Марио Варгас Льоса. Капитан Панталеон и Рота Добрых услуг
страница №6
...ысканный вкус, сеньор Пантоха, и знайте, что мы, мужчиныгорода, все, как один, завидуем Вам, потому что Бразильянка самое
соблазнительное, самое прелестное существо, которое когда-либо ступало на
землю Икитоса, — вот какое счастье выпало Вам и всем подряд солдатикам
нашей армии. Вы, должно быть, направлялись на берег красивейшего озера
Морона поглядеть, как сгущаются сумерки, и поклясться в вечной любви, как
это теперь стало модно среди местных влюбленных, на краю оврага, где распяли
младенца-мученика.
Сердечно жмет Вашу руку, сами знаете кто.
XXX
ЖРДУГЧА
ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА No 18
Главная тема: Женская рота добрых услуг для
гарнизонов и частей Амазонии.
Конкретная тема: Чрезвычайные происшествия,
имевшие место в оперативной
группе No 25 в Борхе в пери-
од с 22 по 30 сентября 1957 г.
Характер документа: Секретно.
Дата и место: Икитос, 6 октября 1957 года.
Нижеподписавшийся, капитан СВ (Интендантской службы) Панталеон Пантоха,
командир Женской роты добрых услуг для гарнизонов и частей Амазонии,
почтительно приветствует генерала Фелипе Кольасоса, начальника
Административной, Интендантской и других служб Сухопутных войск, и
докладывает:
1. По поводу чрезвычайных происшествий, имевших место в гарнизоне
Борха, о которых сообщается в объяснительной записке полковника СВ Петера
Касауанки,
прилагаемой к настоящей докладной, ЖРДУГЧА провела тщательное
расследование, которое позволило установить следующие факты:
а) В течение восьми дней пребывания оперативной
группы No 25 в Борхе (с 22 по 30 сентября) погода
там стояла превосходная, все время светило солнце,
не выпало ни одного дождя, и река Мараньон была
спокойна, о чем сообщается в сводке метеорологичес-
кой службы Перуанских военно-воздушных и военно-
морских сил, которая прилагается.
б) Показания всех членов оперативной группы No 25
решительно совпадают в том, что задержка в Борхе
была вызвана намеренным повреждением гидропла-
на "Далила", которое произвело неизвестное лицо
с целью воспрепятствовать отлету и задержать опе-
ративную группу в Борхе; через восемь дней гидро-
план таким же таинственным образом был починен.
в) Точно так же все члены оперативной группы оди-
наково показывают, что на протяжении всех восьми
дней вынужденного пребывания в Борхе рабочие
единицы Кока, Флор, Макловия и Лохмушка (Мак-
ловия, разумеется, лишь когда она находилась в рас-
положении гарнизона) ежедневно и неоднократно
принуждались к оказанию добрых услуг всем офи-
церам и унтер-офицерам подразделения вопреки ус-
таву ЖРДУГЧА, исключающему из сферы ее услуг
старший и средний офицерский состав, при этом за
упомянутые услуги не было получено материально-
го вознаграждения.
г) Пилот "Далилы" утверждает, что причиной его
заключения в карцер гарнизона Борха послужило
его намерение, и только оно, помешать оперативной
группе оказывать добрые услуги, противоречащие
уставу и ad honores*, которых от нее требовали и
число которых, согласно ее собственным приблизи-
тельным подсчетам, составляет 247.
(* Без вознаграждения (лат.))
д) Нижеподписавшийся хотел бы подчеркнуть, что
докладывает о результатах настоящего расследова-
ния не для того, чтобы опровергнуть свидетельство
полковника Петера Касауанки — выдающегося ко-
мандира, которого сам он высоко ценит и уважает,--
но исключительно из стремления внести свой посиль-
ный вклад, пополнив всесторонне сообщение выше-
названного военачальника, а также во имя торже-
ства правды.
2. С другой стороны, нижеподписавшийся имеет честь довести до сведения
командования, что проведенное ЖРДУГЧА расследование обстоятельств побега и
после-
дующего бракосочетания рабочей единицы Макловии с бывшим первым
сержантом Теофило Гуалино совпадает по всем параметрам с версией, изложенной
в объяснительной записке полковника СВ Петера Касауанки, с тем лишь
дополнением, сделанным по просьбе вышеупомянутой Макловии, что она и бывший
первый сержант Гуалино завладели гарнизонным катером заимообразно, поскольку
уйти из Борхи можно только по реке, и что они были твердо намерены вернуть
его при первой же возможности. Упомянутая Макловия за безответственное
поведение уволена из рядов ЖРДУГЧА без выходного пособия и рекомендательного
письма.
3. Нижеподписавшийся позволяет себе обратить внимание Командования на
то обстоятельство, что причины данного чрезвычайного происшествия, как и
большинства других, имевших место, несмотря на все старания ЖРДУГЧА и
ответственных лиц в гарнизонах и частях, коренятся в трагической нехватке
рабочих единиц. Штат в количестве двадцати (20) рабочих единиц (а в
настоящее время девятнадцати, поскольку упоминавшейся Макловии еще не
найдена замена) при всей самоотверженности и доброй воле всех сотрудниц
ЖРДУГЧА недостаточен для удовлетворения неуемно растущего спроса со стороны
потребительских центров, которые мы при всем нашем желании не можем
обслужить должным образом, выдавая им, да простят мне это выражение, в час
по чайной ложке, а такой рацион способен лишь возбудить, породить чувство
фрустрации, а иногда стать причиной опрометчивых, достойных сожаления
поступков. Нижеподписав-шийся снова позволяет себе обратиться к Командованию
с убедительной просьбой решиться на смелый шаг — дать согласие на
увеличение оперативного штата ЖРДУГЧА с двадцати (20) до тридцати (30)
рабочих единиц, что явилось бы существенным про-грессом в деле еще далекого
от реальности осуществления того, что в науке называется "полным
удовлетворением мужских потребностей" наших войск, служащих в Амазонии.
Да хранит Вас Бог.
Подпись: капитан СВ (Интендантской службы)
Панталеон Пантоха.
Приложение: объяснительная записка полковника СВ
Петера Касауанки, командира гарнизона Борха (на реке
Мараньон) и две (2) сводки метеорологической службы
ВМФ и ВВС.
РЕЗОЛЮЦИЯ: Направить докладную записку капи-
тана Пантохи генералу Висенте Скавино, главнокоман-
дующему V военным округом с нижеследующими указа-
ниями:
Произвести немедленно тщательное расследование
чрезвычайного происшествия с оперативной группой
No 25 ЖРДУГЧА, имевшего место в гарнизоне Борха в
период между 22 и 30 сентября, и строго наказать винов-
ных.
