Джуд Уотсон. Планета войн
страница №2
...оследовал заним. Медленно, бесшумно они двинулись по туннелю.
Стены туннеля поддерживались расщепленными балками. Оби-Ван с тревогой
разглядывал их. Этот туннель казался ему очень ненадежным местом. Но лучше
уж очутиться здесь, чем прокладывать себе путь через битком набитую
солдатами, неприступную крепость.
Отойдя подальше от входа в туннель, они зашагали быстрее. Туннель
тянулся, как показалось Оби-Вану, на целые мили, под ногами хлюпала грязь.
Временами вода поднималась до колен. Неведомый спаситель вел их через старые
сточные туннели, вонь стояла ужасающая. Оби-Ван с трудом сдерживал тошноту.
Но спаситель, казалось, не замечал мерзкого запаха; он шел все дальше и
дальше тем же решительным, целеустремленным шагом.
Наконец они добрались до высокого сводчатого зала, освещенного
несколькими светящимися трубками, вделанными в стены. Земля здесь была
сухая, воздух стал значительно свежее. Вдоль зала тянулись длинные ряды
прямоугольных каменных блоков, заросших мхом. Со стен тоже свисали длинные
плети мха.
- Могилы, - шепнул Куай-Гон. - Мы на старом кладбище.
С одной из могил мох был счищен, каменная поверхность мерцала в темноте
тусклым белым светом. Вокруг нее стояли табуретки. За импровизированным
столом сидели и ели из чашек мальчики и девочки: кое-кто казался ровесником
Оби-Вану, были дети и помоложе.
При их появлении из-за стола поднялся высокий, коротко стриженный,
темноволосый мальчик.
- Я их нашла, - объявила спасительница, - оказывается, это была
девочка.
Мальчик кивнул.
- Добро пожаловать, джедаи, - торжественно приветствовал он гостей. -
Мы - Молодые.
Казалось, стены вокруг них ожили и зашевелились. Сумрачные силуэты
приняли облики мальчиков и девочек, они появлялись из теней, поднимались
из-за могил, собирались вокруг Оби-Вана и Куай-Гона.
Испуганный Оби-Ван обвел лица детей изумленным взглядом. Почти все они
были страшно худы, одеты в лохмотья. У всех имелось самодельное оружие - оно
было привязано на поясе или спрятано в кобуру на плече. Ребята с
любопытством разглядывали гостей, даже не пытаясь изобразить вежливость.
Высокий мальчик сделал шаг вперед. На груди у него висела передняя
половинка пластоидного бронежилета.
- Меня зовут Нильд. Я предводитель Молодых. А это Сериза.
Их спасительница откинула капюшон, и Оби-Ван увидел перед собой девочку
примерно одних с ним лет. Ее медно-рыжие волосы были коротко острижены и
растрепаны. У нее было узкое лицо с заостренным подбородком, зеленые глаза
были холодны, как ледяные кристаллы, и сверкали даже в полумраке темного
склепа.
- Благодарим за то, что спасли нас, - ответил Куай-Гон. - А теперь,
прошу вас, расскажите, почему вы это сделали.
- Вам суждено было стать пешками в жестокой военной игре, - пожал
плечами Нильд. - А мы хотим, чтобы эта игра прекратилась.
- Я видел на стенах надписи Молодых, - сказал Оби-Ван. - Вы мелидийцы
или дааны?
Сериза покачала головой.
- Мы и те и другие. Мы едины. - Она гордо вздернула голову.
- Значит, вы хотите остановить войну? - переспросил Куай-Гон.
- Но сейчас действует прекращение огня, - напомнил Оби-Ван.
Нильд махнул рукой:
- Война начнется снова. Может, сегодня, может, через неделю, но
начнется обязательно. Так всегда бывало. Даже самые старые из стариков давно
забыли, из-за чего разгорелся первый конфликт. Никто не знает, почему
началась война. Все помнят только одно - битвы, битвы, битвы. Строят
грандиозные мемориалы и ходят туда каждую неделю, чтобы напоминать друг
другу о пролитой крови. И нас заставляли ходить.
- Залы Памяти, - понимающе кивнул Оби-Ван.
- Да, вбухивают все деньги в эти Залы, а города лежат в развалинах, - с
горечью продолжал Нильд. - А тем временем дети голодают, больные умирают без
лекарств. Войска и мелидийцев, и даанов вытоптали все плодородные земли,
негде стало пахать и сеять, земля превратилась в выжженную пустыню. А они
воюют и готовятся к новым войнам.
- Все сражаются и сражаются, - подтвердила Сериза. - Ненависти нет
конца.
- И кого же защищают наши славные военачальники? - спросил Нильд. -
Только мертвецов! - Он обвел рукой длинные ряды могил. - Мертвецы заполонили
всю Мелиду-Даан. Их стало уже негде хоронить. Это старинное кладбище,
наверху много других. А Молодые хотят нормальной жизни для живых. Мы должны
отобрать у них планету. Все среднее поколение перебито, наши родители
мертвы. Те, кто остался жив, встали на сторону стариков и продолжают
сражаться. Сейчас им доступна только одна тактика - снайперские перестрелки
и саботаж, потому что в последней великой битве истрачено почти все оружие и
боеприпасы.
- Даже звездолетов почти не осталось, - добавила Сериза. - И мелидийцы,
и дааны тратят последние деньги на строительство оружейных заводов. Они
хотят делать все больше и больше оружия. На этих заводах заставляют работать
детей. Тех, кому исполнилось четырнадцать, насильно отправляют в армию. Вот
почему мы ушли под землю. Нам ничего не остается - или жить здесь, или
умереть там.
Оби-Ван окинул взглядом склеп, всмотрелся в лица мальчиков и девочек.
Он совсем недавно прилетел на эту планету, но успел увидеть достаточно
много. Он понимал, что Нилъд и Сериза правы. Старики уничтожают планету.
Проверенные временем моральные законы, которые велят улучшать свой мир,
чтобы оставить его в наследство будущим поколениям, здесь не действовали.
Даже дети приносились в жертву ненависти. Оби-Ван восхищался решимостью
ребят, отважившихся сражаться за свое будущее.
- Вот почему мы и спасли вас от Вехутти, - пояснил Нильд. - Военный
совет намеревался взять вас в заложники и использовать как козырную карту в
переговорах с Советом Джедаев, чтобы тот поддержал правительство мелидийцев.
Они надеялись силой вынудить вас выступить в их защиту перед Галактическим
Сенатом на Корусканте.
- Он плохо знает джедаев, - заметил Куай-Гон.
- А он вообще ничего не знает, - фыркнул невысокий худенький мальчик. -
Он же мелидиец.
Нильд одним прыжком подскочил к мальчику, схватил его за горло и
приподнял над землей. Ноги мальчика судорожно забились в воздухе, он
задыхался. Глаза несчастного выкатились, он молил о пощаде. Из его горла
исторгся хриплый, сдавленный стон, он отчаянно хватал воздух ртом, но не мог
вздохнуть. Нильд крепче стиснул пальцы.
