала ее состояния.
— Тут твой Ричард, должна сказать, показал себя совершенным сопляком.
Ну какой настоящий рыцарь и мужчина будет переживать из-за сарацинки? --
продолжала графиня. — А Ричард закричал, что признается во всем. И
признался, что прилетел к нам из будущего. Что у него есть машина, которая
позволяет человеку летать из века в век.
— Мы внимательно следили за твоим другом, — пропищала ящерица. --
Ричард попытался умолчать, как пользоваться машиной, но тут...
— Нет, я сама скажу, сама! — закричала графиня. — Я хочу сама!
— Ну что ж, говори, графиня, — согласилась ящерица.
— Я вцепилась ноготками в щеку девчонки, — графиня побледнела от
сладкого воспоминания, — и расцарапала ее, как пантера!
— Вы больная, — сказала Алиса. — Вы больная злобная садистка. Вас
надо лечить.
— Правильно. — Графиня вовсе не обиделась. — Меня надо лечить от
доброты. Я слишком добренькая для Палестины, где так жарко и такие жестокие
сарацины. Скоро мы пойдем на них в большой поход, и тогда никто не останется
в живых!
Алисе было жалко и Ричарда, и неизвестную девочку. Но как его
освободить?
Наступило тяжелое молчание.
Не только Алисе и роботам было противно смотреть на эту графиню, но
даже купец и рыцарь Солсбери глядели в землю.
А хромая ящерица сказала:
— Нам очень трудно разговаривать с вами, если нас держат за хвосты,
как селедок. Теперь вы все знаете, так что можно нас отпустить. Мы никуда не
убежим.
Археологические роботы отпустили ящериц, те взобрались на плечи своих
средневековых спутников и обернулись вокруг их шей, словно розовые шарфы.
— Вы их всегда так носите? — спросила Алиса.
— Так удобнее, — коротко ответил рыцарь. — Мой друг дракончик всегда
может подсказать мне или посоветовать, что делать.
— И вы его слушаетесь?
— Разумеется, — твердо произнес рыцарь. — Нам так выгоднее.
Ящерица, которая лежала у него на плечах, подняла лапку, легонько
ударила рыцаря по щеке, и тот послушно замолчал.
— Мне тоже хотелось с вами поговорить, — сказала ящерица Алисе. --
Как я вижу, нам куда выгоднее иметь с вами дело, чем с вашими предками. Надо
будет обсудить условия договора. Мы хотим, чтобы вы так же дружили с нами,
как вот эти.
И ящерица потрепала лапкой рыцаря по уху.
— Сначала пускай возвратится Ричард, — сказала Алиса.
— Чтобы он возвратился, — ответила ящерица, — нам надо вернуться
домой, рассказать о нашей с вами встрече и принять решение.
— Мы не отпустим вас, пока не возвратится Ричард! — заявил робот.
— Только попробуйте! — рассмеялась ящерица.
— Если кто-то из нас не вернется вовремя, вашего Ричарда замучают и
разрежут на куски. А вы даже его тела никогда не найдете.
Рыцарь Солсбери поднял с земли туго набитый мешок и шагнул к кабине.
— А это еще что? — спросила Алиса.
— Это образцы товаров, которые я нашел вон там...
И он показал назад, на белые домики поселка.
— Обокрал кого-то в поселке? — поинтересовался робот Арх.
— Рыцари-храмовники никогда ничего не крадут! — гордо произнес
Солсбери. — Я с ними поменялся.
— Надеюсь, вы никому не нанесли вреда? — строго проговорила Алиса.
— Мы совершенно безвредные, — ответила ящерица за своего рыцаря.
— И на том спасибо. — Алиса глядела, как незваные гости уходят к
машине времени. — Скажите Ричарду, что мы ждем и беспокоимся.
— Предупреждаю, — сказал робот Арх, — ни один волос не должен упасть
с головы Ричарда Темпеста. Иначе вы будете иметь дело со мной, Архом
непобедимым.