Удовлетворить просьбу капитана Пантохи и выде-
лить ЖРДУГЧА средства, необходимые для увеличения
оперативного штата с двадцати до тридцати рабочих
единиц.
Подпись: генерал Филипе Кольасос,
начальник Административной, Интендант-
ской и других служб Сухопутных войск.
Лима, 10 октября 1957 года.
СЛУЖЕБНАЯ ЗАПИСКА КОНТР-АДМИРАЛА ПФ
ПЕДРО Г. КАРРИЛЬО, КОМАНДУЮЩЕГО РЕЧНОЙ
ФЛОТИЛИЕЙ АМАЗОНКИ, ГЕНЕРАЛУ СВ ВИСЕН-
ТЕ СКАВИНО, ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ V ВО-
ЕННЫМ ОКРУГОМ (АМАЗОНИЯ)
База Святая Клотильда, 2 октября 1957 года
Заверяя в своем глубоком уважении, имею честь довести до Вашего
сведения, что с различных военных баз, расположенных в Амазонии, до меня
дошли сигналы об удивлении и недовольстве как со стороны матросов, так и
офицерского состава по поводу гимна Роты добрых услуг. Люди, облаченные в
незапятнанный мундир Перуанского флота, выражают сожаление по поводу того,
что автор текста вышеупомянутого гимна не счел нужным даже упомянуть
Перуанский флот или морскую службу вообще, как если бы они вовсе не
покровительствовали этому начинанию, между тем как — надо ли
напоминать? — мы содействовали ему, выделив транспортное судно с
соответствующим экипажем и приняв долевое участие в расходах по его
содержанию, а также аккуратнейшим образом выплачивая гонорары, причитающиеся
за оказываемые нам услуги.
Будучи убежден в том, что такое упущение является исключительно
результатом
недосмотра и возникло случайно, а ни в коей мере не продиктовано
намерением оскорбить Флот или недооценкой морской службы со стороны наших
коллег из Сухопутных войск, я направляю Вам эту служебную записку
одновременно с моим
дружеским приветом и прошу исправить, если это в Ваших силах,
допущенную неточность, ибо, сколь бы банальной и незначительной она ни была,
все же может
стать причиной обид и досады, которым не следует омрачать отношений
между братскими родами войск.
Да хранит Вас Бог.
Подпись: контр-адмирал ПФ Педро Г. Каррильо,
командующий Речной флотилией Ама-
зонки.
РЕЗОЛЮЦИЯ: Ознакомить с содержанием служеб-
ной записки капитана Пантоху, вынеся ему порицание
за непростительную бестактность, которую проявила
ЖРДУГЧА в этом вопросе, и распорядиться немедлен-
но должным образом искупить вину перед контр-адми-
ралом Педро Г. Каррильо и нашими товарищами, слу-
жащими в Перуанском флоте.
Подпись: генерал Висенте Скавино,
главнокомандующий V военным округом
(Амазония).
Икитос, 4 октября 1957 года.
Рекена, двадцать второе октября
одна тысяча 957
Атважный Синчи!
Откликнись в своих разячих несправедливости передачах по амазонскому
радиу которые мы всю дорогу слушаим за что тебя приветствуим потому как
морячки с базы Святой исабелиты притащили к нам сюда потаскушек из Икитоса
на раскошном пароходе по имени ева и плещутся себе в наших водах вместе с
ними а нам нельзя и мы прогрессивная молодежь Рекены ничего поделать не
можем. Где же справедливость Атважный Синчи? Мы уже избирали комиссию из
себя горожан под водительством алькальда Теофило Морея чтобы протестовать
самому начальнику базы святой Исабели-ты но этот трус отказал нам по причине
мол каких я могу позволить вам услуг если никаких таких услуг не существует
и при том поклялся еретик на образке младенца мученика. Вот те на будто мы
ничего не видим ничего не слышим что скажешь Синчи как тебе это нравится?
Почему морякам можно, а нам нет? Вставь про это в свою передачу Атважный
Синчи дай им в поддых сотри в порошок!
Твои слушатели которые уважают
Артидоро Сома
Непомусено Килка
Кайфас Санчо
С письмецом посылаем тебе и подарочек попугая у него язык подвешен не
хуже твоего.
ЖРДУГЧА
ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА No 26
Главная тема: Женская рота добрых услуг для
гарнизонов и частей Амазонии.
Конкретная тема: Объяснение побудительных
причин и доработка текста
гимна Роты добрых услуг.
Характер документа: Секретно.
Дата и место: Икитос, 16 октября 1957 года.
Нижеподписавшийся, капитан СВ (Интендантской службы) Панталеон Пантоха,
командир Женской роты добрых услуг для гарнизонов и частей Амазонии,
почтительно приветствует контр-адмирала ПФ Педро Г. Каррильо, командующего
Речной флотилией Амазонки, и докладывает:
1) что глубоко сожалеет о непростительной небрежности, в силу которой в
тексте гимна Роты добрых услуг не оказалось четкого упоминания славного
Перуанского
флота и его отважных моряков. Не из желания оправдаться, но лишь в
порядке информации следует сообщить, что гимн, написанный не по заданию
командования ЖРДУГЧА, но возникший стихийно, как творчество ее личного
состава, был хотя и без дурного умысла, но несколько легкомысленно одобрен
без предварительного критического рассмотрения как с точки зрения формы, так
и в отношении содержания. Ибо даже если это не нашло отражения в тексте, но
в духе самого гимна, равно как в умах и сердцах тех, кто трудится в ЖРДУГЧА,
всегда присутствует образ Перуанского флота и морской службы, как таковой, к
которой у нас в Роте питают особую любовь и самое глубокое уважение;
2) что недостатки, имевшиеся в гимне, устранены, он обогащен следующими
изменениями:
а) Припев, или рефрен, который повторяется пять раз, после каждой новой
строфы, три раза (первый, третий и пятый) будет исполняться согласно
первоначальному варианту, то есть:
Служить, служить, служить
Солдатам отчизны родной.
Служить, служить, служить
Телом и душой.
Второй и четвертый раз будет исполняться второй вариант припева:
Служить, служить, служить
Флоту отчизны родной.
Служить, служить, служить
Телом и душой.
б) Первая строфа претерпела коренные изменения: убрана четвертая
строчка первоначального варианта "Пусть служат — не тужат", и вместо нее
написана новая:
Капельку счастья, немного участья
Нашим солдатам, славным ребятам,
Чем сможем — поможем
И нашим матросам.