Куай-Гон сделал шаг вперед, но в этот миг Нильд ослабил хватку.
Мальчик, тяжело дыша, рухнул на пол.
- Чтобы я не слышал таких разговоров, - спокойно сказал Нильд. -
Никогда. Мы едины. А ты, Тован, за эти слова будешь три дня спать во Втором
Колодце.
Мальчик покорно кивнул, прикрывая руками горло. Он никак не мог
отдышаться. Никто на него даже не взглянул. Он юркнул в задние ряды и
скрылся среди теней.
- Мы поможем вам найти Таллу, - сказал Нильд, как ни в чем не бывало
возвращаясь к прерванному разговору с джедаями. - Но вы тоже должны помочь
нам.
Оби-Ван едва удержался, чтобы не закричать: "Конечно, мы вам поможем!"
Ответ должен был дать учитель. Никогда, ни в одной миссии не сталкивался он
с делом, которое казалось бы столь справедливым. Их прислали сюда, чтобы
спасти Таллу, но, естественно, если им предоставляется возможность расширить
рамки миссии и выступить в качестве хранителей мира, они обязаны сделать
это. Если им удастся установить мир на этой планете, вся галактика вздохнет
спокойнее. Нильд не только поможет им выполнить первоначальное задание, но и
откроет путь к прекращению войны. Оби-Ван ждал, когда же Куай-Гон заговорит.
Все лица в склепе обернулись к высокому, суровому рыцарю-джедаю.
- Мы поговорили с мелидийцами, - осторожно начал Куай-Гон. - Поговорили
с вами. Но у нас еще не сложилась полная картина того, что происходит на
этой планете. Не могу обещать вам своей помощи, пока не выслушаю точку
зрения даанов.
С минуту Молодые обдумывали слова Куай-Гона. Потом лицо Нильда
вспыхнуло от гнева.
- Вы хотите встретиться с кем-нибудь из даанов? - с вызовом спросил он.
- Милости прошу. Я даан. Пойдемте со мной. Я докажу вам, что дааны ничем не
лучше мелидийцев. И не хуже.
Глава 8
Сериза снова повела джедаев по лабиринту туннелей, но не туда, откуда
они пришли, а в противоположную сторону - прямо на территорию даанов.
- Сериза знает в этих туннелях каждый ход, - пояснил Нильд, шагая вслед
за ней. Его былой гнев угас так же быстро, как и вспыхнул. - Она первой
перебралась сюда жить.
- Почему вы ушли с земли и живете здесь? - спросил Куай-Гон.
- Она видела, как устроена жизнь. Я тоже видел, - ответил Нильд. -
Наверху нам места нет. Пусть здесь, внизу, грязно и воняет, зато у нас есть
надежда. - Он улыбнулся, сверкнув в темноте зубами. - Может быть, вам это
покажется странным, но здесь мы счастливы.
- Совсем не кажется странным, - успокоил его Оби-Ван.
- Кто выкопал эти туннели? Молодые? - спросил Куай-Гон. - Они построены
не так уж давно.
Нильд кивнул, потом протиснулся через тесный проем, подождал спутников,
и они свернули в другой коридор.
- Мы их оборудовали и обжили. Шаг за шагом, метр за метром. Туннели
были построены перед Восемнадцатой битвой за Зеаву. Дааны расширили сточные
и канализационные туннели, соединили их с залами подземных захоронений
времен Десятой войны. Они работали тайком, по ночам, поставив себе целью
проникнуть в сектор мелидийцев. В тот раз они выиграли битву. Город был
разделен на северную и южную половины.
- А потом, всего через шесть месяцев, разгорелась Девятнадцатая битва
за Зеаву, - вступила в разговор Сериза. - Эти битвы никогда не прекращались.
И не прекратятся, если за дело не возьмемся мы.
Сериза помолчала. Через расщелину в камнях над головой сочился слабый
свет.
- Сюда.
Куай-Гон окинул взглядом изогнутые своды туннеля.
- Куда?
Сериза отстегнула с пояса свернутый кольцами прочный шнур, опытной
рукой швырнула его конец вверх и ловким движением запястья зацепила его за
крюк, вделанный в штукатурку над головой. Она проверила, крепко ли зацепился
конец, потом бросила взгляд на Оби-Вана и слегка усмехнулась:
- Не волнуйся, выдержит даже тебя.
Она ловко вскарабкалась по шнуру. Добравшись почти до вершины,
протянула руку, уцепилась пальцами за трещину в камнях и выглянула через
расселину.
- Путь свободен, - тихо доложила она, оттолкнулась от каменного карниза
и принялась сильно раскачиваться, с каждым взмахом все больше и больше
откидываясь назад. Набрав скорость, она с размаху ударила камень ногами. Тот
сдвинулся с места. На следующем взмахе она пнула его чуть потише и убрала с
дороги. Камень с глухим стуком выскочил на мостовую у них над головой. При
очередном взмахе Сериза легко зацепилась ногами за края отверстия,
изогнулась всем телом и выскользнула наружу.
Вся процедура заняла секунд тридцать, не больше. Куай-Гон восхищался
гибкостью и легкостью девочки.
Сериза заглянула обратно в отверстие:
- Теперь вы.
Один за другим Нильд, Куай-Гон и Оби-Ван вскарабкались по шнуру и,
раскачавшись, выскользнули в отверстие. Полет у них получился не таким
быстрым и грациозным, как у Серизы, но вскоре все трое были на улице.
Куай-Гон осмотрелся. Они очутились на складе, расположенном в
промышленном здании на задворках покинутого поместья. Место было выбрано с
умом - здесь проще всего спрятать замаскированный вход в туннели.
Теперь их повел Нильд - он был хорошо знаком с даанским сектором.
- Не волнуйтесь, - сказал он джедаям. - Я даан, меня здесь многие
знают. На даанской территории вам будет безопаснее. Дааны хотя бы не возьмут
вас в заложники.
На этот раз Куай-Гон не так торопился и успел получше разглядеть
даанский сектор. Он почти ничем не отличался от Внутреннего Кольца
мелидийцев. Покинутые, разбомбленные здания. Баррикады на улицах. Нехватка
еды в магазинах. И повсюду люди занимаются повседневными делами, не выпуская
из рук оружия. Оно, старое и ржавое, висит в кобурах на груди, на боках, на
бедрах. И тоже нигде не видно людей моложе шестидесяти лет и старше
двадцати.
- Когда-то наш город был очень красив, - с болью в голосе заговорил
Нильд. - Я видел рисунки и голографические изображения. Столицу полностью
перестраивали семь раз. Помню, когда я был совсем маленький, здесь росли
деревья, цвели цветы, был даже один музей, и в нем хранилось все, что
угодно, кроме мертвецов.
