Кэти Тайерс. Точка Опоры
страница №2
...фис располагался вцилиндрическом административном комплексе, строго на юге. До него еще шагать и
шагать. Ей хотелось пройтись и подумать. Басбакхан шел, соблюдая дистанцию,
радуясь, что принцесса Органа Соло не обращает на него внимания. Так он мог
сосредоточиться на долге воина-защитника. Лейя зашагала по улице гордо
именуемой Главной.
Портал воздвигли на руинах Тайаны, древнего шахтерского центра Дуро. Под
свежеотстроенными хибарами беженцев проходили два пласта породы - один
относительно мягкий, а второй исключительной твердости. Лейя рассчитывала
перестроить старые шахты, чтобы использовать их как убежища на случай
повреждения купола или других неприятностей. Комитет выслал две громадные
неуклюжие камнежевательных машины и обещал ей еще и буровой лазер последнего
поколения.
Если остановиться и прислушиться, слышно, как гигантские механические
монстры жуют камень.
Жуют... Чуют... Чуи...
Каждый раз, когда она думала о любимом вуки, словно когтистая лапа
сжимала ее сердце. Нахмурившись, она продолжала шагать по улице с гордым
названием Главная. Каждый раз, когда что-нибудь напоминало ей о Чуи, она не
могла укрыться от тоски. Немудрено, что падающая луна погубила целую планету.
Хорошо, что у Дуро нет лун. Зато есть орбитальные станции...
Открытый с торцов ангар слева вмещал основные строительные механизмы,
которые использовались при внешних проектах и строительстве нового жилья.
Жилье! Ее же предупреждали, что ожидается огромный наплыв фаллиенов и
родианцев.
Только бы не в Портал! Этот демографический взрыв может обернуться
взрывом недовольства. Поселения буйно росли вдоль экватора планеты. Они
теснились, как детеныши ворсов под крылышком орбитальных городов, под защитой
их планетарных щитов.
Позади ремонтно-строительного ангара стояло несколько зданий из
дюракритовых блоков - изобретение ее инженеров: местный цемент смешивали с
болотной травой, пропитанной антитоксином, и высушивали при высокой
температуре. Еще дальше гидропонный комплекс вовсю благоухал органическими
удобрениями.
Она вошла в административный комплекс через северный подъезд. Преодолела
лестничный пролет, огибающий световую шахту здания. Домашний дроид-уборщик
У2Ц1, тихо жужжа, усердно выметал труху, вечно сыплющуюся из дюракрита. Этот
дом, высотой в два этажа плюс фундамент, построили на месте резиденции
Комитета, перед тем как ушли большие корабли.
Неужели это было всего девять недель назад? Лейя прошла в скудно
обставленную комнату, что служила ей одновременно офисом и квартирой. У
северного окна с видом на исследовательский центр и строительный ангар
громоздилась массивная панель связи с ВКПБ. Посторонний посетитель мог бы
удивиться паре антикварных подсвечников. "Не хочется прожечь нашу палатку", -
объяснили Лейе, и она согласилась сохранить эту семейную реликвию, пока
беженцы не получат постоянное жилье в новом Органа-Комплексе, который она
рассчитывала построить в ближайшее время.
Вдоль левой стены стояла койка и кухонный автомат. Освежитель воздуха был
включен на полную мощность.
Что-то сильно и противно пахло. Ц-ЗПО топтался у кухонного агрегата.
Его голова печально покачивалась на шарнирах.
- Добрый вечер, госпожа Лейя. Я очень извиняюсь. Час назад это было бы
гораздо вкуснее...
- Ничего, Ц-ЗПО, - сдержалась Лейя, садясь за стол. - Я поем сейчас, пока
хуже не стало.
Что бы это ни было - котлеты из растительного белка с гарниром из местной
зелени, переваренной нынче до состояния отвратительной пасты, - возможно, это
и было когда-то вкусно. Она промычала нечто одобрительное ради Ц-ЗПО. Он не
виноват, его кулинарная программа в порядке. Это ее совещание продлилось
слишком долго.
Дроид отправился на свое обычное рабочее место за маршрутной панелью и
приступил к сортировке прибывших продовольственных грузов и проверке графиков
дежурств. Он мог работать так ночи напролет.
- Госпожа Лейя, можно я спрошу?
Лейя пыталась разжевать кусок чего-то резинового.
- Давай, Ц-ЗПО.
- Если вы позволите задать вам личный вопрос... - дроид снова замолчал на
полуслове.
Но Лейя, кажется, догадывалась, о чем пойдет речь.
- Вполне возможно, - сказала она, - что капитан Соло не станет принимать
участие в наших делах. Я думала, он объявится лично или хотя бы выйдет на
связь, но до сих пор...
Она подавилась куском суррогатного мяса.
- Последний раз, когда он звонил, он еще не знал, куда собирается
отправиться.
Она уставилась на полированный корпус дроида. Это не отметина ли коррозии
у него на плече? Она несколько раз посылала его за пределы купола, радуясь,
что у нее есть помощник, который не нуждается в воздухе для дыхания.
Вонючий воздух Дуро не был ядовитым для большинства видов живых существ,
но за последние несколько десятилетий атмосфера сильно испортилась, и работать
снаружи без респиратора было почти невозможно. У большинства вошло в привычку
носить маску.
- Почему ты спрашиваешь? Хэн не слишком-то церемонился с тобой все эти
годы...
Ц-ЗПО беспомощно опустил руки.
- Недавно у меня был повод гордиться нашим знакомством. Я с удивлением
узнал, что мои собратья-дроиды на Руане чествовали его почти как настоящего
героя.
- Что ты сказал, Ц-ЗПО? - Лейя подалась вперед. Хэн - герой дроидов? -
Откуда ты знаешь?
- Когда мы вернулись на Корускант, - Ц-ЗПО взволнованно взмахнул руками,
- эта история вовсю обсуждалась в ГолоСети. Вы, наверное, пропустили ее,
потому что были несколько перегружены работой... На Руане несколько тысяч
дроидов устроили демонстрации против режима Саллиша Ага, который хотел
деактивировать их...
- Я помню этот случай, - перебила его Лейя, - хотя и не слишком хорошо.
Что-то насчет дроидов, которых хотели отключить, чтобы смилостивить йуужань-
вонгов, если те доберутся до Руана. Было ясно, что Руан не собирается
сопротивляться захватчикам.
- В комментариях, - продолжал Ц-ЗПО, - я наткнулся на упоминание о
человеке, которого дроиды звали "Долгожданным" и "Теплокровным".
Предполагалось, что он придет и поможет им. Когда уже казалось, что все было
кончено, капитан Соло спас их от демонтажа, который им грозил. Мы тогда так
закрутились с делами, что я забыл упомянуть...