Да хранит Вас Бог.
Подпись: капитан СВ (Интендантской службы)
Панталеон Пантоха.
Копии: генералу Фелипе Кольасосу, начальнику Ад-
министративной, Интендантской и других служб Сухо-
путных войск и генералу Висенте Скавино, главнокоман-
дующему V военным округом (Амазония).
СТАТИСТИЧЕСКИЙ ОТЧЕТ
Полковник СВ Максимо Давила имеет удовольствие направить ЖРДУГЧА
следующий сводный отчет о пребывании оперативной группы No 32 в гарнизоне
Барранка (на реке Мараньон):
Дата прибытия оперативной группыNo 32: 3 ноября 1957 года.
Транспортные средства и состав оперативной группы: судно "Ева".
Начальник оперативной группы: Китаец Порфирио. Рабочие единицы:
Кока, Печуга, Лалита, Сандра, Ирис, Хуана, Лорета, Бразильянка, Роберта
и Эдувихес.
Время пребывания в гарнизоне: шесть (6) часов, от 14.00 до 20.00.
Число потребителей и процедура оказания услуг: Сто девяносто два (192)
потребителя были разделены на группы и обслужены следующим образом: группа
из десяти (10) потребителей — Бразильянкой (невзирая на то, что на нее
поступило наибольшее количество заявок от личного состава полка, было учтено
распоряжение ЖРДУГЧА о предоставлении этой рабочей единице установленного
минимума потребителей); группа из двадцати двух (22) потребителей — Печугой
(поскольку она стоит на втором месте по популярности в нашем полку) и восемь
групп по двадцать (20) потребителей — остальными рабочими единицами.
Разделение на группы было осуществлено после того, как покончили с
непредвиденными обстоятельствами, о которых будет сказано ниже. Поскольку
"Ева" должна была отчалить до темноты, а в это время года в нашей местности
темнеет быстро, максимальное время потребления было сокращено с двадцати
минут до пятнадцати, дабы закончить всю операцию до захода солнца, что и
удалось осуществить.
Оценка результатов: Потребители были вполне удовлетворены оказанными им
услугами, лишь некоторые жаловались на сжатость сроков, которая имела место
по причине, изложенной выше; поведение оперативной группы No 32 было вполне
корректным, что вообще отличает все оперативные группы ЖРДУГЧА, которые мы
имели удовольствие принимать в гарнизоне Барранка.
Непредвиденные обстоятельства: Медицинская служба нашего полка
обнаружила, что вместе с оперативной группой No 32 обманным образом в
женском платье зайцем прибыл некий субъект, который был сдан патрулю и, как
выяснилось в результате допроса, оказался Адрианом Антунесом (он же
Стомордый), который является покровителем, или сутенером, рабочей единицы,
известной под именем Печуга. "Заяц"
признался, что попасть на судно ему помогла его протеже, вышеупомянутая
Печуга, и что он угрозами добился согласия начальника оперативной группы и
молчания остальных рабочих единиц. Благодаря женскому платью ему удалось
обмануть экипаж, будто он — новая рабочая единица по имени Адриана, и
мошенничество раскрылось лишь по прибытии в гарнизон Барранка, когда
новоявленная Адриана, сославшись на нездоровье, предложила первому же
клиенту, нижнему чину Рохелио Симонсу, вместо нормальной услуги --
противоестественную. У нижнего чина Симонсы зародились подозрения,
он донес о случившемся, и лже-Адриана была насильно подвергнута осмотру
дежурным фельдшером, который и установил ее истинный пол. "Заяц" сначала
уверял, будто замыслил этот маскарад только для того, чтобы самому
проверить, каковы заработки рабочей единицы Печуги (75 % поступает ему),
поскольку подозревал, что она занижает цифры, отчитываясь перед ним, и
урезает его долю. Но потом, натолкнувшись на недоверие со стороны тех, кто
его допрашивал, признался, что уже много лет как извращенец и истинное его
намерение состояло в том, чтобы предаваться этому пороку с войсками и
доказать самому себе, будто он свободно может заменить женщину в составе
ЖРДУГЧА. Все это было подтверждено его сожительницей Печугой. Поскольку не в
нашей компетенции принимать какие бы то ни было решения по поводу
случившегося, субъект по имени Адриан Антунес (он же Стомордый) в наручниках
и под охраной был возвращен на судне "Ева" в интендантский центр для того,
чтобы командование ЖРДУГЧА приняло в отношении его меры, которые сочтет
нужным.
Предложения: Изучить возможность чаще направлять в потребительские
центры оперативные группы ЖРДУГЧА, принимая во внимание положительный эффект
доброй услуги для войск.
Подпись: полковник СВ Максимо Давила,
командир гарнизона Барранка (на реке
Мараньон).
Приложение: список потребителей (имена, фамилии, номера личных
формуляров и карточек с отчислениями), а также "заяц" Адриан Антунес (он же
Стомордый).
Икитос, 1 ноября 1957 года
Уважаемая сеньора Пантоха!
Сколько раз я подходила к Вашей двери, хотела постучать, но потом
раскаивалась и вся в слезах возвращалась к своей сестре, Росите, потому что
твой муж всегда грозился: раньше, мол, провалитесь в ад, чем подойдете
близко к моему дому. Но я совсем отчаялась, и без того живу как в аду,
сеньора, сжальтесь надо мной, хоть сегодня, в День поминовения усопших. А я
сейчас пойду в церковь Пунчаны помолиться за дорогих
тебе покойников, сеньора Пантоха, прояви доброту, я знаю, Вы добрая, и
я видела, какая у тебя хорошенькая доченька, личико у нее ангельское, как у
младенца-мученика из Моронакочи. Скажу Вам, когда родилась твоя доченька, мы
все в Пантиляндии были уж так рады, уж так рады, мы устроили праздник твоему
мужу и подпоили его, чтобы ему от вина стало еще лучше, вот, говорили мы
друг дружке, наверное, она, что твой ангелочек,
с чистой душою явилась к нам прямо с неба. Так, видать, и есть, я знаю,
мне сердце подсказывает. Вы меня знаете, один раз видели год назад или
больше, я та прачка, которую Вы по ошибке впустили в дом, думали, мол, я
пришла белье постирать. Это я и есть, сеньора. Помогите мне, проявите
доброту к бедняжке Макловии, я помираю с голоду, а несчастный Теофило там, в
Борхе, его гноят в карцере, посадили на хлеб и воду, он мне описал все в
письме, которое передал один друг, а весь грех-то его, несчастного, в том,
что он любит меня, помогите хоть чем-нибудь, а уж я по гроб жизни буду тебе
благодарная. А как Вы думаете, я могу жить, сеньора, если Ваш муж выкинул
меня из Пантиляндии? Сказал, что я плохо вела себя в Борхе, мол, подговорила
Теофило убежать. Это не я, это он сказал: давай убежим в Ньеву, сказал,
простит мне, что я была гулящей, что, когда мы приехали в Борху, как только
увидел меня, мол, сердце ему сказало: "Вот она, женщина, которую ты ищешь
всю жизнь".