- Целых пять лет на улицах не было баррикад, - тихо продолжила рассказ
Сериза. - Дааны и мелидийцы мирно жили бок о бок в обоих секторах. Потом
началась Двадцать пятая битва за Зеаву.
- А что случилось с твоими родителями, Сериза? - спросил Оби-Ван.
Куай-Гон не сумел разгадать выражения на лице девушки. У нее в душе шла
внутренняя борьба. Похоже, ей было нелегко рассказать посторонним хотя бы
частичку своей истории.
- Как и многих других, их убила ненависть. Мама погибла, выполняя
снайперский налет. Брата послали в деревню работать на военном заводе. С тех
пор я не получала от него никаких вестей.
- А отец?
Лицо Серизы замкнулось.
- Он мертв, - без всякого выражения ответила она.
"Здесь кроется какая-то тайна, - решил Куай-Гон. - Все Молодые похожи
друг на друга, - заметил он. - Всех их гложут горестные мысли, воспоминания
о печалях и трагедиях, о погибших родителях, о разбитых семьях. И эта боль
объединяет их в одно целое".
Впереди блеснула голубая вода. Они шли по широкому бульвару,
перепрыгивая через глубокие воронки от протонных торпед.
- Это озеро Вейр, - сказал Нильд. - В детстве я любил здесь купаться. А
теперь посмотрите, что с ним сделали дааны.
Они подошли ближе. Оказалось, что озеро, краешек которого Куай-Гон
заметил между деревьями, довольно велико. Оно было бы необычайно красивым,
если бы не высоко над водой, поддерживаемое силой отталкивания от опорных
колонн, не парило массивное угольно-черное здание.
- Еще один Зал Памяти, - с отвращением бросил Нильд. - Это был
последний бассейн открытой воды на многие тысячи километров вокруг. А теперь
он отдан мертвецам.
Налетевший ветер взъерошил темные волосы Нильда. Отвращение на его лице
сменилось печалью, и Куай-Гону подумалось, что мальчик вспоминает о том, как
хорошо было купаться в этом озере. И вдруг его полоснула по сердцу горестная
мысль: ведь Нильд еще совсем молод! Под землей он вел себя как хозяин, и эти
повелительные манеры помогали ему казаться старше, но ведь на самом деле он
примерно одних лет с Оби-Ваном!
Куай-Гон бросил быстрый взгляд на Серизу. Ее красивое худое лицо было
бледным, почти изможденным, но джедай все равно сумел разглядеть в ней
маленькую девочку, какой она когда-то была. "Они еще так молоды, - с грустью
подумал Куай-Гон. - Слишком молоды для тяжелой задачи, которую они на себя
возложили, - остановить кровопролитие, затянувшееся на века, спасти мир,
изнемогающий от ненависти и боли".
- Пойдемте, - сказал Нильд. - Послушаем, как говорят мудрые мертвецы.
Он размашисто зашагал вперед, остальные последовали за ним, Нильд
распахнул каменные двери и быстро пошел по проходу, оставляя позади памятник
за памятником. Он включал голограммы, но не останавливался послушать их
рассказы. Огромный зал наполнился голосами, они гулко отдавались эхом, снова
и снова повторяя призывы к ненависти и отмщению. Нильд побежал, нажимая на
стенах выступ за выступом, вызывая к жизни призраки войны.
Наконец он остановился перед последней из включенных голограмм. Она
изображала рослого воина с волосами до плеч, в бронированных доспехах.
- Меня зовут Микао, я сын Теранди из Гарта, из Северной страны, -
сказал голографический воин. - Я был еще мальчишкой, когда мелидийцы напали
на Гарт и согнали мой народ в лагеря. Многие умерли там, и в том числе...
- А почему мелидийцы пошли на вас войной, дубина ты стоеросовая? -
насмешливо спросил Нильд у воина, монотонно перечислявшего список убитых. -
Не потому ли, что даанскиесолдаты в Северной стране без предупреждения
напали на поселки мелидийцев и вырезали сотни людей?
Воин продолжал свой рассказ.
- ...А моя мать погибла в тот день, не успев даже воссоединиться с моим
отцом. Отец погиб в великой Битве за Равнины, отомстив за страшное
оскорбление, нанесенное нам мелидийцами в битве на Севере...
- Которая произошла лет сто назад! - насмешливо фыркнул Нильд.
- ...И сегодня я иду в бой бок о бок с моими тремя старшими сыновьями.
Мой младший сын еще слишком мал и не может воевать вместе с нами. Сегодня я
сражаюсь за то, чтобы он рос, не зная войн...
- Жди-пожди! - выкрикнул Нильд.
- Мы хотим не мести, но справедливости. Вот почему мы непременно
одержим победу. - Воин взметнул кулак, потом раскрыл его в миролюбивом
жесте.
- Дураки и лжецы! - в сердцах заорал Нильд и отвернулся от голограммы.
- Пошли отсюда. Не могу больше слушать их тупые призывы.
Они вышли на воздух. В небе громоздились свинцово-серые тучи, вода
почернела. Огромный черный куб, паривший над озером, отбрасывал длинные
сумрачные тени. Трудно было различить, где кончается здание и где начинается
вода.
- Видите? - спросил Нильд у Куай-Гона. - Они никогда не остановятся.
Вся надежда этого мира - на Молодых. Я знаю: джедаи - мудрые люди. Вы должны
понять, что наше дело - правое. Разве мы не заслуживаем помощи?
Золотистые глаза Нильда пылали благородным рвением. Куай-Гон бросил
взгляд на Оби-Вана. Он видел, что слова Нильда тронули душу мальчика,
глубоко взволновали его.
От этого Куай-Гону стало не по себе. Джедай - такой же человек,
волнение может коснуться его сердца, однако он обязан всегда хранить
спокойствие и беспристрастность. А на этой планете ситуация сложная и
неустойчивая. Чтобы управлять ею, нужна ясная голова. Инстинкт подсказывал
Куай-Гону не становиться ни на чью сторону.
Но оставалась еще одна нерешенная проблема: Талла. Прежде всего джедаи
должны были спасти ее. Нильд обещал помочь. Выполнит ли он свое обещание?
- Я знаю, где держат Таллу, - сказал Нильд, будто прочитав мысли
Куай-Гона. - Она жива.
- Ты можешь отвести нас туда? - спросил Куай-Гон.
- Сериза может, - ответил Нильд. - Это место хорошо охраняется. Но у
меня есть план. Я смогу его осуществить. Пока вы спасаете Таллу, Молодые
устроят неожиданную атаку.
- Не уверен, что атака получится в самом деле неожиданной. Ведь
мелидийцы знают, что джедаи находятся на свободе, - возразил Куай-Гон. - Они
будут ждать нападения.
- Но они не будут ждать нападения даанов.
- Разве дааны планируют нападение?
