Джеймс Ганн. Внемлющие небесам
страница №2
...ь проинформировать вас о нашем существовании. Слышите? Нашепослание уже в пути. Через пару столетий вы его должны получить.
Оставайтесь у телефона. Будьте так любезны..."
Однако звонили не из Вселенной. Знакомый голос с американским акцентом
принадлежал Чарли Саундерсу.
- Мак, случилось непредвиденное. Олсен уже выехал сменить тебя, но, я
полагаю, ты должен все бросить и приехать немедленно. Это касается Марии.
"Брось все. Сейчас это не важно. Переведи аппаратуру в автоматический
режим, компьютер сам займется всем. Мария!.. Немедленно! Давай, быстрее!
Скорей! Вот, кажется, подъехал какой-то автомобиль. Наверно, это Олсен.
Впрочем, неважно..."
"Что произошло? Почему он не спросил сразу? А может... Неважно - что.
Мария! Но что могло случиться? Ничего серьезного. Столько людей... Nil
desperandum [никогда не отчаивайся (лат.) - Гораций, "Оды", часть I].
Однако... зачем звонил Чарли, если ничего серьезного? Нет, скорее всего,
это нечто серьезное. Следует приготовиться к чему-то ужасному, способному
пошатнуть его мир и разорвать душу".
"Нельзя сломаться на глазах у всех. Почему нельзя? Почему он должен
казаться железным? И почему ему надлежит всегда оставаться безмятежно
спокойным, полным непоколебимой веры? За что именно ему? Если произошло
нечто ужасное, жуткое с Марией... Тогда все равно. Навсегда. Почему он не
спросил Чарли? Почему? Впрочем, плохое пусть подождет, от неизвестности
хуже не станет".
"Ну почему мироздание равнодушно к моим страданиям? Он - ничто, и
чувства его - ничто для всех, кроме него самого. Для Вселенной важна лишь
Программа. И в ней ничтожная вероятность стать его связующим звеном с
вечностью. Его любовь и его страдания - это он сам, но жизнь и смерть его
безраздельно принадлежат Программе..."
Подъезжая к гасиенде, Макдональд дышал уже ровнее. Он уже совладал со
своими чувствами. Небо на востоке посерело перед рассветом. Обычное время
возвращения домой для персонала Программы. Саундерс ждал его в дверях.
- Доктор Лессенден уже здесь.
В гостиной еще витал папиросный дым и, казалось, еще не растаяло эхо
бесед, однако здесь кто-то уже потрудился. Следы вечеринки убраны.
Наверно, суетились все, как угорелые. Люди у него что надо.
- Бетти обнаружила ее в ванной, за вашей спальней. Этого бы не
случилось, не будь все так заняты друг другом. Это я виноват. Мне не
следовало соглашаться на замену. Возможно, не оставь ты ее... Я же видел,
как не хотелось тебе этого.
- Нет здесь ничьей вины. Она очень часто оставалась одна, - сказал
Макдональд. - Что с ней?
- Я разве не сказал тебе? Она вскрыла себе вены лезвием. Бетти
обнаружила ее лежащей в ванне. "Словно в розовой фруктовой воде", - так
она выразилась.
Будто чья-то лапа стиснула Макдональду нутро. Стиснула и отпустила. Да,
вот оно и случилось. Но разве он не знал все с самого начала? С того дня,
как она наглоталась снотворного, он постоянно жил с этим знанием, хотя и
пытался убедить себя и поверить ее заверениям, что большую дозу она
приняла по ошибке. А может, все-таки не знал? Одно он знал теперь
наверняка: сообщение Саундерса не явилось для него неожиданностью.
А потом все они стояли в дверях спальни, а на кровати лежала Мария,
укрытая одеялом, и тела ее, казалось, будто и нет под ним, ведь на
покрывале не оставалось ни единой складочки; руки ее лежали поверх одеяла,
и повязки выделялись белыми полосами, нанесенными, словно кистью, поверх
совершенства оливковой кожи рук... Но, увы, теперь совершенство утрачено,
- и тут же он одернул себя, глядя на ее ужасно искривленные губы: они
говорили ему сейчас и о скрытой горечи, и о невысказанной печали, и обо
всей ее жизни, где столько раз приходилось лицемерить...
Доктор Лессенден поднял голову; со лба его стекали капли пота.
- Кровотечение остановлено, но она потеряла много крови. Придется везти
в клинику на переливание. С минуты на минуту прибудет карета скорой
помощи.
Макдональд взглянул в лицо Марии. Бледное, словно восковое изваяние.
Будто голова ее уже лежала на атласной подушке в вечном сне.
- Шансы - пятьдесят на пятьдесят, - ответил Лессенден на его немой
вопрос.
В спальню вошли санитары с носилками.
- Вот это Бетти нашла на ее туалетном столике, - сообщил Саундерс.
Он отдал Макдональду сложенный вдвое листок. Макдональд развернул
бумажку:
"Je m'en vay chercher un grand Peut-etre".