- Благие небеса! - вздохнула Лейя. - О чем он только думал?
Как бы ей хотелось ткнуть его носом в эту байку!
Нет, на самом деле ей просто хотелось увидеть его нос поближе. Прошло так
много времени...
Означает ли его долгое молчание, что враг нашел его? Но ведь с ним Дрома.
.. Похоже, он просто не хочет ее видеть.
Если он погиб и те ядовитые издевки останутся последним, что они сказали
друг другу, она не простит себе этого до конца жизни. Она чуть было не
поддалась искушению потянуться к нему Силой.
Нет. Ведь может быть так, что он сейчас по другую сторону Внешних
территорий. Если она попытается и ничего не найдет, будет только страшнее. Она
молча доела ужин и собрала тарелки, чтобы ЦЗПО бросил их в переработку.
- Что бы ни случилось, я позабочусь о тебе, - сказала она. - Ты мне
нужен, Ц-ЗПО.
Она сердито уставилась в отчеты. Прежде чем лечь спать, ей надо было еще
разобраться со вспомогательной камнедробилкой, убедиться, что Аббела отослала
ее еженедельный доклад на главный орбитальный город Дуро, Ббурру, и ответить
на их запрос относительно переноса сроков орбитальных стартов. И еще была
пекарня Портала, которая до сих пор не работала. Пекари запросили партию соли
и сахарозы в ожидании урожая зерновых. Руан выслал излишки урожая проса этого
года в качестве жеста доброй воли - прежде чем захлопнуть дверь перед носом
беженцев.
Да еще Комитет никак не может прислать этот несчастный буровой лазер.
Неудивительно, что у нее не было времени искать Хэна. Она бы отдала все,
чтобы увидеть его, чтобы все стало как прежде, до несчастья, что разлучило их.
Он сильно изменился с тех пор, как она его встретила. Тогда это был негодяй,
разбойник с большой дороги. Он стал умнее и старше, но не потерял ни блеска в
глазах, ни кривой усмешки - пока не случилась беда с Чуи. Внезапно он снова
стал безбашенным Хэном. Хэном с друзьями-бродягами. Хулиганом, которого она
легко могла терпеть. Он ей даже нравился таким. Хорошо, - призналась она себе,
- я обожаю этого хулигана. За все эти годы он научился сбрасывать свою броню,
позволять ей увидеть мельком его настоящее лицо - романтика и идеалиста,
скрывающееся под маской разбойника и раздолбая. Ему нужно было тепло, нужно,
чтобы было куда возвращаться.
И годы научили ее дарить ему это тепло. Она любила обе его личины -
странствующего рыцаря и разбойника. Но сейчас придется ждать. Ждать, когда он
сам придет к ней. Нельзя же, в самом деле, цацкаться со взрослым мужчиной, как
с младенцем. Он придет.
По крайней мере, он оказался замешанным в освобождении ринов. В отличие
от Хэна, Лейя всегда старалась следить за новостями. То, что он связан с
ринами - это хороший знак. Возможно, он постепенно приходит в себя.
Спустя четыре часа она распустила гриву своих волос и рухнула в постель.
Что я здесь делаю? пронеслось у нее в мозгу. Жизнь в компании одного только
Аренда-секретаря (Басбакхан и Олмахк спали на лестнице) заставляла ее
чувствовать, что непрерывно, с каждым днем она все больше и больше забывает
что-то очень важное. Нет, в самом деле, как удачно, что она слишком устала,
что волноваться... слишком устала... очень слишком... совсем слишком...
слишком волновалась... ну, в общем, устала... о нем... о детях...
Последней мыслью было: "Мне действительно стоит попробовать дотянуться к
ним Силой. Сколько дней это длится?"
Глава 3
Боевой космический корабль "Сунулок" многие десятилетия был в пути. Его
возраст сказывался в Десятках мелочей.
Многие колонии люминесцентных личинок и бактерий, которые гнездились в
проходах на пассажирском уровне, мерцали, а то и вовсе потухли. Часть
коммуникационных узлов, в которых тончайшие незакрепленные ничем виллипы
торчали из утолщений огненно-красного фон-коралла, стали серыми, как зола.
Цавонг Ла широким, уверенным шагом шел по одной из коралловых артерий. На
приметы времени ему было наплевать. Живой боевой плащ крепко цеплялся за его
плечи своими иглообразными коготками. Его плечевые наросты и грудь покрывала
ржавая чешуя. Зародыш каждой чешуйки имплантировался в костную ткань, а хор
жрецов пел атональные песнопения, от его имени призывая бога войны Йун-
Йаммуку. Чешуйки прорастали полгода, вытягивая его сухожилия и выламывая
суставы под новыми углами. Потом жрецы провозгласили, что болезненная боевая
трансформация Цавонг Ла завершена.
Цавонг Ла принимал боль как должное. Страдание священно. Сами боги
создавали вселенную из кусков своей плоти.
Впереди, у дверей коммуникационного центра, стояли двое часовых.
Смертельно острые когти недоразвиты, боевая татуировка далека до завершения.
При появлении Цавонга Ла они отдали честь ударом кулака по противоположному
плечу. Цавонг вытянул руку, принимая приветствие и одновременно командуя двери
открыться. Края входной перепонки утолщились и разошлись в стороны.
Молодая, но делающая большие успехи служащая сидела на своем рабочем
посту. Черные знаки отличия оттеняли ее бледное лицо. Сиф вскочила и
поприветствовала командира. Ее кресло в это время вытянуло ложноножки и
отползло в сторону.
- Мастер войны, - почтительно произнесла она, - я разбудила командирский
виллип в вашей каюте и дала команду исполнителю выйти на связь.
Она прошла к дальней переборке. Эта часть "Сунулок" проросла
геометрически правильным каскадом кораллов с бластулами, в которых покоились
дюжины меньших виллипов. Их как на дрожжах выращивали или на зрелых виллипах,
или в бортовых инкубаторах с использованием специальных древесных грибов-
паразитов с болотных плантаций. Эти своеобразные моллюски обладали
способностью устанавливать связь без задержек сигнала на больших расстояниях.
Цавонг Ла прошел к самой большой бластуле. Подождал, пока закроется
диафрагма кабины, и хмуро уставился на колеистый шар, установленный на
экранной подставке.
Виллип принял форму лица скомпрометированного исполнителя - полное, с
кривым носом и пористой кожей. Лицо светилось священным энтузиазмом. Пожалуй,
он суетился больше, чем следовало. На месте левого глаза злобно шипел плаэрин
бол.