— Ладно, не пугай, — ответила ящерица с плеча графини.
Глава 6
Наконец последний из пришельцев исчез в кабине.
Алиса и роботы стояли у входа в нее, все еще не в силах прийти в себя.
И хоть это была далеко не первая встреча Алисы с пришельцами, она оказалась
самой необычной.
— Хорошо, что мы не стали с ними ссориться, — сказала Алиса. — Вот
все и кончилось.
— Сомневаюсь, — ответил робот Арх. — Ты забыла, что они сделали с
сарацинской девочкой. Кстати, что такое — сарацинская девочка? Это
национальность или специальность?
— Сарацинская — значит, мусульманская девочка: арабская, египетская,
персидская — для крестоносцев все жители этих мест делились на сарацинов,
евреев и франков. Франками называли европейцев.
— Это важно запомнить, — произнес робот Арх, который любил повторять,
что он уже умнее многих людей, а скоро будет умнее всех.
Стало жарко. Откуда-то прилетела пчела и кружилась над Алисой. Поднимая
пыль, прибежали близняшки Рабэн.
— А где дядя рыцарь? — воскликнула одна из них.
— Зачем тебе дядя рыцарь? — спросил робот Арх.
— У нас такое интересное событие! — сообщила вторая девочка. — Мы
ему хотим рассказать.
— Тогда расскажите мне, — посоветовала Алиса.
— Нас обокрали! — хором заявили девочки.
Они, видно, думали, что Алиса страшно удивится, но она вовсе не
удивилась, потому что догадывалась об этом раньше.
— И много всего украли? — спросила Алиса.
— Кофемолку! — сказала одна из девочек.
— Когда мама придет с работы, она, наверно, огорчится.
— Еще бы, — согласился Арх. — Ну кому нужна кофемолка?
Алиса поглядывала на кабину — ждала, когда из нее покажется Ричард. Но
Ричарда все не было. Одна из девочек перехватила ее взгляд.
— А может быть, дядю Ричарда тоже украли? — спросила она. — Вместе с
кофемолкой.
Девочки захихикали, а робот Арх сердито сказал:
— Не вижу в этом ничего смешного.
Прошло уже минут десять, а Ричарда все не было.
— Может, он устал и немного отдыхает? — сказал один из
археологических роботов.
— Не надо меня успокаивать! — обиделась Алиса. — Я понимаю, что
сделала глупость. Разве можно было так доверяться этим ползунам? Вся эта
компания мне с самого начала не понравилась.
— Вот и надо было сказать об этом вслух! — заявил робот Арх. — А то
получается, что ты чувствовала с самого начала, а я ничего не чувствовал,
потому что я механическая машина, никому не нужный и презираемый робот, то
есть железная банка.
— Не ссорьтесь, дядя и тетя! — сказали девочки Рабэн. — Вы должны
дружить.
Для этих малышей робот, похожий на шар с ножками и ручками, и старшая
девочка были дядей и тетей. Двойняшки привыкли жить среди разумных машин.
— Еще пять минут! — сказал робот Арх.
— И что тогда? — спросила Алиса.
— Тогда я пойду в это прошлое и покажу им, где раки зимуют.
— Может, подождем, пока приедет Громозека?
— Ты жди, — ответил робот. — А я не могу рисковать. Каждая минута
грозит жизни Ричарда. Неужели не понимаешь, в руки к каким палачам и
обманщикам он угодил? Они же здесь только что уверяли, что они добрые,
разумные, гуманные. А на самом деле?
— На самом деле я с тобой совершенно согласна, — сказала Алиса. — Мы
с собой бластеры берем?
— Сомневаюсь, — ответил робот, — потому что я думаю, что их там
тьма-тьмущая. И всех ты и не перестреляешь.
— Я не хочу никого перестреливать! — воскликнула Алиса.
— Тем более не надо. Мы должны одолеть их умом, сообразительностью и
выдержкой. Вот наше оружие!