["Отправлюсь на поиски великого Быть Может" (фр.) -
фраза, произнесенная Ф.Рабле на смертном ложе]
Появление Макдональда в бюро стало неожиданностью для всех. Его ни о
чем не спрашивали, да и он отнюдь не горел желанием признаться, что
бездеятельное сидение в переполненном воспоминаниями доме невыносимо,
когда ждешь единственного известия. Когда же кто-то все же решился
спросить его о Марии, он ответил:
- Доктор Лессенден не теряет надежды. Она еще не пришла в сознание. И
неизвестно, сколько такое состояние продлится. Доктор сказал, с таким же
успехом ждать можно и здесь. Наверное, я действовал им в клинике на нервы.
А Мария по-прежнему без сознания...
O lente, lente currite, noctis equi.
["Звезда плывет по небу и подгоняет время.
Вот-вот пробьют часы" (лат.)]
Наконец, Макдональд остался один. Достал бумагу и карандаш и долго
трудился над заявлением. Перечитав, смял листок и сунул в корзинку для
мусора. Затем взял чистый лист и нацарапал одну фразу. Потом вызвал Лили.
- Отправь вот это!
Лили взглянула на листок.
- Нет, Мак.
- Отправь!
- Но...
- Это не сиюминутный порыв. И не амбиции. Я все обдумал. Отправляй. Она
медленно вышла из кабинета. Макдональд принялся бесцельно перекладывать
бумаги на столе в ожидании телефонного звонка. Однако еще раньше без стука
вошел Саундерс.
- Ты не сделаешь этого, Мак, - выпалил он с порога.
Макдональд вздохнул.
- Это Лили тебе рассказала. Уволил бы девчонку, если бы не ее
преданность.
- Естественно, она мне рассказала. Ведь речь не только о тебе. Обо всей
Программе.
- Вот именно. Я тоже озабочен ее судьбой.
- Мне кажется, я понимаю твое состояние, Мак... - Саундерс запнулся. -
Впрочем, нет. Откуда мне знать, каково тебе сейчас. Без сомнения, это
адское испытание. Но не бросай нас. Подумай о Программе.
- О ней я и думаю, Чарли, - ведь в жизни-то я банкрот. За что ни
брался, все обращалось в прах.
- Ты - лучший среди нас.
- Кто, я? Бездарный лингвист? Паршивый инженер? Я не обладаю
соответствующей квалификацией для такой работы, Чарли. Вам нужен кто-то
понаходчивей, чтобы продолжать Программу, - кто-то, способный к
плодотворной деятельности, некто... осененный благодатью.
Через несколько минут ему пришлось все повторить Олсену. Когда он
упомянул о квалификации, тот только и смог пролепетать:
- Мак, ты устраиваешь чудные приемы.
Больше всего его растрогал скептик Адамс:
- Вера в тебя, Мак, заменяет мне веру в бога.
Зонненборн сообщил:
- Программа - это ты. Если уйдешь ты, все рассыплется. Это явится
началом конца.
- Всегда так кажется. Однако в делах, развивающихся по своим канонам,
такие предсказания, как правило, никогда не сбываются. Программа
существовала до меня и продолжится после того, как я уйду. Просто она
должна стать долговечнее всех нас, потому как мы - всего лишь одно
поколение, она же - на века.
Он подождал, пока Зонненборн ушел, и устало сказал Лили: - Хватит.
Ни у кого из них не хватило духу спросить, как там Мария, а ведь и ее
он так же относил к своему жизненному банкротству. Она пыталась что-то
объяснить ему еще месяц назад, перед тем как принять те таблетки, однако
тогда он не захотел понять ее. Где уж ему уразуметь, что скажут звезды,
если он не в состоянии понять самого близкого ему человека. И теперь
настало время за все расплачиваться.
Чего же могла желать Мария? Впрочем, он-то знал, и если она выживет,
таких жертв с ее стороны он не допустит, слишком высокая цена. Слишком
долго она жила только для него, оставаясь всегда одна в доме, - брошенная
кукла, в ожидании, когда вернется хозяин и снова возьмет ее в руки. Чтобы
опять дать ему силы к существованию. В душе ее нарастало страдание, - ведь
прошли ее лучшие годы, - а это для красивой женщины самое страшное,
особенно, если старится она в одиночестве, величайшем из одиночеств. А он
был самолюбив. Ослепленный любовью к себе, хотел видеть смысл ее жизни в
служении ему. Детей он не захотел, полагая, что они могут нарушить
гармонию их жизни вдвоем. Гармонию - для него, а для нее все происходящее
выглядело далеким от совершенства. А может, если Мария выживет, - еще не
поздно? Но, если ее не станет, ему не хватит ни души, ни сердца продолжать
вытягивать работу, в которую он - и это уже ясно - не привносит ровным
счетом ничего.
Телефон, наконец, отозвался.
- Она выживет, Мак, - сообщил Лессенден. И спустя минуту: - Мак, я
говорю...
- Я слышал.
- Она хочет тебя видеть.
- Буду сейчас же.