Благодаря доброму сердцу сестры моей Роситы у меня есть кров, но она
сама тоже бедная и не может кормить меня, сеньорита, это она пишет тебе
письмо за меня, я не умею. Сжальтесь надо мною ради Христа, он тебя наградит
за это, наградит на небе и тебя и доченьку твою, я видела ее на улице, как
она топала своими ножками, и подумала, ну чистый ангелочек, глазки-то какие.
Мне надо вернуться в Пантиляндию, скажи своему мужу, пусть простит меня и
возьмет обратно. Разве я плохо работала? Разве чем огорчила сеньора Пантоху,
пока была там? Ничем, ни разочка, только это одно за весь-то год. Я что же,
не имею права полюбить человека? А сам он как слюни пускает, когда к нему
подступается Бразильянка со своими штучками? Поостерегись, сеньора, это
плохая женщина, она жила в Манаосе, а гулящие оттуда все, как одна,
бандитки, она, видно,
опоила твоего мужа, околдовала, чтобы вить из него веревки. Ведь
убились же из-за нее двое мужчин, один американец — прямо святой, говорят,
а другой студент. И разве с сеньором Пан-Паном уже не получилось так, что
она вытягивает из него все, что ей надо? Поостерегись, сеньора, эта женщина
может его отнять, тогда наплачешься, сеньора. Я буду молиться за тебя, чтобы
такого не вышло.
Попроси его, умоли за меня, сеньора Пантоха. Моего Теофило будут
держать за решеткой много месяцев, а я хочу повидать его, потому что, чудное
дело, по ночам плачу во сне и все о нем думаю. Он муж мой перед Богом,
сеньора, нас повенчал старичок, святой отец в Ньеве. В Хранилище креста мы
распяли куренка ради нашей любви и верности. Теофило не был с братьями, а я
была с тех пор, как в Икитос пришел брат Франсиско, благослови его Бог, я
ходила слушать его, и он меня обратил. А я обратила Теофило, и он сделался
братом", увидел, как в Ньеве "братья" нам помогли. За то,
что дали нам пищу и уступили свой гамак, им, беднягам, пришлось уйти в
горы, бросить дома, бросить всю живность, все, что имели. Какая же это
справедливость — преследовать хороших людей, которые верят в Бога и творят
добро?
Как я могу поехать к Теофило повидаться, если у меня нет денег на
дорогу? А где взять работу, если Сморчок жутко злопамятный и не хочет брать
меня к себе, потому как я ушла от него в Пантиляндию. И обратно в прачки не
хочу: смерть как устаешь там и полиция вытягивает все, что заработаешь.
Некуда деваться, сеньора. Поцелуй его да исхитрись как-нибудь, ведь мы,
женщины, умеем, сделай, чтоб он простил меня, а уж я на
коленях приползу целовать тебе ноги. Подумай о моем Теофило, как он там
в Борхе, а я тут на себя руки хочу наложить, воткнуть бы себе в сердце шип
чимбиры, как делают люди в племени чунчо, и конец печалям, да вот сестричка
Росита не дает, и еще знаю, что Господь наш Бог и брат Франсиско, наместник
его на земле, не простят мне этого, они любят всякую тварь живую, они даже
гулящую любят. Сжальтесь надо мною, пусть он возьмет меня обратно, в жизни
больше не прогневлю его, клянусь тебе твоей доченькой, буду молиться за нее,
пока не охрипну, сеньора. Меня зовут Макловия, он знает. А уж я так тебя
благодарю, сеньора Пантоха, награди тебя Бог, целую твои ножки и ножки твоей
доченьки, по гроб жизни тебе преданная
Макловия.
ПРОШЕНИЕ ОБ ОТСТАВКЕ МАЙОРА КАК ГОДО-
ФРЕДО БЕЛЬТРАНА КАЛИЛЫ, КОМАНДИРА КОР-
ПУСА АРМЕЙСКИХ КАПЕЛЛАНОВ V ВОЕННОГО
ОКРУГА (АМАЗОНИЯ)
Икитос, 4 декабря 1957 года
Бригадному генералу Висенте Скавино,
главнокомандующему V военным округом (Амазония)
Мой генерал!
Повинуясь тяжкому долгу, прошу Вас о моей немедленной отставке из
Перуанской армии, в рядах которой я имею честь служить восемнадцать лет, с
тех пор как был рукоположен в священники, и где получил, хотелось бы верить
— заслуженно, звание майора. Повинуясь также с прискорбием велению совести,
возвращаю армии через Вас, моего непосредственного начальника, три награды и
четыре благодарности, объявленные в приказе, которыми за годы моей службы в
обойденном вниманием и почестями Корпусе армейских капелланов (КАК)
Вооруженные силы желали поддержать мои старания и выразить свою
признательность.
Чувствую себя обязанным откровенно заявить, что причиной моего ухода из
армии и отказа от наград и благодарностей является существование в
Сухопутных войсках пагубного полуподпольного учреждения под эвфемистическим
названием Рота добрых услуг для гарнизонов и частей Амазонии, на деле
прикрывающим активную, приобретающую все больший размах поставку проституток
в военные лагеря и речные базы Амазонии. Ни как священник, ни как солдат я
не могу смириться с тем, что армия Болоньези и Альфонсо Угарте, украсившая
историю Перу столькими благородными де-
лами и славными героями, так низко пала и покровительствует продажной
любви, субсидируя ее из своего бюджета и предоставляя в ее распоряжение свою
Интендантскую службу. Хочу привести лишь один вопиющий парадокс: за
восемнадцать лет, несмотря на все мои настойчивые просьбы и ходатайства, мне
не удалось добиться, чтобы в Сухопутных войсках была создана передвижная
команда капелланов, которые бы могли периодически навещать солдат отдаленных
гарнизонов, где нет своих священников, — а таких гарнизонов большинство, --
привозя туда святые дары и исповедуя, в то время как упомянутая Рота добрых
услуг уже теперь, не просуществовав и полутора лет, имеет в своем
распоряжении гидроплан, речное судно, грузовик и самые современные средства
сообщения для того, чтобы заражать всю нашу сельву, из конца в конец,
грехом, развра-
том и, без сомнения, сифилисом.