Немногие из связных Нома Анора догадывались о его подлинной сущности или
о том, насколько успешно он обводит вокруг пальца прислужников людей. В его
долгосрочное задание входило обнаружение и нейтрализация наиболее опасных
противников. Забавно, что после его триумфа на Рхоммамуле некоторые резиденты
Новой Республики почитали его как павшего за правое дело героя. Павшего в
войне, которую он сам же и развязал.
Йун-Харийу, богиня перевоплощений, благоволила Ном Анору.
- Мастер войны, - виллип выдал отличную имитацию голоса Ном Анора. Низкие
полутона свидетельстовали о почтении и повиновении.
- Какой прирост у твоего стада? - спросил Цавонг.
- Шесть тысяч четыреста после нашего последнего разговора. Многие пришли
с Фондора. Строится еще один купол: - Гнусно. Но это ненадолго. Смотри, чтоб
тебя не поймали на горячем.
Губы Цавонга, превратившиеся в бахрому в служении Йун-Йаммуке, сложились
в кривую усмешку. Фондор брал один из его главнокомандующих, Нас Чока, меньше
клеккета назад - два месяца по календарю неверных. В ходе уничтожения их
отвратительных механических верфей Чока взял всего несколько сотен пленных.
Потом поток звездного пламени смыл половину флотилии Чоки и три четверти
кораблей противника. Тактики Цавонга до сих пор пытались понять, была ли это
хорошо продуманная жертва? Обычное стремление неверных любой ценой сберечь
свои жалкие жизни было их главной слабостью, их самым гнусным проявлением
неверности. Неужели они наконец поняли свою ошибку? Может быть, они все же
поняли, что жертва - это единственный ключ к победе?
По данным разведки, источник огня находился в системе звезды, которую
неверные называют Корелл - монструозная механическая конструкция под названием
Балансир. Пока стратеги Цавонга Ла не могли объяснить мощь, скрытую в этом
оружии, они посоветовали ему найти место стоянки подальше от множественных
гравитационнных колодцев, лежащих на линии огня Балансира.
По счастливому совпадению, скомпрометированный исполнитель был послан как
раз в такой мир.
- Ищи достойных, - напомнил ему Цавонг. - Чем лучше будут жертвы, тем
быстрее мы очистим внутренние миры.
Ном Анор раболепно преклонил голову.
- И джедаев, - он правильно произнес трудное слово. Ном Анор жил среди
людей годами. - Их нелегко изловить, но некоторые из них кажутся вполне
достойными.
Цавонг Ла кивнул и тронул гребень виллипа. Изображение потускнело и
исчезло, виллип свернулся, втягивая сам себя в ротовое отверстие.
На своей далекой планете Ном Анор, должно быть, снова срастается с
ууглитх-маскуном - не обычным, а новой породы, для имитации негуманоидных
форм. Связной Нома Анора из вражеской столицы согласился доставить в нужную
систему груз пленных.
Как только Цавонг прибудет туда, он сразу займется прекрасным делом -
отбором достойнейших. Благочестивое массовое жертвоприношение убедит могучего
Йун-Йаммуку позволить Цавонгу достичь Центра Галактики, где верховный господин
обещал верным слугам своим плодородные сады, удобренные тучными порабощенными
народами.
Шесть тысяч свежих неверных повысят ценность жертвоприношения, позволив
ему как никогда близко подойти к миру, который он истово желал преподнести
своим богам.
К Корусканту.
Глава 4
Когда Император Палпатин впервые взял ее с собой на Корускант, Мара Джейд
Скайуокер была еще наивной девочкой. Она выдерживала тренировки Палпатина,
которые продолжались час, а иногда и целый день. Теперь все шло к тому, что
Корускант снова становился точкой отсчета - когда он стал конечной целью
йуужань-вонгов.
Между тем ее муж тренировал нового ученика так, словно полагал, что в
будущем останется мир и справедливость, которые надо будет защищать. Порой она
недоумевала, что заставляет их всех оставаться верными своему делу - надежда
или просто привычка?
Она пристально посмотрела на своего юного племянника поверх сцепленных в
замок рук. Темноволосый, в накинутой на светлокоричневый китель мантии джедая,
Анакин Соло сидел рядом с Люком. В его облике явственно проступали
кореллианское происхождение, суровая целеустремленность, и все это
подчеркивалось отцовской привычкой поднимать одну бровь. Его синие глаза
пылали решимостью спасти Галактику - если потребуется, то в одиночку - и это
был настоящий Скайуокер.
Не так давно, вернувшись с Йавина-IV, Люк приобрел манеру собирать каждые
несколько дней небольшую группу джедаев в общественных, хотя и малолюдных
местах. Последние месяцы все джедаи попали под пристальное общественное
внимание. Итор был потерян, несмотря на самопожертвование Коррана Хорна.
Боевые эскадроны под предводительством рыцарей джедаев канули на трех
важнейших участках фронта, очевидно недооценив стратегические способности
противника. Смекалка ее бывшего босса Тэлона Кардде когда-то помогла
объединить джедаев перед лицом неотвратимой опасности, грозившей Кореллии со
стороны йуужань-вонгов. Но из этого почти ничего не вышло.
Если они не научатся работать вместе, то поодиночке или будут уничтожены,
или скатятся на сторону Тьмы.
Семеро джедаев встретились этим утром в глубине правительственного
квартала Корусканта, около шумной террасы. Неподалеку журчал фонтан, запоминая
о временах расцвета Империи... Временах, когда она была Рукой Императора. Да,
многое из того, что ей случалось видеть или делать в те времена, ей хотелось
бы выкинуть из головы. Но тогда у нее был свой мир. Ей пришлось отказаться от
самого дорогого, что у нее было, - ей пришлось бросить свой корабль "Меч
Джейд". Она променяла его на... ну...
Довольно.
Она снова уставилась на Люка и Анакина. Всякий раз, когда ей случалось
видеть этих двоих вместе, она замечала, как проступают в них два отражения
одной и той же внутренней силы, достоинства. Они были схожего некрупного
телосложения, хотя Анакин еще продолжал расти, и у них были похожие ямочки на
подбородках, словно следы от молодецкого удара.
Полковник Кент Хамнер, удивительно высокий человек, джедай, обладатель
длинного аристократического лица, в армии Новой Республики занимал пост
стратега. Он покачал головой и произнес: - Теперь, когда верфи Фондора
потеряны, а гиперпространственные маршруты минированы, нам не удержаться во
Внутреннем Риме. Далее Колонии долго не устоят. Родия в большой опасности.
Слава великой Силе, Анакин спас Балансир...