- Еще она попросила передать тебе: "Скажи Роберту, это отбило у меня
охоту. И больше не повторится. При ближайшем рассмотрении великое Быть
Может превращается в нечто, весьма определенное в своей неприкрытом
истине. Скажи ему еще, пусть и у него, в свою очередь, это не отобьет
охоту".
Мак положил трубку и вышел в приемную, чувствуя, как в груди у вето все
готово разорваться.
- Она будет жить, - бросил он Лили через плечо.
- Ох, Мак...
В коридоре его остановил смотритель Джо.
- Мистер Макдональд...
Макдональд задержался.
- Ты побывал у дантиста, Джо?
- Нет, сэр, еще нет, но я не об этом...
- Не ходи пока. Я хотел бы на время установить у твоей кровати
магнитофон. Кто знает...
- Спасибо, но я не... Я слышал, вы уходите, мистер Макдональд?
- Этим займется кто-то другой.
- Вы не поняли меня, сэр. Не уходите, мистер Макдональд!
- Но почему же, Джо?
- Здесь ведь по-настоящему все зависит только от вас.
Макдональд уже собирался было уходить, но это его удержало.
Ful wys is he that can hiniseluen knoive!
[Воистину мудр тот, кто знает самого себя (англ.) -
Дж.Чосер "Кентерберийские рассказы" (Рассказ монаха)]
Он развернулся и отправился обратно в кабинет.
- Та бумажка, она у тебя, Лили?
- Да.
- Так, значит, ты не отправила ее?
- Нет.
- Непослушная девочка.
- Дай-ка ее сюда.
Он перечитал заявление: "Глубоко уверен в целях и конечном успехе
Программы, однако по сугубо личным причинам вынужден уйти в отставку".
С минуту он всматривался в текст.
"Карлик, стоящий на плече великана,
видит дальше, чем сам гигант".
[С.Т.Кольридж, "Друг" ("The Friend")]
ДИНАМИКА КОМПЬЮТЕРА
В начале было Слово, и Слово то было Водород...
Харлоу Шепли, 1958...
Никто не поверил бы на исходе девятнадцатого столетия, что за всем
происходящим на Земле зорко следят существа более развитые, чем человек,
хотя и такие же смертные, как он... А между тем сквозь бездну пространства
на Землю смотрели глазами, полными зависти, существа с холодным
интеллектом, превосходящие нас настолько, насколько мы выше вымерших
животных, и медленно, но верно осуществляли враждебные нам планы...
Г.Дж.Уэллс, 1898...
Отдельные организмы умирают. Однако общее количество живой материи
увеличивается. Можно представить шарообразный организм с полностью
замкнутым циклом физиологических процессов. Такой организм будет
бессмертным и самогенерирующимся и даже может развиться в высшее сознание.
Главной целью высших живых организмов во Вселенной может стать колонизация
иных планет. Существа такого рода, наверное, еще не могут иметь
шарообразной формы и существовать вечно. По крайней мере, на какой-то
одной планете они располагают техникой, позволяющей им преодолевать силу
тяжести и колонизировать Вселенную... В свою очередь, колонизация -
естественный путь распространения жизни. Эволюция со всей ее болью есть
редкость...
В ближайшее время короткие радиоволны проникнут сквозь вашу атмосферу и
станут главным средством межзвездной связи...
Константин Э.Циолковский, 1934...
Наблюдавшиеся мною изменения происходили периодически, и аналогия с
упорядоченным рядом чисел была столь выразительна, что, собственно, не
ощущалось необходимости увязывать их с какой-либо другой известной мне
причиной. Мне известны схожие естественные электрические помехи,
возникающие в результате воздействия Солнца, Полярной Звезды и
теллурических токов, и я уверен, насколько можно быть уверенным в фактах,
подобные изменения не обусловлены ни одной из этих причин...
Однако спустя какое-то время меня осенила мысль: наблюдавшиеся мною
помехи - проявление разумной деятельности... Росло предчувствие: я первым
услышал приветствие, посланное одной планетой - другой...
И, хотя это было столь неопределенно и невыразительно, постепенно много
овладевали глубокое убеждение и вера: очень скоро человеческие существа на
земном шаре, все как один, обратят свои взоры к небосводу над ними,
исполненные любви и почтения, восхищенные радостной новостью. Братья! Мы
получили сообщение с другой планеты - неведомой и далекой. Оно звучит так:
один... два... три...
Никола Тесла, 1900...
Кто знает правду о мире? Кто скажет нам об этом?
Откуда все родилось и вдруг пришло созданье?
Явились Боги позже, чем мир возник из смуты;
Так кто же об истоках поведает Вселенной?
Когда раскрылись двери и хлынули творенья,
А кто стоял за этим? Создатель - или Некто?..
Глядящий с поднебесья. А вдруг - Никто?..
Знать может только Он. Но знает ли?..
Ригведа, около 1000 г. до н.э.
