Паола Утевская. Слов драгоценные клады
страница №6
...иц истории. Хочется верить, что они когда-нибудь заговорят...ИЗ-ПОД ПЕПЛА И ЛАВЫ
24 августа 79 года нашей эры произошла одна из величайших трагедий в
истории человечества. Погибли три италийских города — Помпеи, Геркуланум
и Стабии. Погибли при извержении Везувия.
Гора, на склонах которой зеленели виноградники, мирно белели нарядные
виллы, внезапно ожила. Трое суток длилось извержение вулкана. А когда
рассеялись черные тучи, осел пепел, на месте цветущих городов не осталось
ничего живого...
Прошли века, и заживо погребенные города были забыты. Вспомнили о них
только в XVIII столетии.
Когда раскопки начались, оказалось, что сохранились почти
неповрежденными многие жилые дома, храмы, театры, термы, гимнастические
школы, казармы гладиаторов. Сохранились мраморные колонны, изящные
портики, прекрасные статуи, арки и своды, затейливые мозаики и чудесные
фрески. Среди мозаик широко известна картина, изображающая битву
Александра Македонского с персидским царем Дарием.
Для историков письменности особенно интересной оказалась фреска --
портрет горожанина и его жены, — найденная в Помпеях.
Художник — не ученый, не мыслитель, лишь владелец хлебопекарни.
Разбогатев, он построил красивую и уютную виллу. На одной из ее стен и
нарисован портрет супругов. Образованность была в моде! В руке у мужа
свиток папируса. Жена держит в левой руке дептих — церу из двух табличек,
в правой — стиль. Какая удача — увидеть церу такой, какой она была!
Церы — это записные книжки. Две, три и больше деревянных табличек
связывались шнурком, продетым в дырочку на верху каждой. Соответственно
количеству табличек-страниц церы назывались диптихом, триптихом,
полиптихом.
Церами тогда пользовались все. Когда консулы, двое избранных на год
правителей страны, приступали к исполнению обязанностей, им торжественно
вручали как один из атрибутов власти небольшие церы, сделанные из двух
пластинок слоновой кости. Снаружи эти книжечки украшал нарядный орнамент,
внутри они были покрыты воском, как и обыкновенные церы.
Церы долго будут служить людям. Ими будут пользоваться и в средние
века. Они доживут до нового времени. Но ведь это только записные книжки
для коротких, временных заметок. На них не записать решение сената или
важнейший дипломатический документ. Тем более не записать литературное
произведение — поэмы Вергилия, стихи Горация и Овидия, драмы Плавта или
"Записки о галльской войне" Юлия Цезаря.
И в правительственных учреждениях, и в книжных мастерских пишут на
папирусе, а со II века до н. э. и на новом материале — пергамене.
На церах писали стилем — тонкими палочками. Стили бывали металлические
или костяные. Один кончик был заостренным, им и писали. Другой — тупой,
округленной формы. Им заглаживали воск, если нужно было написать на цере
новый текст или исправить написанное. "Saepe stilum vertas!" — "Чаще
поворачивай стиль!", то есть исправляй, улучшай написанное, говорили
римляне.
А на мягких материалах писали чаще всего тонкой камышовой палочкой.
Иногда металлической. Со временем ее кончик начнут расщеплять, как позднее
кончики перьев.
Раскапывая Помпеи и Геркуланум, археологи не рассчитывали найти
памятники письменности, сделанные на мягких материалах — на папирусе,
полотне или пергамене. Ведь при извержении вулкана погибло все, что могло
гореть.
Но произошло чудо: в Помпеях, на вилле Луция Цецилия Юкунда, найден
неповрежденный сундук, а в нем около полутораста исписанных цер. Сто
двадцать семь из них уже прочтено. Остальные так крепко друг с другом
склеились, что разделить их невозможно. По крайней мере, пока. К
сожалению, те, которые посчастливилось прочесть, только своеобразные
бухгалтерские документы, но и они желанная находка: церы, такие, какими
они были почти двадцать веков тому назад.
А в Геркулануме найдена целая библиотека — тысяча восемьсот греческих
папирусов! Главным образом произведения Филодема. Пока прочтена только
небольшая часть.
Сохранилось немало надписей и на стенах домов, храмов, постаментах
статуй и даже на надгробиях. Одни сделаны красной краской, другие углем,
третьи — граффити — выцарапаны каким-то острым предметом. Некоторые
надписи рассказывают о предвыборной кампании в Помпеях. Например: "Паквий
просит избрать эддилом Люция Помея". "О Требий, постарайся и сделай эдилом
молодого честного человека Лоллия Фуска". "Привет тебе, Эмилий Фортунас",
— обращается неизвестный автор надписи к своему другу. И отнюдь не
дружескими чувствами продиктована другая надпись: "Сумий желает Корнелию,
чтобы он повесился". А надпись на одном пышном надгробии — объявление о
пропаже лошади.
Находки в Помпеях и Геркулануме помогают нам представить, как выглядели
города римского государства.
В ДРЕВНЕМ РИМЕ
Рим был одним из красивейших городов древнего мира. Его украшали
прекрасные храмы, дворцы, величественные здания, базилики, термы, цирки.
На знаменитых римских площадях — форумах — возвышались статуи
императоров и полководцев, колонны, триумфальные арки, на которых
высекались надписи, прославляющие военные победы римлян. Каждую новую
победу торжественно отмечали.
О ней римлян оповещала первая в истории газета, называвшаяся "Acta
diurna populi romani" — то есть "Ежедневные ведомости римского народа".
Эта газета не была похожа на современные. По приказу Юлия Цезаря на форуме
ежедневно выставлялась доска, покрытая гипсом. По гипсу легко было писать,
быстро выцарапывая буквы. Газета сообщала о важнейших правительственных
актах и решениях, а главное, о все новых и новых победах римских легионов.
Но этого было недостаточно. Нужно было информировать и тех, кто воевал
далеко от родной земли. И писцы ежедневно делали копии, подчас несколько
сокращенные, опубликованных на форуме известий, а гонцы разносили их
вместе с другими документами, приказами и письмами по всей Римской
державе...
