Евгений Кукаркин. Я - кукла
страница №2
...опять перезаряжается, это еще шесть секунд. Вперед. Намгновение вижу перекошенное от страха лицо и прыгающую в руках винтовку.
Снайпер перезарядился и я падаю ему под ноги. Выстрел раздается где- то
сзади. Хватаю снайпера за ногу и рву на себя. Он падает. Прыгаю на него и
бью справа по морде. От удара слетают наушники и кепи и я обалдеваю..., на
землю и лицо рассыпаются длинные, русые волосы. Передо мной была женщина. Я
вскочил и ногой отбросил, лежащую рядом, винтовку. В это время, над головой
свистнула пуля и в стороне прозвучал звук выстрела. Я отпрыгнул в сторону и
оглянулся. Ко мне через холм мчался газик. Капитан, вцепившись в стекло,
размахивал пистолетом. Газик подлетел и я увидел сзади капитана еще одну
женщину в защитной форме, без кепи и знакомым мне до боли лицом. Капитан
спрыгнул и побежал к лежащему снайперу, а я подошел к газику и сказал:
"Здравствуй, Герда." Герда сидела как мумия, смотря на меня большими
глазами.
- Ты жив. Боже мой Вик, ты жив. - наконец разжала губы она. Как в
замедленной съемке, она сползла с машины и подошла ко мне.
В это время обернулся капитан.
- Лейтенант, - сказал он- у нее что- то с челюстью. Сейчас мы поедем к
врачу. Помогите мне отвезти ее в машину.
Герда отшатнулась от меня и пошла. Они втащили снайпера в газик и
капитан подошел ко мне.
- Если бы ты попался к ней, - он кивнул на Герду - она бы тебя точно
продырявила.
Я кивнул головой, это я знал. Я знал, что такое Герда слишком давно.
Судьба уже сводила нас и эта встреча потрясла обоих.
- В машину. - махнул мне рукой капитан и мы поехали к казарме. Ни
Герда, ни я не смотрели друг на друга, каждый думал из нас о чем то своем.
Газик бросало из стороны в сторону по бездорожью. Меня не интересовал
ландшафт, я ушел в прошлое...
ЧАСТЬ 3
Июль 1990г. Россия. Московская область. Спортивный лагерь.
Документы к тексту.
Газета "ИЗВЕСТИЯ" .........1992г.
...Из достоверных источников стало известно, что на территории
Московской области органами МБ и МВД удалось раскрыть базу подготовки
военных формирований молодежи, под прикрытием спортивного лагеря, а также
склад оружия. Склад и база принадлежали националистической организации
"Россия". Прокуратура возбудила уголовное дело.
Перед строем появился инструктор и худощавая девушка в защитной,
военной форме. У нее было вытянутое, продолговатое лицо, с тонким и изящным
носиком, продолговатые брови над стальными, холодными глазами. Белые волосы,
рассыпанные сзади, ниже плеча, прикрыты зеленым беретом. У нее были стройные
ноги, но весь вид портили черные полуботинки, явно не подходившие к таким
ногам.
- Ребята. - сказал инструктор- С вами будет заниматься вот эта
симпатичная девушка. Фамилия ее Калниш, звать- Герда. Она будет вести у вас
специальную огневую подготовку. Прошу ее слушаться и не выходить за рамки
недозволенного.
- Пожалуйста, Герда. - обратился он к ней.
Мой дружок Стас не выдержал и сказал: "Мы, вроде, стрелять умеем, зачем
нам еще баба." Инструктор хотел что- то сказать, но Герда остановила его
рукой. Она мягко, по- кошачьи, подошла к Стасу и остановилась раскачиваясь.
- Вы не скажите вашу Фамилию курсант и еще, вы бывали когда-нибудь на
войне под пулями?
Стас был перед ней как скала, перед кустиком. Чувствуя свое
превосходство перед такой малявкой, его понесло.
- Послушай, у нас здесь ребята не халву едят, а кое что делают и не
бабье это занятие- стрелять.
- Посмотрим. - сказала она- Так все же, как ваша фамилия курсант?
- Ну если для нашего будущего знакомства- Краснов Стас.
- Так послушайте, курсант Краснов Стас. Встретимся мы с вами не
где-нибудь, а в поле и чтоб вы представляли о серьезности нашей встречи, для
начала прошу- Курсант Краснов- выйти из строя.
- Иди ты... - сказал Стас.
- Последний раз, повторяю, курсант Краснов, выйти из строя.
В ее руках, вдруг, появился пистолет. Мы онемели. Инструктор пытался
вмешаться, но Герда так на него посмотрела, что он боком отошел на несколько
шагов.
- Уйдите от сюда. Не мешайте пожалуйста. - сердито сказала она
инструктору.
- Ну? - опять обратилась она к Стасу. Он не шевелился. Герда подняла
пистолет и... выстрелила. Стас подпрыгнул и сделал шаг вперед.
- Вот так лучше. - сказала Герда- А теперь. Вы видите вон тот заборчик.
Сейчас вы пойдете к нему и по моей команде, побежите сюда. Бежать будете
раскачиваясь, чуть пригнувшись, а я вам в этом помогу- и для весомости она
покачала пистолетом.
- Ну и стерва же. - не выдержал я.
На этот раз подпрыгнула Герда. - Кто сказал?
- Я, курсант Воробьев. Мне тоже выйти из строя?
- Да. - Герда подошла ко мне и стала с интересом разглядывать. По
правде говоря, вид у меня, в этот момент, был ужасный. Я был в трусах и
после тренировки, мое тело от пота было грязным, блестящим и вонючем. Она
втянула свой носик.
- Ну и воняет.
- А здесь душиться некогда и нечем, мадам.
- Я не мадам. Я ваш инструктор по фамилии Калниш. Запомните Калниш. -
Растянула она последнее слово.
- Вы, инструктор вобьете мне это пистолетом.
- И пистолетом тоже. А сейчас вы присоединитесь к курсанту Краснову и
будете учиться бегать с ним. Марш. - и она ткнула пистолетом в сторону
забора.
- Пошли Стас. - сказал я- Нельзя трогать живую природу, она запахнет.
- Вы еще не уразумели главного. - раздалось нам в след- Не исполнять
мои приказания- это гарантия быть инвалидом.
Мы остановились у забора.
- А теперь, бегом, назад. - закричала нам Герда.
Курсанты разместились за ней полукругом. В центре стояла Герда. Она
подняла пистолет.
- Курсант Воробьев, ко мне, бегом. - рявкнула она и выстрелила. Пуля
чиркнула у моего виска. От ярости я подпрыгнул.
- Ах ты стерва, ну погоди.
Гигантскими прыжками я несусь к ней. Вторая пуля, заставила меня
мотнуться вправо, третья влево. Семь пуль просвистело у моей головы, прежде
чем я добежал до нее. Я замахнулся, чтобы ударом снести эту глупую башку с
плеч, но она отскочила и ледяным голосом сказа: "Очнись идиот. Это- Стечкин.