ОДНАЖДЫ, АНАЛИЗИРУЯ СПЕКТР ГАММА-ИЗЛУЧЕНИЯ КРАБОВИДНОЙ ТУМАННОСТИ -
НАИБОЛЕЕ ВЫРАЗИТЕЛЬНОГО ЭФФЕКТА СИНХРОТРОННОГО ИЗЛУЧЕНИЯ ПОСЛЕ ВЗРЫВА
СВЕРХНОВОЙ (1054 г. от Р.Х.), - ДЖУЗЕППЕ КОККОНИ ЗАДУМАЛСЯ: НЕЛЬЗЯ ЛИ
ПЕРЕДАВАТЬ МЕЖПЛАНЕТНЫЕ СООБЩЕНИЯ С ПОМОЩЬЮ ГАММА-ИЗЛУЧЕНИЯ: БЛАГО,
ВОЗНИКАЕТ ОНО РЕДКО И ЧЕТКО ВЫДЕЛЯЕТСЯ НА НЕБЕ. ПОЧЕМУ БЫ ИНОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ
НЕ ЗАМЕТИТЬ В ГАММА-ИЗЛУЧЕНИИ НОСИТЕЛЯ МЕЖЗВЕЗДНОЙ СИГНАЛИЗАЦИИ?
ЕГО ДРУГ И КОЛЛЕГА, ФИЛИП МОРРИСОН, ОБРАТИТ ВНИМАНИЕ, ЧТО
ГАММА-ИЗЛУЧЕНИЕ ТРУДНО ВОССОЗДАВАТЬ И ПРИНИМАТЬ, В ТО ВРЕМЯ КАК
РАДИОЧАСТОТ - СКОЛЬКО УГОДНО, И ПРИНЯТЬ ИХ НЕ СОСТАВИТ ТРУДА. ВОЗМОЖНО,
КАКОЙ-НИБУДЬ ИЗ МОЩНЫХ ТЕЛЕСКОПОВ УДАЛОСЬ БЫ ПРИСПОСОБИТЬ ДЛЯ ИССЛЕДОВАНИЯ
ОТДЕЛЬНЫХ МНОГООБЕЩАЮЩИХ ЗВЕЗД...
Созерцая Вселенную, чьи масштабы превосходят возможности человеческого
воображения и где наша планета - не более чем песчинка в ночной пустоте,
человек неизбежно испытывает постоянна усиливающееся ощущение одиночества.
Мы проходим сквозь времена, изучая механизмы самой жизни в поисках
знамений и символов сокрытого в ней. На нас - единственных мыслящих
млекопитающих этой планеты - а возможно, и единственных обладающих разумом
животных во всем видимом мире - ложится достаточно тяжкое бремя сознания.
Мы читаем по звездам, но знамения их темны. Едва касаясь праха минувшего,
ищем мы наши корни. Пред нами вьется какая-то тропа, но ведет она,
кажется, в никуда. Однако, не исключено, в самих извивах этой тропы и
сокрыт некий смысл? По крайней мере, такой мучительный вопрос мы задаем
себе...
Лорен Эйсли, 1946...
В ЦЕНТРАЛЬНО-АТЛАНТИЧЕСКОМ ПОДВОДНОМ РЫБНОМ ХОЗЯЙСТВЕ ДОБЫТ РЕКОРДНЫЙ
УЛОВ НОВОЙ УЛУЧШЕННОЙ ПОРОДЫ СЕВЕРОАТЛАНТИЧЕСКОЙ ТРЕСКИ. ТАК НАЗЫВАЕМАЯ
СУПЕР-ТРЕСКА ВЕСИТ ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ФУНТОВ И, ПО МНЕНИЮ РЫБОПРОМЫСЛОВИКОВ, ПО
ВКУСУ ПРЕВОСХОДИТ ВСЕ, РАНЕЕ ВЫШЕДШЕЕ ИЗ НЕДР ГЕНЕТИЧЕСКИХ ЛАБОРАТОРИЙ.
УЖЕ ЗАВТРА ЕЕ МОЖНО ПРИОБРЕСТИ В БЛИЖАЙШЕМ МАГАЗИНЕ.
Захотела бы цивилизация, обладающая высшей техникой, причинить вред
цивилизации, только вошедшей в разумное сообщество? Сомневаюсь. Если б я,
глядя в микроскоп, увидел колонию бактерий, скандирующих, будто толпа
школяров: "Просим не лить йод на предметное стекло! Мы желаем с тобой
поговорить", - определенно первой моей реакцией не стало бы помещение
бактерий в стерилизатор. Сомневаюсь, чтобы развитые сообщества попирали
всякую конкурирующую форму разумной жизни, тем более, если та - и это
очевидно - совершенно безобидна...
Филип Моррисон, 1961...
