Марк Сергеев. Волшебная галоша
страница №2
... И толкнул малыша.- Дворцам - пошутил он, -
Отныне конец! -
И ногу занес,
Чтоб разрушить дворец.
Тогда мы с Павлушей подходим.
И вот
Степан хоть силен,
А упал на живот.
Орет и не может понять ничего:
Не видит он,
Кто ж это лупит его?
Собрался народ
И никак не поймет:
Уж не лихорадка ли
Парня трясет?
И я бы не смог бы
Закончить стихов,
Когда б не сбежал
Степан Петухов!
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ,
в которой рассказывается история с пирожками
Третий день у нее была недостача. Уж кажется, как внимательно
пересчитывала она пирожки, как зорко следила за каждым покупателем, а все
равно ежедневно недоставало ровно шести штук.
- Что за чертовщина?! - говорила соседке-продавщице Дарья Матвеевна. -
И вчерась, и позавчерась, и третьего дни - шесть пирожков, как со сковородки
на землю! Ты уж сегодня присмотри, чтобы в четыре глаза - оно сподручней.
Как всегда, они поставили плетеные, покрытые белыми накидками корзины
на углу Чистопрудного бульвара и Кировской улицы - здесь поблизости и
станция метро, и Главпочтамт да и вообще живой перекресток. Завидев легкий
парок, пробивающийся из-под накидок, даже те, кто только что пообедал, не
могли утерпеть, чтобы не купить поджаристый капустный, а еще того лучше -
мясной пирожок и тут же, застенчиво отвернувшись к стене, не съесть его.
Торговля всегда шла бойко, а сегодня - особенно. Две лоточницы только
успевали получать пятаки и гривенники, поддевать на вилку пышущий жаром
пирожок, вручать его вместе с кусочком бумаги покупателю, а уже появлялся
следующий, и даже накапливалась небольшая очередь.
- А пирожок? - спросил вдруг у Дарьи Матвеевны высокий темноволосый
мужчина в сером легком пальто.
— Какой пирожок? - удивилась Дарья Матвеевна.
- Как-какой? Я вам десять копеек отдал?
- Отдали.
- Вы мне бумажку дали, салфетку?
- Дала! - уже обеспокоенно сказала лоточница.
- А пирожок?
- И пирожок вручила вам, гражданин! Как не стыдно?!
- Это вам должно быть стыдно. Что же я его за секунду съел?
- А! - с досадой вздохнула Дарья Матвеевна. - Начинается!-и протянула
покупателю новый пирожок.
И тут на глазах изумленной публики, совсем как в цирке на сеансе
фокусов знаменитого Кио, пирожок... исчез.
Обескураженная Дарья Матвеевна машинально схватилась за кончик вилки,
там она почувствовала что-то мягкое и теплое. Пирожок! И хотя он был
невидим, лоточница крепко держала пропажу, не разжимая руки. Она тянула
пирожок к себе, а кто-то, таинственный и страшный, - к себе. Вилка давно
упала. И публика начала хохотать: с выпученными от ужаса глазами продавщица
крепко сжимала в кулаке воздух, боясь отвести взгляд от собственной руки.
- Во дает! Во дает! - в восторге кричал кто-то.
- Это вы, молодой человек, довели до такого состояния
женщину!-возмутилась дама с волосами фиолетового цвета - Съели свой пирожок
- не мешайте другим!
- Глядите! Глядите! - перебил ее тот же восторженный голос. - Появился!
То не было, а то опять есть!
Действительно, в руке лоточницы появился пирожок. Только не целый, а
половинка..
И тогда фиолетовая дама сказала еще более возмущенно.
- Торговать, гражданка, надо, а не фокусы показывать! В этот день Дарья
Матвеевна недосчиталась шести пирожков, вернее, семи, потому что половинку
она в испуге уронила на землю.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ,
в которой Леня Фомин высказывает свои соображения
- Итак?
Этот вопрос задал полковник Логинов, едва Леня переступил порог его
кабинета.
Леня уселся напротив и раскрыл тонкую коричневую папку на обложке
которой было написано: "Дело о мальчиках-невидимках Вадиме Смирнове и Павле
Кашкине из Прибайкальска".
- Итак? - повторил свой вопрос Василий Михайлович.
- Пока не густо, товарищ полковник. - Леня вынул из папки бумаги. - Я
заинтересовался некоторыми случаями -в Москве и вне Москвы. Уж не говорю о
происшествии с вашей Марусей - это, несомненно, дело их рук. Но есть еще
несколько различных сообщений о странных случаях, которые не могли обойтись
без участия невидимок. Во дворе одного из строящихся в Юго-Западном районе
домов, например, был наказан непонятным образом хулиган Степан Петухов,
который обижал малышей.
И Фомин рассказал подробно о случае, который вам уже известен из стихов
Вадима Смирнова.
- Самое удивительное, что на хулигана, - улыбнулся Леня, - это
произвело потрясающее впечатление. Говорят, мальчик забросил теперь рогатки
и изменил свои повадки.
- О!-засмеялся полковник Логинов.-Вы даже стихами заговорили.
- Заговоришь, - вздохнул Фомин. - Вот посмотрите-ка.
И он протянул полковнику тонкий листок, на обратной стороне смазанный
клеем.
На листке было написано карандашом:
Учти, презренный Петухов,
Коль не совсем ты глуп,
Что из петушьих потрохов
Бывает жирный суп
Коль волю дашь ты кулакам -
Запомни: быть беде,
Опять получишь по бокам,
Как нынче.
П. и Д.
- Да, от такой угрозы задрожит не только трусливый Петухов, но и любой
храбрец. Здорово!
- Но это не все, товарищ полковник. Вот сообщение из Театра юного
зрителя. Там шел на днях спектакль о войне. В одной из сцен буржуины берут в
плен Мальчиша-Кибальчиша. Под пытками они хотят заставить его выдать военную
тайну. И в самый трагический момент, когда зал буквально бушевал, волнуясь
за судьбу героя, на сцене произошло замешательство. Дело в том, что плетка
палача лежавшая на полу, вдруг взлетела в воздух и начала изо всех сил
хлестать актера, исполняющего роль палача. Зал восторженно зааплодировал. Но
занавес пришлось закрыть. Актриса, играющая Мальчиша, схватила плетку,
отбросила ее за кулисы и подбежала к пострадавшему. "Владимир
Петрович!-закричала она.-Что с вами?! Я не могу понять, что случилось?" И
тут они услышали смущенный голос: "Ой, извините, пожалуйста, мы просто
забыли, что вы артист. Мы думали, вы и взаправду палач.
Простите нас, пожалуйста..."
- Ничего не скажешь. Активные молодые люди, - усмехнулся полковник
Логинов.
- Тут еще десятка два сообщений об их поступках. И, знаете, молодцы -
справедливые ребята!