Возвращаясь после очередной победы в Рим, победитель и его войско
собирались на Марсовом поле, оттуда начиналось триумфальное шествие через
весь город по убранным гирляндами цветов улицам, мимо приветствовавших их
толп людей к храму Юпитера Капитолийского. В честь победителя возводили
новую арку. Торжественные надписи на арке делали капитальным шрифтом,
четкими большими буквами. Их и сейчас можно увидеть на простоявших до
наших дней триумфальных арках императоров Тита, Траяна, Септимия Севера,
Константина. Арки с надписями сооружались не только в Риме, сохранились
они в Беневенто (арка, похожая на арки Траяна и Тита), в Анконе.
На одной из древнейших римских площадей, Форуме Романум, найдены
обломки арки с фрагментами надписи. Это списки консулов — консульские
фасты, а рядом перечень одержанных римлянами побед — триумфальные фасты.
Арка была установлена при императоре Августе.
Здесь же нашли обломок каменного столба с надписью, сделанной
бустрофедоном в конце VII — начале VI века до н. э. Из-за плохой
сохранности букв ее трудно прочесть. Это одна из древнейших латинских
надписей.
Надписи делались не только на камне, но и на других твердых материалах.
Один древнейший латинский текст известен под названием "Надпись Дуэноса".
Он сделан в V — начале IV века до н. э., справа налево, на жертвенной
керамической вазе, также найденной в Риме. Надпись прочтена: ваза --
жертвенный дар Юпитеру от сделавшего ее Дуэноса.
Дионисий из Галикарнаса, в 29 году до н. э. переселившийся в Рим, но
писавший на греческом языке, рассказывает, что видел в Риме, в храме
Дианы, договор между царем Сервием Туллием и городами Лациума, записанный
на бронзовой таблице.
На двенадцати медных таблицах в 451 году до н. э. были записаны законы
Римского государства. Этому предшествовала долгая борьба плебеев с
патрициями, судившими по своему произволу, но нигде не зафиксированным
"тайным законам предков". Победили плебеи. Записанные на таблицах законы
были составлены от имени народного собрания избранными им представителями
— децемвирами. Это был важный этап в истории Рима.
Но эти доски, к сожалению, не сохранились. Со временем в Риме было
построено специальное здание для хранения документов — Табуларий,
государственный архив. Были в Риме и библиотеки — латинская и греческая.
Библиотеки бывали и в других странах, и в других столицах, но все это были
либо царские, либо храмовые книгохранилища. Именно в Риме впервые
появляются библиотеки, которые мы сейчас назвали бы публичными. А
приобрести книгу для своей личной библиотеки римлянин мог в книжной лавке.
В них продавались не только произведения литературы, но и речи популярных
ораторов, которые, как и книги, переписывались от руки. Книги
изготовлялись в специальных мастерских. Свой современный вид, тот, к
которому мы привыкли, книга приобрела не сразу. Сначала писали на
папирусе. Папирус нельзя было сгибать, он ломался, и его сворачивали в
свитки. Свиток наматывался на валик с выступавшими концами. При чтении
свиток держали обеими руками, а прочтя, перематывали: ведь начало текста
оказывалось в конце.
Другое дело пергамен. Писали на нем на обеих сторонах листа. Когда-то и
пергамен по традиции сворачивали в свиток. Но его можно было сгибать, он
не ломался. Прообразом будущей книги, по-видимому, послужили церы. Первые
книги из пергамена похожи на тетрадки: это согнутые вдвое и прошитые
шнурками листы.
Несколько таких тетрадок помещали между двумя дощечками. Позже переплет
начали обтягивать кожей. Появилась новая форма книги, состоящей из многих
страниц. Это так называемый кодекс, предшественник современной книги,
просуществовавший в Европе на протяжении всего средневековья.
Если писцы сначала придерживались традиций капитального письма,
тщательно выписывая каждую букву, то со временем, подчиняясь
убыстряющемуся темпу жизни, менялась, упрощалась техника письма, менялась
и форма букв. Появилась скоропись.
А буквы деловых документов совсем не похожи на аккуратные строчки
рукописей.
Купцы и покупатели, завершив сделку, торопились ее документально
оформить. Где уж тут медленно выводить каждую букву отдельно! Купцы
торопятся. Вот и получаются разной величины буквы, как попало изогнутые,
иногда соединенные вместе лигатуры.
ЛАТИНИЦА
Латиница... Теперь ею пользуется почти две пятых населения земного
шара. Графически латинские буквы не всегда были такими, как современные
алфавиты французов, итальянцев, англичан, испанцев, немцев.
В период раннего средневековья европейские латинские надписи мало
отличались от римских памятников. Та же монументальная форма букв, так же
четко выписан каждый знак.
Но даже и в этих надписях уже замечаем нечто новое. Появляются округлые
буквы. И чем дальше, тем их становится больше. Четкие линии, рожденные еще
тогда, когда буквы высекались на камне, постепенно уступают место мягким,
округлым линиям письма на пергамене. Пергамен побеждает, а надписи на
камне и на металле продолжают жить, но уже повторяя форму знаков,
сделанных пером и кистью. В этом мы убеждаемся благодаря многочисленным
надписям на каменных стелах, стенах соборов, на щитах и гербах, на
печатях, медальонах и монетах, на монастырских и церковных колоколах.
Развитие Римского государства и рост культуры требовали
усовершенствования письменности.
А какое письмо самое удобное?
То, в котором буквы одновременно и простые и однообразные. Такие, чтобы
глаз видел сразу, какая это буква. И чтобы эта буква имела свою, только ей
присущую форму.
В первые века до нашей эры латинская азбука состояла только из больших,
прописных букв. Эта форма называется маюскул. Когда надписи вырезывались
на стелах, на постаментах памятников, на триумфальных арках, то есть на
камне или на металле, большие буквы, красиво высеченные, привлекали
внимание, бросались в глаза.
Для написания каждой такой буквы требовалось много времени. А деловая
переписка нуждалась в письме, которое не только можно было бы писать
быстро, но легко и так же быстро читать.
В III веке н. э. в истории латиницы происходит важное событие --
появляются строчные буквы, так называемый минускул. Можно было, не отрывая
руки, написать целое слово. Вместо точных линий, обязательных при
написании квадратных букв, появляются округлые.