Алиса кинулась к компьютеру и включила видеофон — она быстро
наговорила ему краткий отчет о том, что случилось, пока Громозеки не было, и
сказала, что они с роботом Архом решили спешно отправиться в прошлое --
попытаться спасти Ричарда, потому что они опасаются за его жизнь.
После этого Алиса велела оставшимся роботам и сестричкам Рабэн беречь
запись и дополнить ее рассказ своими наблюдениями. Девочки Рабэн тоже
обещали все рассказать Громозеке.
Алиса вошла в кабину. Шар на коротких ножках вбежал за ней и прижался к
ее ногам. Его голова-нашлепка крутилась у Алисиной груди.
— Поехали! — сказал робот.
Алиса нажала горящую кнопку перелета в 1190 год.
Тут же дверь закрылась, стало темно, голова закружилась, послышался
звон, и показалось, что быстро-быстро падаешь с крутой горы. Неизвестно,
сколько продолжалось это падение.
Затем свет в кабине зажегся.
И кабина тут же начала растворяться.
И исчезла. На ее месте осталось лишь легкое туманное облачко — для
того, чтобы путешественники во времени знали, где оставлена дверь в будущее.
Алиса и робот Арх стояли на том же месте Палестины, на котором будут
стоять через девятьсот лет.
Глава 7
Как странно!
Местность почти не изменилась. Только развалины на вершине холма
превратились в целый, грозный, с четырьмя башнями могучий каменный замок.
Там, где в наше время была сухая степь, добегавшая до сиреневого шоссе,
тянулось уже убранное поле, на котором остались лишь сухие стебли. Вместо
шоссе пыльная разбитая дорога вела наверх, к воротам замка. Вдоль дороги
медленно брело небольшое стадо овец. За ним шел пастух.
Солнце пекло так же, как и в двадцать первом веке, и ветерок,
долетавший от недалекого моря, почти не охлаждал кожу.
— Я ничего не понимаю, — произнесла Алиса.
— Если уж я не понимаю, — сказал робот, — то о тебе и говорить не
приходится.
— Может, мы ошиблись временем? — спросила Алиса. — Два-три года
могут показаться мелочью для кабины...
— Не говори глупостей, девочка, — оборвал ее робот. — Ты отлично
знаешь, что для электроники ошибка в одну минуту уже трагедия. Лучше
посмотри под ноги.
Алиса подчинилась роботу и посмотрела под ноги.
И поняла, почему он просил об этом: земля была истоптана, колоски вбиты
в пыль — еще недавно здесь ходило много людей.
— Но где все люди? — спросила Алиса.
— Я предлагаю, — сказал робот Арх, — подойти к пастуху и спросить
его: куда все ушли? Ведь он же здесь давно. И наверняка видел наших с тобой
знакомых.
— Пойдем к пастуху, — согласилась Алиса.
Она не ожидала такого от ящериц. Ну ладно, не хотите освобождать
Ричарда, мы этого добьемся и без вашего желания, но куда вы исчезли?
Они поднялись к дороге. Смуглый пастух смотрел на них, опершись о
посох.
— Молодой человек! — крикнула Алиса. — Вы меня слышите?
— Ты на каком языке его зовешь? — удивился робот.
— Ой, я забыла! Я по-русски его позвала.
Алиса с роботом подбежали к пастуху. Овцы остановились и пропустили их
и тут же снова принялись щипать скудную траву.
— Здравствуй! — произнесла по-арабски Алиса. — Ты здесь никого не
видел?
Пастух оказался совсем молодым парнем в длинном сером халате, босиком.
Его черные кудри были спутаны и лежали на голове, будто никогда не чесанная
и не мытая шапка.
Пастух обратил к Алисе черные глаза. Он ее не боялся. Но ничего не
понимал.
Лицо его было знакомо. Откуда? Конечно же, с фотографии, что ей показал
Громозека! Но на той фотографии была и она сама. Кто же тогда сделал снимок?
И не успела Алиса подумать об этом, как услышала слабый щелчок. Она
оглянулась. Розовая тень мелькнула в траве.