- Гм... Справедливые... Да вы уж не влюбились ли в них заочно?
- А почему бы не влюбиться? Здесь они привели заблудившегося малыша
домой, там - помогли поймать карманника. Тот бросился было бежать от
милиционера, а бежать-то не может...
- А вы подумали, Леня, о пище?
- О какой пище?
- Ну, о том, что едят наши невидимки? Это ведь, как ни крути,
воровство...
- Они же это делают несознательно.
- То-то и оно, что несознательно. Знаешь, в детстве я тоже мечтал стать
невидимкой. Что смеешься? Правда. Очень уж мне хотелось пробраться в
кондитерский магазин и съесть все пирожные сразу... Трудно жили мы в ту
пору-какой-нибудь леденец был пределом мечтаний. А тут-сразу все пирожные.
Соблазнительно, согласись...
- Пожалуй...
- Вот-вот, и не понимал я тогда, что это и есть кража... Утром на углу
Чистопрудного бульвара и улицы Кирова на щите, где милиция обычно сообщала о
нарушителях уличного движения и вывешивала фотоснимки различных аварий,
появилось написанное крупными черными буквами объявление:
ТОВАРИЩЕСКИЙ СУД
Слушается дело гражданки
ПЕТУХОВОЙ ДАРЬИ МАТВЕЕВНЫ.
обвиняемой в растрате государственных денег.
Начало в шесть часов вечера.
Вход свободный
Общественный обвинитель Л. Фомин.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ,
в которой штаб невидимок отдает первое распоряжение
С утра Василий Михайлович, как всегда, просматривал письма. Сегодня
поступили ответы на несколько запросов в разные концы страны, есть новая
корреспонденция из Прибайкальска.
"...На ваш запрос Якутское областное управление милиции сообщает:
Недавно на самолет, направляющийся с грузом на одну из станций
"Северный полюс", проник каким-то образом мальчик. Личность его установить
не удалось, так как оказалось" что этот пассажир невидим Его наличие
обнаружилось уже при посадке на льдину. Все члены экспедиции были поражены,
когда прямо перед их глазами из воздуха появился красивый бордовый альбом с
видами города Прибайкальска и мальчишеский голос произнес:
- Привет отважным полярникам от учеников 117-й школы сибирского города
Прибайкальска.
- А ты кто такой?
- Я? Невидимка Колька Спиридонов.
- Будешь с нами обедать?
- Еще как буду!..
Николай Спиридонов доставлен в город Прибайкальск, в штаб невидимок".
"...Неподалеку от станции Осиновка, - говорилось в другом письме, - на
строительстве Братской ГЭС неожиданно вспыхнул огонь в тайге. Члены
добровольного пожарного общества бросились к щитам с противопожарным
инвентарем. На одном из щитов не хватало огнетушителя. Каково же было
удивление пожарных, когда на месте происшествия был обнаружен огнетушитель,
который сам по себе, без участия человека, заливал огонь, не давая пламени
разрастись... На помощь пожарным пришли строители. Огонь был ликвидирован, и
до самого конца воевал с огнем огнетушитель-автомат. Инженеры считают, что
это самоуправляющаяся кибернетическая машина. Единственная странность,
заставляющая нас направить это сообщение вам, состоит в том, что
огнетушитель все время кричал:
- Ах, ты так, тогда я тебя вот так!"
"...На пограничной заставе, в горах, недавно произошел случай, который
может вас заинтересовать, А- сообщалось в Третьем. - Командованию заставы
стало известно, что в один из ближайших дней готовится переход вражескими
диверсантами границы. Были усилены дозоры. Бойцы-пограничники еще более
бдительно несли охрану своих участков. В ночь на субботу погода выдалась
ненастная. Туман лег на горы. Видимость стала совсем плохой - в двух шагах
не различишь дерева. Был отдан приказ: усилить посты.
И не зря. На рассвете раздались выстрелы. Отряд конников умчался туда,
где слышалась стрельба. Туман редел. смутно проступали уже мокрые деревья,
влажная земля тускло поблескивала. Тяжелораненый пограничник указал
направление, в котором скрылся враг. Раненого увезли, отряд двигался по
лесу. След вел в глубокое, глухое ущелье. На дне его тяжело ворочалась река.
Если враг побредет по воде - найти его будет трудно. Конники спешились.
Проводник с собакой пошел впереди. Все обратили внимание, что рядом со
следом тяжелых мужских сапог тянется след детских ботинок, "Откуда взялся
ребенок?" - ломали себе голову бойцы. А след рассказывал им все, что
происходило здесь несколькими минутами раньше. Вот мальчик - судя по всему,
это был мальчик-присел и схватил шпиона за ногу. Тот плюхнулся и, вероятно,
расшиб голову - на Камне остался след крови. Вот мальчик подставил ему
подножку, и враг свалился в довольно глубокий ров. Странным казалось, что
диверсант не видит своего преследователя. Ага, вот тут он уже гнался за
мальчиком, а тот кружил между деревьями.
Вдруг следы оборвались. И тогда все увидели, что на камнях лежит
измученный мужчина со свирепым лицом и держит руки над головой.
- Держи, держи, а то выстрелю! - раздался за деревом детский голос,
хотя никто не видел говорящего.
- Не мучь маленьких!-громко сказал, выходя из кустов, командир отряда.
- Взять его! - Приказал он бойцам.
- Ой, спасите! - закричал вдруг юный пограничник. - Что с тобой? Где
ты? - спросили бойцы. - Подумать, как здорово замаскировался!
- Мне страшно!
- Не бойся! Теперь он тебе ничего не сделает.
- Да я не его боюсь, я лягушку...
- Что же ты за парень, - засмеялись пограничники, - если лягушек
боишься?
- А я не парень. Я Вера... Вера Сокольникова из 117-й школы города
Прибайкальска.
- А почему ты от нас прячешься?
- А я не прячусь вовсе. Я просто невидимка...
Рассказ пограничника записал редактор многотиражной газеты "На рубеже"
Виктор Мелентьев".
"...Дорогой Василий Михайлович!
Большое спасибо вам и за внимательность, и за все те меры, которые
принимаете вы, чтобы отыскать наших бродяг. А главное - спасибо за письмо,
где вы рассказали нам кое-что о наших ребятах Родители продолжают атаковать
школу, и каждая, даже самая малая весточка, полученная о невидимках, для нас
очень важна
Наш старший пионервожатый Сеня, как его теперь зовут в городе -
"Всадник без головы", оказался на редкость сообразительным, умнейшим парнем.