ВЫСЕКИ РУНЫ...
Сведения о жизни, быте, обычаях и верованиях покоренных римлянами
древних германцев мы находим в "Записках о галльской войне" Юлия Цезаря, в
произведениях римского историка Тацита. Тацит рассказывает, что у
германцев было распространено такое гадание: отрезали ветку плодового
дерева, разламывали ее на кусочки и на каждом вырезали какие-то знаки.
Потом бросали их на белый платок, и жрец, творя молитву, трижды нагибался
и поднимал по одной палочке. Он торжественно провозглашал, какой именно
знак на каждой из них вырезан, и соответственно тому, что этот знак
означал, предсказывал будущее.
Знаки эти были тайными, только жрецы и старейшины племени понимали их
значение. Как выглядели они — мы не знаем. Не знаем, когда они впервые
появились. Ведь это было еще до того, как на земли древних германцев
пришли римляне.
Тайные знаки. "Тайна" или "тайная мудрость", на древнеанглосаксонском и
древнескандинавском языках выговаривалась runa. На готском языке слово
тайна — run. Древнегерманское runen и современное немецкое rannen
означают таинственный шепот.
Рунами называют и древнейшие германские и скандинавские письмена,
возникшие в начале нашей эры. Ими пользовались до IX века народы, жившие
на севере Европы.
Среди рунических знаков, которыми сделаны приблизительно четыре тысячи
ныне известных надписей, немало букв, похожих на латинские, на гречес кие
и этрусские. Германцы, которые после вторже-ния римлян не раз видели
написанные латиницей документы, со временем, вероятно, переделали древние
руны, приблизив их к четкой и стройной форме латинского письма. Рунами
пользовались до тех пор, пока принятие христианства не узаконило латинскую
азбуку как официальное письмо для церковной литературы.
Рунические камни встречаются и вблизи больших современных городов, и на
перекрестках многолюдных дорог, и в глухих забытых уголках. Попадаются
руны и на прибрежных скалах, там, где когда-то, возможно, причаливали
корабли викингов. Поросшие лишайниками и мхом, покрытые древними
руническими письменами, будто уснули эти суровые свидетели далекого
прошлого. Они видели мужественных и жестоких воинов, слышали звон мечей во
время многочисленных кровавых междоусобиц. Когда будут прочитаны все
рунические надписи, мы, наверно, узнаем много интересного о подвигах давно
забытых героев и прочитаем о деянии тех, с кем знакомят нас певучие строки
так называемой Старшей Эдды.
Старшая Эдда — сборник мифологических и героических песен народов
Скандинавии. Записаны они в XIII веке в Исландии — в стране, где
сохранилось много народных легенд и сказаний. Читая песни Эдды, мы узнаем,
что рунические знаки считались магическими, способными защитить, оградить
человека от злых духов, от врагов.
Высеки руны победы,
Если врага одолеть ты стремишься,
Одни из них высеки на рукояти меча,
Другие — на глади его острия.
Высеки руны, которым все бури послушны,
Если ты хочешь спасти свой корабль от крушения.
Одни из них высеки ты на носу корабельном,
Другие — на глади кормила его.
Встречаются руны и на юге Европы. Недалеко от Афин, в Пирее, найден
мраморный лев, на лапе которого высечены руны. В "Песне о Гаральде и
Ярославне" А. К. Толстой вкладывает в уста Гаральда такие слова:
На мраморной лапе пирейского льва
Мечом я насек мое имя!
В действительности это сделал не Гаральд Гардааде, который жил за
столетие до появления этого "автографа". Их высек, вероятно, действительно
своим мечом такой же искатель приключений и славы, каким был Гаральд.
Еще один викинг потерял свое копье на Волыни. И на нем вырезаны руны. И
еще кто-то оставил руническую надпись на камне с острова Березань. Этот
камень можно увидеть в археологическом музее города Одессы.
Форма рунических знаков была самой удобной для резьбы по дереву. Позже
те же знаки были перенесены на камень, на металл.
Каждый рунический знак передавал определенный гласный или согласный
звук и имел свое название.
Древнейший рунический алфавит, так называемые старшие руны, состоял из
двадцати четырех знаков. Поскольку начинался он с букв ф, у, т, а, р, к,
его так и назвали — футарк.
В IX веке в Скандинавии появляется новый рунический алфавит — младшие
руны. Он имеет всего шестнадцать знаков. Интересно, что среди шведских
младших рун попадаются неоднократные упоминания о воинах, которые ушли
воевать русичей и сложили головы в битве с ними на далекой русской земле.
Одиннадцатым веком датируется появление так называемых пунктированных
рун — третьей разновидности рунических алфавитов. Тут количество знаков
опять увеличивается, но не за счет новых рун. Один и тот же знак
произносится как две разные буквы в зависимости от того, поставлена ли
около него точка или нет. Пунктированными рунами пользовались по всей
Скандинавии — даже для частных записей. Хотя руны так и не стали знаками
всенародной письменности.
Рунических надписей на пергамене очень мало. Несколько юридических
документов и один рунический молитвенник.
Когда в странах Европы начали широко пользоваться пергаменом, руны уже
отошли в прошлое, на их место пришла латиница.
ЧТО БЫЛО ДАЛЬШЕ?
Разные народы, унаследовав общую письменность, по-своему применяли и
приспосабливали ее. Определенную роль играли тут и культурные влияния, и
историчесие условия. Например, в испанском письме мы видим некоторые
черты, перенятые у арабов, — вследствие продолжительного господства в
Испании арабского халифата.
Кроме того, слишком обособленными друг от друга были центры
письменности, главным образом епископские и монастырские скриптории --
мастерские письма. И во многих существовали свои, пусть и не очень
выразительные, но все-таки индивидуальные черты.
В VI — VIII веках в государстве франков, объединенных династией
Меровингов, появляется меровингское, или франко-галльское, письмо. Для
него характерны продолговатые, неровные, плотно придвинутые друг к другу,
вытянутые вверх и вниз, будто дрожащие буквы. Это одна из самых трудных
для чтения форм латинского письма.