ОЖИДАЕТСЯ. ЧТО ПРОЕКТ БЮДЖЕТА НАУЧНЫХ ПРОГРАММ ПО УСТРОЙСТВУ КОЛОНИИ НА
ЛУНЕ И ПРОСЛУШИВАНИЯ КОСМОСА В ПУЭРТО-РИКО БУДЕТ УТВЕРЖДЕН ПОСЛЕ
ЗАВЕРШЕНИЯ ТРЕХНЕДЕЛЬНЫХ ДЕБАТОВ В ПАЛАТЕ ПРЕДСТАВИТЕЛЕЙ: ВМЕСТЕ С ТЕМ
СУЩЕСТВУЕТ ВЕРОЯТНОСТЬ ВНЕСЕНИЯ В ПОСЛЕДНИЙ МОМЕНТ ПОПРАВКИ, КОТОРАЯ
СВЕДЕТ НА НЕТ ОДНУ ИЗ НАЗВАННЫХ ПРОГРАММ; ПОД УГРОЗОЙ СВОРАЧИВАНИЯ, ПО
МНЕНИЮ СПЕЦИАЛИСТОВ, НАХОДИТСЯ ПУЭРТОРИКАНСКАЯ ПРОГРАММА РАДИОПЕРЕХВАТА
СООБЩЕНИЙ С ДРУГИХ ПЛАНЕТ. КАК ОТМЕЧАЕТСЯ, НА ПРОТЯЖЕНИИ ПОЧТИ ПЯТИДЕСЯТИ
ЛЕТ ЕЕ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ НЕ ДОСТИГНУТО НИ ОДНОГО ПОЛОЖИТЕЛЬНОГО РЕЗУЛЬТАТА.
МЕЖДУ ТЕМ УТВЕРЖДЕНИЕ ПРОЕКТА ЗАКОНА О ПОВЫШЕНИИ ЕЖЕМЕСЯЧНОГО УРОВНЯ
МИНИМАЛЬНОЙ ЗАРПЛАТЫ С 10000 ДО 12000 ДОЛЛАРОВ В ТЕЧЕНИЕ БЛИЖАЙШИХ ДВУХ
ЛЕТ, КАК ОЖИДАЕТСЯ, МОЖЕТ ВЫЗВАТЬ ЛИШЬ СИМВОЛИЧЕСКОЕ СОПРОТИВЛЕНИЕ
КОНГРЕССМЕНОВ, СЧИТАЮЩИХ ТАКИЕ СТАВКИ ЗАРПЛАТЫ ЗАНИЖЕННЫМИ.
Доктору Ловеллу
Директору Обсерватории Джодрелл-Бэнк, США.
"Уважаемый доктор Ловелл.
На прошлой неделе, в ходе дискуссии с коллегами из Корнелла по вопросам
эмиссии синхротронного излучения астрономическими объектами я уяснил себе,
радиотелескоп в Джодрелл-Бэнк можно использовать в программе, важность
которой, думается, заслуживает вашего внимания, несмотря на кажущееся на
первый взгляд сходство ее с научной фантастикой. Представляется
целесообразным изложить все аргументы по порядку:
1) Предположим, жизнь на других планетах - явление не столь уж редкое.
Из десяти планет Солнечной системы одна, несомненно, полна жизни, да и на
Марсе может кое-что оказаться. Солнечная система - не исключение; таким
образом, можно надеяться, что и у других звезд со сходными
характеристиками имеется сопоставимое число планет. Существует большая
вероятность наличия жизни на высокой ступени эволюции у некоторых планет,
- скажем, у ста ближайших к Солнцу звезд.
2) Далее, существует также большая вероятность, что на некоторых из
указанных планет животный мир продвинулся в своей эволюции значительно
дальше человека. Цивилизация, опережающая в развитии нашу приблизительно
на несколько сот лет, бесспорно, обладает техническими возможностями,
неизмеримо большими, чем те, какими располагаем в настоящее время мы.
3) Допустим, на некоторых из этих планет существуют развитые
цивилизации. Это означает - они находятся от нас на расстоянии примерно в
десять световых лет. Возникает вопрос: как установить связь?
Насколько нам известно, единственной возможностью является
использование электромагнитных волн, которые не поглощаются и не
искажаются магнитной плазмой межзвездного пространства.
Допускаю далее, обитатели этих планет уже направляют к ближайшим
звездам пучки электромагнитных волн, модулированных рациональным образом,
- например, в последовательности простых чисел, - в надежде получить в
ответ некое подтверждение существования жизни...
Подпись: Джузеппе Коккони".
Эта программа объективно требует четко отлаженной системы
финансирования на протяжении столетия, а отнюдь не одноразовых дотаций
бюджетного года. Более того, программа имеет все шансы на полнейший крах.
Если мы, растрачивая кучу денег, раз в десятилетие будем выскакивать с
признанием, что так ничего еще и не услыхали, - можно вообразить, как
подобное воспримет бюджетная комиссия Конгресса. Однако полагаю, подобные
рассуждения на эту тему не преждевременны и не более наивны, чем
размышления на темы космических странствий астронавтов...
Эдвард М.Парселл, 1960...