- Нет, - ответил Нильд. - Но мелидийцы-то этого не знают. Наш план
таков: мы устроим диверсионные нападения одновременно в мелидийском и
даанском секторах. Мелидийцы решат, что на них напали дааны, и пошлют на
улицы оборонительные войска. То же самое сделают дааны. Воцарится смятение и
суматоха. Тогда-то вы и освободите Таллу.
- Но у вас нет оружия, - сказал Оби-Ван. - С чем вы будете нападать?
- У нас есть план, - таинственно ответил Нильд. - От вас мы просим
только одного: оставаться в склепе и не вступать в контакты с мелидийцами.
Сейчас они ищут вас повсюду. Пусть их силы будут отвлечены на эту выдуманную
атаку, тогда мы сможем сделать все, что задумали.
- Видите, как легко мы согласились помочь вам? - сказала Сериза. - От
вас мы просим только одного: не делайте ничего. Не мешайте.
- Мы сами займемся диверсиями, - продолжал Нильд. - А вы займетесь
Таллой. Мне известно, что раны ее тяжелы. Ей нужна медицинская помощь.
Рассерженный Куай-Гон, чтобы выиграть время, долго вглядывался в воду.
Он понимал, что Нильд его шантажирует, вынуждая подчиниться своей воле и в
ответ на это обещая помочь Куай-Гону выполнить его миссию. Ребенок сумел
перехитрить его, старого джедая!
А Оби-Вану, видел он, это нравится. По спине Куай-Гона опять пробежал
холодок дурных предчувствий.
Он обернулся к Нильду и Серизе.
- Хорошо, - сказал он. - Мы с Оби-Ваном будем ждать, когда вы приведете
нас к Талле. Наша главная задача - спасти ее. После этого можете делать все,
что хотите, на свой страх и риск. Договорились?
Нильд усмехнулся.
- Именно этого мы и хотим.
Глава 9
А в туннелях полным ходом шли приготовления. Нильд и Сериза сбились в
кучку с остальными Молодыми, затеяли серьезный разговор. Оби-Ван тихо сидел
за столом и смотрел на них. Их лица горели решимостью. Завтра на заре даанов
и мелидийцев ждет неприятный сюрприз. Чем бы все ни кончилось, работа
предстоит жаркая.
Куай-Гон расхаживал взад и вперед по дальнему концу зала, выказывая
редкое для него нетерпение.
- Если вам нужна помощь в стратегии... - начал он.
К нему обернулась Сериза.
- Нет, - коротко ответила она. - Помощь нам не нужна.
- Выслушав мнение другого человека, вы увеличите свои шансы на победу,
- тихо сказал Куай-Гон.
На этот раз Сериза даже не обернулась. Нильд не поднял глаз.
- Джедай, нам не нужна ваша помощь, - отрезала Сериза куда резче, чем в
первый раз.
Оби-Ван взглянул на Куай-Гона, пытаясь уловить его реакцию. Он видел,
что учитель с трудом преодолевает раздражение. Но хоть иногда Куай-Гон и
действовал под влиянием порыва, он никогда не опускался до мелочных обид.
Раздражение покинуло его, учитель снова был внешне спокоен.
- Падаван, я пойду обследовать туннели, - тихо сказал он Оби-Вану. - Не
хочется во всем полагаться на Молодых. Лучше знать дорогу самому. Ты
оставайся здесь.
Оби-Ван кивнул. Впервые в жизни ему не хотелось никуда идти с
Куай-Гоном. Он хотел остаться и смотреть, как Молодые составляют план битвы.
Сериза разделила молодежь на группы и распределила задачи. Действовать
приходилось примитивным оружием, своими руками собранным из обломков. Самым
грозным оружием была мощная праща, метающая лазерные шары. Ударившись о
живое существо, такой лазерный шар мог разве что слегка обжечь, но,
разбившись о твердую поверхность, взрывался с грохотом бластерного выстрела.
Весь день Оби-Ван безуспешно пытался привыкнуть к неумолчному грохоту
взрывов. Военные игрушки были излюбленным развлечением и даанских, и
мелидийских детей. Молодые усовершенствовали эти игрушки, чтобы те грохотали
еще громче. В комнатах, отходивших вбок от главного туннеля, кипела работа
над ракетами. Ребята набивали металлические трубки камешками и наполняли
краской.
В уголке Сериза плела пращи. Она шлифовала толстые петли острым ножом и
проверяла их точность на мягких кусочках флимсипласта. Легкие твердые шарики
взмывали высоко в воздух и с убийственной меткостью поражали один и тот же
выступающий камень. Сериза работала уже много часов, ни разу не прервавшись
на отдых.
- Я бы хотел вам помочь, - предложил ей Оби-Ван, подходя ближе. - Не в
стратегии, - торопливо добавил он. - Я знаю, у вас все продумано. Но в твоей
работе я мог бы помочь.
Сериза откинула со лба прядь волос и едва заметно улыбнулась:
- Боюсь, я обидела твоего начальника, а?
- Он мне не начальник, - поправил ее Оби-Ван. - У джедаев нет такого
понятия. Он скорее наставник.
- Хорошо, как скажешь. Но, если хочешь знать, старики всегда считают,
что они все знают лучше всех. И вечно путаются под ногами. - Она протянула
Оби-Вану нож. - Сможешь шлифовать их до такой же толщины, что и я? Тогда мы
в два счета управимся.
Оби-Ван сел и начал скрести ножом податливые кожаные петли.
- Как ты думаешь, завтра у нас все получится?
- Не сомневаюсь, - твердо ответила Сериза. - Наш расчет строится на
ненависти, которая пропитала оба сектора. От нас требуется всего лишь одно -
создать видимость битвы. Обе стороны откроют ответный огонь, не дав себе
труда проверить сообщения о выстрелах из бластеров и о торпедных ракетах,
Они каждую минуту ожидают войны.
- Может, ваша битва - и видимость, но опасность вам грозит
невыдуманная, - напомнил Оби-Ван. - У обеих сторон есть настоящее оружие.
Сериза покачала головой.
- Я не боюсь.
- Если страх не захлестнет тебя с головой, он придаст тебе осторожности
и тем самым спасет, - ответил Оби-Ван.
Сериза фыркнула.
- Это одно из изречений твоего начальника-джедая?
Оби-Ван залился краской.
- Да. И я считаю, что оно верное. Страх - это инстинкт, который учит
нас быть осторожными. Тот, кто говорит, что идет в бой без страха, -
самонадеянный глупец.
- Можешь называть меня глупой, пада-джедай, - упрямо заявила Сериза. -
Но я все равно не боюсь.
- Ясно, - с беспечностью сказал Оби-Ван. - Ты идешь в славную битву без
страха, с уверенностью, что мерзкий враг падет.
Он повторял пустословное хвастовство мертвых, какое слышал в Залах
Памяти, и Сериза это поняла. Она вспыхнула, как минутой раньше - Оби-Ван.