Во времена правления Карла Великого (вторая половина VIII — начала IX
века), первого из династии Каролингов, по всей империи вводится новый
шрифт, вошедший в историю под названием каролингского минускула.
Развивается искусство, в частности культура оформления книг.
Многочисленные каролингские кодексы пишут золотом и серебром на пурпурном
пергамене, украшают миниатюрами и инициалами. Краски и техника их
закрепления достигли в это время необыкновенно высокого уровня. Они
пережили века и до сего времени поражают нас своим совершенством и
красотой.
В IX веке культура в странах Европы заметно приходит в упадок. Однако
каролингский минускул выжил. Основные условия его победы над всеми
предыдущими типами письма — графическое совершенство и экономичность. В
течение многих лет оно остается господствующим в большинстве европейских
государств.
В XII — XIII веках появляется еще одна графическая разновидность
латинского письма — готическое. В соответствии с новыми архитектурными
стилями и вкусами форма его букв напоминает очертания готических соборов,
их остроконечные башни, островерхие окна... Готическое письмо широко
употреблялось до конца XIV века. С XV века до новейшего времени готикой
пользовались только в Германии. Теперь готическое письмо почти полностью
вытеснила округлая современная латиница.
АНТИКВА
В становлении всей современной культуры огромную роль сыграла
античность. Вспомним историю XIV — XVI веков. В прошлое уходят времена,
когда самой могущественной силой были всевластные феодалы. Кончается
средневековье. Перед людьми открываются новые пути. Во всем, по выражению
Фридриха Энгельса, "это был величайший прогрессивный переворот, пережитый
до того человечеством, эпоха, которая нуждалась в титанах и которая
породила титанов по силе мысли, страстности и характеру, по
многосторонности и учености".
Какое созвездие замечательных имен! Данте Алигьери и Франческо
Петрарка, Леонардо да Винчи, Микеланджело Буонарроти и Рафаэль Санти.
Томас Мор, Томмазо Кампанелла, Эразм Роттердамский и трагическая фигура
жертвы отмирающего средневековья Джордано Бруно...
Борясь против феодализма, против его опоры — католической церкви,
прогрессивные деятели той эпохи провозглашают начало нового времени,
связанного с возрождением античной культуры. Потому и называют эту эпоху
Возрождением.
На протяжении многих веков церковь проповедовала суровый аскетизм при
жизни, "вечное блаженство" после смерти. Деятели Возрождения, так
называемые гуманисты, провозглашают единственно реальной ценностью земное
существование. Познание природы и ее наивысшего творения — человека,
всего, что касается его и может украсить и облегчить его жизнь, становится
объектом изучения новейших наук.
Деятели гуманизма отыскивают произведения античных авторов, находят
древние рукописи — настоящие жемчужины литературы и философии.
Отворачиваясь от угрюмых изображений христианских святых, люди
возвеличивают античных героев, чудесные, жизнеутверждающие образы которых
были олицетворением красоты и силы, создают новое искусство, новую науку,
которые сломали, как писал Ф. Энгельс, "духовную диктатуру церкви".
Яркие краски Возрождения сказываются и на форме знаков письменности.
Деятели гуманизма противопоставляли испорченной средневековой латыни
классический латинский язык расцвета античности, а форме латинских букв,
изуродованной во времена Меровингов и усложненной готикой, они стремились
противопоставить классическую латиницу.
Так рождается гуманистическое письмо, которое сами гуманисты называли
антиквой. Этот шрифт объединял римский унциал и лучшие образцы
каролингского минускула. Форма его букв очень похожа на современный
латинский алфавит.
В эпоху Возрождения окончательно оформляется деление букв на строчные
— минускульные и прописные — маюскульные. Образцом прописных букв
становится римское капитальное письмо, для строчных — форма каролингского
минускула. Поэтому так отличаются в латинском алфавите строчные и
прописные буквы.
Первый печатный итальянский шрифт тоже назвали антиквой. Он создан в
1465 году. Не только название, но и форма букв этого шрифта взята из
гуманистического письма. Этим шрифтом пользуются и в наши дни.
А, В, С...
Давно отзвучали гордые слова Вергилия:
Ты же народы должен вести, о римлянин,
Властью своею...
Римская империя, о которой они были сказаны, давно перестала
существовать. Но слова остались. Они ведь были записаны. Как были записаны
и другие произведения Вергилия, Овидия, Горация, произведения римских
историков, речи ораторов, некогда гремевшие на Форуме Романум. Нет Цезаря,
но остались его "Записки о галльской войне". О Риме напоминают нам
названия месяцев, планет, в основу многих законодательств лег "Кодекс
Юстиниана". А сама латынь живет и поныне, как международный язык науки.
Латинский алфавит лег в основу алфавитов многих языков мира: английского,
французского, немецкого, итальянского, испанского, чешского, польского и
многих-многих других.
В разных странах, на разных континентах малыши, еще неопытной рукой,
выводят в своих первых тетрадках бессмертные знаки А, В, С — первые буквы
латинского алфавита.
НА ЗЕМЛЕ АРМЯНСКОЙ
"В славе прошлого --
Будущей славы залог..."
Аветик Исаакян
МАТЕНАДАРАН
В центре Еревана, на проспекте Ленина, завершая ряд чудесных
современных построек, возвышается здание Матенадарана. Матенадаран --
по-армянски библиотека, точнее сказать, хранилище рукописных книг. Но
библиотека, о которой идет речь, это не обычное собрание книг, а одно из
крупнейших в мире хранилищ древних рукописей и одновременно
научно-исследовательский институт по их изучению и публикации.
Десять тысяч рукописей хранятся в Матенадаране. Эстафету человеческой
мудрости несут они от поколения к поколению. Большинство рукописей на
армянском языке, но имеются и на арабском, персидском, грузинском,
старославянском, греческом, латинском. Армянские рукописи богато
иллюстрированы. Рядом с переписчиком работал художник.
В Матенадаране хранится книга, особенно ценная для историков армянской
письменности. Это "История жизни и смерти блаженного мужа, святого
вардапета Маштоца, нашего переводчика, написанная его учеником, вардапетом
Корюном". Вардапет — ученый, учитель.
Полистаем его книгу.