Анакин подался вперед: - Но лишь до тех пор, пока мы не потеряли
Кореллию. А если дать Тракану волю, он изгонит всех драллов и селониан и
провозгласит Кореллию зоной, свободной от нечеловеческих рас.
Мара достаточно хорошо знала Анакина, чтобы понять, что он оставил не
высказанным: "Все из-за того, что я не запустил Балансир, когда у меня была
такая возможность. Теперь Тракан - герой, и никого не волнует, сколько
соратников он погубил". Вышвырнув генерал-губернатора Марча из аппарата,
партия Балансира сделала серьезную заявку на власть в системе Корел.
Кент Хамнер покачал головой.
- Не вини себя, Анакин. Джедай обязан контролировать свою Силу. Нам
приходится тщательно взвешивать решения. Ты не мог позволить себе поспешить
открыть огонь Балансира, и ты поступил правильно. Возможно, Балансиру, если
нам удастся восстановить его, суждено стать последим рубежом обороны Центра.
Оттуда можно защищать верфи Куата и Корускант.
- Верно, - кивнул Люк.
Новая волна боевых кораллов обрушилась на Кореллианскую дугу недалеко от
Родии. Сестра Анакина, Йайна, племянница Мары, была сейчас там в составе
Разбойного эскадрона. Там было так много йуужань-вонгов, что дотянуться до нее
Силой было почти невозможно - йуужань-вонги каким-то образом заглушали энергию
живых существ, даже джедаев.
Впрочем, Ботавуи, расположенный между вооруженным до зубов Нал Хуттой и
стоящей на грани уничтожения Родней, тоже был в опасности. Последнее, что Мара
слышала о Кипе Дюрроне - что он со своей Дюжиной Мстителей занял позицию у
Ботавуи, полагая, что следующее сражение состоится именно там.
Мара отвлеклась, думая о Кипе Дюрроне. Хотя от ее внимания не укрылось,
как Кент Хамнер поддержал Анакина. Анакин спас ей жизнь на Дантуине, когда
йуужань-вонги преследовали их много дней подряд, а ее загадочная болезнь
медленно высасывала ее силы. После падения Дубриллиона, после отступления у
Дантуина и особенно - после Балансира, шестнадцатилетнего Анакина
приветствовали прохожие на Дворцовом променаде Корусканта. Торговцы
экзотическими кушаньями предлагали ему отведать их товар, а податливые
красотки тви'лекки вздрагивали всеми фибрами, когда он проходил мимо.
Люк сегодня тоже был одет в мантию джедая - словно тень песков Татуина.
Как и Килгаль, целительница с Мои Каламари, что сидела, уронив большую голову
на оранжево-розовые перепончатые руки. Она привезла с собой свою ученицу,
маленькую шуструю Тэкли. Тэкли, чадра-фан с зачаточными способностями джедая,
казалось, все время хлопала глазами от удивления. Каждый раз, когда мимо их
террасы пролетал флаер, уши Тэкли поворачивались, словно огромные веера на
шарнирах.
Эти дни для целителей тянулись долго. Килгаль уверяла, что они наблюдают
взрыв болезней, какого прежде никогда не было. Смотреть, как инфекция сгоняет
с места и убивает столько людей, было мучительно, как больно видеть, что
болезнь пожирает твоего друга, а ты не можешь помочь ему... С той стороны, где
сидел Люк, полыхнул синий тревожный взгляд, поймав его, Мара заставила себя
выкинуть мрачные мысли из головы. Ее недуг, словно рак, принимал самые разные
формы, все время мутировал, и это делало его непобедимым. Должно быть, это
смертельно.
Последние три месяца у нее была ремиссия. Эссенция слез Вергера, который
попал в заключение, как шпион йуужань-вонгов, восстановили ее силы. Но она не
решалась считать себя исцеленной. Точно так же, - подумалось ей, - как Люк не
решается назвать это сборище советом. Потому что это не так. Сейчас я чувствую
себя нормально. Этого достаточно.
Встретившись с ним взглядом, она с удовольствием отметила, что он здорово
возмужал за эти годы. Тот простой фермерский парень, какого она встретила,
давно исчез. Сетка тонких морщинок разбегалась от уголков его ярко-синих глаз,
когда он улыбался, а когда хмурился - появлялась складка между бровей. Тут и
там, особенно на висках, обнаружилось несколько седых прядей - с ее точки
зрения, очень импозантных.
С того самого часа в пещерах Нирауана, когда смертельная опасность
заставила их сражаться спина к спине, объединяя с Силой так глубоко, что они
видели мир одними глазами, думали и даже дышали как единое существо. Такие
разные на первый взгляд, они идеально дополняли друг друга. Удача благоволила
к Маре Джейд, бывшей Руке Императора. И ей не нужно использовать Силу, чтобы
знать, что Люка их союз сделал одним из счастливейших существ во Вселенной.
Поэтому естественно, что мысль о ее страданиях доводила его до отчаяния.
Им еще так много хотелось пережить вместе...
Люк смутился.
- Веди совещание, Скайуокер, - мысленно обратилась она к нему, пресекая
его замешательство, - хватит дергаться из-за меня.
Хотя их мысленный контакт редко позволял передавать конкретные слова, ее
послание определенно достигло цели. Люк повернулся к Хамнеру и произнес: - От
Дайе Азур-Йамина с Нал Хутты уже почти неделю не поступало сведений. Я
попросил его сына, Тама, осторожно прощупать это направление на предмет
признаков осады.
Как и на Каларба, большое скопление сил противника у Нал Хутты
блокировало Силу.
- Дайе хороший, - мягко сказала Килгаль. - Лобакка и Тайниан уже покинули
пространство Нал Хутты, верно?
- Они только что вышли на связь с Кашиийка, - кивнул Люк. - Там никаких
признаков активности противника
- По крайней мере, йуужань-вонги не достают
вуки у них дома, - беззаботно сказала Улаха Коре. Улаха была утонченной
молодой бис, ее музыкальные способности позволяли ей участвовать во многих
общественных делах.
Ее реплика вызвала беспокойный шум среди собравшихся, что еще раз
показало Маре, насколько упаднические настроения парили даже здесь, среди
джедаев.
- А с Билбринги ничего? - спросил Хамнер. - С Мон Каламари? Люк позволил
полковнику подвести разговор к оплотам Новой Республики.
- С Билбринги ничего особенного, - ответил он. - Тенел Ка и Йован Драрк
разместились в оживленных местах и ищут мертвые зоны Силы, которые могут
оказаться замаскированными агентами йуужань-вонгов. Тем же занят Маркрэ Меджэв
на Ботавуи, - он адресовал Маре печальный взгляд. Когда Борск Фей'лиа захватил
власть в государстве, он вернул ослабленный Пятый Флот в пространство Ботана,
где тот стал абсолютно бесполезен для обороны Центра. - И Мон Каламари по-
прежнему отрезан - ни поставок, ни информации.