— Это какая-то ловушка, — насторожился робот Арх. — Неужели ты не
чувствуешь, как они за нами наблюдают?
— Не понимаю, — произнесла Алиса. — Зачем им за нами наблюдать? Мы
же не прячемся. В крайнем случае они могут нас перестрелять из бластеров.
— Ну уж на это они не решатся! Громозека от них мокрого места не
оставит.
— Во-первых, они незнакомы с Громозекой...
— Их счастье, — ответил робот.
Пастух, который слышал разговор Алисы с роботом, что-то сообразил,
потому что стал показывать на замок и быстро говорить, словно предупреждал
об опасности.
— Я думаю, что он прав, — сказал робот, хотя Алиса была уверена, что
он ничего не понял. — Кроме как в замке им негде спрятаться.
— Не будем терять время даром, — согласилась Алиса, и они побежали
вверх по дороге, ведущей к воротам замка.
Замок был обнесен глубоким рвом, но воды в нем не оказалось — на дне
лежали острые камни. Подъемный мост был опущен, и решетка, перекрывавшая
ворота, приподнята.
У ворот в тени под башней стоял воин в кожаных штанах и кольчужной
рубахе, но босой.
— Эй! — сказал он лениво. — Вы кто и куда?
Удивительный мир, подумала Алиса. Ничему они не удивляются, ни на кого
глаза не таращат. Как будто эти средневековые люди уже всю Галактику
облетели.
— Нам нужна графиня Констанца де Шатильон, — объяснила Алиса. — Как
ее найти?
— А вот прямо пройдете, — ответил воин, — справа будет арка,
поверните под нее и поднимитесь на второй этаж. Они только что туда
пробежали, заседают, наверное.
— Кто — они? — заинтересовалась Алиса.
— Наша госпожа, — ответил воин, — и ее черти розовые.
— Все правильно. Черти розовые! — согласилась Алиса и вошла в замок.
За ней последовал робот Арх.
Внутри замка текла неспешная средневековая жизнь. Над кузницей
поднимался черный дым, и слышны были удары молота по металлу, кони
волновались, били копытами у коновязи, два поваренка свежевали барана, а
какой-то бездельник-рыцарь давал им ценные указания. Поджарая собака
кружилась вокруг поварят, а за ней бегал малыш, грязный и голый — норовил
схватить пса за хвост.
Алиса и ее спутник повернули под арку и поднялись на второй этаж.
Никто на них не обратил внимания.
Они оказались в гулком обширном зале, узкие окна которого располагались
высоко над головой.
За длинным столом сидели известные уже Алисе средневековые люди, к
которым прибавился еще один господин — толстый, плешивый, в вышитом золотом
костюме, похожем на детскую распашонку, а его жирные ляжки были обтянуты
серыми рейтузами. У толстяка был длинный тоскливый нос, да и все лицо у него
было тоскливым.
Несколько розовых ящериц сидели на столе или бегали по нему.
Центром внимания всех этих господ была куча вещей, лежащая посреди
стола рядом с пустым мешком.
Алиса сразу сообразила, что это тот мешок, который таскал молодой
рыцарь-храмовник, потому что посреди стола стояла электрическая кофемолка.
— Ого! — сообразил робот. — Они любуются трофеями из нашего века.
Вот почему они забыли нас встретить.
Средневековые люди и ящерицы и теперь не обращали на Алису и робота
никакого внимания.
Графиня Констанца подняла на руки обыкновенную говорящую куклу одной из
сестричек Рабэн и наклонила ее. "Ой, мама, я хочу кушать!" — сказала кукла
на языке иврит. И несколько раз хлопнула ресницами.
Графиня Констанца не поняла, но захохотала.
Никто ее не поддержал — купец любовался настольной лампой, рыцарь
крутил в руке складной швейцарский ножик с тридцатью лезвиями, толстяк с
длинным носом наслаждался стеклянной пепельницей с замурованной в нее
настоящей бразильской бабочкой. Многое было украдено храмовником из дома
гидрографов Рабэнов, но были там и предметы из других мест. Например,
портативный микроскоп Громозеки и запасные глаза для роботов. Когда они
успели все это украсть, Алиса не представляла.