Я не шучу. Надо знать оружие."
- Мне очень жаль мадам- инструктор, - вдруг, успокоился я- мне жаль,
что вы женщина, а не мужчина. Иначе бы...
- Что иначе?
- Твоя башка катилась бы здесь по траве, вместе с твоим Стечкиным.
Я плюнул и отошел к онемевшим курсантам. Герда повернулась к Стасу.
- Курсант Краснов, ко мне, бегом. - Стас побежал, от ужаса вылупив
глаза, чуть ли не на лоб. Она начала стрелять и Стас упал. Я подскочил и
схватил ее за локоть, рванув в сторону.
- Ты, дрянь. - Что- то уперлось мне в живот.
- Отпусти. Иначе выстрелю. - Я опять отошел.
- Курсант Краснов, встать, ко мне. - рявкнула опять она. Стас, качаясь,
встал и побежал к ней. Его нельзя было узнать. Он, просто, в эту минуту
постарел и позеленел. Я выругался, повернулся и пошел под душ, смыть свое
скверное настроение.
Так началось наше знакомство. Герда честно отрабатывала свой хлеб, она
гоняла нас до изнеможения. Особенно досталось мне и Стасу. Стас, и еще двое
не выдержали, их пришлось списать. Бегать под пулями, то пулемета, то
автомата, то пистолета, учиться увертываться, когда в лоб уставился ствол-
не очень приятное занятие. Герда стреляла, как бог и я получал от нее массу
неприятных мгновений, когда пуля чиркала по волосам.
Курсанты смеялись надо мной: "Ненавидит, значит любит." - говорили они.
- Да она же дерево. - отвечал я - У нее все заросло паутиной и
плесенью.
Герда упорно отдавала мне предпочтение, выраженное в непрерывных
занятиях и только со мной. Она распускала всех курсантов, кроме меня и
гоняла несколько кругов, под стволом, любимого ей, Стечкина. Но однажды,
когда тренировка кончилась и мы были вдвоем, Герда подошла ко мне и провела
пальцем по мокрой груди.
- Я думаю Виктор, что ты самый способный ученик из всех, кого я
тренировала. Я бы очень хотела, чтобы наши с тобой отношения были более
дружескими.
- Можно я буду называть тебя Герда? - она кивнула - Так вот, Герда, я
не злюсь на тебя. Ты делала свое дело, тебе платили, это твоя работа и я
тоже не прочь чтобы наши отношения приняли другую форму. Ты и в правду меня
многому выучила и я тебе благодарен за это.
- Я не об этом. Я хочу, чтоб ты видел во мне женщину, я хочу чтоб мы
были очень большими друзьями. Ты мне очень нравишься Виктор. Я не хочу, чтоб
это, - она указала на пистолет- было когда-нибудь между нами. Она улыбнулась
и я увидел не стальное лицо красивой амазонки, а лицо милой женщины с
тоскливыми глазами.
- Ты сейчас куда идешь? Подожди меня, я сейчас схожу в душ. Герда
кивнула головой. В этот день мы много гуляли и рассказывали друг другу все,
что приходило в голову. А вечером, после приглашения Герды, я пришел к ней в
гостиницу, где она жила. В маленькой комнатке с одним окном, был один стул и
Герда, как гостю, предложила его мне. Она выставила на стол бутылку
кубанской водки и бутерброды с колбасой и сыром.
- Разлей. - она кивнула на бутылку и села на край кровати.
Я разлил водку по стаканам, один из них, вместе с бутербродом, передал
ей.
- Давай, выпьем за нас. - сказала она- Скоро я уеду и пусть, где бы нас
не мотало, мы вспоминали друг о друге и были друзьями.
Я кивнул и мы выпили. Водка нас оживила, мы разговорились и Герда стала
показывать свои безделушки и всякие вещи.
- А это знаешь что? - она выволокла из шкафа футляр виолончели.
- Знаю. Виолончель.
- Она засмеялась.
Герда достала ключик и открыла футляр. Внутри был пенопласт, в
выдавленной форме которого, лежала снайперская винтовка, неизвестной мне
системы.
- Откуда это у тебя?
- Это подарок. Посмотри. - и она вытащила винтовку- Мне ее за одну
операцию, сам командующий подарил. Видишь этикетку?
На ложе винтовки была металлическая пластинка с надписью: "Самой милой
женщине за неоценимую услугу."
- Но это же не наша вещь.
- Да это бельгийская, новая модель. Видишь выход нарезки, не в виде
широких полозьев, а тонких треугольничков, это все для увеличения скорости
пули. В Союзе всего одна такая. Кагэбэшники где- то добыли.
- Ее могут у тебя стащить.
- Пока миловал бог. Да и кто потащит у одинокой, бедной женщины. - Она
засмеялась.
- Герда, почему ты такая, ну как сказать, воинственная, что ли? Откуда
у тебя эта страсть к оружию, стрельбе, ко всяким операциям, даже к убийству.
- Мы с семьей жили в Анголе. Там всякого навидались. Отец был военным
советником и мы жили не в Руанде, а в казарме, в воинской части, где- то в
пригороде. Отец всегда настаивал, чтобы вся семья училась стрелять из всех
видов стрелкового оружия. Обстановка была тяжелой, а он боялся за наши
жизни. Был дурацкий приказ из Союза, запрещающий всем семьям покидать Анголу
и все ради стабилизации и нормализации обстановки. Вот мы и дождались, когда
Унита начала резню. Все горе солдаты сразу разбежались, остались русские
семьи, да преданные офицеры, которым терять было нечего. В этой свалке
стреляли все, даже дети. Мы продержались три дня, когда подошли части,
верные правительству. Отца ранили, а мать убили во время осады. С тех пор я
все воюю.
- А это, именное оружие, за что?
- Много будешь знать, скоро состаришься. - засмеялась опять она- А в-
общем, опять, за Африку. Там к белой женщине совсем другое отношение, даже
чем к местным, этим и воспользовались наши и провернули одну операцию.
- Там, тоже кого- то ликвидировали?
- Да. Там и оружие вручили.
- Полегче не могли дать.
- Я сама захотела снайперскую. - она положила винтовку на место и
закрыла футляр.
- Ты замужем была?
- Была. Да муж псих попался. Тоже военный. Он туда, я сюда. Не любила с
хозяйством возиться, детьми, больше мотаться по странам нравилось. Муж мой
оказался пьяницей и бабником, а потом, заразился за границей. После этого у
меня к нему стало полное отвращение. Плюнула я на него, ребенка сестре в
Прибалтику подкинула, а сама опять по свету. Вот так я оказалась здесь.
Мы выпили всю бутылку и я почувствовал, что начал плыть. Я пересел к
Герде на кровать и обхватил ее руками. Она прижалась ко мне и сказала:
- Я скоро уеду. Мы с тобой расстанемся, а жаль.