Он один из немногих не растерялся, не поддался панике, а тотчас же извлек
все выгоды - в хорошем смысле - из своего печального положения. Дело в том,
что в отличие от нас он видит невидимок, поэтому может ими командовать. Он
собирает их в классе, мы даже пытаемся наладить учебу с ними. Кажется,
получается неплохо, хотя класс и не в полном составе Отказалась от работы с
невидимками только Гипотенуза Сергеевна. "Мистика, говорит, не могу, когда
мистика". А Сеня создал штаб невидимок, и они вершат в городе большие дела.
Они объявили борьбу хулиганам, и те сейчас притихли: кто его знает, не
находятся ли рядом невидимки? Посылаю вам копию "Приказа по штабу
невидимок":
Всем! Всем! Всем!
Мы-отряд невидимок 5-го "В" класса
117-й школы-объявляем борьбу всем
хулиганам города. Каждый, кто обидит
малыша в школе и на улице, каждый, кто
нарушит правила поведения в
общественных местах, каждый, кто
проявит грубость, будет строго наказан.
Мы, невидимки, можем оказаться всюду.
Граждане, будьте взаимно вежливы!
Штаб невидимок.
Материалов было много. Прочитав их, полковник Логинов вызвал Леню,
передал ему письма, посоветовал сообщить в Прибайкальск о местонахождении
ребят и послать соответствующим отделениям милиции материалы "о принятии мер
к возвращению детей домой".
- А что мы будем делать с Димкой и Павлом? - Василий Михайлович
взглянул на лейтенанта.
- У меня есть одна мысль по этому поводу.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ,
о том, где спят поезда метро и кто спит в поездах метро
Засыпает город. Даже поезда метро уходят спать. Устало гудят их
натруженные за день ноги. В пустых вагонах гуляют ветерки. Поезда, не
останавливаясь, пролетают мимо станций и, собравшись все вместе, затихают до
утра.
И каждую ночь к ним приходят слесари, чтобы осмотреть и, если надо,
починить.
- Послушай, Тимофей Митрофанович, не слышишь ты какого шума?
Пожилой слесарь заглянул в дверь одного из вагонов.
- Да вроде кто-то ходил внутри, - ответил ему второй и тоже заглянул в
дверь.
- А знаешь, Сергей Николаевич, мне послышался голос, такой
писклявенький. Иль показалось?
- Может, и показалось. А надо заявить начальнику. Я давеча слышал,
Тимофей Митрофанович, будто спорят мальчишки какие-то в вагоне. Заглянул, а
там никого. Голоса, однако же, слыхать. Ну, я зашел в вагон, для храбрости
кашлянул и, значит, пошел на голоса. А они возьми да и смолкни. Ищу, значит,
руками развожу, шарю кругом. Чувствую, мимо меня пробежал кто-то. Ногами-то
хоть и потихоньку, а так, значит: топ, топ... топ... Чего бы это могло быть?
А, Тимофей
Митрофанович? Просто ума не приложу!
- Одно слово, дело подозрительное. Ты уж подежурь, а я пойду позвоню в
милицию. Так-то оно вернее.
А тем временем наши друзья укладывались спать. Они легли на мягкие
темно-коричневые диваны, положив под головы ладони.
- Генеральская постель, - сказал Паша, потягиваясь, -
На таком диване, наверное, спит только персидский шах. Да и то по
праздникам.
- Ладно, ладно, персидский шах, спи.
- Что-то в последнее время ты задумчивый стал какой. Прямо на глазах
умнеешь.
- Задумаешься. Вот голова садовая! Я ведь не знаю, как снова стать
видимым.
- А этот, с зеленой бородой, так и не сказал? - Да в том-то и дело, что
я не догадался все повыспросить. Не поверил, понимаешь, что могут быть
волшебные галоши, а теперь вот...
- Так... значит, - заикаясь, пролепетал Паша, - значит, мы теперь на
всю жизнь невидимки?
- Выходит, что так. Надо искать выход, а как его найдешь?
Павлик на минуту задумался.
- А может, вымазаться сажей и стать черными, как негры, - сказал он. -
Это даже интересно. Здравствуйте, негр Димка! Здравствуйте, негр Паша!
О'кей!
- Обрадовался. Вот у тебя руки грязные, а их все равно не видно. Ничего
нам не поможет. Ничего!
Димка повернулся на бок, чтобы взглянуть на Пашу, и увидел под диваном
брошенную кем-то газету.
Он стал проглядывать ее и сразу же обратил внимание на сообщение в
отделе происшествий.
- Послушай, Павлик, что здесь пишется! - закричал он и, запинаясь, стал
читать: - "На днях два ученика Прибайкальской школы No 117 Вадим Смирнов и
Павел Кашкин, рискуя жизнью, спасли из-под машины пятилетнюю девочку Марусю
Логинову. Московское городское управление наградило отважных пионеров
ценными подарками. Лиц, знающих местонахождение ребят, просят сообщить им,
что премию можно получить в городском отделении милиции по адресу..."
Павлик даже остолбенел от изумления.
- Вот это да! - сказал он. - Ценные подарки! Интересно бы знать: какие?
- Ну чему ты обрадовался?
- Как - чему? - удивился Паша. - А ты разве не рад? Димка сокрушенно
покачал головой.
- А откуда они знают наши фамилии? Нет, тут что-то не то...
Утром они, как всегда, вышли из метро на площади у Главпочтамта. На
углу Кировской и Чистопрудного бульвара было тихо, не толпились вечно
куда-то спешащие москвичи и приезжие. Невидимки поняли причину этого, только
подойдя поближе: лоточниц, которые всегда торговали здесь пирожками, не
было. На стене висело объявление:
ТОВАРИЩЕСКИЙ СУД!
Слушается дело гражданки
ПЕТУХОВОЙ ДАРЬИ МАТВЕЕВНЫ,
обвиняемой в растрате государственных денег.
Начало в шесть часов вечера.
Вход свободный.
Общественный обвинитель Л. Фомин.
У объявления остановилась фиолетовая дама, - ребята сразу узнали ее.
Она прочитала объявление и всплеснула руками.
- Боже мой! Каким людям доверяют торговлю пирожками!
- Ну, знаете ли, - возмутился молодой человек в сером пальто. - Это вы
уж слишком!
Димка почувствовал, как сердце у него оборвалось в груди и покатилось
куда-то далеко-далеко вниз...
- Паш! Понял, в чем дело? - А что же делать? Ее арестуют за это?
- Идем.
- Страшно, Димка...
- А пироги есть не страшно было? Раз виноваты - надо идти.
- Как же идти? Ведь милиция теперь знает наши фамилии. Тут нам награду
дают за благородный поступок, а тут еще накажут за пирожки.
- Что же поделаешь, все равно надо идти. Первым они увидели
Степку-драчуна. На его зареванном лице размазана грязь. И совсем он, ну ни
капельки, не похож на "грозу переулка", предводителя хулиганов. Он стоял,
шмыгая носом, а вокруг носились ребятишки, те, кого он совсем недавно одним
щелчком мог заставить примолкнуть. Они носились вокруг и во весь голос
орали:
Петухов, Петушков,
Слопал сто пирожков!