"Я НИКОГДА НЕ ЧУВСТВОВАЛ СЕБЯ ЛУЧШЕ", - ПРИЗНАЛСЯ ПОСЛЕ ВЫХОДА ИЗ
СОСТОЯНИЯ ДВУХМЕСЯЧНОГО ГЛУБОКОГО АНАБИОЗА ФРЕДЕРИК ПЛЭЙЕР, ВЫДАЮЩИЙСЯ
ЮЖНО-АФРИКАНСКИЙ КОМПОЗИТОР И ДИРИЖЕР. ВО ВРЕМЯ ДЛИТЕЛЬНОГО СНА, СООБЩИЛ
ОН, В КОТОРЫЙ ЕГО ПОГРУЗИЛИ ПО НАСТОЯНИЮ ВРАЧЕЙ ПОСЛЕ ПРОВАЛА ПОСЛЕДНЕГО
КОНЦЕРТА, ИМ ЗАВЕРШЕНА "МЕДЛЕННАЯ ЧАСТЬ" НОВОЙ СИМФОНИИ, ПОЛУЧИВШЕЙ
НАЗВАНИЕ "НОВЫЕ МИРЫ".
Из ста тысяч звезд лишь на одной из их планет существует развитое
общество...
Карл Саган. 1961...
...На одной из трех миллионов...
Себастьян фон Хорнер, 1961...
Число существующих ныне в Галактике цивилизаций, опередивших нашу,
может составить от пятидесяти тысяч до миллиона. Расстояние между этими
технически развитыми цивилизациями колеблется от нескольких сот до тысячи
световых лет. Средний возраст контактирующих цивилизаций - десять тысяч
лет...
Карл Саган, 1966...
Можно биться об заклад, они давно уже установили телекоммуникационный
канал, который однажды станет доступен и нам; они терпеливо ждут ответных
сигналов от Солнца, - с известием, что еще одно новое сообщество
присоединилось к содружеству разума...
Филип Моррисон и Джузеппе Коккони. 1959...
КОПЕРНИК, БРАГЕ, ТЕСЛА, МАРКОНИ, МОРРИСОН, ДРЭЙК, СТРУВЕ, ДАЙСОН,
КОККОНИ, ГАЛИЛЕЙ, БЭРК, БРАУН, ЦИОЛКОВСКИЙ, ПАРСЕЛЛ, МАСКОЛЛ, САГАН, ХОЙЛ,
ШКЛОВСКИЙ, ФОН ХОРНЕР, СТОРМЕР, ШПИТЦЕР, УРИ, БЛЭККЕТТ, БЮССАР, БЕРКНЕР,
ЛИЛЛИ, ЛОУВЕЛЛ, ЛОВЕЛЛ, УИППЛ, ФРАНКЛИН, ГРИНСТАЙН, ХАСКИНС, ЛЕДЕРБЕРГ,
ИВЭН, ФРИДЕНТАЛЬ, МИХЕЛЬ, РЭЙБЛ, ПИРМАН, ГОЛЭЙ, БЕМ, МИД, СМИТ, ХЭНДЛСМАН,
ШЭХТЕР, ВАН ДЕ ГУЛЬСТ, ТАУНС, КИЛЛИАН, ОППЕНГЕЙМЕР, ОЛИВЕР, ШВАРЦ,
КАМЕРОН, ФРОМАН, СИМПСОН, КЭЛВИН, САЧЧИ, ЯНСКИ, ЭТШЛИ, УЭББ, ХУАНГ,
МАККЭРРИ...
Готовы спорить, вышеприведенные рассуждения доказывают: наличие
межзвездной связи находится в полном соответствии со всей нашей наукой, и,
поскольку эти сигналы существуют, средства их обнаружения в настоящее
время уже имеются в наших руках. Вряд ли кто-либо откажется признать
огромное практическое и философское значение открытия межзвездной
телекоммуникации. Поэтому, считаем мы, исследования по выделению
искусственных сигналов заслуживают значительных усилий. Результаты
предугадать сложно, однако, если такие исследования нами развернуты не
будут, вероятность успеха автоматически сведется к нулю...
Моррисон и Коккони, 1959...
РУКОВОДСТВО ДЕПАРТАМЕНТА США ПО ПРОБЛЕМАМ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ ВЫСТУПИЛО
СЕГОДНЯ С ПРЕДЛОЖЕНИЕМ О ЦЕНТРАЛИЗОВАННОМ РЕГУЛИРОВАНИИ АТМОСФЕРНЫХ
УСЛОВИЙ ПОД КОНТРОЛЕМ ОБЪЕДИНЕННЫХ НАЦИЙ. "МЫ ДОСТИГЛИ ЗНАЧИТЕЛЬНЫХ
СДВИГОВ В УЛУЧШЕНИИ КЛИМАТА НАШЕЙ СТРАНЫ, - СООБЩИЛ ГЛАВА ДЕПАРТАМЕНТА. -
ОДНАКО ПОГОДА - ЯВЛЕНИЕ ОБЩЕПЛАНЕТАРНОЕ, И, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, МЫ НИКОГДА НЕ
ДОСТИГНЕМ ПОЛНОГО УСПЕХА, ЕСЛИ НЕ ПОПЫТАЕМСЯ РЕШИТЬ ДАННУЮ ПРОБЛЕМУ В
МЕЖДУНАРОДНОМ МАСШТАБЕ".