Через пять дней произошло ЧП. После того, как ушел Стас и двое ребят,
нашу группу пополнили двумя парнями. Один из них был закавказец, очень
горячий мужчина и страшный бабник. Он сразу стал цепляться к Герде. Когда
она его, в этот день, хотела потренировать, прежде чем пойти к забору, он
шутливо стукнул своей лапой ее по попке. Герда оскалилась и врезала ему по
скуле стволом пистолета. Брызнула кровь. Закавказец озверел и бросился на
нее. Герда выстрелила. Пуля ударила его в плечо и отбросила метра на два.
Парень он здоровенный, сначала просто ни чего не почувствовал и не понял, а
когда опомнился, пошел на нее гориллой. Мы бросились к нему и я постарался
закрыть его от Герды своей спиной. С трудом, не смотря на ранение, мы
повалили его на землю. Он ревел как бык и затих, увидев измазанные кровью
наши тела. Герда повернулась и ушла.
Комиссию не назначили и наверху постарались все замять. Но вечером
уехала Герда, даже не сообщив мне ничего. Только в гостинице, администратор
передал мне записку.
"Вик, прости, я не могла с тобой переговорить, но обстоятельства
потребовали, чтобы я исчезла. Я уезжаю далеко, но поверь, только с тобой я
чувствовала себя нужным человеком и женщиной. Куда бы нас не разбросала с
тобой судьба, я верю, мы встретимся. Я тебя люблю Вик. Твоя "злая" Герда".
ЧАСТЬ 4
Сентябрь 1992г. Россия. Красноярский край. Спецлагерь в/ч......
На ужине, я встретился с собратьями по несчастью и рассказал, о том что
произошло на полигоне. Один из старожилов сказал:
- Пожалуй у них это первый случай. Такого еще не было. Нападение на
охотника, это пожалуй впервые. Но то как это отразится на нас. Либо они нас
в отместку перестреляют, либо оставят в покое.
- Оставят в покое. - кивнул я головой.
- А ты откуда знаешь?
- Капитан приходил ко мне.
- Зачем? - все посмотрели на меня удивленно.
- Пытался выяснить степень родства или знакомства, с приехавшей
компанией снайперов.
- Ну а ты?
- А я все рассказал, как на духу.
- Так почему же нас оставят в покое?
- Потому что у меня, в приехавшей кампании, действительно есть знакомые
и это подействовало на некоторых из них отрицательно. Правила, которые я им
навязал, слишком им не нравятся и им не хочется, как их подруга, валятся по
больницам, да еще не дай бог с исковерканной физиономией.
На этом мы и расстались.
Примерно, через час, после ужина, ко мне пришел капитан.
- Пошли со мной. - приказал он.
Мы прошли через сложную систему охраны второго этажа и по лестнице
поднялись на третий этаж. Не закрытые решеткой окна с правой стороны
коридора, на мгновение вселили мне надежду на побег, но я отбросил эту
мысль, зная с кем я иду. С правой стороны- вереница дверей с табличками
служб лагеря. Одна из дверей была обита железом. Капитан открыл ее ключом и
я очутился в комнате, с затянутой решеткой окнами. Как и на втором этаже, в
углах комнаты торчали оптические зрачки телекамер. С правой стороны была
дверь и когда я заглянул туда, то был приятно удивлен, увидев ванну, правда,
совмещенную с туалетом. В комнате, у стены, стояла кровать, напротив- стол,
покрытый голубой клеенкой и две табуретки, по бокам стола.
- А теперь. - сказал капитан- Веди себя прилично, к тебе гости. - и он
вышел, закрыв дверь ключом.
Я подошел к ванне и открыл кран. Горячая вода с шумом забила в дно
ванны. Я разделся, отрегулировал душ и залез в ванну. Неожиданно дверь в
ванну открылась и на пороге появилась женская фигура. Прислонившись к косяку
стояла Герда. Мы смотрели друг на друга и молчали. Наконец, Герда зашевелила
губами.
- Вик, когда я увидела тебя, там на полигоне, мне было худо. - я ее
плохо слышал, из- за шума падающей воды.
Я поднялся и струи воды ударили меня в правое плечо. Герда оторвалась
от косяка и подошла ко мне. Брызги душа от моих плеч, бусинками, посыпались
по ее платью. Я отключил душ и она, пальцем, как в прежние времена, провела
по моей груди.
- Выходи. - прошептала она.
Я вылез из ванны и голый пошлепал за ней в комнату. Герда села на
табуретку, а я свалился на кровать и запахнулся грубым солдатским одеялом.
- Когда я узнала, что ты попался и тебя приговорили, я почувствовала,
что от меня оторвалось мое прошлое. - тихо сказала Герда. - В тот день я
запила и неделю не могла придти в себя.
- Герда, я действительно из прошлого. У меня здесь нет ни каких шансов.
Я понимаю, как ты потрясена, увидев меня здесь среди мертвецов, но ты всегда
была женщиной с крепкой психикой и должна понять неизбежное.
- Я ведь чуть не убила тебя.
- Герда, давай не будем сейчас об этом. У нас тобой мало времени и
поговорим о чем-нибудь другом. Ты мне расскажи, как ты жила это время, что с
тобой было.
- Вик, - она рванулась с табуретки, упала мне на грудь и заплакала.
- Ты же железная, Герда прекрати.
- Сейчас, я приду в себя. - она подняла голову и размазала по щекам
слезы. - А мы завтра уезжаем.
- Подари мне этот вечер. Герда.
Она кивнула и потянулась ко мне губами. Мы долго занимались любовью и,
наконец, обессиленные свалились на единственную подушку.
- Расскажи мне, - попросила Герда- что было, после того, когда я
покинула лагерь?
- Люберецкий лагерь разогнали, когда дотошный журналист, нацарапал
статью, в какую- то новую демократическую газетку. Я, по рекомендации, попал
в город к одному из отцов мафии и был у него, вроде чем- то, как пресс-
атташе, для связи с общественностью. Связь эта выражалась в том, что все
службы района: милиция, прокуратура, местные власти- должны быть мной
куплены и попадали под мой контроль. Я вытаскивал, вляпавшихся в дерьмо
рядовых мафиози, крупных предпринимателей и других граждан за приличную
сумму. Чтоб общественность не возмущалась, приходилось правосудию отдавать
мелкую шушеру и всяких наезжих гастролеров, не сумевших вступить с нами в
контакт. В каждом отделении милиции, в каждом следовательском отделе,
имелись свои люди, готовых продать душу, за паршивую сотню рублей.
Но вот наступила полоса невезенья. Зажравшийся прокурор, от старости и
сытости, скончался и нам в район прислали "честного" нового прокурора.