"Мужа, о котором мы упомянули в начале своего повествования и о ком мы
спешим рассказать, звали Маштоц. Был он родом из села Хацекац... В детстве
он обучался греческой письменности, а затем... поступил на службу в
царский диван..."
Далее читаем, что Маштоц задумал еще более озаботиться об утешении всей
страны" и что поэтому, "осаждаемый печальными заботами, как бы в западне,
находился он в пучине размышлений о том, какой бы найти выход".
Что же волновало Месропа Маштоца?
Конец IV и начало V века — тяжелейший период в истории его родины.
Сасанидская Персия и Византия, два могущественных соседних государства,
которые продолжительное время воевали с Арменией и друг с другом, достигли
соглашения. За счет Армении, которую разорвали и разделили пополам.
Восточная Армения отошла к Персии. Западная оказалась под владычеством
Византии. В своем стремлении полностью поработить и обезличить армянский
народ Персия насильно насаждает на завоеванной земле свое вероучение.
В Византии, как и в Армении, господствующей религией было христианство.
Однако богослужения на греческом языке были для армян так же непонятны,
как и на сирийском. Везде звучал чужой язык.
Под угрозой было само существование армянского народа. И казалось, что
нет силы, способной сплотить, объединить ослабленную войнами страну,
которая все больше распадалась и утрачивала свое национальное лицо.
Многое узнал, на многое насмотрелся Месроп Маштоц, находясь на службе в
царском диване. Ему ежедневно приходилось писать и переписывать
многочисленные указы, торговые договоры, различные грамоты, — все это
делалось на сирийском, персидском или греческом языке. Возможно, именно
тогда он впервые задумался над тем, как нужна, жизненно необходима армянам
своя письменность. Маштоц был убежден: в невежестве погибнет его Армения.
Маштоц постригся в монахи. Не тихая келья и молитвенный покой
привлекают его. В рясе монаха, думает он, легче служить своему народу,
нести ему свет знаний.
Маштоц становится проповедником. Каменистыми тропами, под палящим
солнцем идет он из селения в селение, в самые отдаленные, глухие уголки
Армении, туда, где жалкие хижины похожи на камни окружающих их гор, а лица
людей, обветренные, истощенные, кажется, окаменели в безысходной печали. К
ним, к этим людям, соотечественникам и братьям, обращены проповеди
Маштоца. И хотя слушают его внимательно, хотя все чаще и чаще народ
называет его учителем, Маштоц убеждается, что словом, не подкрепленным
книгой, людей не просветить.
Как же быть, если у армян нет своей, понятной простым людям
письменности?..
Маштоц возвращается в столицу Армении город Варгашапат и отваживается
обратиться за советом и помощью к главе армянской церкви католикосу Сааку
Партеву.
Католикос Саак, человек по тому времени высокообразованный и умный,
ласково принял молодого монаха, о мудрых проповедях которого был наслышан.
— Что привело тебя ко мне, сын мой?
— Наша страна гибнет, и нет предела моей тоске и печали, когда гляжу я
на своих братьев... Дичает народ армянский. Но мне кажется, его можно
спасти.
— В чем видишь ты спасение? Мое сердце также полно скорби и печали.
— Высоко в горах вьет гнездо орел. Под облаками. Птицей мудрости
называют орла люди. Но ведь птицу можно поймать.
— Отважным и сильным должен быть птицелов.
— Была бы у нас своя письменность, мудрость пришла бы к армянам.
Объединила бы их. А пока она — орел, парящий в небе.
— Вот ты о чем! Великое и благое дело задумал. Говорят, ты свободно
пишешь и читаешь и по-гречески, и по-сирийски?
— Да будет благословен тот день и час, когда я смогу написать
армянское слово армянскими письменами.
— Великое и благое дело, говорю тебе. Вот моя рука отеческой поддержки
в твоих дерзновениях.
ПОДВИГ МАШТОЦА
И дальше рассказывает Корюн: "По приказу царя и с благословения святого
Саака Маштоц взял с собой группу отроков, простившись друг с другом
священным лобзанием, двинулся в путь в пятом году царствования царя
армянского Врамшапуха и прибыл в страну Арама, в два сирийских города, из
коих первый назывался Эдессой, а другой Элидой... Одна группа его отроков
изучала на месте сирийскую письменность, других Маштоц отправил в город
Самосат ознакомиться с греческим письмом".
После долгих исканий, преодолевая трудности, Маштоц "как отец породил
новое и чудесное дитя — письмена армянского языка. И там он, поспешно
начертав, дав названия и расставив (письмена по порядку), расположил (их)
по силлабам — слогам".
В Самосате Маштоц "нашел некоего каллиграфа греческой письменности по
имени Рапанос, с помощью которого он, окончательно изобразив и приноровив
все различия письмен (букв) — тонкие и жирные, короткие и долгие,
отдельные и двойные приставные, — приступил к переводам..." С двумя
учениками он начал перевод библии на армянский язык армянскими письменами.
Корюн не пишет, как называлось место, где Маштоц нашел образец, который
лег в основу его армянских письмен, что скрывается под словом т_а_м?
Почти сто лет занимаются ученые этим вопросом, но так и не пришли к его
решению. Каждый высказывал свою точку зрения, но другие возражали против
нее и так не могли остановиться ни на одном предположении.
Совсем недавно армянский ученый Гурген Севак очень четко и убедительно
показал, что буквы армянского алфавита ничего общего не имеют ни с
сирийскими, ни с греческими, ни с персидскими письменами и что между ними
нет ни малейшего сходства.
Гурген Севак считает, что образец армянского письма надо искать далеко
на юге, возможно в Эфиопии. Армянская письменность могла оказаться
созданной на ее основе, либо у обеих были какие-то общие корни.
Маштоц жил в то время, когда на северо-востоке Африки существовало
могущественное Эфиопское царство со столицей в городе Аксуме. Его власть
распространялась также и на побережье Аравийского полуострова у Красного
моря.
"У нас есть все основания полагать, — пишет советский африканист,
член-корреспондент Академии наук СССР Д. А. Ольдерогге, — что Маштоц,
близкий к придворным кругам своей страны, человек широкообразованный,
имевший много друзей в самых высших слоях церковной иерархии, должен был
знать о существовании христианского государства в Эфиопии и видеть
документы, написанные по-эфиопски".