- Еще одна мудрость джедаев. Удивляюсь, как ты дожил до своих лет, если
без конца указываешь всем и каждому на их глупости, - ответила наконец
Сериза с кривой улыбкой. - Ладно, не сердись, я тебя поняла. Я ничем не
лучше наших предков, слепо иду в бой, который мне суждено проиграть.
- Я не сказал, что ты проиграешь.
Сериза помолчала, впервые взглянув на Оби-Вана в упор.
- Ну, в день битвы мне, может быть, и станет страшно. Но сегодня - нет.
Я чувствую, что я готова к бою. Это первый шаг к справедливости. И мне не
терпится сделать его. Ты не знаешь какой-нибудь мудрой фразы на этот счет?
- Нет, - признался Оби-Ван. Сериза была не похожа ни на кого из тех,
кого он знал раньше. - Справедливость - это дело, за которое стоит
сражаться. Если бы я не верил в это, то не стал бы джедаем.
Сериза опустила пращу.
- Быть джедаем - это очень важно для тебя. Точно так же, как для меня
очень важно быть среди Молодых, - заметила она, рассматривая его своими
хрустальными зелеными глазами. - Но разница в том, что у Молодых нет никаких
наставников. Мы сами себе указываем путь.
- Быть учеником - почетная обязанность, - ответил Оби-Ван. Но он
боялся, что эти слова прозвучали слишком неубедительно. Он привык
произносить их и верить в них всем сердцем. Быть джедаем - в этом всегда был
смысл его жизни. Но, проведя всего несколько часов среди Молодых, он увидел
такое самоотречение и преданность делу, каких никогда еще не встречал. И это
не только взволновало его, но и внесло смятение в душу.
Да, конечно, среди учеников в Храме Джедаев он тоже видел примеры
самоотверженности. Но кое у кого к этому чувству примешивалась гордость. В
конце концов, джедаи - это сливки общества, их отобрали для обучения среди
миллионов других детей.
Если магистр Йода замечал в ком-то из учеников гордость, он находил
пути выявить ее и наставить ученика на правильный путь. Гордость часто
основывалась на высокомерии, а этому чувству не было места среди джедаев.
Одним из принципов обучения джедаев было уничтожение гордости. Ее место
должны были занять уверенность в себе и смирение. Сила процветала только в
том, кто чувствовал свою связь со всеми живыми существами во вселенной.
Здесь, в туннелях, Оби-Ван встретил душевную чистоту, какую видел
только в магистре Йоде во время кратких бесед да еще в Куай-Гоне. И этой
чистотой были наделены люди его возраста. Им не приходилось прилагать усилий
для ее достижения. Она давно укоренилась в их душах. Может быть, потому, что
дело, за которое они боролись, было не просто истиной, вложенной им в
головы. Оно впиталось им в плоть и кровь, родилось в страданиях.
Оби-Ван почувствовал себя уязвленным, как будто Сериза подвергала
сомнению его преданность делу джедаев.
- Но у Молодых есть вожак - Нильд, - указал он. - Значит, у вас тоже
есть начальник.
- Нильд лучше всех нас разбирается в стратегии, - ответила Сериза. - И
еще нам нужен человек, который организует нас, чтобы мы не распались.
- И наказывает вас? - спросил Оби-Ван, вспомнив, как Нильд чуть не
придушил мальчика.
Сериза неуверенно замолчала. Ее голос стал тише:
- Нильд может показаться грубоватым, но без этого не обойтись.
Ненависти нас научили раньше, чем ходить. Чтобы перешагнуть через эту
ненависть, приходится быть твердыми. Наше представление о новом мире
воплотится в жизнь только тогда, когда мы разучимся ненавидеть. Мы должны
забыть все, чему нас учили. Должны начать все сначала. Нильд понимает это
лучше остальных. Может, потому, что ему в жизни досталось больше, чем
другим. Он выстрадал это знание.
- Что с ним случилось? - спросил Оби-Ван.
Сериза вздохнула и отложила пращу.
- Та последняя голограмма, которую он включал. Над которой смеялся. Это
был его отец. Он ушел на войну вместе с тремя братьями Нильда. Все погибли.
Нильду было всего пять лет. Через месяц его мать начала готовиться к
следующей великой битве. Она оставила его с дальней родственницей, девочкой,
которая была ему как сестра. Мать ушла на войну, и ее тоже убили. Потом
мелидийцы напали на его деревню. Родственница спаслась бегством и забрала
его с собой в Зеаву. Там он прожил несколько мирных лет, но потом дааны
напали на мелидийский сектор, и родственнице пришлось сражаться. Ей было
семнадцать лет - достаточно, чтобы ее призвали на войну. Она тоже погибла.
Нильд остался один на всем белом свете и вынужден был уйти на улицы, чтобы
прокормиться. Ему было восемь лет. Находились люди, которые хотели ему
помочь. Он не хотел жить ни с кем, но принимал кров и пищу, когда нуждался в
них. Он не хотел опять попасть в зависимость от кого-то. Ты можешь его за
это упрекнуть?
Оби-Ван представил себе всех людей, которые любили Нильда. И все они
умерли, один за другим.
- Нет, - тихо ответил он. - Мне не в чем его упрекнуть.
Сериза вздохнула.
- Дело в том, что меня с детства приучили считать даанов чудовищами,
зверьми в человеческом облике. Нильд был первым дааном, с которым я
познакомилась. Именно он объединил всех сирот - мелидийцев и даанов. Он
ходил в детские приюты, собирал детей, обещал им свободу и мир. Потом
освобождал их. Те, кто оставался в детских приютах, рано или поздно попадали
под призыв.
- Под призыв? Что это такое? - спросил Оби-Ван.
- И у мелидийцев, и у даанов дети-сироты были обязаны работать на
военных заводах. А тех, кто постарше, мобилизовали в армию, - грустно
ответила Сериза. - Или работать, или сражаться. В столичных приютах всегда
полным-полно детей. В городах - поменьше, а в деревнях дети просто-напросто
убегают.
- Куда же они идут?
Сериза угрюмо сдвинула брови.
- Бродят по окрестностям, подбирают объедки. За городскими стенами
живут целые племена детей-бродяг. Нильд много сделал, чтобы организовать их
тоже. Они поддерживают связь с помощью краденых коммутаторов. Они не хотят
войны. - Сериза обернулась к Оби-Вану. - Ты спросил меня, каковы наши шансы
на успех, и я тебе ответила. Но на самом деле мне не хочется взвешивать все
"за" и "против". Мы победим, и все. По-другому быть не может. Оби-Ван, наш
мир превращается в выжженную пустыню. И только мы можем это остановить.
Оби-Ван кивнул. Он начал понимать Серизу. За ее внешней резкостью
таились глубокие чувства.
- Ваша помощь нам бы очень пригодилась, - продолжала Сериза. - У вас
есть контакт с Советом Джедаев, есть связи на Корусканте. Вы могли бы
показать всей галактике, что наша борьба справедлива. Поддержка джедаев
очень много значит для нас.