Сначала я его пытался купить, потом стал угрожать, а он как скала. Потом
подослал "хорька", чтоб с дружками проучили строптивого. "Хорек" отделал его
хорошо, но когда стал удирать, у него не завелась машина. Как назло
проезжал, никогда не ездивший, наряд милиции оказался тут и на крик
посторонней женщины, "хорька" схватили. Я пытался "хорька" вытащить, но
прокурор, хоть и избитый, уже вцепился в него. И тут, вдруг, в нашем районе
завалился на мокрухе, какой- то черный. Сначала я думал, что это гастролер и
не придал ни какого значения. Но к шефу приехали мафиози соседнего района и
стали просить помощи вытащить придурка. Шеф поручил мне заняться этим делом
и я стал сорить деньгами влево и вправо, чтобы вытащить подонка. Я суда над
ним не боялся- суд был куплен на корню. Но новый прокурор, выкинул отличный
номер, он добился, что суд буде по месту жительства обвиняемого, в другом
районе города, где я совсем бессилен, а мафия того района воюет с друзьями
подонка. Ну того и осудили. "Друзья" моего шефа, не стали очень разбираться
в подробностях, а просто сказали ему, что его прирежут. Тот от страха все
свалил на меня и однажды, трое черных ребят, под вечерок, напали на меня в
парадной. Двоим я сразу переломал шеи, а третьему, после допроса с
пристрастием, проломил голову. Перед смертью, третий мне рассказал все, что
знал. В своей машине я отвез мертвых подонков в соседний район к дому
главаря и выбросил их у парадной их хозяина, пусть разбирается сам. Так
началась кровавая разборка. В этой потасовке я упустил из виду нового
прокурора, который тщательно собирал на нас досье и ждал только случая,
чтобы расправиться с нами. Случай представился.
ЧАСТЬ 5.
Июнь 1992г. Россия. г.Санкт-Петербург.
Информатор позвонил слишком поздно. В это время мы дулись в марьяж. Мы
- это я, Натали и семейная пара соседей по лестничной площадке. Дым выигрыша
и азарта висел над столом, когда взорвался звонком телефон.
- Виктор Николаевич? - спросила трубка.
- Да.
- Это говорит Марина. Вы помните, с аэрофлота.
- Марина Алексеевна, которая мелом испортила мне сумку.
- Да, действительно помните. - засмеялась трубка.
- Я тебя внимательно слушаю Мариночка.
- Да, теперь к делу. Только что приземлился господин Тельс. Вилис
Тельс. Вы, еще тогда, просили сообщить, когда он появиться.
- Что можешь мне сказать еще?
- К сожалению я на рабочем месте, за барьером и не могла видеть, куда
он двинулся дальше.
- Марина я все понял. Большое тебе спасибо. Ты завтра отдыхаешь?
- Да у меня свободный день.
- Я заеду. До свидания Мариночка, до встречи.
Я положил трубку и тут же услышал голос Натали.
- Это что за Мариночка? Господи, сколько у него баб.
- Замолчи. - сказал я и поднял трубку.
- Але...Борис. Это я, здравствуй. Прошу тебя, сядь на телефон, свяжись
со своими людьми в гостиницах и выясни, где поселился господин Тельс.
Запомни. Вилис Тельс. Если узнаешь, срочно звони ко мне. Я сижу жду звонка.
Я положил трубку и повернулся к столу. Пара соседей встала, засуетилась
и стала прощаться. Натали надула губы и дым веселья улетучился из квартиры.
Борис позвонил через двадцать минут.
- Вик, я его нашел. Он в "Прибое", в номере 340. Отметился, как
предприниматель, но по моим каналом он прикатил для встречи с Асланом. Ты
его знаешь, противный тип. Прилетел Тельс на два дня. Послезавтра улетает
обратно. Да еще...Будь осторожен. Верный человек сказал, что господина
окружили менты, только непонятно для чего, то ли для охраны, то ли для
слежки.
- Спасибо Борис. Пока.
Я рванул с вешалки плащ и выскочил из квартиры, под возгласы
негодования Натали.
Я примчался к гостинице "Прибой" и поставил машину недалеко от дома
культуры, который находился напротив гостиницы, только с левой стороны.
Когда я подходил к центральному входу, окно, одной из стоящих у тротуара
машин, опустилось и знакомый голос остановил меня.
- Гражданин Воробьев, вы куда так спешите? - в окне показалась голова в
темных очках с огромной копной нечесаных волос. Я подошел к машине. Внутри
нее сидело еще три человека.
- Здравствуйте Сергей Васильевич. Хочу встретится с одним человеком в
гостинице.
- Он что, назначал вам встречу?
- Еще год назад.
- Не надо вам ходить на эту встречу, гражданин Воробьев. Я к вам
отношусь с большой симпатией и поверьте моему совету, не ходите туда.
- К сожалению, не могу. У меня с тем господином очень много общих дел.
- Ну смотрите сами Воробьев, только знайте, я вас предупреждал.
В холле гостиницы шаталось несколько человек. Один из них, в
гражданской форме, с неприязнью смотрел на меня.
"Уже предупредили." - подумал я.
Я пошел к лифту и заметил, как двое гражданских пристроились за моей
спиной, а тот, с противным лицом, направился к администратору. Я вошел в
лифт и резко повернулся, прижавшись к стеклянной стенке. Двое вошли в лифт и
один из них нажал кнопку третьего этажа.
- Вам ведь на третий, не правда ли? - спросил он.
- Да.
Лифт со скрипом дополз до третьего этажа. Двери открылись и эти двое
выкатились из лифта. Я сделал паузу и тоже тронулся за ними. Старушечье
лицо, дежурной по этажу, сверкнуло по мне очками. Двое гражданских
углублялись в коридор. Я пошел искать номер 340.
Вот и нужная мне дверь. Я постучал.
- Войдите. - раздался громкий голос.
В комнате было три человека. За столом сидели: господин Тельс и
знакомая фигура Аслана, самого гнусного мафиози города. У окна, в кресле,
сидела тонкая женщина с неимоверно длинными ногами, причем они закрывали ее
всю и только голова с прилизанной прической, торчала из- за колен.
- Какие гости. - заговорил Аслан.
- Приветствую вас, господа. - ответил я.
- Здравствуй Вик. - Тельс поднялся и подал мне руку.
- Здравствуйте. - пискнула женщина.
- Хочешь выпить? - спросил Тельс и не дожидаясь моего согласия, стал
наливать коньяк, стоящий на столе, в свободный бокал.
- Если вы не против, я сяду. - взяв бокал, я оторвал свободный стул от
стола и поставил его у стены на против троицы.
- А ведь мы тебя ждали. - сказал Аслан.
- Не потому ли вокруг этого номера полно ментов и темных личностей
вроде тебя.
- Не заводись Вик. - Тельс отставил бокал с коньяком- Я действительно
знал, что ты придешь и хотел с тобой поговорить. Аслан высказал на родном
языке какую- то фразу, замолчал и злобно посмотрел на меня.