Сравнение эфиопских письмен с алфавитом Маштоца на таблице, приведенной
в статье Ольдерогге, неопровержимо доказывает их большое сходство.
Несомненно, именно в Эфиопии следует искать корни изображения армянских
письмен.
Однако системы письма — эфиопская и армянская — различны. Эфиопские
письмена силлабические (слоговые). Маштоц же создал настоящее алфавитное
письмо, в котором каждая буква имеет значение определенного звука.
"Алфавит Маштоца, — пишет Д. А. Ольдерогге, — замечателен по двум
причинам. Во-первых, этот алфавит поражает точностью фонемного строя
армянского языка. По существу, со времени его создания в V веке алфавит
этот из 36 первоначальных букв пополнился только двумя новыми знаками, и
приходится удивляться, как Месроп Маштоц уловил все оттенки сложного
звукового состава своего родного языка".
ВПЕРЕДСМОТРЯЩИЕ
Армянская письменность сыграла огромную роль в истории борьбы
армянского народа за свое существование, стала оружием в неслыханном
единоборстве, в котором армяне выстояли, спасли себя от духовного
порабощения, сохранились как единый народ.
Много бед пережил на своем веку этот народ. Каменистые дороги Армении
топтали ассирийцы и скифы, мидийцы, парфяне и сельджуки, гунны и римляне,
арабы, персы и турки.
Значение и силу письменности издавна понимали передовые люди Армении.
Монастыри и храмы, под сводами которых создавались рукописные книги, за
каменными стенами которых они хранились, были в то время не только
религиозными центрами. Во многих монастырях, в Татеве, Санаине, Ахпате,
при Эчмиадинском соборе были школы, даже университеты. Они имели свои
книгохранилища — матенадараны. Имели и свои скриптории — места
изготовления рукописных книг. Это были крупные культурные центры,
оставившие глубокий след в истории Армении.
XI век. Монастырь Санаин.
Школа его считалась одной из лучших в стране. Математику и философию,
грамматику и риторику здесь преподавал Григор Магистрос. Он же основал в
Санаине библиотеку.
Прославился Григор Магистрос и как переводчик.
Особенно известны его переводы и комментарии к произведениям Платона. А
в 1051 году, за много лет до появления латинского перевода (в средние века
латынь была языком ученых всей Европы), он перевел с греческого оригинала
Эвклидову "Геометрию", оказавшую большое влияние на дальнейшее развитие
математики. Многие произведения античных авторов не сохранились бы, не
будь они переведены на армянский язык.
Жил Григор Магистрос во времена нашествия сельджуков. Как же нужно было
любить науку, заботиться об образовании молодежи, чтобы среди войн и
пожарищ создавать библиотеки, читать лекции, переводить на родной язык
произведения ученых древности!..
XVI век. Через крутые горные перевалы ведет дорога в другой монастырь,
в Татев. Но только ли на молебны ходят по этой дороге люди? Только ли
монастырское уединение привлекает их? Слишком молоды и веселы их лица,
слишком звонки голоса. Что же влечет их сюда?
По всей стране и за ее пределами идет добрая слава о Татевском
университете. И тянутся к Татеву те, кто ищет знаний. Внимательно слушают
они своего учителя, ректора университета Григора Татеваци, и потом
осаждают его бесчисленными вопросами.
"Книга вопросов" — так называется написанная им книга.
В ней есть такие прекрасные слова: "Человек рождается с душой, подобной
неисписанной доске или вымытому чистому пергамену, и содержание ее
заполняется посредством опыта, воспитания, образования".
За два столетия до Григора Татеваци баснописец и правовед Мхитар Гош
выражал мысли, узаконенные Великой французской революцией: "Человеческая
природа создана богом свободной, зависимость же от господ возникла из-за
недостатка воды и земли".
Книги Татеваци, Гоша, как и многие другие, созданные несколько веков
тому назад, сохранились. Их можно увидеть и сегодня. Для этого только
нужно побывать в Ереване, столице Советской Армении.
Книги, как и люди, несут на себе следы пережитого. Вот на одной
запекшаяся кровь. Чья? Кто и когда пролил ее?.. Другая рукопись обгорела,
страницы третьей изрублены мечом. Кто поднял на нее руку? Кто, возможно,
ценой жизни защитил? На полях одной рукописи читаем: "Каллиграф был
зарублен иноземцами. И один я, мирянин, спас эту книгу".
И все же тысячи книг уцелели. На протяжении веков армяне берегли их,
как родных детей. Шли в изгнание, оставляя то, что нажили отцы и деды, но
книги забирали с собой или прятали их.
ГОВОРЯТ КАМНИ
Памятники армянской письменности — это не только книги, но и
многочисленные надписи на поросших мхом стенах домов, на каменных плитах.
Эти надписи донесли до наших дней царские указы, грамоты католикосов,
записи о памятных событиях. Возможно, что подобные записи 'существовали
когда-то и на пергамене или на бумаге, но бесследно исчезли в пучине
непрерывных войн. Некоторые из них относятся к VII веку, есть надписи и
значительно старше.
В тридцати километрах от Еревана, на горном плато, среди отвесных скал
и глубоких обрывов, в III веке до н. э. была построена крепость Гарни. Но
вот из порабощенной римлянами Колхиды, из долины реки Фасис в долину
Аракса двинулись легионы Помпея. Армения становится полем битвы между
двумя захватчиками — Римом и Парфянским царством. Побеждает Рим.
Вот надпись, вырезанная на каменной стене в Гарни, не армянская.
Сделана она греческими буквами, на греческом языке. Быть может, тут
работал грек-каменотес? Оказывается, что нет. Перед нами царский указ,
интересное свидетельство для историков письменности. Ведь надпись говорит
о том, что в начале IV века в Армении официальные документы писались на
чужом языке. И не только официальные. На мозаичном полу в Гарни
сохранилась еще одна греческая надпись: "Работали, ничего не получая".
Читаешь ее, и кажется — сквозь века доносятся до нас голоса рабов — тех,
чьими руками был воздвигнут гарнийский храм. И они пользовались греческим
письмом потому, что иной, армянской письменности в то время еще не было.