Связь с Мон Каламари была потеряна уже многие месяцы. На террасе повисла
тишина, джедаи молчали, осмысливая сказанное. Люк сидел, опустив веки.
Мара сплела длинные пальцы. Она надеялась, что Люк не станет пытаться
вывернуть будущее наизнанку. Если будущее просто ударит его по башке и
заставит поверить в себя, то все нормально. Но если он пойдет дальше...
Журчал фонтан прихотливой конструкции мон-каламарских мастеров. Его
верхняя плоская чаша вращалась, лепестки воды разворачивались по сторонам.
Мара ценила его как акустическую защиту. А Люк, похоже, до сих пор был
очарован водой, которая падает с небес без помощи влагоуловителей. Он вроде и
выбирал места для этих нерегулярных собраний как бы случайно, но рядом
частенько оказывалась проточная вода. Видно, он научился видеть красоту
окружающего мира, шагнув от ранней зрелости к полному надежд возрасту
мудрости.
Она сжала губы, запрещая себе думать об этом. Она вновь здорова. Ей
нравятся зрелые мужчины. Она уважает сильных.
Но у молодости свои преимущества, которые ей не пришлось ощутить в полной
мере, а теперь уже, похоже, и не придется. Она воспользовалась эликсиром
Вергера, потому что ее инстинкты сказали ей, что это сработает. Но в ней
ничего не откликалось, когда она спрашивала себя, сможет ли когда-нибудь
забеременеть и не бояться за жизнь ребенка.
На другом краю круга собравшихся прокашлялась малышка Тэкли. Кисточки на
ее больших круглых ушках дрожали от волнения.
Люк открыл глаза, Мара встрепенулась. Ученица чадра-фан за все время
совещания еще ни разу не открывала рта.
- Я тут подумала, может, стоит сказать, - мелодично промурлыкала она.
Анакин насмешливо ухмыльнулся. Мара взяла на заметку, что надо бы
поговорить с ним, выяснить его отношение к тем, чей талант находится в
зачаточной стадии, - если, конечно, Люк не сделает этого первым.
- Продолжай, - Килгаль повела перепончатой рукой, подбадривая свою
протеже.
Тэкли благодарно взглянула на наставницу и продолжала: - Два дня назад я
шла по новой дорожке Нижнего города, она называлась аллея ЙоКо. На встречу с
другом, - торопливо добавила она, словно опасаясь, что ее заподозрят в шатаний
по злачным места Корусканта.
- И? - Люк смотрел на малышку серьезно и внимательно. Наставничество в
академии джедаев научило его терпению. "Они учатся, пока, чувствуют
поддержку", - говорил он Маре.
- И я слышала, как кто-то в закусочной говорил о...
- В которой закусочной? - нетерпеливо перебил ее Анакин.
Люк повел рукой ладонью вниз.
- Подожди, Анакин. Тэкли, продолжай, мы слушаем.
Она вскинула голову и пригладила лапой длинные кошачьи усы.
- На самом деле, это был "Зеленый лист". Двое родиан болтали об одном
служащем. Они удивлялись, как человек может есть такое... Дальше я не
расслышала, но ведь мы знаем, что йуужань-вонги используют ууглитх-маскунов,
чтобы выдавать себя за людей. Может, это ложная тревога, Мастер Скайуокер, но
ведь... для любого из более одаренных джедаев не составило бы труда проверить
это...
- Ты хочешь вернуться туда? - мягко спросил Люк.
Тэкли покачала головой.
- Я не боец, сэр...
Мара поймала косой взгляд Анакина. Он вопросительно поднял бровь. Мара
поджала губы.
Люк посмотрел сначала на нее, потом на Анакина.
- Хорошо, Тэкли. У меня как раз есть пара способных добровольцев. Джедаи,
- добавил он, - будут сильнее всех до тех пор, пока каждый из нас будет
использовать все свои способности. Что бы вы ни делали, делайте это в полную
силу.
Толстый носик Тэкли сморщился от удовольствия.
x x x
- Ты уверена, что достаточно хорошо себя чувствуешь для этого?
- настойчиво спросил Люк.
Они шли рядом по открытой галерее. Дальше, по направлению к некоему
грандиозному сооружению, дроид-садовник зацепился за ствол поющей смоковницы и
подрезал буйные весенние побеги.
Плащ Люка раздувался за спиной, притягивая любопытные взгляды. Эти
взгляды раздражали Мару: после стольких лет службы тайным агентом она надевала
одеяния джедая только в самых крайних случаях.
- Конечно, я в форме. Я не чувствовала себя такой неприлично здоровой с
тех пор как... - она запнулась. - Ну, в общем, последнее время.
- Или можно послать с тобой кого-то другого...
Мара засмеялась.
- Нет, Анакин вполне подойдет.
Она хотела переговорить с мужем наедине, пока племянник следовал за ними
на почтительном расстоянии. Даже не прибегая к Силе, можно было ощутить его
охотничий азарт. Анакин как никогда серьезно вцепился в свою главную роль.
- Он ужасно переживает произошедшее на Балансире, - добавила она. - Еще
один камень лег ему на сердце. Он и так винил себя в гибели Чуи. Он справится
и с этим, но это давит всерьез.
Конечно же, Люк знал это. Люк улавливал чувства других людей так же, как
она - веления собственных инстинктов.
- Еще больше он переживает, что послушался Йакена, - заметил Люк. - Меня
очень беспокоит отчуждение между ними.
- А меня беспокоит Йакен, - возразила Мара. - Он покинул Корускант не в
самом здравом уме, и с тех пор о нем ничего не слышно уже два месяца.
Они пересекли боковой коридор. Ледяной ветер, наверное из системы
вентиляции, поддерживающей комфортную температуру для тальцев, заставил
поежиться. Люк открыл было рот, потом закрыл н поднял одну бровь, моля о
снисхождении. Он чуть было не спросил ее о самочувствии - снова. Сегодня он
здорово превысил допустимый предел.
Не зависай, муж мой, ей опять удалось передать ему свою мысль, облеченной
в слова, но она подмигнула, смягчая упрек.
x x x
Его губы изогнулись. Он почти улыбнулся. Уже в который раз повторялся
этот обмен полувзглядами, полужестами, мыслями и непроизнесенными словами?
Каждое такое чудо смягчало ее досаду на неусыпную преданность Люка.