Хочу, наконец, обратить Ваше внимание на то, что эта вызывающая
удивление Рота возникла и процветает в то время, как католической вере,
официальной религии Перу и Вооруженных сил, у нас в Амазонии угрожает чума
суеверия, которое под личиной так называемых "братьев" обрушивается на
селения, вербуя все больше адептов среди наивных и невежественных людей, а
чудовищный культ ребенка, зверски распятого в
Моронакоче, распространяется повсюду, проникая даже, как стало
известно, в военные казармы. Нет необходимости напоминать Вам, мой генерал,
что всего два месяца назад в расположении поста Сан-Бартоломе, на реке
Укайали, группа фанатиков новобранцев, тайно объединившихся в братство,
пыталась распять заживо индейца, заклиная таким образом бурю, что удалось
пресечь офицерам части, лишь прибегнув к оружию. И в то самое время, когда
Корпус армейских капелланов отважно борется против этой губительной чумы,
поразившей гарнизоны и части Амазонии, командование полагает целесообразным
создание учреждения, расшатывающего мораль и подрывающего дух наших войск,
и, более того, способствует его деятельности. Тот факт, что наши Сухопутные
войска поощряют проституцию, принимая на себя позорную роль посредника,
является симптомом глубокого разложения, к которому нельзя оставаться
безучастным. И коль скоро эта нравственная гангрена поразила становой
хребет, каковым является армия, она в любой момент может перекинуться на
весь священный организм нашей Отчизны. Но я, скромный священник-солдат, не
желаю быть соучастником, не же-
лаю ни способствовать, ни попустительствовать этому чудовищному
процессу.
С воинским приветом
майор (КАК) Годофредо Бельтран Калила,
командир Корпуса армейских капелланов
V военного округа (Амазония).
РЕЗОЛЮЦИЯ: Передать настоящее прошение в Во-
енное министерство и в Генеральный штаб Сухопутных
войск со следующими рекомендациями:
1. Принять прошение об отставке майора (КАК)
Бельтрана Калилы, поскольку его решение оконча-
тельно.
Мягко пожурить его за некоторые неумеренные
выражения, в которых он аргументирует свою просьбу-
Поблагодарить за верную службу.
Подпись: генерал Висенте Скавино,
главнокомандующий V военным округом
(Амазония).
7
СЦЕНАРИЙ ПРОГРАММЫ "ГОВОРИТ СИНЧИ",
ПЕРЕДАННОЙ 9 ФЕВРАЛЯ 1958 ГОДА
ПО АМАЗОНСКОМУ РАДИО
На часах нашей студии — восемнадцать ноль-ноль, Амазонское радио с
удовольствием предлагает нашим слушателям самую популярную программу,
слушайте
наши позывные:
Звучат первые такты вальса "Контаманина", стихают,
продолжают звучать фоном.
ГОВОРИТ СИНЧИ!
Звучат первые такты вальса "Контаманина", стихают,
продолжают звучать фоном.
Полчаса комментариев, критических высказываний, анекдотов, информации
во имя правды и справедливости. Голос, несущий в эфир народные чаяния всей
Перуанской Амазонии. Живая и поистине гуманная программа составлена и
ведется известным журналистом Германом Лаудано Росалесом, СИНЧИ.
Звучат первые такты вальса "Контаманина", затихают,
резко обрываются.
Добрый вечер, дорогие радиослушатели! Я снова с вами на волнах
Амазонского радио, первый канал Восточноперуанского вещания, и постараюсь,
чтобы житель космополитической столицы и женщина из далекого племени,
делающего первые шаги на пути цивилизации, процветающий коммерсант и
скромный земледелец — другими словами, все те, кто борется и трудится во
имя прогресса на непокорной земле Амазонии, побыли полчаса в обстановке
дружбы и веселья, услышали нелицеприятные разоблачения и возвышенные
дискуссии, сенсационные репортажи и сообщения исторической значимости, я
обращаюсь к вам из Икитоса, очага истинно перуанского духа, Икитоса,
оправленного в бескрайнюю зелень нашей сельвы. Но сначала, дорогие
радиослушатели, несколько советов из области коммерции:
Торговая реклама, магнитофонная запись: 60 секунд.
Итак, начинаем, как всегда, нашим разделом НЕМНОГО О КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ.
Стоит ли повторять, дорогие радиослушатели, что необходимо повышать наш
интеллектуальный и духовный уровень, углублять наши знания, особенно о том,
что нас окружает, о нашем крае, о городе, приютившем нас. Давайте же
познавать его тайны, знакомиться с традициями и легендами, украшающими его
улицы, с жизнью и подви-
гами тех, кто дал им свои имена, историей домов, в которых мы живем и
многие из которых были колыбелью великих людей либо местом событий
неувядающей славы, ставших гордостью нашего края. И чем больше мы узнаем о
своих земляках и своем городе, тем больше будем любить нашу Родину, наших
соотечественников. Сегодня мы расскажем вам историю одного из самых славных
зданий Икитоса. Я имею в виду, вы, конечно, уже догадались, хорошо всем
известный Железный дом, как его называют в народе, так непохожий на другие,
так изящно возвышающийся на нашей Пласа-де-Армас, — дом, в котором
помещается изысканный и благородный Городской клуб Икитоса. Синчи
спрашивает: кому из вас известно, кто построил этот Железный дом, поражающий
и приводящий в восторг иноземцев, ступающих на землю современного Икитоса?
Кому из вас известно, что прекрасный дом из металла спроектирован одним из
самых знаменитых архитекторов и строителей Европы и мира? Кому до
сегодняшнего дня было известно, что этот дом был рожден гением великого
француза, который в начале века воздвиг в прекрасном Париже всемирно
известную башню, носящую его имя? Эйфелеву башню! Да,
дорогие радиослушатели, именно так: Железный дом на Пласа-де-Армас --
создание дерзкого выдумщика и знаменитейшего француза Эйфеля, другими
словами, это величайший исторический памятник нашей страны, да и всего мира.
Значит ли это, что знаменитый Эйфель бывал в нашем жарком Икитосе? Нет, он
не был тут ни разу. Как же объяснить в таком случае, что его замечательное
произведение сияет красотой в нашем любимом городе? Вот об этом-то Синчи и
расскажет вам сегодня вечером в разделе НЕМНОГО О КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ...