На северо-востоке от Гарни расположен монастырь Гегард. Он известен
высеченной в скале церковью. Свет в нее попадает через отверстие,
прорезанное в куполе. В полдень, когда над ним проходит солнце, игра света
и тени творит чудеса: кажется, начинают двигаться, оживают каменные
украшения храма — оскаливают зубы львы, распрямляет крылья орел.
Но проходит минута, солнце уходит, и все тонет в полумраке: и колонны,
и арки, и каменное солнце на восточной стене. Скрывается и высеченная
надпись, выполненная уже на армянском языке: "Меня, мастера Глдзака,
помяните..."
Кто он, Глдзак? Главный строитель храма или один из простых
каменотесов?
Есть еще несколько надписей на стенах Гегарда, также армянских. Две из
них датированы 1174 и 1181 годами. Все они сделаны тогда, когда у армян
уже была своя письменность.
Но самые ценные для науки, самые интересные памятники письменности --
это, конечно, книги. Как создавались они?
НЕУТОМИМЫЕ ГРИЧИ
Первая печатная армянская книга увидела свет в 1512 году в Венеции. Ее
отдаленнейшие предшественницы — армянские рукописные книги появились на
рубеже IV — V веков.
Из далекого прошлого возникают образы гричей — переписчиков армянских
рукописей. День и ночь трудились они, создавая шедевры книжного
рукописного искусства.
Как правило, в конце книги гричи оставляли памятную запись, так
называемый ишатакаран, то есть коротенькую хронику о памятных событиях,
свидетелями которых они были: о нашествиях и войнах, землетрясениях и
эпидемиях. Из этих записей мы узнаем имя писца, а иногда и его судьбу.
Например, ученик знаменитого грича Ованеса Манкгасаренца рассказывает, что
его учитель на протяжении семидесяти двух лет "летом и зимой, денно и
нощно переписывал книги и переписал их сто тридцать две, а на старости лет
уже не только не мог держать перо в дрожащей руке, но и вовсе ослеп".
Грича не назовешь ремесленником. Нужно было очень любить свой труд,
верить в его высокое назначение, чтобы избрать тяжелую профессию писца.
"Рука моя уйдет, а письмена останутся", — читаем памятную запись
безымянного грича.
Военные лихолетья не раз заставляли армян, спасаясь от рабства, а порой
и от смерти, покидать родину. И производство армянских рукописных книг
возрождалось там, куда забрасывала судьба невольных изгнанников: во
Львове, в Каменец-Подольске, в Феодосии, в Венеции, в Риме и в
Константинополе, в Исфахане и Калькутте. Этот неполный перечень
свидетельствует о географии скитаний армянских переписчиков книг --
самоотверженных и неутомимых гричей.
Нет цены рукописям, собранным в Матенадаране. Здесь находятся рукописи
знаменитых историков Егише, Мовсеса Хоренаци, Фавсоса Бюзанда. Их
произведения — не развлекательное описание прошедших событий, на
протяжении веков звучал со страниц горячий призыв к борьбе за свободу
родной земли.
У входа в Матенадаран, словно приветствуя посетителей, стоят каменные
изваяния — скульптурные изображения тех, чьи работы особенно украшают
армянскую культуру. Человек со строгим, гордым лицом, прижимающий к груди
книгу, — Мовсес Хоренаци. Рядом с ним другой, он задумчиво смотрит на
макет земного шара — это Ананий Ширакаци — математик, географ, астроном.
Тихо под сводами библиотеки. Шелестят страницы древних рукописей. А за
стенами великого музея книги кипит жизнь столицы советской Армении --
города Еревана. Этот город не забывает о тех, кому армянский народ обязан
многими сокровищами своей культуры.
ПРИНОСЯЩИЕ ВЕЛИКУЮ ПОЛЬЗУ
"Не лепо ли ны бяшетъ, братие, начяти..."
"Слово о полку Игореве".
ЗАГАДКИ ИСТОРИИ
На стеле с римскими письменами мы, даже не зная латыни, найдем знакомые
буквы. В школе каждый из нас изучает какой-нибудь иностранный язык --
английский, немецкий или французский; в основе алфавитов этих языков лежит
латиница.
А сможем ли мы прочитать надпись, сделанную несколько веков назад
нашими предками? Не сразу поймешь, что означает, какой звук обозначает та
или иная буква. Да и слова какие-то странные, например, двца или батьство.
А над ними волнистая черточка. Это надстрочный знак — титло. Переписчики
рукописей, чтобы быстрее делать свое дело, пропускали некоторые буквы и
как указатель ставили над сокращенным словом титло. Двца — следует читать
девица, а батьство — богатство.
Форма одних и тех же букв в различных рукописях не совсем одинаковая.
Не только потому, что у каждого писца был свой почерк. На протяжении веков
буквы нашего алфавита постепенно изменялись, пока не стали такими, какими
мы их знаем сегодня. Изучая форму письменных знаков, палеографы определяют
время написания той или иной рукописи — книги, письма, государственного
документа. Старейшие памятники русской письменности датированы XI
столетием. Более древних нет, они не сохранились, а быть может, пока не
найдены.
На протяжении многих лет ученых интересуют вопросы: когда и как
родилась славянская азбука и были ли до ее появления какие-нибудь другие
письменные знаки? Долгое время существовало мнение, что наши предки обрели
письменность после крещения Руси, когда из Византии и Болгарии пришли на
Русь христианские богослужебные книги.
Так ли это? Ведь письменность и книги не одно и то же. Книги можно
привезти, их и привозили. С этим никто не спорит. В Болгарии и Византии
было высокоразвитое книжное искусство, и оно, несомненно, оказало влияние
на развитие книжного дела в Древней Руси. А язык этих книг оказал влияние
на развитие русского литературного языка. Другое дело письменность. Она,
как известно, появляется тогда, когда становится нужной создавшему ее
народу. А славянские племена, в частности восточные славяне, еще до
крещения Руси достигли того уровня общественного развития, когда
письменность становится необходимой. Этого требовало зарождение
государственности, торговли, дипломатических отношений с соседями.
