Валерий Сегаль. Освобождение беллетриста Р.
© Copyright Valery Segal 1997, Library of Congress, USA
Жду читательских откликов.
Пишите по адресу: VALYANA@worldnet.att.netВалерий Сегаль
роман
ПРЕДИСЛОВИЕ ПУБЛИЦИСТА
Не будучи романистом, а следовательно не являясьмастером предисловий, я все же счел необходимым предпослать
несколько слов нижеследующим документам, отчасти из-за того,
что этим и исчерпывается мое авторство в данном случае, в
основном же с целью разъяснить широкой публике происхождение
столь бесценных материалов.
Вряд ли стоит напоминать читателю, что лауреат
Виньероновской премии знаменитый беллетрист Р. трагически погиб
13 августа ... года, выпав из окна двадцать восьмого этажа
отеля "Ривас" в Дьере. Напомню лишь, что тотчас прибывший на
место происшествия полицейский инспектор заподозрил
самоубийство, но никто не воспринял всерьез эту версию,
настолько нелепой она казалась применительно к преуспевающему,
молодому, полному идей человеку, по всей видимости счастливому
в личной жизни, недавнему лауреату самой престижной
литературной премии.
К сожалению, творческий путь беллетриста Р. оказался
коротким. Уже первые его вещи, опубликованные под псевдонимом
Маэстро, имели колоссальный успех. Маэстро успел создать
немногое, но его место в нашей национальной культуре
определенно и почетно. Оно заметно для всех.
Внешне биография Р. казалась столь безоблачной, что
никого из знавших его лично не настораживал тот факт, что у
знаменитого писателя, по-видимому, не было близких друзей. Быть
может, многие объясняли это элитарностью Р., а скорее всего
никто просто не задумывался над этим обстоятельством. Я и сам
понял это только теперь.
Так или иначе, но долгие годы я оставался одним из
немногих профессионалов пера, хоть как-то общавшихся с
беллетристом Р., хотя не могу сказать, чтобы мы с ним были
особенно близки. Но вероятно не было в писательских кругах
более близкого ему человека, иначе как объяснить, что Лиса
Денвер, вдова беллетриста Р., доверила именно мне осмотреть
персональный компьютер покойного, в результате чего я и стал
обладателем "Записок" (назовем это так), которые легли в основу
предлагаемой публикации.
У каждого, кто ознакомится с "Записками" возникнет
естественный вопрос: что же это такое? Иными словами: зачем
беллетрист Р. писал свои "Записки"? Трудно сказать наверняка;
вероятнее всего "В тухлых водах" (именно так озаглавлена
компьютерная директория) виделись автору как основа для будущих
мемуаров.
Еще при жизни беллетриста Р. я относился к числу его
самых горячих поклонников. Нетрудно представить, какое волнение
я испытал, нежданно-негаданно став обладателем нового,
неизвестного прежде, текста, несомненно принадлежавшего перу
безвременно ушедшего от нас любимого Маэстро. Вернувшись домой,
я первым делом создал в своем персональном компьютере каталог
"В тухлых водах", наполнил его бесценными материалами и с
жадностью на них набросился.
Первое же, самое поверхностное знакомство с записками
беллетриста Р. заставило меня усомниться в корректности
возможной их публикации по отношению к госпоже Денвер. Вполне
естественно, я задался вопросом: прочитала ли госпожа Денвер
эти записки, прежде чем передать их мне. С другой стороны, я не
считал себя вправе никак не отреагировать на любезность вдовы
Маэстро и предать забвению ее дар, несомненно врученный мне с
известным умыслом. Оказавшись таким образом в двусмысленном
положении, я осмелился вновь побеспокоить госпожу Денвер и
поделился с ней своими сомнениями. И прекрасная Лиса, уже
ставшая к тому времени супругой владельца крупнейших отелей
Ливадии, повторила, что я могу распоряжаться мемуарами ее
покойного мужа по своему усмотрению.
Таково происхождение предлагаемых читателю
материалов. Авторский текст сохранен полностью. Я лишь дал
названия главам — безымянным в оригинале, расставил эпиграфы и
предварил каждую главу материалами из прессы. Я счел себя
вправе проделать такую работу. Более того: она показалась мне
необходимой, ибо автор не планировал свои записки к публикации,
а потому они естественно нуждались в некоторой доработке.
"Можно видеть жизнь светлой и быть "светлым"
писателем, и это будет легко и приятно — точно так же, как
быть дураком," — пишет беллетрист Р. в своих записках. Но
можно, добавим мы, не быть дураком, видеть жизнь такой, какая
она есть, и быть при этом писателем со светлым мироощущением.
Такими были Дюма, Стивенсон, Джек Лондон. Таким всегда был для
нас беллетрист Р. Другим он предстает перед нами в своих
записках.
Что ж, Маэстро многолик...
Публицист