Короткие арпеджио.
Промчались годы каучукового бума, и великие пионеры наших земель, те
самые, что с севера на юг и с востока на запад избороздили амазонские дебри
в поисках желанного каучука, достойно, как истинные спортсмены, стали
соревноваться на благо нашего города: кто построит дом из самых
высокохудожественных и дорогих современных материалов. Тогда-то и появились
на свет мраморные особняки с фасадами и портиками, украшенными изразцами, с
резными балконами, так красящими улицы нашего Икитоса и напоминающими нам о
золотых годах Амазонии и о словах поэта нашей матери-Родины, сказавшего:
"Любое прошлое — лучше настоящего". Итак, одним из этих пионеров, одним из
великих Господ каучука и авантюры был миллионер и наш славный
соотечественник дон Ансельмо де Агила, который, как и многие ему подобные,
имел обыкновение путешествовать по Европе для удовлетворения томившего его
беспокойства и жажды просвещения. Итак, в одну прекрасную и суровую
европейскую зиму — вот, на-
верное, дрожал там наш лоретанин! — дон Ансельмо де Агила прибыл в
немецкий городок и поселился в небольшой гостинице, которая властно
привлекла его внимание и очаровала современным комфортом, дерзостью
очертаний и своеобразной красотой, ибо была построена целиком и полностью из
железа. Что же сделал наш земляк, дон Агила? Ничтоже сумняшеся и всем
сердцем любя свое милое отечество, что вообще характерно для наших
соплеменников, он сказал себе: это замечательное произведение архитектурного
искусства должно находиться в моем родном городе, Икитос достоин его, и оно
нужно Икитосу, дабы увенчать его изящество и величие. И наш расточительный
лоретанин взял да и купил немецкую гостиницу, построенную великим Эйфелем,
отвалив за нее столько, сколько запросили. Потом велел разобрать ее на
части, погрузил на корабль и привез в Икитос со всеми гайками и шайбочками.
Это был первый в истории дом из готовых конструкций, дорогие радиослушатели.
Здесь его снова собрали самым тщательным образом под любовным присмотром
дона Агилы. Теперь вы знаете, как очутилось в Икитосе это удивительное, не
имеющее себе равного в мире произведение искусства.
И в качестве анекдотического комментария можно лишь добавить, что в
своем симпатичном и благородном стремлении украсить лицо родного города дон
Ансельмо
де Агила действовал несколько опрометчиво, не смекнув, что материал, из
которого сделан дом, вполне годится для полярных стуж высокообразованной
Европы, но вовсе не так хорош для Икитоса, где здание из металла при наших
температурах, как известно, может породить серьезную проблему. Так оно, к
несчастью, и получилось. Самый дорогостоящий дом в Икитосе оказался негодным
для жилья, ибо солнце превращает его
в раскаленный котел, и невозможно притронуться к его стенам, чтобы не
обжечься до волдырей. Дону Агиле ничего не оставалось, как продать этот дом
одному своему другу, каучуковому дельцу Амбросио Моралесу, который полагал,
что сможет вынести адское пекло Железного дома, но и у него ничего не вышло.
Итак, каждый год здание переходило из рук в руки, пока не нашли идеального
выхода: превратили его в Городской клуб Икитоса, который пустует в дневные
часы, когда Железный дом раскаляется, словно печь, и оживает, наполняясь
нашими прелестными дамами и замечательными кавалерами по вечерам, в
прохладное время суток, когда он остывает и становится гостеприимным. Однако
Синчи полагает, что из уважения к его славному создателю Железный дом
следует передать муниципалитету и превратить в своего рода музей,
посвященный тем
славным временам, которые некогда знавал Икитос, поре каучукового бума,
когда это драгоценное черное золото сделало Лорето экономической столицей
страны. На этом, дорогие слушатели, мы заканчиваем наш первый раздел НЕМНОГО
О КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ.
Короткие арпеджио. Объявления, магнитофонная запись:
60 секунд. Короткие арпеджио.
А сейчас наши КОММЕНТАРИИ. Прежде всего, дорогие радиослушатели,
поскольку тема, которую я хочу затронуть сегодня (вопреки собственному
желанию, но повинуясь долгу истинного журналиста, лоретанина, католика и
отца семейства), чрезвычайно серьезна и может оскорбить ваш слух,
убедительно прошу увести от радиоприемников малолетних дочерей и сыновей,
ибо с прямотой, свойственной мне и сделавшей программу "ГОВОРИТ СИНЧИ"
оплотом правды, которую плечом к плечу отстаивают все амазонцы, я буду
говорить о недостойных фактах и называть вещи своими именами, как это делал
всегда. Я заявляю об этом во весь голос и спокойно, как человек, за которым
— весь народ, как человек, выражающий молчаливое, но недвусмысленное мне-
ние большинства.
Короткие арпеджио.
Несколько раз деликатно, чтобы никого не обидеть, ибо таково было наше
желание, мы намекали в нашей программе на обстоятельство, ставшее причиной
скандала и вызвавшее негодование всех честных, достойных и
высоконравственных жителей нашего города. Мы не хотели впрямую и открыто
нападать на это позорное обстоятельство, потому что наивно верили — в чем
не стыдимся признаться, — что повинные в этом надругательстве поразмыслят и
поймут раз и навсегда, какой огромный моральный и материальный ущерб нанесло
Икитосу их неумеренное выколачивание прибыли, их
меркантильный дух, не знающий преград и ни перед чем не
останавливающийся во имя достижения своекорыстных целей, во имя того, чтобы
без устали обогащаться, набивать мошну, даже если для этого приходится
прибегать к запретным средствам — торговле похотью и развратом, своими
собственными и чужими. Некоторое время назад мы, натолкнувшись на
непонимание ограниченных людей, проявили наше единство на этих самых волнах,
где я выступаю, и повели кампанию в интересах цивилизации с тем, чтобы
положить в Лорето конец обычаю во имя очищения сечь детей после Славной
недели. И думаю, мы внесли свой вклад, свою крупицу, чтобы этот обычай,
стоивший стольких слез нашим детям, а некоторых даже нравственно
изуродовавший, был искоренен в Амазонии. Случалось, мы выступали и против
заразы суеверий, которая под личиной Братства охватила Амазонию и усеяла
нашу сельву распятыми невиновными тварями, в чем повинны глупость и
невежество определенной части нашего населения, которыми пользуются
лжемессии и псевдо-Иисусы, набивая собственные карманы и удовлетворяя
болезненное стремление к популярности, неуемное желание завладеть и
управлять толпою в угоду своим садистским, антихристианским наклонностям. Мы
выступали, не боясь быть распятыми на Пласа-де-Армас, что предрекали нам
трусливые анонимки,
которыми нас ежедневно забрасывали, полные орфографических ошибок,
оставленных рукой храбрецов, привыкших из-за угла швырять камни, и мастеров
лаять из подворотни. Не далее как позавчера у дверей собственного дома,
когда мы выходили, направляясь на работу — в поте лица добывать хлеб
насущный, — мы наткнулись на распятого котенка — варварское и коварное
предупреждение. Но ироды нашего времени ошибаются, если
думают, будто могут заткнуть рот Синчи, запугать его. На волнах нашей
передачи мы будем продолжать и дальше сражаться с невежественным фанатизмом,
с религиозными преступлениями этой секты, заклиная власти арестовать так
называемого брата Франсиско, этого амазонского антихриста, который, мы
надеемся, в скором времени будет гнить за решеткой, как рьяный и
сознательный вдохновитель детоубийства в Моронакоче, а также различных
неудавшихся убийств путем распятия на кресте, имевших место в последние
месяцы в разных селениях на территории нашей сельвы, зараженной фанатизмом
"братьев", и отвратительного распятия на прошлой неделе в миссии
Санта-Мариа-де-Ньева старого Аревало Бенсаса, что тоже является делом рук
преступных "братьев".