Друзья разогнали мальчишек и совершенно неожиданно узнали, что Степка -
сын той самой Дарьи Матвеевны, которую будут судить. И на душе у них стало
совсем скверно. Ну чем они лучше этого Степки, которого они отколотили и
которому написали "грозную" записку. Ну чем они лучше? Он, Степка, ведь
никого под суд не подвел.
Зал гудел. У стола судьи стояла лоточница, та самая, что всегда
торговала пирожками рядом с Петуховой. Она рассказывала:
- Вот уже пять лет мы торгуем вместе, всегда доверяем друг другу, и ни
разу не случалось, чтобы, между прочим, была недостача. И Дарью я давно
знаю, честный, между прочим, человек. И все, что случилось, дело-то
нечистое. Вот мы с ней, с Дарьей, вышли на днях на точку. Она мне и говорит:
"Что-то не такое, говорит, происходит, потому что, между прочим, пирожки
каждый день пропадают, и ни много ни мало, а по шести штук в сутки.
Понаблюдай, говорит, а. то, может, я чего не так делаю..." Пронаблюдала я:
гляжу, человек подходит, чернявый весь, в пальто в сером. И на что, думаю,
человеку пальто в такую жару. А он, между прочим, каждый день покупает с
утра по два пирожка, да в обед два, да вечером два. То у нее, между прочим,
а то, значит, у меня. Вот, думаю, точно все как совпадает: шесть пирожков у
Дарьи пропадает, и шесть покупает этот тип в сером пальто...
- Гражданочка, нельзя ли выбирать выражения? - спросил кто-то из зала.
Все оглянулись: у окна, положив локоть на подоконник, сидел молодой
человек в сером пальто. Лоточница поперхнулась и продолжала, но уже
значительно спокойней:
- Ну и вот... Гляжу я на него, значит, внимательно. А он заплатил
деньги. Дарья, между прочим, подала ему пирожок, положила на лоток, а он так
посмотрел на этот пирожок, ну ровно бы фокусник в цирке, а пирожок
вдруг-хлоп!-и нету его. А он и кричит, значит: где же пирожок, мол? А сам
его небось давно в карман засунул. Так что Дарья-то, между прочим, не
виновата.
- Как же не виновата?! Как же не виновата, я вас спрашиваю?! - вскочила
со своего места фиолетовая дама. Она тоже была здесь. - Я сама
собственноручно видела, как лоточница припрятала половину пирожка.
- Выйдите к столу и расскажите, - сказал судья. -
- Я? К столу? Нет уж, увольте. Я лучше с места.
- Ну хорошо, с места так с места, - сказал Леня Фомин - общественный
обвинитель. - Но скажите свою фамилию.
- Зачем?
- Как - зачем? Мы же должны в протоколе записать ваше выступление.
- Какое выступление? Какое выступление? Разве я выступала? Разве я
что-нибудь сказала? Да я сижу и молчу как рыба. Нет, что за люди! Зайти
посидеть нельзя. Обязательно что-нибудь на тебя наговорят! Я ухожу.
И она стала протискиваться к выходу.
- Тогда, может быть, вы нам что-либо скажете? - обратился судья к
молодому человеку в сером пальто.
- Скажу. Мне кажется, конечно, если я не ошибаюсь, что тут замешаны,
если я не ошибаюсь, какие-то неведомые нам силы...
По залу прокатился смех."
- А смеетесь вы, если я не ошибаюсь, зря! Зря! Я сам видел, как исчез,
как стал невидимым пирожок на лотке у гражданки Петуховой, как она потом
схватилась за воздух и в ее руке, если я не ошибаюсь, появилась половинка
пирожка.
Смех в зале не прекращался. Судья поднял руку. Все смолкли.
- Послушайте, гражданин, извините, как ваша фамилия?..
- Семиструнов.
- Послушайте, гражданин Семиструнов, здесь собрались люди по серьезному
поводу, а вы строите из себя шута... Нехорошо!
- Я могу и помолчать - И молодой человек в сером пальто сел на свое
место.
Леня Фомин укоризненно взглянул на судью. И попросил:
- Мне бы хотелось, чтобы товарищу Семиструнову дали возможность
договорить.
- Я, если я не ошибаюсь, сказал все. Кроме одного. Мне кажется, что
случай с пирожками связан с историей о летающей девочке А если это так, то,
если я не ошибаюсь, в нашем юроде действуют невидимки. Это самое
естественное объяснение нескольким известным мне фактам.
- Что за глупости!-закричала уже где-то у самого выхода фиолетовая
дама. - Какие невидимки! Зачем вводить всех в заблуждение?
- В заблуждение?-спокойно сказал молодой человек в сером пальто. Затем
он вынул из кармана черный пузырек, выпил из него какую-то жидкость и после
этого поспешно стал снимать пальто.
Мальчики видели, как широко раскрылись рты у всех присутствующих, а
фиолетовая дама выбежала на улицу с криком:
- Ой, мамочка, мама!
Между тем молодой человек исчез На спинке стула осталось только его
серое легкое пальто. Однако не улеглось еще волнение в зале, прошло всего
каких-то две минуты, как на том же месте снова появился молодой человек,
одетый в серое пальто.
Зал онемел от волнения. Невозмутимым остался только судья.
- Ваши фокусы, - сказал он, - еще ничего не доказывают. Разве только,
что вы и есть главный виновник всего, что произошло.
- Вы хотите сказать, что я, если не ошибаюсь, имею какое-то отношение к
исчезновению пирожков?
- Не знаю... Пока не знаю! Но в одном я твердо уверен: невидимок на
свете не бывает...
И тогда в зале раздался взволнованный мальчишеский голос:
- Как не бывает? А мы?
Это, без всякого сомнения, крикнул Димка, и вслед за ним раздался
другой голос:
- Это мы во всем виноваты! И так же несомненно, что это был голос
Павлика. Публика оглядывалась, недоумевая: откуда же это идут голоса? А Паша
и Димка пробрались на сцену и, перебивая друг друга, рассказали оторопевшему
залу, что это они - Паша Кашкин и Вадим Смирнов-заслужили сегодня наказание.
- Позвольте, - сказал тогда Леня Фомин, сощурив глаза, словно бы видел
кого-то перед собой.-Уж не те ли вы ребята, что спасли от несчастного случая
Марусю Логинову?
- Мы, - упавшим голосом сказал Димка.
- Тогда почему не зайдете в милицию за наградой?
- Какая там награда,-уныло сказал Паша.-Мы еще не расплатились за сто
восемьдесят пирожков...