Не далее чем через пятьдесят лет у нас появится радиотехника такого
уровня, когда отпадет сама необходимость дальнейшего ее усовершенствования
в плане влияния на возможности связи с другими планетами. Ограничения
сведутся к фоновому шуму космического пространства или к иным естественным
факторам. Развитие техники насчитывает у нас каких-нибудь пятьдесят лет;
следовательно, характерной чертой цивилизации является преодоление всего
пути в течение краткого промежутка времени в одно столетие - от полнейшего
отсутствия каких бы то ни было межзвездных телекоммуникаций до
максимального развития их возможностей. На астрономической шкале времени
цивилизация делает внезапный скачок от нулевой возможности радиоконтакта к
идеальной. Исследовав большое число населенных планет, мы, вероятно,
убедились бы либо в абсолютном незнании радиотехники, либо в полнейшем
овладении ею...
Фрэнк Д.Дрэйк, 1960...
Правомерно ли предполагать, что на одной из ближайших к нам звезд
процветает высокоразвитая цивилизация? Ныне такой гипотезы полностью
исключить нельзя. Однако поскольку высокоразвитые цивилизации не слишком
распространены, не правильнее ли искать ближайшую из них, по крайней мере,
в десять раз дальше, - ну, скажем, на расстоянии более ста световых лет?..
И, даже исключив маловероятных кандидатов, нам придется пронаблюдать
тысячи звезд в поисках высокоразвитой цивилизации. Такая цивилизация, в
надежде отыскать хоть кого-нибудь, должна направлять свои позывные тысячам
звезд. Не стоит забывать: в течение минувших сотен миллионов лет подобные
наблюдения Земли оказались бы безрезультатными...
Рональд Н.Брэйсуэлл, 1960...
Приходится считаться с тем, что большинство из обществ, ступивших за
порог цивилизации, более продвинуты в развитии, чем наше собственное...
Фрэнк Д.Дрэйк, 1960...
ВЫВЕДЕНИЕ ГЕНЕТИКАМИ НОВОГО СОРТА СУПЕРКУКУРУЗЫ С РЕКОРДНЫМ СОДЕРЖАНИЕМ
БЕЛКА ПО СУТИ ОЗНАЧАЕТ ЛИКВИДАЦИЮ СУЩЕСТВУЮЩИХ НЫНЕ ОЧАГОВ ГОЛОДА И
НЕУРОЖАЕВ. С ДЕФИЦИТОМ БЕЛКА БУДЕТ ПОКОНЧЕНО, КАК ТОЛЬКО ПОЯВИТСЯ
ДОСТАТОЧНОЕ КОЛИЧЕСТВО СЕМЯН И НАСЕЛЕНИЕ В РАЗЛИЧНЫХ РЕГИОНАХ ЗЕМНОГО ШАРА
АДАПТИРУЕТСЯ К НЕСУЩЕСТВЕННЫМ ИЗМЕНЕНИЯМ ВО ВКУСЕ И СОСТАВЕ ПИТАНИЯ.
Логично допустить, высокоразвитые цивилизации выслали автоматические
зонды на орбиты всех звезд-кандидатов и ожидают возможного пробуждения
цивилизации одной из их планет...
Рональд Н.Брэйсуэлл, 1960...
Мы находимся на пороге развития лазерной связи, которая позволит
устанавливать контакты между планетами, удаленными друг от друга на много
световых лет на длине волн видимого света или в смежных частотах спектра.
Бурный прогресс науки подсказывает следующий вывод: иная цивилизация -
более развитая, чем наша и обошедшая нас всего на несколько тысяч лет, -
бесспорно располагает возможностями, непостижимыми в сегодняшнем
представлении. Они наверняка могли бы выслать к нам исследовательский
автоматический зонд. А поскольку до настоящего времени подобные зонды не
обнаружены, целесообразно исследовать в спектрах различных звезд полосы,
отличающиеся необычайной узостью, с нетипичными частотами и с переменной
интенсивностью...
Чарльз Г.Таунс и Роберт Н.Шварц, 1961...
Макрочастицы с цепной структурой, выделяемые обычно из определенных
метеоритов, могли быть помещены туда некими удаленными цивилизациями и в
огромных количествах отправлены в нашем направлении. Не содержат ли данные
макрочастицы закодированную информацию? А может надлежит перехватывать
кометы и обследовать их, не несут ли они некое послание, отправленное
издалека?..
Лесли С.Эдай, 1962...
Собственное светило удалось бы использовать как сигнальный фонарь,
разместив на орбите облако непрозрачных частиц. Такое облако периодически
закрывало бы свет звезды, а удаленному наблюдателю казалось бы: Солнце
мигает...
Филип Моррисон, 1963...
"Кому дано увязать пучок Плеяд или распустить пояс Ориона?"...
Библия, Книга Иова, третье столетье до нашей эры.
ПРЕДСТАВИТЕЛИ ИЗРАИЛЯ И АРАБСКИХ СТРАН ОТМЕТИЛИ СЕГОДНЯ ДЕСЯТИЛЕТИЕ
ВОЗВЕДЕНИЯ БОЛЬШОЙ ПЛОТИНЫ НА РЕКЕ ИОРДАН, ПРЕВРАТИВШЕЙ ПУСТЫНЮ НЕГЕВ В
БЛИЖНЕВОСТОЧНУЮ ЖИТНИЦУ.