Короткие арпеджио.
Ныне, с той же твердостью и точно так же рискуя, Синчи спрашивает:
доколе мы, достойные радиослушатели, будем терпеть в нашем родном городе
постыдное явление, а именно так называемую Роту добрых услуг, более
известную в народе как Пантиляндия и поименованную так в насмешку над ее
создателем? Синчи спрашивает: доколе мы, отцы и матери семейств
цивилизованного Лорето, будем с обливающимся кровью сердцем
пытаться воспрепятствовать тому, чтобы наши дети, невинные, неопытные,
не ведающие о грозящей им опасности, бегали как в какой-нибудь цирк смотреть
на торговлю блудницами, бесстыдными шлюхами, проститутками — если не
прибегать к эвфемизмам, — которые без стыда и совести уезжают и
возвращаются в притон, сооруженный у ворот нашего города человеком, не
знающим ни законов, ни принципов, человеком по имени Панталеон Пантоха?
Синчи спрашивает: что за могущественные и темные силы покровительствуют
этому субъекту, который в течение почти двух лет совершенно безнаказанно на
глазах у всего честного народа ведет столь же грязное, сколь и процветающее,
столь же позорное, сколь и доходное дело? Нас не запугать угрозами, нас не
подкупить, и никому не остановить нашего священного похода в защиту
прогресса, нравственности, культуры и нашего горячего перуанского
патриотизма. Настал момент выйти навстречу чудовищу и, как апостол в свое
время, одним ударом отсечь ему голову. Мы не желаем терпеть этот гнойник в
Икитосе, нам всем ест глаза стыд, мы все живем в постоянной тревоге и
кошмаре, оттого что у нас под боком существует этот индустриальный комплекс
по производству проституток во главе с современным вавилонским султаном,
печально известным сеньором Пантохой, который в погоне за богатством и
наживой, не колеблясь оскорбляет и бесчестит самое святое, что у нас есть,
— семью, религию и казармы защитников территориальной целостности и
независимости нашей Отчизны.
Короткие арпеджио. Торговая реклама, магнитофонная запись:
30 секунд. Короткие арпеджио.
Эта история началась не вчера и не позавчера, она тянется уже без
малого полтора года — восемнадцать месяцев, на протяжении которых мы, не
веря глазам своим, наблюдали, как разрасталась и приумножалась похотливая
Пантиляндия. Мы говорим так не ради красного словца, мы прежде изучили дело,
исследовали, проверили все, не зная устали, и теперь Синчи может вам первым,
и только вам, дорогие радиослушатели, рас-
крыть всю потрясающую правду. Правду, от которой содрогаются стены, а
люди теряют сознание. Синчи спрашивает: как вы думаете, сколько женщин --
если только можно назвать этим достойным именем тех, кто недостойно торгует
своим телом, — сколько женщин работает в настоящее время в гигантском
гареме сеньора Панталеона Пантохи? Сорок, ровно сорок. Ни больше ни меньше:
у нас есть даже их имена. Сорок проституток составляют население этого
моторизованного лупанария, поставившего на службу утехам, о которых не
говорят даже на исповеди, последние достижения эпохи электро-
ники и развозящего по всей Амазонии на кораблях и гидропланах свой
товар.
Ни одно промышленное предприятие нашего передового города, всегда
славившегося своим деловым духом, не располагает такой технической
оснащенностью, как Пантиляндия. Не верите — давайте посмотрим, вот
неопровержимые данные: правда или нет, что печально известная Рота добрых
услуг владеет собственной телефонной линией, пикапом марки "додж", номер
"Лорето — 78-256", рацией (приемник-передатчик) с антенной, которая
заставила бы побледнеть от зависти любую радиовещательную станцию Икитоса,
гидропланом Каталина No 37, который носит имя, само собой, библейской
куртизанки Далилы, судном водоизмещением 200 тонн, цинично названным "Евой",
и помещением на реке Итайа с самыми современными и вожделенными удоб-
ствами, как, например, установка кондиционированного воздуха, которая
есть лишь в очень немногих почтенных учреждениях Икитоса? Кто же этот
везунчик, этот сеньор Пантоха, этот креольский Фарук, всего за полтора года
сумевший создать эту великолепную империю? Ни для кого не секрет, что
длинные щупальца мощной орга-
низации, центром которой является Пантиляндия, оплели всю нашу
Амазонию, поставляя стада шлюх, как вы думаете, куда, уважаемые
радиослушатели? Куда, почтенные радиослушатели? В наши воинские казармы. Да,
дорогие сеньоры, таково доходное дело сеньора Пантохи — превратить
гарнизоны и военные лагеря, базы и посты, расположен-ные в сельве, в
миниатюрные содомы и гоморры с помощью своих портативных борделей. И это
именно так. В моих словах нет ни малейшего преувеличения, а если я не прав,
пусть сеньор Пантоха придет сюда и попробует опровергнуть меня. В лучших
традициях демократии я дам ему столько времени, сколько он попросит в
моей завтрашней программе или послезавтрашней — словом, когда он захочет,
— пусть возразит Синчи, если Синчи солгал. Но он не придет, разумеется, не
придет, потому что он лучше всех знает, что я говорю чистую правду, разящую
правду и ничего, кроме правды.