- Вик, ты мне мешаешь. - продолжал Тельс- Твои угрозы не позволяют мне
развернуться. Мы, с Асланом, решили предложить тебе, не мешать нам и, если
хочешь, поделим сферы влияния и разойдемся, как пай мальчики.
- Вилис, ты догадываешься за чем я пришел?
- Сколько, ты считаешь, я тебе должен?
- Сто тысяч баксов, пол года назад. Сейчас уже двести.
- Ты шутишь Вик?
- Я тебе сделал большой заказ с медью и цветными металлами. Я
организовал липовые фирмы и сумел без пошлин протолкнуть заказ в Прибалтику.
Ты заработал, по моим подсчетам, пятьсот тысяч баксов. Мою долю ты мне не
вернул. Ты удрал. Удрал, как подонок, даже невесту бросил. - я скосил глас
на мадам, сидящую в кресле.
Ее лицо закрыл бокал, через который она нас рассматривала, как через
лупу.
- Вик, я тебя не оскорблял и прошу, не надо эмоций. Во первых, твои
подсчеты не верны. Медь упала в цене. Во вторых, твой шеф, получил во
владение целый район, который я сумел при дележе, фактически, бесплатно
подарить ему. Такой подарок стоит всех моих долгов. Наконец, в третьих, я,
как ты говоришь, удрал, не из- за тебя, а из- за казанцев, которым
действительно должен приличную сумму.
Я молчал, переваривая услышанное. Неожиданно в дверь постучали. В
комнату ввалилось два типа, которые сопровождали меня в лифте.
- Аслан. - сказал один из них- судя по всему, здесь полно ментов. Я
подозреваю, что в этой комнате спрятан микрофон.
- Ладно ребята, идите. Это не так страшно, я им хорошо плачу и это я их
пригласил, что б этот тип- и он кивнул на меня- не выкинул чего-нибудь.
Ребята вышли.
- Ну и скотина. - с восхищением сказал я.
- Заткнись.
Аслан чувствовал себя на высоте положения.
- И ты предлагаешь с этим подонком, - обратился я к Тельсу - делить
сферы влияния. Да он просто тебя прирежет или продаст. Ни на какие сделки с
этим дерьмом я не пойду. Я еще проверю, что ты мне сказал и если все правда,
ты будешь делать свой бизнес. Но я разорю тебя, если будет этот странный
союз.
В это время вскочил Аслан.
- Да я тебя сейчас сделаю. - в его руках сверкнул длинный ствол
пистолета.
- Аслан не смей. - закричала женщина.
Но остановить Аслана уже было не возможно.
Я отпрыгнул от стула вправо. Пистолет тихо кашлянул и пуля щелкнула,
где- то в стене. Корпусом бросаюсь на стол и вижу, как Аслан и Вилис от
удара кувырком катятся по полу, а на них массой ползет боком стол. Еще стол
не успел остановиться, как я перепрыгнул через него и наступил на руку
Аслана.
- Ты скотина, ты забыл с кем имеешь дело. Я тебя оставлю сейчас в
живых, потому что здесь приличная компания и есть женщина.
- Ребята, - заорал Аслан - Сюда.
В комнату ворвались два его охранника с пистолетами в руках и я начал
действовать, как автомат. Ударом ноги ломаю кость руки, в которой Аслан еще
сжимал пистолет. Он вскрикнул и закрутился на полу. Опять прыгаю через стол,
но уже ласточкой и хватаю первого парня за ногу. Он падает с грохотом на
пол. Отжимаюсь на руках и волчком, выбрасываюсь под ноги второму. Мы втроем
на полу и кто- то из них успевает задеть меня стволом пистолета по скуле.
Кажется я перестарался. Один из охранников мертв, его кадык провалился в
шею, а второй, лежит на животе и из уголков губ его, сочится струйка крови.
Я поднялся и подошел к Вилису.
- Прости Вилис. - я взял его за руку и помог подняться.
Вилис скривил лицо и потирал правую руку. А на полу скорчившись лежал
Аслан и тихо выл, как побитая собака. Женщина, в кресле, вытянула свою
голову с плечами из- за колен и с ужасом смотрела на меня.
- У вас кровь. - шепотом сказала она.
Я провел рукой по скуле и почувствовал боль. Рука вся была в крови.
Платка я никогда в жизни не имел и поэтому стал оглядываться, чем бы
вытереть лицо.
- Возьмите мой. - над коленом протянулась рука с платком.
Я взял и прижал его к скуле. Запах духов, буквально ошеломил меня и
голова стала работать четко и ясно.
- Да поговорили. Но надо кончать. Слушай, ты. - я подошел к
валяющемуся, Аслану - Ты исчезнешь из города. Это дело, с ребятами, возьмешь
на себя сам. Чтобы завтра никто тебя здесь в городе не видел. И если кто из
твоих мальчиков, даже недалеко от меня появится, я тебя достану везде.
- Ну ты и наделал дел Вик. - очнулся Вилис- Сейчас уходи, придут
фараоны и будет опять кровь. Я не хочу этого, а этих, - кивнул в сторону
валяющихся, уберут. Аслан все уладит.
- Да, мне пора. До свидания Вилис. Извини, что так получилось. До
свидания мадам, спасибо за платок.
Я прижал платок к щеке и шагнул к двери.
Когда я подошел к лестнице, мне сразу же не захотелось идти через
главный подъезд и я завернул на черный ход. На первом этаже я зашел на
кухню, прошел мимо изумленных поваров, к открытому окну. Схватив тяжелый
чурбан для рубки мяса, высадил им решетку и выскочил наружу здания. У моей
машины стоял Сергей Васильевич и прилично одетый гражданский.
- Говорил я тебе не ходи туда, а ты пошел. - начал Сергей Васильевич-
Человека ухлопал, двоих изувечил. Вышка тебе обеспечена. - он сказал это
спокойным голосом и вытащил из кармана браслет- Давай поворачивайся.
- Капитан, я предполагал еще раньше, что ты получаешь бабки от Аслана и
закавказцев. сегодня это подтвердилось и мой тебе совет, не мешай. Уйди с
дороги.
- Поворачивайся, тебе говорят. - рявкнул на этот раз Сергей Васильевич.
- Ну что ж.
Я сделал вид, что хочу повернуться и неожиданно ударом ноги врезал
между ног стоящего с Сергей Васильевичем гражданского. С самим капитаном я
разделался проще. От удара он откинулся на крышу машины, а от второго - у
него что- то хрустнуло и он сполз на асфальт. Я залез в машину и увидел, что
от гостиницы ко мне бегут люди.
Проезжая по Большому проспекту, я подумал, что здорово влип и на этот
раз мне из этого дерьма не вылезти.
Я ушел, но у следователей остались записи моих разговоров в гостинице и
все это оказалось в досье прокурора. Он знал, что меня трудно взять из- за
коррупции органов власти и обратился в КГБ за помощью.