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
о том, что голод - не тетка, а Кузька очень похож на Зеленобородого
Тимофей Митрофанович и Сергей Николаевич-слесари парка электропоездов
метро-с некоторых пор стали задерживаться на работе позже обычного. Оба
сухощавые, невысокие, они походили на братьев. Только один - Тимофей
Митрофанович - чуть постарше и чуть повыше, а второй - Сергей Николаевич -
помоложе, поживее.
- Чего это они по ночам шарят в поездах? - удивлялись их товарищи по
работе. - Никак, ищут клад в кожаных диванах?
И, встречая дружков, подмигивая, спрашивали:
- Ну как? Еще не нашли?
- Да пока нет...-смущенно говорил Тимофей Митрофанович и косился на
шагающего рядом напарника.-Ты, поди, разболтал? - строго спрашивал он, когда
они оставались одни.
-Да ты что.-обижался Сергей Николаевич.- Я думал, это ты не вытерпел...
Подозрительных разговоров в электропоездах с той памятной ночи им не
довелось слышать, но зато среди работников метро разговоров было хоть
отбавляй. Кто-то из депо побывал на суде, и об истории с пирожками знали все
без исключения.
Друзья каждую ночь обходили вагоны, ведя производственные разговоры.
Чтобы не спугнуть невидимок, они делали вид, что тщательно осматривают
состояние обшивки на сиденьях. Но все безрезультатно: невидимок, о которых
под большим секретом неделю назад рассказали им в милиции, не было. Как в
воду канули.
Однажды, устав после тщательных и безрезультатных поисков, искатели
"клада" присели на коричневый диван.
- Знаешь, Тимофей, какая мысль у меня вот уже несколько дней не выходит
из головы?
-Ну?
- А ведь мы. должно быть, вспугнули птичек, и они теперь, может, спят
себе спокойным сном... на другой линии.
- Правда твоя. Сергей. Ну, конечно, спят они сейчас, милые голубчики,
да над нами посмеиваются: тоже, мол, сыщики в метро нашлись! [/]
- Я вот что думаю: не сообщить ли об этом в милицию?
- Да, пожалуй, надо...
Слесари вышли из вагона и вдруг остановились: в соседнем поезде
слышались знакомые голоса.
- Ты вот что,-шепотом сказал Тимофей Митрофанович,- беги звонить, а я
тут покараулю.
Он подошел поближе к окну, из которого слышался довольно громкий
разговор.
- Так он и не пришел?
- Нет. Целый день простоял я там на углу - все без толку.
- Понимаешь, мне кажется, что этот человек в сером пальто и есть
Зеленобородый. Значит, надо следить.
- А как же он в Москве оказался?
- Вот этого-то я и не знаю. Но ведь раз он волшебник, значит, он,
наверное, может как-нибудь передвигаться. А если даже не он-все равно этот
парень должен знать секрет: как из невидимок стать видимками. Помнишь, как
он ловко из пузырька что-то выпил - и готово!
- Что же мы будем теперь делать? Есть хочется страшно. Хоть бы хлебца
маленько... Может, домой нам поехать?
- Как же уехать, если Зеленобородый где-то здесь. Без него мы пропали.
А потом, что мы скажем ребятам? Ведь это я их превратил в невидимок. И как
это меня угораздило?
- Да, пожалуй...
- И потом, еще эти пирожки...
- Я уже подсчитал, нам нужно восемнадцать рублей, чтобы отдать долг
Дарье Матвеевне.
- Стоп! Нас, кажется, подслушивают...
Тимофей Митрофанович, который приблизился к окну настолько, что его
заметили, торопливо отскочил назад. Но было уже поздно.
- Паша! Надо уходить. Это что-то подозрительное.
- Хлопцы! - взволнованно сказал тогда слесарь. - Дело вот какое. Ваши
родители беспокоятся о вас. Они прислали письмо в Москву, просят, значит,
помочь найти Вадима Смирнова и Павла Кашкина. Это ведь вы, не правда ли? Вот
я вам скажу сейчас приметы: Вадим Смирнов, ученик пятого класса, одиннадцати
лет, волосы русые...
- Похоже, что я.
- Вот видите. Глаза серые есть?
- Есть.
- Нос прямой, над верхней губой родинка есть?
- Есть.
- Ну вот видите! Теперь Кашкин Павел. Волосы рыжеватые, глаза
светло-карие...
- Кажется, есть.
- Рот большой, нос чуть вздернутый...
- Одну минуточку. Димка, у меня, что, и вправду большой рот? Нет, здесь
ошибка. Что значит большой рот? У меня самый нормальный, можете посмотреть
сами.
- А нос чуть вздернутый и подбородок круглый - уже менее уверенным
тоном спросил Тимофей Митрофанович. - Это есть?
- Так точно! Все на месте!
- Вы тут вот, хлопчики, горевали о еде. Может, поедем ко мне? Поедите,
поспите как полагается, досыта. А? Я живу за городом. Может, слышали -
Расторгуево? От Павелецкого вокзала рукой подать. Не слышали? Ну ничего, что
не слышали. Стало быть, у вас все впереди.
- Спасибо вам, но только нам нельзя к вам ехать.
- Почему же?
- А вы нас отправите в милицию.
- Зачем же обязательно в милицию? А потом, если вы люди честные, так
чего вам милиции бояться? Она, наоборот, помочь в беде может. Это не про вас
ли пропечатали в газете, что вроде девчонку из-под машины спасли, Марусю
Логинову.
- Было такое.
- Ну вот видите, - оживился слесарь. - А ведь она, Марусенька,
начальнику городского-то управления милиции дочкой приходится. Полковнику
Логинову. Вот оно как. Так что в случае чего прямо к Логинову, Василию
Михайловичу. Он уж вас в обиду не даст. - А далеко это Расторгуево?
- Дом-то мой? Да нет, недалечко. Минут сорок езды. А то и меньше.
- Может, поедем, а, Димка?
- Ну хорошо. Мы поедем. Спасибо -вам большое. Сергей Николаевич
вернулся через несколько минут и застал своего напарника в обществе ребят.
Об этом можно было догадаться по оживленному разговору, который слышался из
вагона.
- Значит, вы были знакомы с Зеленобородым? - с недоверием спрашивал
мальчишеский голос.
- Да вот так, как сейчас с тобой разговариваю, так разговаривал с ним.
- Вот здорово! Нам, Димка, просто повезло!
- Все равно до утра ждать электрички. Может, расскажете нам про
Зеленобородого?-попросил Вадим.
- Ну что ж, это можно,-согласился Тимофей Митрофанович. - Благо
времечко есть. Отчего и не вспомнить, что было да чего и не было.
Старик почесал в затылке, хитро улыбнулся - одними глазами - и начал
издалека...