Но я еще не все сказал, уважаемые радиослушатели. Есть еще кое-что, и
это довольно серьезно, если вообще можно себе представить. Этому типу без
стыда и совести, этому Императору Порока мало того, что он торгует сексом в
наших военных казармах, в этих храмах чистого перуанского духа, на чем же,
вы думаете, развозит он свой товар? Что это за гидроплан, столь зловеще
названный "Далилой", выкрашенный в зеленый и красный
цвета, который мы столько раз с колотящимся от гнева сердцем видели в
прозрачном небе Икитоса? Я бросаю вызов сеньору Пантохе — пусть он явится
сюда и перед этим микрофоном ответит, не тот ли это самый гидроплан типа
Каталина No 37, на котором 3 марта 1929 года в день, славный для Перуанских
военно-воздушных сил, лейтенант Луис Педраса Ромеро, которого так чтят в
нашем городе, совершил первый беспосадочный перелет из Икитоса в Йуримагуас,
преисполнив всех лоретан счастьем и энтузиазмом. Да, дорогие
соотечественницы и соотечественники, это правда, горькая правда, но лучше
горькая правда, чем ложь. Сеньор Пантоха злонамеренно попирает и предает
поруганию историческую реликвию, священную для каждого перуанца, используя
ее как средство транспортировки своих гастролирующих шлюх. Синчи спрашивает:
знают ли об этом осквернении национальной святыни военные власти Амазонии и
всей страны? Задумались ли, к чему приведет такое истребление перуанского
духа, высшие начальники Перуанских военно-воздушных сил, и в первую очередь
Командование эскадрильи No 42 (Амазония), призванное ревностно охранять
воздушный корабль, на котором лейтенант Педраса совершил свой незабываемый
подвиг? Не хочется верить всему этому. Мы хорошо знаем наших военачальников,
знаем, сколь достойно, сколь самоотверженно выполняют они поставленные перед
ними задачи. И мы думаем, хотим думать, что сеньор Пантоха обманул их
бдительность, что они пали жертвой грубых ма-
хинаций, в результате которых случилось страшное: с помощью продажных
обольстительниц исторический памятник был превращен в походный дом свиданий.
Ибо
если это не так, если они не были обмануты, не были обведены вокруг
пальца Великим Сутенером Амазонии, это бы означало, что они вступили с ним в
некую сделку, и тогда, дорогие радиослушатели, нам не остается ничего иного,
как лить слезы и никогда больше ни во что не верить, милые радиослушатели,
никогда и ничего больше не уважать. Но этого не может быть. Очаг морального
разложения должен прекратить свое сущест-вование, Халифа Пантиляндии нужно
выкинуть из Икитоса и из Амазонии вместе с его продажными одалисками, потому
что мы, лоретане, люди простые и чистые, работящие и здоровые, и мы такого
не любим, нам такого не нужно.
Короткие арпеджио. Торговая реклама, магнитофонная запись:
60 секунд. Короткие арпеджио.
А теперь, уважаемые радиослушатели, переходим к нашему разделу СИНЧИ НА
УЛИЦЕ: ИНТЕРВЬЮ И РЕПОРТАЖИ! И в этом разделе мы не оставим затронутую тему,
дабы Царь Пантиляндии не почил на своих взращенных в борделе лаврах. Вы
знаете Синчи, уважаемые слушатели, и знаете также: когда он начинает
кампанию за справедливость, правду, просвещение или высокую мораль в
Икитосе, он не остановится, пока не достигнет цели — иными словами, пока не
положит своей соломинки в пламя прогресса нашей Амазонии. Итак, сегодня
вечером в качестве наглядного добавления и живого, драматического и глубоко
человечного свидетельства того зла, которое мы обличаем, в КОММЕНТАРИЯХ
Синчи предлагает вам две магнитофонные записи, сделанные специально и только
для вас ценою неимоверных усилий и риска, — записи, которые сами по себе
обличают мрачную Пантиляндию, а также сколотившую на ней свое состояние
темную личность, которая в погоне за прибылью, не колеблясь, пожертву-ет
самым священным, что есть у человека, достойного так называться, --
собственной семьей, своей уважаемой супругой и малолетней дочуркой. Два
ужасающих в своей обнаженной и отвратительной правде свидетельства Синчи
предлагает вашему вниманию, дорогие радиослушатели, с тем чтобы вы узнали
все внутренние пружины макиавеллиевского механизма повседневной торговли
плотской любовью, которая ведется в презревшей мораль Пантиляндии.
Короткие арпеджио.
Итак, перед нами сидит, испытывая стеснение — поскольку не привыкла
иметь дело с микрофоном, — женщина, еще молодая и недурная собой. Ее зовут
МАКЛОВИЯ. Не будем называть ее фамилию, она не имеет значения, и к тому же
сама Макловия предпочитает остаться неизвестной, и по-человечески это
объяснимо: она не желает, чтобы близкие узнали ее и страдали бы, поняв, что
она занимается или, прошу прощения, занималась ПРОСТИТУЦИЕЙ. Не надо бросать
в нее камень, не надо рвать на себе волосы. Наши слушатели хорошо знают,
что, как бы низко ни пала женщина, она всегда может подняться, если ей
помогут, если ей хватит нравственных сил, если ей протянут дружескую руку.
Чтобы вернуться к честной жизни, перво-наперво надо хотеть этого. Макловия,
вы сами скоро убедитесь, этого хочет. Она была "прачкой", в кавычках
разумеется, и на это трагическое занятие — предлагать себя на улицах
Икитоса — ее толкнули голод, нужда, роковое стечение жизненных
обстоятельств. Потом, и как раз эта сторона ее жизни нас интересует, она
работала в развратной Пантиляндии. А значит, сможет рассказать нам, что
скрывается под этим затейливым именем. Жизненные невзгоды ввергли Макловию в
этот вертеп, и там некий сеньор эксплуатировал ее и наживался за счет ее
женской чести. Но лучше пусть она сама нам все расскажет, расскажет с
откровенностью простой женщины, которой не довелось учиться и приобщиться к
культуре, зато в результате жизненных передряг она приобрела огромный опыт.
Подвинься поближе, Макловия, и говори вот сюда. Не бойся, не стыдись, правда
не оскорбляет и не убивает. Вот тебе микрофон, Макловия.
Короткие арпеджио.
— Спасибо, Синчи. Знае...