Так началась операция КГБ- Лилия. Ее к нам сначала заслали якобы
помирить мафиози, потом- ко мне ее приставили, завели в ресторан, и там она
меня отравила. Подсыпала быстрорастворимого порошка в водку, из- за чего я и
отключился. Потом Лилия фигурировала на процессе, вместе со всякой швалью.
Меня приговорили. После подачи апелляции- не помиловали и я оказался здесь.
Пожалуй, все.
- А что, Аслан уехал из города?
- Да. Но дошли слухи, что его прирезали свои.
- А та девица, с длинными ногами? Ты ее видел потом?
- Да.
- А Вилис?
- Он обманул меня и с казанской группировкой, и со всем остальным. Он
опять бежал.
- Милиционер, жив?
- Сергей Васильевич. Жив. Только с позвоночником у него плохо. Ладно,
все о себе, да о себе. Ты скажи, как твое житье, после Люберцев?
- А никак. Мне предложили съездить в Карабах, где я немного постреляла.
Там- та же история, одному хмырю, очень хотелось меня трахнуть. Когда он
решительно полез, я прострелила плечо. Опять был скандал , и его так же
замяли. Меня опять турнули в Россию. Пожив немного, я поехала в Литву к
сестре и дочке. Приняла гражданство Литвы, опять не ужилась. В Прибалтике
организовывались команды добровольцев в страны СНГ и за границу, под эгидой
каких- то непонятных организаций. Меня пригласили организовать команду
снайперов- девушек, и я согласилась. И вот с отборной группой, для
тренировки, я здесь.
- А как тебе удалось пробить этот вечер?
- Там наверху, я говорю про лагерную верхушку и их домочадцев, страсти
вокруг тебя не утихают. Особенно стараются две шлюхи: жена капитана и его
великовозрастная дочь. Они ходят на твои выступления, как на праздник и обе
по уши влюблены в тебя. Дочь прямо истекает слюной, так хочет с тобой
трахнуться. Во- первых, капитан догадывается об этом и, чтоб насолить им,
пошел уговаривать полковника дать разрешение на нашу встречу.
- А во- вторых?
- А во- вторых, я сама переговорила с полковником. Он же баб любит. Я
потерлась немного, он и поплыл и ни в чем мне отказать не мог. Тут пришел
капитан и подтвердил мою просьбу. Полковник согласился- и я здесь.
- Как ты думаешь нас сейчас видят? Видят, что мы голые и что мы здесь
делаем?
- Конечно. Уверена, что эти шлюхи и другая погань лагеря, сейчас сидит
перед экранами в пультовой, а шлюхи дрочат письки, глядя на нас.
- И тебе не стыдно, что они нас голых видят?
- Это, наверно, стыдно тебе. Мне на них наплевать. Баб голых, где
угодно сейчас можно увидеть и по телеку, и на яву, и в книгах. И я ни чем от
них не отличаюсь. Вот тятьки, - и она руками подняла одну грудь, - вот
попка, вот писька. - и она похлопала между ног - Бабий стандарт.
Герда потянулась и продолжила: "Да и у тебя машинка ничего, впечатляет.
В пультовой сейчас все бабы мне завидуют. Поэтому, давай назло им вгони-ка
свою машинку в меня еще раз, пусть там все эти суки онанизмом изойдутся." -
она вдруг повалилась на меня и поцеловала.
Утром меня разбудил капитан. Герда одевалась в стороне. Потом подошла
ко мне, поцеловала и скрылась за дверью.
- Одевайся. - приказал капитан.
Он сел на табуретку и вытащил сигарету.
- Ну как ночь прошла? Хорошо? - затянулся он. - Если бы ты был на
гражданке, далеко бы пошел. По крайне мере, весь женский персонал от тебя бы
стонал.
- Я уже был на гражданке, капитан.
- Ну, значит, плохо был. Пошли.
Через четыре дня ко мне в камеру опять пришел капитан.
- Пошли на ринг. - сказал он, потом добавил - Да смотри у меня, никого
не сломай, сейчас будет тренировка спецназовцев. Бой, как всегда, в полную
силу с арсеналом всех приемов, но не до крови.
- Мне нельзя, а им можно?
- Им можно. Если ты такой кретин, что позволишь, чтоб тебе пустили
кровавую соплю.
Зрителей за решеткой было так же много. Две женщины у решетки, как
всегда, открыв рот смотрели, как я скидываю куртку. Зеленые глаза одной
сверкали и сверлили меня. Бой был "чистым". В этот раз мне достались, по
очереди, пять спецназовцев, которых я быстро и красиво уложил на ковер.
Женщины первого ряда вскрикивали от восторга, когда я чистыми приемами валил
своих противников на пол.
А на следующий день вечером капитан опять повел меня на третий этаж. Он
не уходил, пока я вымылся в ванной и сел на кровать.
- Возьми свою одежду - сказал он - и закрой телекамеры.
Я повиновался. Капитан вышел за дверь и ввел женщину с очень крутыми
бедрами. По лицу ей можно было дать лет 35. Усталое, поношенное, но еще
красивое лицо. Фигура полновата, из под юбки выглядывали толстоватые ноги.
Капитан обратился к женщине: "Ну, Фани, как договорились" - После этого
вышел и запер двери с той стороны. Женщина постояла, разглядывая меня.
- Здравствуй. - и протянула мне руку.
- Здравствуйте. - ответил я.
- Меня звать Фаина, я здесь в части работаю. Я хотела встретится с
вами. - и она затеребила правой рукой пальцы левой.
Я улыбнулся ей.
- Садитесь Фаина. Мне тоже хочется хоть с кем-нибудь поговорить.
Знаете, в камере так скучно одному.
- Это ужасно, я знаю. Когда я остаюсь дома одна , то хоть на стенку
лезь, до того одной тоскливо.
- А часто вы так остаетесь. Разве у вас нет детей?
- Дети есть, да они у бабки. А мужа вот нет, убили его. Говорят, погиб
на посту.
- Садитесь, чего вы стоите. Угостить я вас ни чем не могу, но ваше
присутствие для меня приятно.
- Правда? - она улыбнулась во все лицо и подсела к столу.
- Вы знаете, я ни одного вашего выступления не пропустила. Я за вас так
переживала, так переживала, а когда вы голову косоглазого в решетку вогнали,
то всю ночь проплакала, думала вас убьют. Но слава богу, все обошлось.
Я встал, подошел к ней. Она тоже поднялась и мы оказались друг против
друга. Я положил руки ей на плечи и нежно поцеловал в губы.
- Господи, как хорошо. - прошептала она.