Алиса с роботом подошли к столу поближе.
Тут хромая ящерица на протезе заметила, что в замке гости, и спросила:
— А вы что здесь делаете?
— Мы пришли освободить Ричарда, — произнесла Алиса.
— Какой Ричард! — воскликнула Констанца. — Какой еще Ричард! Вы же
видите, мы изучаем трофеи!
— Это не совсем трофеи, — вежливо сказала Алиса. — Это вещи, которые
вы у нас украли.
— Женщина, — возразила одна из ящериц, — в нашем языке нет слова
"красть". Это глупое слово. Если тебе выгодно, если ты сильный, то ты сам
берешь.
— Дельно сказано, — заявил рыцарь с тоскливым носом. — Неплохие
парни эти дракончики.
Он обернулся к Алисе:
— А вы откуда будете, прекрасная дама? Из будущего?
— Да. И мне хочется поскорее найти нашего друга.
— Найдем. — Мужчина поднялся со стула. Алиса увидела, что у него
странная фигура — маленькая головка с усами, громадный, отвисающий к ногам
живот и тонкие ноги, которым трудно удержать этот мешок жира. — Ты мне
нравишься, неизвестная красавица. Я буду за тобой ухаживать.
— Не говори глупостей, мой дорогой супруг, — сказала ядовитым голосом
графиня Констанца. — Неужели ты не видишь, что это просто рослый ребенок?
Они там в будущем все переростки.
— Как жаль, — сказал толстяк и представился Алисе: — Граф Райнольд
де Шатильон к вашим услугам. Владелец замка Крак де Шевалье и будущий король
иерусалимский.
— Алиса Селезнева, — ответила Алиса.
— Ведущий специалист по археологии, — представился, выкатившись
вперед, робот Арх. — Алиса сопровождает меня в моей поездке сюда.
Алиса хотела было возразить, но потом только улыбнулась.
— Ну сколько же можно спрашивать вас об одном и том же? — воскликнула
Алиса. — Где Ричард? И если вы мне не ответите немедленно, то вам придется
иметь дело не со мной, а с самим господином Громозекой.
— А господин Громозека шутить не любит, — добавил Арх.
— Это еще что за рыцарь? — спросил граф де Шатильон. — Я его не
встречал в Святой земле.
— Не дай бог вам его встретить! — предупредил Арх.
— Не ссорьтесь, — вмешалась в разговор хромая ящерица. — Мы видим,
сколько в вашем будущем есть отличных вещей. Давайте дружить!
— При условии, что вы освободите Ричарда, — сказал робот Арх.
— Мы рады будем его освободить, — ответила ящерица. — Но сейчас он
отдыхает в соседнем замке. Как только он отдохнет, мы его вернем.
— Почему я должен вам верить? — строго спросил Арх.
— Да потому, что трофеи, которые наш молодой друг Солсбери принес из
вашего времени, куда ценнее всего, что мы добываем здесь. Нам выгоднее иметь
дело с вами, чем с этими дикарями! — Ящерица презрительно махнула лапкой.
— Как так? Как так? — возмутилась графиня Констанца. — Кто посмел
назвать нас дикарями? Мы же мясо ножом режем, чай из чашек пьем — не то что
некоторые! — И графиня не менее презрительно показала мизинцем на хромую
ящерицу.
Но тут другая ящерица взлетела розовой молнией на плечо графине и,
приблизив губы к уху Констанцы, начала быстро шептать, думая, наверное, что
ее не слышат. А Алиса, конечно же, услышала.
— Мы их перехитрим, — шептала ящерица. — Мы с вами всегда заодно.
Если мы их обманем, вам тоже достанется, вы у меня в золоте будете купаться.
— Хочу стать королевой Иерусалима! — сказала Констанца.
— Тшшшш! Мы вам гарантируем это.