- Сериза, я не могу обещать тебе поддержку джедаев, - тихо произнес
Оби-Ван и, удивившись своей храбрости, накрыл ее руку своей. - Могу обещать
только одно: я сам буду вас поддерживать.
Сериза пристально заглянула ему в глаза.
- Может быть, пойдешь завтра со мной и Нильдом? Мы отправляемся в
первый набег на территорию даанов.
Оби-Ван задумался. Все-таки он оставался учеником джедая и поэтому не
мог согласиться на такое, не спросив разрешения у Куай-Гона. Это было бы
нарушением правил. Но, если спросить, Куай-Гон наверняка откажет.
Он и так уже нарушил правила, пообещав свою поддержку Серизе и ее делу.
Это обещание может помешать выполнению миссии джедаев.
Но Оби-Ван ничего не мог с собой поделать. Дело Молодых вызывало в его
сердце горячее сочувствие. Джедай лишен возможности сражаться за свою семью,
за свой мир, за свой народ. Он должен вести борьбу там, где укажут магистр
Йода и Совет Джедаев. И Куай-Гон.
Сериза и Нильд сами нашли цель для своей борьбы. Оби-Вана кольнула
глубокая зависть. Он много лет провел среди тех, кто старше его. Привык
прислушиваться к их мудрым советам. А теперь его отчаянно тянуло нечто
совершенно иное. Здесь он может стать частью общества, войти в большую
дружную компанию; до сих пор он не сознавал, как ему не хватает общества
таких же, как он, мальчишек и девчонок.
Под его ладонью лежала теплая рука Серизы. Ее пальцы были тонки и
нежны. Вдруг она перевернула ладонь, сплела свои пальцы с его и крепко
сжала. Он ощутил силу ее руки.
- Пойдешь? - спросила она.
- Да, - ответил Оби-Ван. - Пойду.
Глава 10
Той ночью Молодые развернули спальные мешки прямо на могилах. Куай-Гон
нашел свободное место возле входа в один из боковых туннелей, где воздух был
посвежее.
Оби-Ван, неловко тушуясь, подошел к нему. - Нильд и Сериза пригласили
меня заночевать с ними, - сказал он. - Они присматривают за самыми
маленькими.
Куай-Гон окинул ученика вопросительным взглядом, но все же кивнул:
- Спокойного сна, падаван.
Оби-Ван подхватил свой спальный мешок и вернулся к Нильду и Серизе. Они
ночевали в небольшой клетушке, отгороженной от главного склепа. Когда
Оби-Ван вошел, Нильд прижал палец к губам.
- Дети уже уснули, - прошептал он. - Нам тоже пора спать. Завтра нам
понадобятся все силы. Нужно хорошо отдохнуть. - Он положил руку на плечо
Оби-Вана. - Сериза сказала, что ты пойдешь с нами. Я тебе очень признателен.
- Это я признателен вам за то, что разрешили мне помочь, - ответил
Оби-Ван.
Он устроился на полу рядом с Нильд ом и Серизой. Ему казалось, что
после пережитых волнений он не сможет уснуть, но тихое посапывание малышей
мгновенно убаюкало его.
Проснувшись, он никак не мог понять, который час. Сериза встала с
постели и встряхнула Нильда за плечо. Тот тут же проснулся и сразу встал.
Оби-Ван тоже поднялся. Он был готов действовать. Действовать не как
джедай, а как человек, как друг. Он взял световой меч и пращу, которую ему
вчера дала Сериза. Из этой клетушки открывался проход прямо в туннели,
ведущие на даанскую территорию. Куай-Гон не заметит, как он ушел.
Оби-Ван понимал, что поступает неправильно, уходя без разрешения
учителя, но надеялся, что Куай-Гон все же не очень рассердится. Как-никак
джедай сам предлагал Молодым свою помощь в разработке стратегии боя.
Выйдя на пустынные улицы принадлежащего даанам Внешнего Сектора,
Оби-Ван еще раз подумал, что принял правильное решение. Утренний воздух был
тих и прохладен. Все трое двигались слаженно, как единый организм. Шли они
быстро и целеустремленно, ступали почти бесшумно. Нильд и Сериза уже
определили первые мишени для своей диверсии.
Они вскарабкались по водосточной трубе и поднялись на крышу жилого
дома. Оттуда им было видно восходящее солнце - тусклый светящийся кружок,
почти не дающий тепла.
- Жалко будить народ, - усмехнулся Нильд.
- Давно пора вставать, - ответила Сериза, поднимая игрушечную
ракетницу. - Я готова.
У Оби-Вана за поясом было припасено много различных реактивных
снарядов. Он достал одну из шутих и вставил в ракетницу. В реактивную
игрушку были вделаны миниатюрные усилители звука, поэтому, когда она
натыкалась на препятствие и взрывалась, грохот получался не хуже, чем от
настоящего протонного снаряда. Сериза и Нильд специально выбрали тихую
улицу, где эхо от взрывов разнесется как можно дальше.
- Начали, - велел Оби-Ван.
Сериза прицелилась из игрушечной ракетницы в покинутое жителями здание
напротив и выстрелила.
Грохот от взрыва получился таким громким, что даже сами ребята
удивились.
- Вот это да! Сработало! - с восторгом воскликнул Нильд.
Он вставил в пращу лазерный шар и швырнул его в стену на другой стороне
улицы. Раздался отчетливый треск бластерных выстрелов. Оби-Ван торопливо
вставил в ракетницу еще один снаряд, и Сериза выстрелила. Гулкий взрыв эхом
прокатился по фасадам зданий.
Нильд беспрерывно метал из пращи лазерные шары, и Оби-Ван последовал
его примеру. Они выстреливали шар за шаром, мгновенно перезаряжали пращи и
стреляли снова. По улице перекатывался оглушительный грохот бластерной
канонады. Из дверей дома напротив выглянул какой-то человек, окинул все
вокруг быстрым взглядом. Нильд и Оби-Ван обрушили град лазерных шаров на
покинутое здание, туда, где никто не мог видеть, как они разбиваются.
Трах-трах-трах! Лазерные шары с треском ударялись в твердую стену.
Любопытный даан поспешно нырнул обратно в дом.
- Он поднимет тревогу, - сказал Нильд. - Здесь наше дело сделано. Пошли
дальше.
Перепрыгивая с крыши на крышу, они перебрались на соседнюю улицу, тоже
тихую. Обстреляв ее лазерными шарами и ракетами и подняв страшный шум,
двинулись дальше. Теперь ребята стали действовать иначе: на бегу швыряли
куда попало лазерные шары, а Сериза выстреливала реактивными снарядами в
пустынные переулки: туда, где грохот от них получался самым громким.