ПЕРВАЯ ЛЕГЕНДА О СТАРИКЕ ОЗОРНИКЕ
Давно это было, недавно ли. А только жил да поживал на свете паренек
один. Кузьмой его звали. Ну, кто и Кузькой назовет - тоже не обижался. Он
ведь сам-то любого мог обозвать как угодно. Озорник был - свет таких не
видывал. Бывало, девчонки на вечерку соберутся, а он чертом обрядится да и
давай их за косы-то дергать. Другая и знает, что это Кузька развлекается,-да
все одно страшно. Черт-черт и есть. Верили тогда люди во всякую чепуху.
Ну, завтра, конечно, все срамят, проклинают Кузьку, а он нет чтобы
повиниться, исправиться там. Он еще какую проказу выдумает, да похлеще
первой. То двух коров хвостами свяжет и стеганет их крапивой, то скамейку
подпилит, сядут на нее старухи посумерничать - хлоп на землю. Одним словом,
озорник, и только.
Ничего сделать не могли с ним. Собрались раз старики и промеж собой
говорят: "Надо, мол, его проучить разок-другой. Да так проучить, чтоб он
озоровать-то бросил". Долго думали. День думали. Ночь думали. Еще ночь с
днем прихватили. И придумали наконец.
Вот, однажды Кузьма снова пришел на вечерку, распугал девчат. А одна не
боится его вроде. Стоит себе, семечки пощелкивает. Кузька даже удивился, что
за смелая за такая. Вот я тебя, мол, крапивой сейчас. Сорвал крапивы да к
ней, значит. Да и очутился в яме. Бился он, бился, а выбраться не может. Ну,
ночью кое-как вылез, ушел домой.
А только учеба-то впрок ему не пошла. Хуже прежнего стал шуметь по
селу. девушке этой просто проходу не дает. Однажды поймал да и привязал
косами за дерево. А в одном доме окна и двери ночью заколотил. Люди выйти
хотят, ан не тут-то было.
Разозлились люди на озорника - сил нет. Снова собрались старики. День с
ночью думали, еще день с ночью, да еще третьи сутки прихватили. И придумали
наказание Кузьке. Поймали его всем селом вечером, в мешок завязали да и
понесли на берег озера. У нас за селом озеро широкое, берега круты. Я ведь
сам-то родом тоже из Сибири. Вот бросили Кузьку в озеро и пошли. Пришли
домой и говорят: "Ну, все! Был Кузька - да не стало. Некому больше
озоровать".
А Кузька-то, верите не верите, лежит себе на дне озера и думает: "Куда
это я попал?" Выбраться из мешка все же не может. Чувствует, худо дело.
Сперва было катался, бился, потом примолк. Вдруг слышит рядом снаружи голос,
хитрый, старушечий:
- Что, сынок, попался?
- Попался так попался, - отвечает Кузька.
- Хочешь, выручу?
- Хочу.
- Только уговор: за выручку ты отдашь то, что у тебя есть, а я тебе -
то, чего у тебя нету.
- Ладно, - согласился Кузька, а сам подумал: "У меня в карманах ничего
вроде ценного нет, а у старухи и подавно. Так что баш на баш и выйдет. Да и
обмануть старуху завсегда можно".
Исчезла старушка А Кузька все лежит в мешке да лежит. Час прошел,
другой, третий пошел. Кузьке тошней тошного стало.
Вдруг опять голос снаружи:
- Лежишь?
- Лежу. А ты что не выполнила обещание? Развязывай мешок скорее,
старуха!
- Я, во-первых, не старуха, а во-вторых, это обещала тебе моя бабушка.
- Ну, все равно развязывай! Бабушка-дедушка!
- Давай сперва меняться.
- Опять меняться! Обалдели вы все, что ли?! Хватит! Развязывай, говорю!
- Ну, не хочешь - не надо. Лежи себе.
- Эй, эй! Постой! Чего торопишься? Не дает человеку подумать. Ну, куда
ни шло - давай меняться, только выпусти меня отсюдова.
- Ладно, выпущу, только отдай мне то, что у тебя есть. а я тебе то,
чего у тебя нет.
- Согласен.
И снова никого. "Что за чудеса? - думает Кузька. - Видимо, что-то у
меня есть самое дорогое, ради чего они все стараются. Только что?" Думал,
думал - ничего не придумал. АН, вот опять кто-то подошел. Али подплыл? Не
может ничего понять Кузька.
- Значит, меняешь? - Голос опять новый.
- Да, меняю, меняю! Вот привязались!
- А что на что меняешь?
- Будто не знаешь: что есть на то, чего нету.
В ту самую минуту мешок и раскрылся. Вылез Кузька и видите вода кругом
- спереди, сзади, сверху. А снизу дно, усеянное мелкими камнями. И висят
прямо перед ним в воде три темные тени. Вот одна опустилась на дно и
превратилась в старуху. Из ушей и носа ее торчал мох, морщинистое лицо было
похоже на кожуру грецкого ореха.
- А, золотой, молодой! - с ехидной улыбкой сказала водяная старуха. -
Отдавай, что обещал.
- А я и не отказываюсь. - И Кузька выворотил карманы.
- Бери что хочешь! Старуха злобно засмеялась:
- Хитришь! Зачем мне всякое барахло! Молодость-то у тебя есть, а
старости-то нет! Вот и подавай мне свою молодость, забирай мою старость.
- Э, нет, - сказал Кузька, укладывая в карман свое добро. - Так дело не
пойдет!
И вдруг голос его стал хриплым, старческим, а старуха расправила плечи
и стала молодой красавицей со злым взглядом зеленых глаз. Кузька взглянул на
ее зеленовато-белые руки, которые стали теперь гладкими и нежными, а потом
на свои и вскрикнул. Кожа на его руках обвисла и сморщилась. Поясницу
заломило, скрючило ноги.
Тут опустилась вниз вторая тень - это был огромный черный таймень.
- Ну, Кузьма Озерович, давай меняться.
Кузька похолодел.
- Хватит, - несмело сказал он. - Я уже отдал все самое дорогое, что у
меня было, - молодость свою отдал.
- Нет, милый дружочек, не все. И не самое дорогое. Есть у тебя
человеческий облик, а нет облика рыбьего. Отдавай мне человеческий, забирай
себе рыбий.
Открыл Кузька рот, чтобы ответить, а вылетел изо рта только писк. Хотел
Кузька руками взмахнуть, а вместо рук у него плавники. А таймень превратился
в молодого красавца со злым взглядом зеленых глаз.
- Пойдем, дорогая, - сказал он бывшей старухе очень любезно. - Мы
тысячу лет ожидали этого дурака.
Кузька что-то кричал, бил хвостом и успокоился только тогда, когда
кто-то постучал ему в бок. Кузька оглянулся. Рядом с ним плавал малюсенький
плешивый старичок:
- Эгей, Кузька! Ты со мной еще не рассчитался!
- Да у меня же забрали все,-запищал Кузька и заплакал. И слез его не
было видно - кругом вода.