Констанца хитро улыбнулась, прижимая к груди украденную в двадцать
первом веке детскую куклу.
— А моего мужа можно отправить на завоевание Индии, — прошептала она,
глядя на молодого рыцаря-храмовника.
— И это сделаем, — пообещала ящерица.
Дождавшись, пока разговор с графиней закончится, хромая ящерица
сказала:
— Сейчас мы перейдем на наш корабль, там составим и напечатаем договор
между вами и нами. И будьте уверены, что мы вас не обидим.
Робот Арх толкнул Алису в бок. Но она и без этого понимала, что ящерицы
— великие мастерицы всем все обещать. Но ведь если обещаешь всем, то
обязательно кого-то обманешь.
— Вы согласны, господа ахрологи? — спросила ящерица у Алисы и робота.
— Мы не ахрологи, а археологи! — обиделся робот.
— Вот именно, — не стала спорить ящерица.
— Первым пунктом будет возвращение Ричарда, — сказала Алиса. — И
немедленное!
— Конечно, Ричард, разумеется, Ричард! — согласились ящерицы. — Мы
немедленно за ним пошлем.
Но послать они никого не успели, потому что неожиданно встреча была
прервана. В дверях показался пропыленный темнолицый рыцарь без шлема. Его
щека была окровавлена, синий плащ разорван.
— Ваше сиятельство, граф! — прохрипел он, шатаясь и еле удерживаясь
пальцами за косяк двери. — Случилось несчастье.
— Что еще? — Толстый граф де Шатильон вскочил с неожиданной
резвостью.
— Саладин!
— Что Саладин? Говори, бездельник!
— Саладин наступает. Он уже разбил наши посты у озера! Вот-вот он
будет здесь.
— Что?! — Де Шатильон побледнел как бумага. — Я тебе голову оторву!
Почему не предупредили раньше? Чем я буду его останавливать? У меня половина
отряда в Аккре! Я помогаю королю Филиппу! О горе! О горе!
— Перестань ныть, дорогой супруг. — Графиня Констанца поднялась со
своего места. — С нами наши верные друзья. Они не дадут нас в обиду.
— Правильно! — обрадовался граф. — Это вы меня соблазнили, вы
заставили! Я бы без вашей подсказки никогда перемирия не нарушил!
— К сожалению, в нашем договоре, — сказала хромая ящерица, — нет
пункта о нашем участии в ваших войнах, сварах и стычках. Мы не можем
рисковать жизнью или здоровьем хоть одного из нас. А если мы застрелим сто
или тысячу сарацинов, они нам отомстят.
— Неужели вы их испугались? — спросил граф.
— Мы никого не боимся, но не хотим лезть в пустую драку.
— Предатели! — завопил граф Рено. — Всех вас перебью! — Он швырнул
оловянный кубок с вином в каменную стену. — А потом отрублю голову самому
Саладину.
— Пока мой супруг голыми руками воюет с сарацинами, — тихо сказала
графиня Констанца, — мы тоже примем меры. У нас есть могущественные друзья,
не так ли? — Графиня выразительно посмотрела на ящериц, которые, сблизив
острые рыльца, о чем-то шептались.
— Да, — сказала наконец хромая ящерица. — Наступление Саладина --
опасность для всех нас. Мы отправим людей за помощью к Старцу Горы.
— Правильно, у него есть ассасины, — проговорила графиня.
— Кто такие ассасины? — спросила Алиса шепотом у робота.
— Убийцы, — ответил тот.
— А я тут же отправляюсь к магистру нашего ордена, — сказал молодой
рыцарь Солсбери. — Он находится у Аккры с отрядом рыцарей. Но надеюсь, что
наш орден будет вознагражден за помощь?
— Он будет вознагражден, — ответил граф де Шатильон, — уже тем, что
не будет разбит и уничтожен проклятым Саладином!
— Это наше общее дело! — воскликнула хромая ящерица. — Мы должны
стоять нерушимой стеной. Или мы вместе, или мы погибнем.