Переходя от квартала к кварталу, они, где могли, на ходу обстреливали
баррикады, возведенные жителями для того, чтобы помешать передвижению
вражеской военной техники. На контрольно-пропускных пунктах они обрушивали
шквал игрушечных снарядов на головы часовых. Те становились в оборонительные
стоики, осматривали пустынные улицы в электробинокли, но так и не могли
заметить невидимых неприятелей.
Взошло солнце, по всему городу завыли сирены тревоги. Нильд обернулся к
друзьям. Восходящее солнце играло на его темных волосах красноватыми
бликами.
- Теперь пошли к военному штабу.
В крови у Оби-Вана играло радостное волнение. Эта сумятица, затеянная
Нильдом и Серизой, походила на веселую игру. Но теперь игра принимала
серьезный оборот. Обстреливать военный объект, пусть даже игрушечными
снарядами, - дело опасное.
Нильд повел их по крышам к даанскому военному штабу. С крыши здания на
другой стороне улицы Оби-Ван видел, как бегут к спиролетам солдаты, на ходу
перезаряжая бластеры и торпедные пушки. Их, несомненно, подняли на ноги
бесчисленные сигналы тревоги из разных концов города.
- Пока что все идет успешно, - прошептала Сериза. - В здании штаба
почти не останется солдат.
Эта часть операции будет посложнее. Ребята не могли стрелять по домам,
полным спящих горожан, потому что солдаты без промедления ответят шквальным
огнем. Но Нильд рассчитал, что нужно убедить военных, будто мелидийцы напали
на них всерьез, иначе план не сработает. Если военные увидят, что они тоже
попали под обстрел, то поверят, что на улицах действуют не единичные
снайперы, а полномасштабные отряды противника.
На помощь Нильду, Серизе и Оби-Вану пришли и другие группы ребят. Они
должны начать наступление на бесчисленные военные объекты на территории как
мелидийцев, так и даанов. Их атаки начнутся одновременно с нападением на
военный штаб.
Ребята дождались, пока все солдаты рассядутся по спиролетам. У ворот
здания осталось только двое часовых, они спрятались за прозрачными
бронированными щитами. Сериза зарядила ракетницу, Оби-Ван и Нильд положили в
пращи лазерные шары. Сериза шепотом досчитала до трех, и все дружно
выстрелили.
Лазерные шары ударились о стену дома и взорвались с грохотом бластерных
выстрелов. Громыхнул реактивный снаряд. Трое ребят снова зарядили свое
оружие и выстрелили, потом на четвереньках проворно отбежали за карниз и,
подобравшись к краю крыши, перепрыгнули на соседнее здание. Оттуда они опять
выстрелили.
Из здания, размахивая бластерами, выскакивали солдаты в пластоидных
доспехах. Они лихорадочно осматривали в электробинокли улицу и соседние
дома. Горожане поспешно закрывали окна и двери бронированными ставнями.
Настырно ревела сирена. Солдаты разбежались по улице, в воздух взмыли
наблюдательные планеры. Из подземных гаражей одна за другой выкатывали
бронированные транспортные машины.
- Пора уходить, - шепнула Сериза.
Заткнув игрушечные пистолеты и пращи за пояс, ребята проворно
спустились с крыши по водосточной трубе. Очутившись на улице, они замедлили
шаг, стараясь походить на обычных даанских подростков, вышедших прогуляться
поутру.
- Эй, вы! Стоять!
Ребята замерли. Голос доносился из-за спины. Нильд заранее раздал
спутникам даанские удостоверения личности, чтобы их не задержали на улице.
Сериза достала из кармана туники небольшой сверток. Оби-Ван озадаченно
взглянул на нее. Неужели она взяла с собой оружие? У него, конечно же, был
при себе лазерный меч, но в одиночку ему ни за что не справиться с толпами
солдат, наводнивших улицы. Он только навлечет опасность на Нильда и Серизу.
Ребята обернулись. К ним направлялись трое солдат, нацелив бластеры
прямо им в сердце.
- Удостоверения личности, - хрипло потребовал один из солдат. Все трое
ребят торопливо протянули золотистые диски. Нильд дал Оби-Вану удостоверение
даанского мальчика примерно одних с ним лет. Солдаты вставили диски в
считывающие устройства. Оби-Ван ожидал, что стражники без промедления
отдадут им диски, но солдаты встревоженно переглянулись. Видимо, у них все
еще оставались подозрения. Один из них окинул Нильда, Серизу и Оби-Вана
пристальным взглядом.
- Что-нибудь не так? - встревоженно спросил Нильд.
- Что несете? - Первый солдат ткнул бластером в сверток Серизы.
- Бу-булочки с повидлом, - заикаясь, пробормотала она и протянула
солдату сверток. - На завтрак. Мы всегда ходим за ними по утрам.
- Покажи-ка. - Солдат раскрыл сверток.
Внутри Оби-Ван увидел несколько булочек, упакованных в салфетки.
- Что у вас на поясах? - спросил другой. - Не великоваты ли вы для
игрушек?
- Тренируемся перед поступлением в армию, - бодро ответил Нильд и
вздернул голову. - Нам не терпится поскорее вступить в бой с гнусными
мелидийцами.
- А это что такое? - Солдат указал на световой меч в руке Оби-Вана.
Оби-Ван поднял световой меч и включил его.
- Самая новая игрушка с планеты Гала. Мой дедушка держит магазин
игрушек на улице Победы.
Солдаты с интересом оглядели световой меч.
- Жаль, у нас в детстве не было таких игрушек, - с тоской произнес
один.
- В следующей битве за Зеаву дааны непременно победят! - заявил
Оби-Ван, взмахнув световым мечом.
- Может, эта битва как раз сейчас и начинается, так что идите-ка отсюда
поскорее да спрячьтесь, - грубовато напутствовал их третий солдат. Он
протянул Нильду удостоверение личности и сделал знак остальным двоим. -
Пройдет совсем немного времени, и вы будете сражаться с настоящим оружием!
Трое солдат удалились. Из их переговорных устройств доносились
сообщения о бесчисленных стычках на улицах города.
- На волосок от гибели, - прошептала Сериза. - Хорошо, что я захватила
с собой эти булочки. Отличный предлог, чтобы объяснить, почему мы гуляем по
улицам в такую рань.
- А я думал, ты принесла их для меня, на случай, если я проголодаюсь, -
неуклюже пошутил Оби-Ван. Его сердце, отчаянно колотившееся, начало
постепенно замедлять ритм. А если бы он попал в плен к даанам? Что сделал бы
с ним Куай-Гон? Об этом не хотелось и думать.
- Ловко ты придумал - включить световой меч и сказать, что это игрушка,
- похвалил его Нильд. - На твое счастье, эти солдаты такие тупые, что им и в
голову не пришло, что ты - настоящий джедай.
Сериза осторожно покосилась на Оби-Вана.
- Сдается мне, у тебя чесались руки пустить эту игрушку в ход.
Нильд ответил широкой улыбкой.