- Нет, не все, - захихикал старик. - Не все, не все! У тебя еще остался
твой длинный рост. Теперь он тебе не нужен. Какая разница: будешь ты большой
рыбой или маленькой? А в обмен я сделаю тебя волшебником.
- Ну хорошо,-согласился Кузька.-Давай меняться...
Тимофей Митрофанович умолк.
- А дальше, дедушка, а дальше?
- А дальше будет в следующий раз, - ответил чей-то незнакомый голос.
Мальчики оглянулись в дверях вагона стоял лейтенант милиции. Это был
Леня Фомин.
ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ,
в которой милиционер Степан Аванесов проявляет бдительность
- Значит, отправились ночевать в Расторгуево?
- Так точно, товарищ полковник.
- И обещали сегодня к вечеру быть здесь?
- Так точно, товарищ полковник.
- Где же они?
- Не знаю, товарищ полковник. Может быть, дождь их за держал. Вон как
хлещет.
- Да, дождина... И все же они должны были выполнить обещание. Может
быть, они боятся?
- Чего? Я же им объяснил, что милиция награждает их за спасение девочки
денежной премией в двадцать рублей каждого. Если б вы видели, как они
обрадовались!
- Увидели? Разве их можно увидеть?
- Да нет, это я к слову. Но можно же почувствовать, как они
обрадовались. Зашумели, запрыгали, закричали: "Ура, мы спасены!".
- Все это хорошо, но где же они, где Вадим Смирнов, ученик пятого
класса, волосы русые, нос прямой! Где Паша Каш-кин, главный любитель
пирожков? Где?..
...В этот дождливый вечер в городском управлении милиции стоял на посту
у входа молодой милиционер Степан Аванесов, только что вернувшийся из
отпуска. Он был человеком исполнительным и добросовестным и втайне мечтал
стать когда-нибудь знаменитым следователем. Эта идея увлекла Степана
Аванесова еще с детства, когда он прочитал две затрепанные рваные книги с
замусоленными страницами - "Приключения Шерлока Холмса" и "Рассказы майора
Пронина". Кто из этих знаменитых детективов больше всего пришелся по душе
Степану, сказать трудно, но он приучил себя ничему не удивляться, как майор
Пронин, и, совсем как Шерлок Холмс, анализировать всевозможные странные
происшествия. И, надо сказать, достиг в этом немалых успехов.
Вот и сейчас мимо внимания Степана, хоть он и говорил по телефону с
оперативной группой, выехавшей на очередную операцию, не прошло, что дверь
гулко хлопнула. "Кто-то вошел", - решил Степан. Но в коридоре никого не
было.
"Кто бы это?" - начал анализировать Аванесов, и тут же он обратил
внимание, что на лестнице снизу вверх отпечатываются мокрые следы.
"Так-так, след небольшой... Скорее всего, детский, хотя, вполне
возможно, и женский... Нет, вернее, один - женский, второй-детский...
Странно... Честные люди не крались бы так медленно... Все ясно:
злоумышленники хотят украсть важные документы! Так... Не нужно горячиться!..
Степан Аванесов, твой час настал!"
Следы поравнялись с дежурным. Он пропустил злоумышленников вперед и
громовым голосом скомандовал:
- Стой! Стой, тебе говорят!
Злоумышленники остановились. Один из них спросил мальчишечьим голосом:
- Кому стоять? Мне или ему?
- Обоим стоять! Ясно?! Руки!
- Дяденька милиционер, - сказал другой нарушитель. - Нам нужно здесь
подарок получить ценный ..
- Ну-ну! Рассказывай! Подарок ему нужен. Ишь ты. Вы лучше скажите: кто
вас сюда послал?
- Не послал, а позвал.
- То есть как?
- А вот так. Нас пригласил лейтенант Фомин.
- Вот как? Вы даже фамилию знаете? Так и думал, что важные преступники.
Жаль, что малолетние... А ну, рук" вверх! Вверх, я говорю!
- Мы честно, дяденька милиционер, за подарком В газете же было
написано...
- Ишь ты, "в газете". Вот завтра вас следователь допросит, будете
знать, как безобразничать. А пока до утра я отведу вас в детскую комнату. А
утром посмотрим.
- Дяденька, а как вы нас увидели? Неужели, наконец, мы стали видимыми?
- Милиция, братцы, она все видит! Ясно?
* ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. САМЫЙ ГЛАВНЫЙ ВОЛШЕБНИК
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ,
в которой Маруся Логинова разговаривает с Аленой-Маленой
Алена-Малена успела перемазаться уже с утра. Степан Аванесов-он
проходил через двор, в котором играла Алена,-точно определил: лазила на
забор-платье опереди в рыжей известке; была на чердаке-где еще можно набрать
столько пыли; играла в классы-около кармашка следы мела. Аванесов, может
быть, прошел бы мимо, но Алена-Малена была родной сестрой его невесты, и
Степан не мог оставаться равнодушным
Он уже принялся было распекать неряху, заранее предвкушая, как она
напугается и удивится, что он про нее "все-все знает", но из подъезда
выскочила Маруся Логинова.
- Алена!-закричала она. - Иди сюда. Я тебе сейчас расскажу такое-сама
не знаю какое!
Алена воспользовалась этим и убежала к подруге, а Степан невольно
прислушался к разговору.
- А у нас гости знаешь какие?
- Знаю, дядя Леня Фомин к вам приехал, я видела...
- И ничего ты не знаешь. И вовсе у нас в гостях невидимки. Вот. А мама
говорит, что они меня спасли ..
При этих словах Аванесову припомнились мокрые следы на лестнице и
нагоняй, который получил он за то, что продержал сутки мальчишек в детской
комнате, а милиция сбилась с ног, разыскивая их по всему городу. Хорошо
хоть, что мальчишки не сбежали-весь день ели да спали. Спасло тогда Степана
лишь одно-он в тот день только вернулся из отпуска и о невидимках ничего не
знал.
- И они взаправдашние, невидимки? - спросила Алена-Малена, все еще
косясь на Степана Аванесова.
- Угу!
- А посмотреть на них можно?
- Как же посмотреть, если их совсем, ну совсем не видно.
- И вовсе ты обманщица,-сказала тогда Алена-Малена и отвернулась.-И
никаких невидимок у тебя нет. И никто тебя не спасал. Если были бы, так
показала б...
- Ну пойдем, пойдем, увидишь сама.
- А они малюсенькие?
Девочки помчались к подъезду. За ними двинулся и Степан Аванесов. "Хоть
посмотрю, за кого мне попало",-думал он, на самом-то деле не очень веря, что
дело обошлось без мошенничества. Никакие они не невидимки, а просто
притворяются. Все в жизни должно иметь объяснение-так считал Аванесов.