— И не получим богатств, которые сулит нам будущее, — тихо добавил
купец.
Все его услышали и склонили головы, соглашаясь с мудростью бывалого
человека.
Когда рыцарь Солсбери быстрыми шагами направился к выходу из зала
замка, графиня Констанца сказала ему вслед:
— Если вам, Годфри, удастся уговорить английского короля Ричарда
Львиное Сердце помочь нам, мы спасены.
— Надежды на это мало, графиня, — ответил рыцарь. — Король Англии не
любит Старца Горы...
— И меня! — завершил фразу граф Рено.
Когда рыцарь ушел, графиня сказала, глядя на добро на столе:
— Чтобы Старец Горы быстро помог нам, нужен ценный подарок.
— Ты думаешь, что ему подойдет что-нибудь из этого? — спросил де
Шатильон. И он несмело дотронулся до кофемолки.
— Нет, — сказала графиня. — Потребуется нечто более весомое. Нечто
подходящее для его старческих вкусов...
— У меня есть идея! — воскликнула розовая ящерица. — Я знаю, что
подарить старому негодяю! У вас в подвале сидит девочка-сарацинка.
— У нее вся мордочка исцарапана и нос распух, — отмахнулась
Констанца. — Кому такая уродина нужна?
— Но она все равно очень хороша и принадлежит к благородному
сарацинскому роду.
— Мало. Он может не принять дар. И тогда из мстителей мы превратимся в
жертву, — сказала Констанца.
— Но что тогда? — Ящерица растерялась.
— Я знаю, — тихо произнес купец. — Мы подарим ему сразу двух
девочек.
Он показал грязным пальцем на Алису.
— Нет! — отрезала ящерица. — Нам эта девочка нужна как заложница.
— У вас уже есть заложник! — возразила Констанца. — Нельзя всех
людей из будущего держать в заложниках. Хватит. На двух девочек старик
обязательно клюнет! Такой подарок! Я бы сама хотела заиметь таких
хорошеньких маленьких рабынь!
— Может быть, ты и права, моя супруга... — произнес толстый граф де
Шатильон. — Старец Горы — самый нужный нам союзник. Нужнее даже, чем
дракончики.
— Каждый нужен в свое время, — мудро заметил купец.
— А кто их отвезет? — спросила Констанца. — Мне не следует
появляться в крепости Старца, а ты занят подготовкой войска к битве с
Саладином.
— Я отвезу, не беспокойтесь, графиня, — предложил купец.
— А мы постараемся, чтобы Старец Горы не отказал в вашей просьбе, --
заметила одна из ящериц.
— Тогда пошевеливайтесь, — приказала графиня Констанца. — В путь!
— Надо подготовиться к поездке, — возразил купец. — Выбрать коней,
взять с собой воду и провизию на дорогу.
— Какая тут дорога! Два шага, — отмахнулась графиня Констанца.
— Это зависит не от меня, а от ваших слуг, — произнес купец с
ласковой улыбкой.
Пожалуй, Алиса даже не смогла бы сказать, кто ей противнее всех. Все
были хороши! И худая Констанца с жестокими глазами, и ленивый длинноносый
граф де Шатильон, и упругий, крепкий и наглый купец с грязными пальцами и
жирными космами.
— А что делать с железным дьяволом, который приехал с девочкой? --
спросил купец. — Я бы запер его как следует.
— А вот этого я вам не советую делать! — возразил робот Арх. --
Совершенно неизвестно, кто главнее всех. Возможно, я и есть то лицо, которое
должно вести с вами переговоры.
Алиса еле сдержала улыбку, хоть было вовсе не смешно.
— Может быть, и на самом деле этот железный человек — самый главный в
будущем? — усомнилась графиня Констанца.
— Вот именно! — закричал маленький робот.
— Нет, — раздался тихий голос ящерицы. — Не слушайте его. Это
человеческий слуга. И он старается защитить своих хозяев. Он притворяется,
чтобы перехитрить нас. Мы знаем о...