- Сдается мне, Оби-Ван мог бы спасти нас всех.
Все трое весело расхохотались, радуясь, что так ловко обманули солдат.
Оби-Вану показалось, что между ним и его спутниками проскочила какая-то
искра. Сейчас, хоть им по-прежнему грозила опасность, он чувствовал себя
свободным, как никогда.
Глава 11
Куай-Гон сидел в тени, глядя, как Молодые с лихорадочной поспешностью
готовятся к операции. Они забегали в склеп, брали что-нибудь из припасов и
спешили на улицы.
Что-то разбудило джедая еще до зари, какой-то тихий шелест. Он успел
заметить, как Оби-Ван с Серизой и Нильдом ушли на улицу. Куай-Гон не стал
останавливать своего падавана. Пусть идет.
Как легко было бы сделать шаг вперед и окликнуть Оби-Вана. В Куай-Гоне
волной поднялся гнев, ему хотелось сурово одернуть мальчика. Падаван не
имеет права уходить без разрешения. Он злоупотребил доверием Куай-Гона.
Нарушение было малозначительным, но все же обожгло душу болью.
Куай-Гон и Оби-Ван еще не достигли того единства душ, какое должно
существовать между учителем и его падаваном. Впереди их ждал долгий путь, и
они сделали по нему только первые шаги. Иногда между ними возникали
разногласия, непонимание. Но никогда прежде Оби-Ван ничего намеренно не
утаивал от учителя.
Очевидно, мальчик опасался, что Куай-Гон не отпустит его. Опасался не
зря: джедай в самом деле запретил бы ему идти. Куай-Гон верил, что Молодые
искренне хотят мира, но не был уверен, сохранят ли они свои благие
намерения, если в их руках окажется хоть немного власти. В их душах было
слишком много гнева. А Оби-Ван видел только страстную преданность делу.
Наконец Нильд, Сериза и Оби-Ван вернулись. Куай-Гон облегченно
вздохнул. Он уже начал беспокоиться.
- Пора начинать вторую стадию операции, - заявил Нильд, едва войдя в
склеп. - Идем на оружейные склады в обоих секторах.
- А когда будем освобождать Таллу? - спросил Куай-Гон.
- Сериза отведет вас к Талле, - ответил Нильд. - Дейла!
На его зов подошла худенькая высокая девочка, укладывавшая реактивные
снаряды в сумку на поясе.
- Да?
- Как дела в мелидийском секторе?
Она усмехнулась.
- Столпотворение. Ищут даанов повсюду, даже в чуланах.
- Хорошо. - Нильд опять обернулся к Куай-Гону: - В этой суматохе вы
легко проникнете в штаб. Сериза отведет вас, но спасать Таллу вы будете
своими силами.
- Ладно, - согласился Куай-Гон. Ему не хотелось навлекать опасность на
девочку.
Джедай пошли по узкому туннелю вслед за Серизой. Оби-Ван избегал
встречаться глазами с учителем. Куай-Гон на время усмирил гнев. Он не станет
ссориться с Оби-Ваном из-за того, что тот ушел без спросу. Время выяснять
отношения еще не пришло. Надо направить все силы на решение предстоящей
задачи. Сейчас самое главное - спасти Таллу.
Через лабиринт туннелей Сериза подвела их к решетке. Снаружи сочился
тусклый сероватый свет;
- Мы находимся прямо под зданием, где держат Таллу, - прошептала
Сериза. - Этот люк выходит на первый этаж военных казарм. Талла заперта в
комнате через три двери направо. Там стоят часовые, но, думаю, их не так
много, как обычно. Почти все солдаты ушли на улицы.
- Сколько же часовых было там раньше? - тихим шепотом спросил Куай-Гон.
- В том-то и дело, - печально ответила Сериза. - У дверей стоят всего
двое часовых, но направо, за углом, расположены главные казармы солдат. Там
они едят и спят. Поэтому по коридору всегда кто-нибудь прохаживается. Вот
почему мы с Нильдом рассчитали, что вам придется их чем-то отвлечь, и решили
устроить диверсию. - Она указала на решетку. - Этот люк ведет на склад, где
хранятся запасы зерна, так что здесь вас никто не увидит.
- Спасибо, Сериза, - тихо поблагодарил ее Куай-Гон. - Обратную дорогу
мы найдем сами.
Но, когда Оби-Ван и Куай-Гон пробрались в тесную складскую каморку,
заваленную мешками с зерном, из люка вынырнула голова Серизы.
- Я думал, ты пошла обратно, - прошептал Оби-Ван.
Девочка усмехнулась:
- Мне кажется, моя помощь вам пригодится. - Она взмахнула пращой. -
Небольшая диверсия будет как раз кстати.
Оби-Ван радостно улыбнулся ей в ответ, но Куай-Гон хмуро сдвинул брови.
- Сериза, я не хочу, чтобы ты подвергала себя опасности. Нильд
сказал...
-Я сама за себя решаю, Куай-Гон, - перебила его Сериза. - И предлагаю
помощь. Я знаю расположение комнат в штабе. Так вы принимаете мою помощь или
нет? - Сериза с вызовом выдвинула подбородок и в упор взглянула на Куай-Гона
своими хрустальными зелеными глазами.
- Хорошо, - согласился он. - Но, если мы с Оби-Ваном попадем в беду, ты
уходишь. Даешь слово?
- Даю, - согласилась Сериза.
Куай-Гон приоткрыл дверь и выглянул. По обе стороны длинного коридора
тянулись ряды тяжелых металлических дверей. По коридору торопливо прошел и
исчез за поворотом какой-то солдат. Еще двое стояли на карауле у одной из
дверей. Значит, там и содержится Талла.
Прямо к двери склада направился еще один солдат. Куай-Гон отшатнулся и
торопливо закрыл дверь, однако приложил к щели ухо и внимательно слушал.
- Что там происходит? - спросил один из часовых.
- Кажется, вторжение. Этого только не хватало, - буркнул солдат. -
Только что я узнал, что в двух кварталах отсюда на нас напали. Иду поднимать
свой взвод.
Часовые встревоженно переглянулись.
- А мы тут должны торчать незнамо зачем, - проворчал один из них. - Нам
бы на улицы, в бой. Все равно от нас тут никакого проку. Будь она хоть сто
раз джедай, она так слаба, что и с места не сдвинется.
- С ней, считай, покончено, - ответил другой. - Со дня на день отдаст
концы.
В душе Куай-Гона взметнулись боль и ярость. Неужели опоздал? Он обуздал
свой гнев и призвал на помощь Силу. И понял, что Оби-Ван делает то же самое,
ибо Сила вдруг наполнила комнату, заклубилась вокруг.
- Куай-Гон, - прошептала Сериза. - У меня есть идея. Выслушаете?
- А что мне остается? - пожал плечами Куай-Гон.
Сериза склонилась к нему и зашептала на ухо.
- ...