Девочки на цыпочках вошли в комнату. Степан остался стоять в дверях. Он
видел, как боязливо крадутся Маруся и Алена-Малена к кровати, на которой
только натренированный глаз Аванесова мог заметить приметы людей... Подушки
смяты головами, одеяло поднялось горбом в двух местах. "Один спит спокойно,
другой разметался", - решил Аванесов.
- Где же невидимки?-шепотом спросила Алена-Малена.
- А вот же, на кровати.
- И даже ничего тут нет,-сказала Алена-Малена уже погромче и потрогала
рукой одеяло. Вдруг она отдернула руку и закричала.
- Что случилось?-подбежал к девочке Аванесов.
- Невидимка схватил меня за палец.
- Это тебе показалось, Аленушка. Они ведь спят. Но девочки уже
выскочили на улицу. Поговорив немного с Марусиной мамой, вышел из дому и
Аванесов. В углу двора он увидел девочек. Алена-Малена была окружена большой
толпой ребятишек.
- Я их нисколько не боялась,-хвасталась она,-ну нисколько. Один даже
хотел мне палец откусить, но я его как... Степан улыбнулся и пошел к
автобусной остановке.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ,
в которой письма находят адресатов,
адресаты путешествуют, а путешественники возвращаются
Пока наши друзья видели седьмые сны в квартире полковника Логинова, сам
Василий Михайлович взволнованно ходил по кабинету.
- Ну хорошо,-говорил он Лене.-Мальчиков мы нашли. Но это ведь полдела.
Надо помочь им снова стать видимыми. А это штука нелегкая. Не верить же их
заявлению, что во всем виновата какая-то галоша. Ведь это абсурд.
- Конечно,-соглашался Фомин.-Если верить в галошу, то тогда надо
всерьез давать объявление в газету: "Потерялся волшебник. Нашедшего просим
возвратить владельцу за вознаграждение". Чепуха получается.
- Вот что, ты оставь мне письма, пусть мальчики почитают, а сам поезжай
к профессору Верхомудрову, Вдруг он сможет помочь.
Леня развязал ставшую весьма пухлой коричневую папку и достал письма из
Прибайкальска. Их было несколько.
Димка и Паша вошли в кабинет через полчаса после ухода Фомина. Они
уселись в два кресла, стоящие у стола, и Василий Михайлович вручил им письма
из дому. Это был самый приятный сюрприз для невидимок, потому что кто же не
скучает по дому? Где бы ни был человек - в дальнем увлекательном ли
плавании, в трудном ли походе, на берегу ли ласкового моря - все равно
скучает.
Мальчики углубились в чтение писем, позабыв все на свете.
Здравствуй, Димочка!
Как я соскучилась по тебе, дружочек. Василий Михайлович написал мне,
что вы наконец нашлись, и я очень рада. Я так волновалась все время, пока о
вас не было никаких известий. Только Анатолий Петрович утешал нас. Да еще
Сеня - пионервожатый. Тридцать один нашелся, - говорит он,-двое найдутся. Он
оказался прав. Кстати, Сеня сейчас тоже в Москве, уехал в какой-то институт,
к ученым, чтобы избавить вас от беды Пришло твое письмо, но без обратного
адреса, я и не знала, куда написать тебе. Приезжай поскорее, дружочек.
Твоя мама.
Димка чуть не расплакался над письмом, так ему захотелось домой. А
Кашкин почему-то улыбался. Димка понял, в чем дело, когда они обменялись
письмами.
Братишечки-омулятнички, как поживаем?
Что же это вы пустились в путь-дорогу, а меня, старого рыбака и
заядлого путешественника, оставили дома? Не ожидал, не ожидал. Это уже не
по-товарищески. Я, конечно, понимаю, вы, братки-рыбаки, зазнались. Думаете,
стали невидимками, так уже теперь на нас, видимок, можно смотреть свысока? А
я и сам без вас тут задумал проехать на "Волге" вдоль всего Байкала. А? Что?
Вижу, вижу, глаза заблестели. Ну, да я не такой, как вы. Хотите, возьму с
собой? Мне места не жалко. Только дело-то вот в чем: отпуск у меня
начинается через неделю, так что вы. того, торопитесь! Ясно? Тут еще мама
хочет вам написать пару слов, а я кончаю.
После закорючки, которая должна была означать подпись Кашкина-отца,
другим почерком было приписано:
Пашенька! Не ходи. милый, с непокрытой головой. Лето жаркое, может
случиться солнечный удар. Приезжай поскорее.
Мама Валя.
Третье письмо читали вслух.
Невидимкам-путешественникам, великим покорителям пространства,
представителям великого племени пятиклассников, от собратьев по счастью и
несчастью наш невидимый привет!
Это письмо по поручению тридцати одного невидимки пятого класса "В"
117-й школы пишет штаб невидимок. Недавно узнали о ваших делах и обсудили на
совете ваше поведение. Большинство поступков признано правильными. Штаб дает
вам поручение - найдите в Москве Сеню и присоединитесь к нему: нужно как
можно скорее узнать причину того, что с нами произошло, и как избавиться нам
от такой "радости".
По поручению невидимок
председатель совета
Сокольникова Вера.
- А вот и Леня вернулся, - обрадовался Логинов, заметив лейтенанта в
дверях.-Ну, как?
- Все в порядке,-улыбнулся тот. - Привет. Темно-синяя машина с красной
продольной полосой мчала наших друзей по городу. Уже возвращаясь после
прогулки, увидели они шагающих к вокзалу старых знакомцев-сибирских
пионеров.
- Никогда не ел пирожка вкуснее, чем тогда в вагоне,-засмеялся Паша.
А Димка подумал о том, что лучше путешествовать так же, как эти
ребята,-честно и заслуженно. А невидимкой быть ни к чему.
Четвертое стихотворение Вадима Смирнова
Жил да был на свете я -
Человек обыкновенный.
Жил, мечту одну тая,
Человек обыкновенный.
Получил галошу вдруг
Человек обыкновенный,
Стал невидим, словно дух,
Будто необыкновенный.
Я к друзьям пойти хочу,
А они меня не видят,
Я по воздуху лечу,
А они меня не видят.
Вот приехал я в Москву,
А она меня не видит,
Даже если зареву -
Все равно никто не видит.
Жил да был я - человек,
А теперь я невидимка.
Впереди был целый век,
А теперь я невидимка.
Приключилася беда,
И теперь я невидимка.
Неужели навсегда
Невидимкой будет Димка?
Сам не можешь ничего -
Что за необыкновенный?
Не поможет волшебство -
Что за необыкновенный?
Вот и бродит тень моя -
Что за необыкновенный?
Лучше б жил на свете я -
Человек обыкновенный...
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ,
в которой бабушка Варвара решилась
наконец поговорить с "нечистой силой"
Проходя через комна...