Она оглянулась. Анакин молча брел позади, еле отрывая от земли подошвы
своих коричневых ботфортов. Он всегда так шел, когда хотел казаться рассеянным
и беззаботным. Три молодые женщины человеческой расы и змееобразный фаллиен,
наверное из младших правительственных служащих, замерли на ходу, уставившись
ему вслед.
Эти взгляды говорили о том, что Анакин определенно стал любимцем публики.
Корусканту был нужен юный герой. Живой герой. Похоже, Анакин вызывал симпатию
и у тех, кто хотел видеть джедаев ополченцами, вроде Кипа Дюррона, и у тех,
кому больше по душе была традиционная жесткая джедайская дисциплина. Кип
нечасто находил время для Анакина - в перерывах между рейдами своего
эскадрона.
Мара поджала губы. Она волновалась за Анакина не меньше, чем за его
отчаявшегося брата. Анакин определенно проходил очередное испытание. Его
талант проявился слишком рано, ему было далеко до Люка с его виртуозностью,
заработанной тяжким трудом. Ей довелось увидеть воспоминания Люка, его самые
глубокие сожаления и самые потаенные обиды. Она знала, как близко когда-то
подобралась к нему Тьма.
Если теперь Тьма захочет захватить Анакина... Анакина воспитывал бывший
контрабандист, обожающий нарушать запреты, любящая мать, которая все время
была в разъездах, ее незаурядная помощница и дроид-секретарь. А в Академии он
все время был в тени славы своего брата и сестры. Если Анакин устоит и не
перейдет на сторону Тьмы, это сопротивление соблазну сделает его много сильнее
- возможно даже, одним из сильнейших джедаев своего поколения.
- Насчет того шпиона йуужань-вонгов, - прошептала она, - если Тэкли не
ошиблась. Я хочу взять его живым. Один живой пленник был бы для нас полезнее,
чем очередной труп, - ксенобиологам удалось создать несколько почти
непобедимых кадавров, с хорошей защитой, эффективной в различных мирах. -
Например, проверить на нем действие новых парализующих дротиков.
- Эксперименты на пленных неэтичны, - прищурился Люк.
- Да как...
- Но... кроме того, хорошо бы выяснить, можно ли их оглушить, - он на
полуслове перебил ее попытку возразить.
- Точно.
Живая броня йуужань-вонгов, судя по всему, отражала бластерные заряды,
но, быть может, низкочастотный парализующий импульс сможет их оглушить?
Положительный результат этого маленького эксперимента (не на пленном,
конечно) означал бы, что не только джедаи, но и практически каждый мог бы
противостоять чужакам.
Люку не пришлось убеждать ее. Он просто подвел ее к этому решению, минуя
споры, осознала она.
Мара тронула руку мужа, и он крепко сжал ее кисть. Их глубинная
внутренняя связь пережила многое в те дни, когда она думала, что жить ей
осталось совсем недолго. Тогда она замкнулась в себе, и даже Люку было тяжело
достучаться до нее.
К счастью, оказалось, что их отношения смогли возродиться. Разорвать их
брак могла только смерть одного из супругов - другое дело, устоит ли
оставшийся перед соблазном уйти вслед.
x x x
Толпа, порожденная обеденным часом пик, уже начинала редеть, когда Мара и
Анакин вышли из вагона репульсора на остановке "Аллея ЙоКо". Легким
прогулочным шагом она прошла к смотровой площадке и, облокотившись о перила,
посмотрела вниз.
Глубоко внизу под ними световые пласты постепенно сходили на нет, уступая
место полному опасностей Нижнему городу. Перепончатокрылый ястреб спикировал
на личинку какого-то другого представителя животного мира урбанизированной
среды и дюракритовых стен. По стене напротив скользил сверкающий модуль
турболифта, унося своих пассажиров вверх, к более цивилизованным уровням
города.
Этот район лежал настолько глубоко, что она не могла разглядеть
скоростные трассы воздушного транспорта далеко вверху. Граница контролируемой
военными зоны осталась выше. Здесь со свистом проносились только местные
транспортные потоки. В отдалении реял патрульный дроид, сонно помигивая
габаритами...
- Тихий вечерок, - Анакин подошел и встал рядом с ней у поручня.
Мара осталась вполне довольна результатами осмотра местности и перешла к
изучению толпы. Поколебавшись, она чуть-чуть открылась для Силы. Пузыри шума
чужих эмоций лопались там и тут. Чаше всего они исходили от сверстников
Анакина. Пара куарренов постарше быстро прошла мимо - плечом к плечу, опустив
головы. Она заметила, как нервно подергиваются усики на их лицах. Тот, что
повыше, упорно смотрел по сторонам, избегая взглядом своего партнера.
Остальные прохожие поддерживали значительную дистанцию, стараясь не
приближаться к ним.
Наверное, тащат что-нибудь слишком ценное, решила она.
С другой стороны с гордым видом вышагивали двое мужчин, один из них
изрядно навеселе, на его физиономии ярко светился результат не скольких кружек
лама. "... Бригаде Мира. Туда, если йуужань-вонги захватят этот далекий..." -
донеслось до нее. Мара поморщилась. Корускант, колыбель интриг и заговоров,
превращался в бурлящий котел страха. Члены Бригад Мира - те, кто ратовал за
коллаборационизм, - пока не решались открыто носить свою униформу с эмблемой в
виде рукопожатия, но только пока...
Ее рука скользнула по длинному черному жилету. Под карманами с кредитными
карточками и передатчиком на ней был просторный ярко оранжевый летный
комбинезон, скрывающий бластер и лазерный меч - тот, что дал ей Люк. Она давно
привыкла ходить так, чтобы складки одежды скрывали оружие. Китель и мешковатые
штаны Анакина неплохо служили тем же целям. На его ремне она заметила лишний
выступ - наверное, сабрашианский пугач, решила она. Но случайный прохожий
ничего не заметит. Просто сын вышел проводить мать.
Сын. Она снова нахмурилась. С каждым месяцем, - что проносился мимо в
вихре военных и мирных дел, ее желание взять на руки собственного ребенка
становилось все более нестерпимым - и все более несбыточным. С каждым месяцем
они с Люком все больше отдалялись от этого.
Иногда - по словам Килгаль, Оолос и других целителей - непостижимый
недуг, что мучил ее, убивал своих жертв, разрушая белки, составляющие оболочки
клеточных ядер. Порой ей казалось, что этот процессе уже начинается, что
болезнь грызет ее кости и другие органы. Заболевание, которое разрушает
целостность клеток, может убить плод или изменить его клеточную структуру,
превратив его... в кого? Во что? Она не могла ответить. Даже если у нее
родится ребенок, будет ли он человеком?