Во многих местах, где некогда селились наши пращуры, например в
Северном Причерноморье, археологи не раз находили и находят — на каменных
плитах, надгробиях, амфорах — таинственные, непонятные знаки. Возможно,
что это знаки собственности, тамги. А быть может, знаки примитивной, а
потому ставшей ненужной и полностью забытой древнейшей письменности. Любая
загадка истории манит в неведомое, увлекает и волнует, призывает к поиску.
Первым историком славянской письменности был болгарский книжник, ученый
монах, черноризец Храбр. Жил он в X столетии при дворе болгарского царя
Симеона. Это был период расцвета болгарской литературы, ее "золотой век".
В книге "Сказания о письменах" черноризец Храбр говорит о двух этапах
развития славянского письма. Первый — "когда славяне были язычниками, то
не было у них своих книг, потому считали и гадали они при помощи черт и
резов".
Второй — "когда они крестились, то стали писать римскими и греческими
письменами", но было это письмо "без устроения", не приспособленное для
славянской речи.
В 1899 году на Украине археологи раскопали могильник. На одном
найденном ими глиняном сосуде они увидели интересный и необычный орнамент.
Изучением сосуда занялся академик Б. А. Рыбаков. Оказалось, что рисунок на
сосуде разделен на двенадцать частей, соответственно двенадцати месяцам
года. Каждый сектор, в свою очередь, заполнен рисунками. Там, где имелся в
виду апрель, изображена соха. Август знаменуют колосья. В январе отмечали
праздник Солнца, и в орнаменте начертан знак косого креста, обозначавший у
древних славян солнце и пламя. Стало ясно, что содержание и
последовательность рисунков совпадают с последовательностью славянских
религиозных праздников и с календарными датами сельскохозяйственных работ.
Возможно, что эти рисунки именно те знаки, которые Храбр называет
"чертами и резами". И появились они у славян в III — IV веках.
Исследователи не ограничиваются археологическими находками. Тщательно
изучают они письменные памятники, вчитываются в давно пожелтевшие
пергамены. Для поиска древнейшей письменности славянских племен особенно
интересны четыре документа, авторы которых жили в далеком десятом
столетии.
...Летом 921 года из Багдада в страну волжских болгар выехало
посольство. Его сопровождал образованнейший человек того времени Ахмед
ибн-Фадлан. Возвратясь домой, он написал интересную книгу. В ней
ибн-Фадлан рассказал и о наших далеких предках, сильных и смелых,
голубоглазых, светлобородых русах, приезжавших на Волгу торговать
пушниной.
Ахмед ибн-Фадлан подробно описал обряд погребения знатного русича,
умершего в Болгарии, но похороненного по обычаям его родины. Его тело
положили в ладью, с ним его оружие, коня, задушенную рабыню и сожгли.
"Потом они соорудили, — пишет дальше ибн-Фадлан, — нечто вроде круглого
холма и водрузили в середине его большую деревяшку белого тополя, написали
на ней имя этого мужа и царя русов..."
Какими же знаками была сделана надпись? Личными или родовыми, тамгами,
близкими "чертам и резам"? Или знаками неизвестной нам азбуки? Об этом
ибн-Фадлан, к сожалению, ничего не рассказал...
Автор второго документа — географ и путешественник Масуди. Он пишет,
что, посетив один древний славянский храм, видел в нем пророчества,
написанные на камне.
Снова тот же вопрос: быть может, на камне были вырезаны "черты и резы",
по которым, как говорит Храбр, гадали славяне, когда были они еще
язычниками? Пророчества и гадания — понятия близкие. Или это знаки
письменности, не сохранившейся, не дошедшей до нашего времени?
Третий голос из далекого прошлого принадлежит немецкому летописцу
Титмару Мерзебургскому. Он видел в языческом храме города Ретра несколько
славянских идолов и на каждом из них особенными знаками написанные имена
этих богов. Вот и третья загадка...
Четвертый документ отличается от предыдущих большей определенностью.
Арабский ученый ибн-аль-Недим скопировал одну надпись, и копия эта
сохранилась.
Но уже не о "чертах и резах", а определенно о письме говорит летопись
"Повесть временных лет", составленная в XII столетии в Киеве монахом
Нестором-летописцем. Он приводит договоры между Русью и Византией,
заключенные Олегом в 911 году и Игорем в 944 году, то есть еще до крещения
Руси.
Известно, что в Византии дипломатические договоры писались на двух
языках: на греческом и на языке тех, с кем договор подписан. В договоре
Игоря сказано: "Мы же свещание се написахом на двое харатью". Иными
словами, это соглашение было написано на двух листах пергамена, в двух
экземплярах. В этом же договоре говорится, что когда-то послы и купцы из
Киевской Руси, приезжая в Византию, предъявляли золотые или серебряные
печати. А ныне они должны иметь при себе соответствующие грамоты. В
договоре Олега упоминаются и письменные духовные завещания русских людей,
умерших в Византии...
Договоры, духовные завещания, верительные грамоты... Но все это еще не
та славянская письменность, которую с уверенностью можно было бы считать
предшественницей нашего современного алфавита. Прямой его предшественник
— алфавит, созданный великими просветителями братьями Кириллом и
Мефодием.
МОРАВСКОЕ ПОСОЛЬСТВО
Неспокойно на сердце у князя Ростислава. Кажется, все хорошо в его
государстве. Расцветает, крепнет под княжеской рукой великая Моравия.
Роскошные у князя палаты, каменные церкви украшают его столицу --
прекрасный Велеград. Необозримые нивы раскинулись от Тисы до Вислы и
Одера. Шумят на них, золотятся хлеба. Крепко держат кованые мечи
дружинники князя.
Однако не дремлют и враги. Рыщут по всей стране ватиканские монахи.
Бормочут по-латыни свои молитвы. Но не божественное у них на уме. Черные
рясы скрывают лазутчиков воинственного соседа, Людовика Немецкого. Для
него Моравия — лакомый кусочек. Тревожится князь Ростислав: как уберечь
свою державу? Где взять силы, чтобы противостоять врагу? И решает
заручиться помощью византийского императора Михаила. Византия — центр
пра...