В эту ночь она отдалась мне до мельчайшей клеточки кожи. Фаина была
веселой, жизнерадостной женщиной. Она призналась мне, что для того, чтобы
попасть сюда, она подкупила капитана, что она видела в пультовой все сцены
мои с Гердой, но это не оттолкнуло ее от меня, а наоборот- я ей так
нравлюсь, что она готова ради этих встреч на все. Она рассказала мне о
нравах среди верхушки лагеря и особенно несла жену капитана и его дочь. Из
ее рассказа я узнал, что лагерем заправляет жена капитана. Она сводит пары
бойцов, вмешивается во все дела лагеря , включая вопросы ликвидации кукол, а
так же то, что она сексуально больна и трахнулась со всеми мужиками лагеря,
включая кухонных рабочих. По словам Фаины, она меня отметила давно, а после
моей встречи с Гердой, изорвала все простыни дома, так ей хотелось быть на
ее месте. Дочь от мамаши не далеко ушла и доводит отца, добиваясь встречи со
мной, правда, под видом частных бесед с интересным человеком.
Но еще больше, я удивился капитану, который предоставил мне дважды
встречу с Фаиной. В последний раз произошло событие, сыгравшее большую роль
в моей судьбе. Я уже говорил о том, что капитан требовал, чтобы я закрывал
глазки телекамер прежде, чем Фаина войдет. Так вот, только мы с Фаиной после
бурной любви, стали отдыхать, как вдруг, она заметила, что моя куртка
сползла с глазка телекамеры.
- Боже мой. - воскликнула она- Да они же нас видят. Они все видели.
Она бросилась натягивать на себя одеяло. Я вскочил и опять накинул
куртку на телекамеру.
- Они, - всхлипывала Фаина под одеялом- теперь меня затравят, особенно,
эта баба.
- Фаина, - начал успокаивать я ее- все будет в порядке. Я скажу
капитану. Он все уладит.
- Ты ее не знаешь. Она всех здесь сожрет и капитана твоего.
Вдруг в дверях заскрежетал ключ и в комнату ворвалась та самая женщина
с зелеными глазами, что сидела на каждом бое у решетки, в первом ряду.
- Ах ты, сука. - рванулась она к одеялу- Иди сюда, паршивка. - и она
выволокла Фаину за волосы- Марш отсюда, потаскуха поганая.
Она схватила ее одежду и, подтащив Фаину к дверям, выкинула ее за дверь
вместе с одеждой.
- А ты, кобель, - с яростью повернулась она ко мне - хочешь, чтоб я
тебя быстро сгноила здесь.
Я стоял перед ней голый, но какой- то звоночек переливался в голове:
"дверь на ключ не закрыта, дверь на ключ не закрыта, дверь на..." Я подумал,
сейчас или некогда: появился шанс удрать, может повезет. Я схватил объятую
яростью женщину своими руками, рванул на ней платье и швырнул на кровать.
Она пискнула, ее руки схватились за края рваной одежды. Но я дал ей
пощечину. Она откинулась на подушку, и я дорвал то, что было на ней. Два
часа я делал с ней все, что хотел. Она вскрикивала, стонала и потом затихла,
вцепившись руками в матрац. Когда я отвалился рядом, она открыла глаза и
захрипела: "Что ты со мной сделал гаденыш. Правда, так хорошо мне еще не
было. Как я устала." и опять закрыла глаза.
Полчаса мы лежали неподвижно. Женщина сопела носом, и я чувствовал, что
она спит, как убитая. Я тихо слез с кровати. Собрал остатки ее одежды и
аккуратно поменял ее на свою, которая висела на окулярах телекамер. Тихо
одевшись, я прошел в ванну и, схватив пальцами кольцо, висящее у меня в ухе,
рванул... Хлынула кровь. Кольцо я бросил в унитаз, потом промыл ухо,
вернулся в комнату и, взяв женский чулок, привязал ухо к голове. Дверь
действительно не была заперта, и я вышел в коридор. Ключ был в замочной
скважине, и я постарался тихо сделать два оборота. Казарма имела Т- образную
форму. Я находился в аппендиксе коридора. Было где- то около трех часов
ночи. Коридоры были темные, и я прошел, почти не прячась, до центрального и
свернул, не задумываясь, направо. Как я и предполагал, в конце коридора была
лестница. Вот второй этаж. По запаху сразу определил, что это столовая.
Спустился до первого этажа. Тихо открываю тяжелую дверь и оказываюсь во
дворе. Напротив, метров двести, светилось КПП с воротами. Слева и справа от
КПП, через каждые двести метров, светятся вышки. Я стоял на высоком,
бетонном выступе, перед казармой, где первый этаж занимали склады. Вдоль
выступа стояли грузовые машины. Я долго выбирал машину, на которой, как я
надеялся, можно отсюда удрать, и, наконец, подкрался к хлебному фургону.
Двери фургона были закрыты, но дверь кабины открылись без шума.
Я влез в кабину и открыл "бардачок". И здесь подстерегла меня удача. Я
нащупал самодельный, сделанный из нержавеющей трубки, ключ к дверцам
фургона. Я вылез из кабины и, открыл правую боковую дверцу фургона. Потом
опять возвратился в кабину и положил ключ на место, в "бардачок". Осторожно
вытащив восемь деревянных лотков из фургона, я запихиваю их под щель
бетонного выступа. Залезаю в черный квадрат пустоты фургона и прижимаю обе
дверцы до щелчка. Было жутко темно и невидимые железные стойки и ящики
неудобно врезались в мое тело. Я задремал, а проснулся от звуков голосов.
- Сержант, мать твою, давай быстрее.
Стукнула дверца машины , заныл стартер. Мотор застонал, все стойки
заходили ходуном от вибрации. Машину качнуло, и я вцепился руками в
выступающее повсюду железо. Мы подъехали к КПП, и я напрягся.
- Эй, салага, открывай. - раздался голос.
Мы проехали метров шесть и опять встали. Сзади машины заскрипели
ворота.
- Ну, долго ты там будешь? - опять раздался голос- Сволочь, если я хоть
на минуту опоздаю, я тебе яйца точно отрежу.
Впереди тоже заскрипели ворота, и машина тронулась вперед. Наверно,
минут двадцать мы ехали по гравию и ,наконец, выползли на шоссе. Тряска
уменьшилась, я нащупал пальцами боковые защелки дверей. Пришлось приложить
немало усилий, прежде чем дверцы открылись. Свет ударил сквозь узкую щель.
Утро только вступало в свои права. Напротив щели металась зелень хвойного
густого леса. Я ждал своего часа, и вот он наступил. Машина замедлила ход и
еле- еле стала переезжать рельсовый путь. Я приоткрыл дверь и выскочил из
машины. Ноги были как деревянные от неудобного положения в машине, и мне
казалось, что я не двигаюсь. Я перекатился через канаву, и оказался в лесу.
Теперь ищите, на этот раз, я больше не дамся. Я добыл свободу дорогой ценой.
ЧАСТЬ 6
Октябрь 1993г. Сербия.
Документы к тексту.
Выдержки из письма председателя комиссии управления охраны тюрем и
лагерей к уполномоченному КГБ по г.СПб.
Уважаемый Алексей Иванович.