Нет, она будет довольствоваться одаренной ученицей-племянницей и двумя
талантливыми племянниками. Кроме того, они с Люком опекали - и навещали, когда
была такая возможность, - тринадцатилетнюю сироту с Бакуры, Малинцу Фанас.
Отец Малинцы скончался в результате долгой и продолжительной болезни, ее мать
погибла во время первого кризиса на Балансире много лет назад. Люк до сих пор
чувствовал глубокую ответственность за судьбу девочки. Ее удочерила хорошая
бакуранская семья. Остается надеяться, что хотя бы Малинца на далекой Бакуре
нынче в безопасности от йуужань-вонгов.
Вспомнив о Бакуре, Мара попыталась представить себе, как покоренный Сси-
руук мог взаимодействовать с йуужань-вонгами. Была ли жизненная энергия этих
новых захватчиков, которые, похоже, были недостижимы для Силы, вытянута
технологиями ссии-рууви?
Это было бы бесконечно унизительно...
Анакин рассматривал прозрачную витрину. Там на уровне глаз была
выставлена трехмерная голограмма пяти уровней этого района.
- Похоже, "Зеленый лист" двумя проходами севернее, - сказал он.
- Снова прыгнем в поезд?
- Пойдем пешком, - ответила Мара. - Будь начеку.
Ловко вливаясь в пешеходный поток, она почувствовала, как Анакин чуть
приотстал, держась немного левее. Это была надежная, удобная для обороны
комбинация, в которой на острие атаки оказался бы старший в паре.
Она чуть повернула голову.
- Время вспомнить прошлые уроки, - сказала она.
Анакин никогда бы не смог научиться подобным уловкам у ее мужа, который
выделялся в толпе, как сунесийский проповедник.
Анакин хмыкнул, разглядывая движущуюся цепочку огней, которая, похоже,
означала движущийся тротуар, затягивающий пешеходов в недра новехонького
ресторана.
- Постоянно замечай и оценивай, - наставляла его Мара, - чем больше ты
сумеешь заметить, тем больше у тебя будет выбор и тем меньше у противника
шансов застать тебя врасплох.
Он шел, держа руки перед собой, готовый в любую минуту принять боевую
стойку.
- Я в курсе.
Они миновали дверь, изрыгающую волны вонючего красного дыма - А как
насчет прошлой недели? Вспомни-ка, что было на летном тренажере. И, пока
вспоминаешь, избавься от джедайской позы.
Послушный ученик расслабленно опустил руки.
- Состязаться с тобой в пилотировании? Да у меня не было ни шанса!
- Ты атакуешь слишком рано. Это твоя манера. Понять свою слабость -
значит сделать первый шаг к победе над ней.
И я знаю, о чем ты думаешь, Анакин Соло. Ты думаешь, что я скоро потеряю
свое преимущество.
Мара изменила курс, огибая троих немного подвыпивших гуляк тви'лекков.
Анакин сохранил позицию, держась от них подальше.
Он был способным учеником - схватывал на лету. Новому поколению джедаев
пришлось быстро повзрослеть.
Хотя, конечно, во времена, когда ей пришлось взрослеть, мира в Галактике
тоже было не слишком много.
На сводчатом потолке метались в бесноватом танце огни, рассыпая зловещие
блики по лицам, головам, фигурам. Толпа в пешеходном переходе сгустилась.
Всюду виднелись яркие шляпки желтых грибов, выведенных хо'динскими учеными
специально для обогащения атмосферы темных уровней Нижнего города кислородом.
Немного впереди над головами сияло высвеченное в воздухе изображение
пучка стреловидных листьев. Мара глянула в широкий проход. Внутри было совсем
не так мрачно и тускло, как по дороге сюда. Аляповатая вывеска салона боди-
арта висела напротив.
- Что ж, - буркнула она. - У дружка Тэкли хороший вкус.
Она стала проталкиваться внутрь "Зеленого листа". Анакин шел, прикрывая
слева, локоть к локтю.
Закусочная размещалась вокруг центральной колонны.
Когда глаза Мары привыкли к яркому свету, она заметила, что колонна покрыта
искусной резьбой, имитирующей кору живого дерева. Выше ствол разделялся на
множество ветвей, листья трепетали на искусственном ветру.
Вполне подходящее место для засады, на ее профессиональный взгляд -
особенно в центре, там, где ветки потолще.
- Добрый вечер, любезные друзья. Столик?
Мара опустила глаза и увидела молодого дралла, возможно, из тех, кто
заранее эмигрировал с Кореллии.
- Да, - кивнула она. - Где-нибудь не слишком далеко от дверей, - сказала
она, снова взглянув наверх, на такое удобное место в центре ствола для
затаившегося убийцы. - У внешней стены, пожалуй... - оттуда было хорошо видно
вход.
- Прошу за мной.
Дралл провел их по пружинящему под ногами полу к кабинке, приспособленной
для людей. Мара села лицом к входным дверям, предоставив Анакину вести
наблюдение за офисом.
Ее рука утонула в крышке стола, которая казалась покрытой пушистым мхом.
Ковер имитировал опавшую листву. Она понадеялась, что пища, которую здесь
готовят, соответствует нормам гигиены.
- Желаете что-нибудь из закусок, любезные гости? - продемонстрировал
официант традиционное гостеприимство, одновременно вызвав голограмму меню в
воздухе над столом.
- Эльбскую воду, - ответила Мара.
- Две, - кивнул Анакин.
Юный дралл повернулся к ним плечистой заросшей мехом спиной и удалился,
ступая по ковру палых листьев.
У подножия дерева журчал искусственный родник, увлажняя воздух. Мара
взяла на заметку сказать об этом Люку. Разглядывая исподтишка остальных
посетителей, она не заметила пока никого опаснее пары молодых дугов,
ссорящихся из-за десерта.
Пощелкивая по живым строчкам меню, она сделала заказ и небрежно
откинулась на стенку кабинки.
- Заметил что-нибудь? - спросила она.
- Ничего подозрительного, - ответит тот, продолжая скользить взглядом по
залу. - Если бы я всерьез ненавидел технику, пожалуй, именно здесь я бы
чувствовал себя лучше всего на Корусканте.
- Убедительно.
Дроидов-официантов нигде не было видно. Один этот факт вызвал у нее
подозрения относительно владельца или управляющего этого заведения. Дроиды
были гораздо дешевле и надежнее наемных работников.
К тому времени, когда их официант вернулся с эльбской водой и парой блюд
с автоподогревом, семейство вифидов с шумом покинуло закусочную, папаша
недовольно фыркал себе в бивни. Мара заметила, как из кухни, сутулясь, вышел
другой прислужник с подносом в руках. Он поставил поднос и начал комплектовать
заказ с помощью сервис-автомата.