ЧП, случившееся в спецлагере в/ч........., заставляет обратится к Вам с
серьезной просьбой. В Сентябре 1992г. по халатности администрации лагеря,
сбежал заключенный Воробьев Виктор Николаевич, приговоренный к смертной
казни. Есть предположение, что он уже находится в Вашем городе. Поэтому,
большая к Вам просьба, подключить силы КГБ к поимке, указанного
заключенного. Сам заключенный необычен по своей подготовке, физической силе,
развитости и, по моему мнению, ни органам ВД, ни МБ его живым не взять. Во
избежание разглашения случившегося и необычности данного дела управление
охраны тюрем и лагерей предлагает:
1. В случае поимки заключенного Воробьева В.Н., он подлежит немедленной
ликвидации силами КГБ.
2. Официальное участие следственных органов и прокуратуры в данном деле
не желательно. Если дело всплывет по мимо нашего желания, то употребить все
наши усилия на ликвидацию дела.
3. Учредить негласную охрану и предупредить тех свидетелей, которые
давали показания против Воробьева В.Н., о возможном появлении преступника.
4. Возможен вариант, когда Воробьев В.Н., после завершения своих дел в
городе, исчезнет за пределы района или РФ, в этом случае, дать негласное
указание соответствующим службам, сообщить о его местонахождении и
действовать в соответствии с нашей рекомендацией или решением руководства
КГБ.
5. Если Воробьев В.Н., все-таки, попадет в руки правоохранительных
органов, предложить КГБ взять дело на себя, с дальнейшей нашей
рекомендацией.
Высылаем дело Воробьева В.Н.
Председатель комиссии управления охраны тюрем и лагерей.
.........../......../
"...."Ноябрь.1992г.
Мила с тревогой смотрела на меня.
- Какая женщина?
- Это очень долгая история Мила и, если ты захочешь, я тебе ее
когда-нибудь расскажу. Но было бы лучше, если бы я сейчас вымылся в ванне и
отдохнул.
Мила хмыкнула.
- Подожди немножко, у меня сейчас конец смены, я освобожусь и
постараюсь тебе помочь.
- Хорошо, я подожду.
Мила вышла через двадцать минут. Простая гражданская одежда изменила
ее. Короткое осеннее пальто и высокие сапоги до колен, подчеркивали
стройность ее фигуры и длину ног. Белый колпак медсестры исчез и длинные
светлые волосы рассыпались на пальто. Она подкрасилась и выглядела, как
фотомодель с обложки приличного журнала.
- Поехали, у меня фольсваген. Подружка сейчас заступила на дежурство и
оставила мне свои ключи от комнаты. - и она мотнула связкой ключей на
пальце- Понимаешь, я не здешняя, у меня своей квартиры нет.
- Где ж твоя квартира, если это не секрет.
- В Белграде. Я родилась там. Там мои родители. И там моя квартира и,
причем, отдельная.
- А сюда, добровольно?
- Нет. - она засмеялась- Я на последнем курсе мединститута. Меня сюда
послали.
Я с трудом втиснулся в маленькую машинку и мы тронулись по разбитой
войной улице. Мила привезла меня в крохотную квартирку, где я боялся сделать
лишний шаг, чтобы что-нибудь не уронить или не свернуть. Мила приняла мою
куртку и пошла на кухню что- то приготовить, а я, сбросив оружие на столик у
зеркала, пошел искать ванну, чтобы смыть грязь. Ванна была сидячая. Я в ней
стоял и наслаждался струям теплой воды. Минут через двадцать, раздался стук
в дверь ванны.
- Ну скоро ты там. Я уже все приготовила. - раздался голос Милы.
Я сорвал полотенце с крючка, обмотал им бедра и вышел из ванны.
- Вот это да. - она с восхищением провела ладонью по моей груди.
Я протянул руки и положил их ей на плечи.
- Не сейчас. - Она мотнула головой- Мы поедим, я тоже помоюсь и весь
вечер будет наш.
Через день я вернулся на фронт. В штабном домике отдал лейтенанту свою
увольнительную и спросил: "Какие новости?"
- У тебя в отделении опять потери. Убит Казначей.
- Как?
- Снайпер. Сидит на нейтралке. День гад отдыхал, а ночью поменял
позицию. Сегодня утром, Казначей через орешник пробирался к окопам, его и
прихватил.
- У меня просьба, лейтенант. Отпустите меня на его поиск. Мне очень
нужно его взять живым.
- Хорошо. Скажи когда начнешь. Я всех предупрежу, а начальство возьму
на себя. Да вот еще, ходят слухи, что нас перебрасывают на другой участок.
Поторопись. Твои ребята там же, в коттедже.
- Я бы хотел начать сегодня после обеда, лейтенант.
Он кивнул головой.
- Я взводным скажу, пушкарям тоже дам наказ. Ну иди. Успеха тебе. - и я
вышел.
В коттедже мы с ребятами устроили небольшой "мальчишник", с двумя
бутылками бренди, которые я привез из города, но я в этот день не пил.
Взводный встретил нас с руганью. Он ругал всех: и командиров, и погоду,
и, что не вовремя начинаем операцию, и, особенно, снайпера на его участке.
Погода установилась. Появилось солнце и земля немного подсохла. Я уселся у
стереотрубы и стал внимательно изучать участок. Противник был в метрах
четыреста, на холмах. Перед нами была низина, где вдоль фронта растянулась
груда камней. В ней- то и сидел снайпер. Я спросил наблюдателя, где,
примерно, стрелял снайпер.
- А черт его знает где. - ответил тот - По местности, он должен быть у
того разбитого дерева, там чуть- чуть земля повыше и обзор сразу на наши
окопы и что за ними охватывает.
- А пробовали его на каску поймать?
- Пробовали. И на каску, и на куклу. Опытный черт. Зря стрелять не
будет, только наверняка. Когда вашего стрелял, листья у камней подпрыгнули,
а вот где дырка, ее никто не видел.
- Мины кидали?
- Кидали. Толку то нет. Камни. Нужно точно загнать между камней, кабы
знали куда, да каким путем.
- Сержант. - вдруг раздался голос Крафта - Я здесь все на пузе
исползал, еще до этого случая. Там в низине канава, за грядой камней.
Тянется она вдоль линии окопов. Канава глубокая. Да вы сами там с нами, один
раз были, помните, офицерика ихнего тащили.
- Взводный. - крикнул я ворчуну- Сейчас я пойду туда один. По сигналу,
не пожалей несколько мин в направлении вон того разбитого дерева. Мины
посылай одну за другой в интервале, пока я до камней не доберусь. А вы
ребята, - обратился я к своим и окружающим солдатам- прикрывайте меня.
Завяжите перестрелку, да запомните, я вернусь вечером, когда будет темно.
Крафт, возьми куртку и автомат и дай мне одну твою гранату, только вынь из
нее запал. Все. Все по местам. Приготовились. Взводный начинай.
Первая мина с шорохом ушла вверх. Когда раздался взрыв, я выпрыгнул из
око...