Должно быть, это и был тот, кого засекла Тэкли. Держался он как-то криво.
Конечно, это мог быть и инвалид, и раненый, но...
- Вот он, - прошептал Анакин.
- Проверь его Силой.
Она подвинулась, вдавливаясь спиной в стену кабинки, чтобы видеть
одновременно Анакина и человекоподобного прислужника, не поворачивая головы.
Синие глаза Анакина сузились, он подался вперед, так что прядь волос упала ему
на лоб. Он нахмурился.
- Смотришься, как герой Галактики, - шепотом предупредила она его.
Он раздраженно поджал губы.
Потом подался вперед еще на несколько сантиметров.
Рука Мары сжалась на рукояти ее меча под жилетом.
- Ничего? - прошептала она.
- Ничего.
Мара потянулась Силой, чтобы перепроверить утверждение Анакина.
Подозрительный человек, если верить ощущениям, был словно тень - слепое пятно,
пустота.
Анакин уже поднимался из-за стола.
- Нет, - резко сказала Мара. - Только не в ресторане, здесь полно народу.
- А что нам остается? - возмутился он. - Он же сейчас уйдет!
- Вряд ли. Он отработает свою смену. А мы пока прикончим ужин, - она
облокотилась на мох столешницы. - Только сперва надо проверить, нет ли у него
сообщников на кухне.
Глава 5
Ранда загромождал собою весь спальный модуль семьи Соло. Хэн был снаружи,
у водозаборника - пытался на скорую руку починить что-то на насосной станции.
Йакену пришлось вернуться за запасным комлинком.
Ранда очень старался уместиться на свободном пространстве между койками,
это давалось ему с трудом.
- Мало того, - ворчал он, загибая кончик хвоста вокруг груды вещей,
наваленной в ногах кровати Йакена, - что у меня нет ни малейшей возможности
мчаться на помощь моей любимой родине, так еще теперь, да будет тебе известно,
мне придется довольствоваться таким же количеством пищи, какое положено ринам!
Разве моя комплекция хотя бы отдаленно напоминает этих маленьких лохматых
паразитов? - он вытянулся изо всех сил, выпятив среднюю часть тела. - Мой
метаболизм требует...
- Да не таким же количеством, - Йакен спокойно сунул комлинк в карман,
сел на свою койку, осторожно откинулся на стену, расслабляя спину. Некоторые
из этих домишек не выдержали игр озорных отпрысков ринов. - А таким же
процентом от стандартного пищевого рациона. Если твой организм требует в три
раза больше, чем рину, тебе будет положено...
- Мало. Я исхудаю, усохну, истощусь. Я и так слишком маленький для своего
возраста.
В свете, который проникал через открытую дверь модуля, Йакен видел, как
зрачки Ранды сузились, как у змеи.
- Ранда, с Нал Хутты новостей нет? Не слышал, что с твоей родительницей?
Теперь глаза Ранды налились кровью. Он нервно всплеснул своими
четырехпалыми руками.
- Я ничего не слышал! - выкрикнул он. - Про мою высокочтимую
родительницу.
- Извини, - попытался его успокоить Йакен. - Мы...
- Новая Республика не станет защищать Нал Хутту, - прорычал Ранда. - Ее
принесли в жертву, как до этого пожертвовали Тинну и Гиндайн. Нас выбраковали.
Они отвели армию назад к Корусканту, - его хвост снова дернулся, - и своим
ненаглядным верфям на Билбринги.
- Ботавуи тоже в любой момент может быть осажден, - резко сказал Йакен.
Для Ранды было нормальным паниковать, но так он мог и до драки дело довести. -
Мы все в опасности. У нас не хватает кораблей, флот и так сильно растянут
вдоль линии фронта...
- Тогда почему ты не на войне, джедай? - Ранда потряс кулачком.
- Я однажды видел, как опытный джедай убил йаммоска. Ты можешь гораздо
больше, чем требуется здесь. Твоя семья совершала великие деяния.
- У меня свои собственные проблемы, Ранда, - Йакен покачал головой. Он не
очень-то верил в откровенность Ранды. Он не мог определить, искренен ли хатт,
но что касается великих деяний... Ранда не мог не знать, кто задушил Джаббу.
Ранда подполз к единственному окну модуля - на дальней от двери стене.
- Если бы мы могли добраться до Корусканта, мы с тобой так бы врезали
этим йуужань-вонгам, что они на век бы зареклись соваться в нашу Галактику. У
моего клана есть запасы ресурсов на дюжине планет. Мы могли бы снарядить наш
собственный эскадрон! Правда, к несчастью, истребители не приспособлены для
моего народа.
Йакен честно попытался представить себе взрослого хатта в "крестокрыле".
Да ведь колпак кабины не закроется!
Мда... На самом деле Йакен очень любил летать на "крестокрыле". В
истребителе он чувствовал себя ловким, сильным, почти непобедимым.
- Я слышал, ты отличный пилот, - Ранда прищурил свои глазищи и
прокашлялся.
- Моя сестра еще лучше... - Йайна. Прошло три дня, а от Разбойного
эскадрона до сих пор не было никаких известий.
- Да и мой брат, - добавил Йакен, учитывая успехи Анакина в учебных
гонках у Ландо на астероидах, и в битве за Дубриллион.
- Но твоих заслуженных соутробцев здесь нет. Удача свела нас вместе,
джедай Соло. Я сделаю твое имя еще громче!
Йакен потянулся, хрустнув суставами. На данный момент для джедаев и армии
Новой Республики цена его имени была - помет банты.
- Я найду способ сбежать
с Дуро, и мы придем на помощь Нал Хутте. Даже если все, что я смогу сделать -
это взорвать корабль посреди праздничного банкета захватчиков! Или найду Кипа
Дюррона, присоединюсь к его эскадрону, и пусть враг бежит! - хатт пополз к
выходу.
- Ранда! - крикнул Йакен ему вслед. - Нам нужна твоя помощь. Здесь, на
Дуро.
- Да? - Ранда приостановился. - Тогда скажи мне, Соло-младший, что я могу
сделать здесь, среди мешанины гидропонных чанов, насосов и...
У Йакена запищал комлинк.
- Погоди, - сказал он, рванув комлинк с
рабочего ремня. - Ранда, не уходи, пожалуйста! Йакен Соло, - ответил он в
микрофон.
- Это Пиани из Центра Связи, - ответил тоненький голосок. - Мы наконец
получили сообщение. Вам лучше прийти сюда.
Оглушенный, Йакен переключил комлинк на другой канал.
- Пап, ты слышал?
Слова старшего Соло было трудно разобрать ...