Светила в ночном небе загораются и гаснут. Утомленные люди могут,
наконец, погрузиться в сон и узреть кошмары или просто бесшумно мчаться в
своих сновидениях, слушая таинственный шепот метеоров. Но нигде во всем
мироздании, ни на одной из тысяч планет нет никого, кто смог бы разделить
с нами одиночество. Найдется ли мудрый разум или иная могучая сила,
которая из самых пределов пространств вглядится в наше захолустье,
погруженное во мрак космической пыли, и направит на нас удивительные
устройства? Будут ли их создатели испытывать ту же тоску, что и мы? Однако
само естество жизни и законы эволюции дают ответ: нигде и никогда более
людей нам не повстречать...
Лорен Эйсли, 1946...
- КАК ПЕРВЫЙ АСТРОНАВТ, СТУПИВШИЙ НА ПОВЕРХНОСТЬ МАРСА И БЛАГОПОЛУЧНО
ВОЗВРАТИВШИЙСЯ, ОТВЕТЬТЕ, ПОЖАЛУЙСТА: ЕСТЬ ЛИ ЖИЗНЬ НА МАРСЕ?
- НУ, ПО СУББОТНИМ-ТО ВЕЧЕРАМ КОЕ-КАКАЯ ЖИЗНЬ ЕЩЕ ЕСТЬ. ОДНАКО
ОСТАЛЬНЫЕ ДНИ НЕДЕЛИ ЧЕЛОВЕК СКУЧАЕТ ТАМ, КАК ПЕС НА ПРИВЯЗИ.
Взгляни, на небо! На чудный звездный хоровод!
На духов огненных, что в небесах воссели!
А бастионы света, сверканье куполов,
Бриллиантовые своды гротов!
Прекрасный эльфов рой,
Как гроздь горящих сфер на бледном фоне мирозданья!
Джерард Мэнли Хопкинс, 1877...
- Нечто подобное предвидели давно и строили на этот счет различные
домыслы... С математической точки зрения это выглядит как некая игра, -
весь спор идет о том, что где-то в Галактике находится другая раса,
допустим, равная нам или же превосходящая нас по уровню цивилизации. Вот
только никто не знал ни дня, ни часа, когда мы встретимся. Что-то
подсказывает мне: час этот настал.
- Как вы думаете, они будут настроены дружелюбно?
- Летит. Мчится прямо к нам. А как поступили бы мы, появись чужой
корабль в нашем секторе пространства? Вы говорите, дружелюбно настроены?
Ну что ж, может быть! Попытаемся установить с ними контакт. Мы просто
обязаны сделать это. Однако имеется подозрение, наше путешествие подходит
к концу. Слава Богу, у нас есть мортиры!..
Мюррей Лейнстер, 1945...
Те, у кого есть вера, что цель освятят гигантские усилия, продолжат
исследования, питаемые надеждой, что когда-нибудь в грядущем, - может,
через сто лет, а может, и через неделю, им посчастливится напасть на
след...
Фрэнк Д.Дрэйк, 1960...
2. ДЖОРДЖ ТОМАС - 2027
...Только слушатели - привидения,
Нашедшие в доме ночлег, -
Стояли и слушали в лунном свете.
Как говорит человек...
Уолтер де ла Мар. "The Listeners"
Он миновал самую низшую точку выложенной железными листами долины,
прошел под висящей на фоне неба огромной металлической чашей и обогнул
посыпанную белым ракушником автостоянку.
Кованый кратер, - будто сосуд для звездной тишины -
Порожний кубок, покорно ждущий наполнения...
Через стеклянную дверь он ступил из яркого солнца в полумрак
одноэтажного здания и по длинным, прохладным коридорам, светлеющим по мере
того, как привыкали глаза, прошел к комнате с табличкой "Директор".
Миновал средних лет секретаршу и вошел в оберегаемый ею кабинет, где ему
навстречу, из-за стола, заваленного бумагами, поднялся какой-то человек.
В коридоре один за одним возникали желающие взглянуть на пришельца:
бледные от ночного затворничества ученые и их загорелые ассистенты. С
лицами, измученными от избытка фактов, и с глазами, лишенными какого-либо
выражения, словно погасшие экраны.
- Мое имя Джордж Томас, - сообщил прибывший.
- А я - Роберт Макдональд, - сказал сидящий за столом человек.
Они пожали друг другу руки. "Приятное рукопожатие у этого Макдональда,
- подумал Томас. - Слабое, но не вялое, как раз такое и должно быть у
человека, которому ничего и никому не приходится доказывать".
- Я знаю, - сказал Томас. - Вы - директор Программы.
По тому, как он произнес это, чуткий собеседник смог бы сделать
определенные выводы. Впрочем, Томасу было все равно.
Прохладный, скромно, но со вкусом обставленный кабинет чем-то напоминал
хозяина. В отличие от коридора, где пахло смазкой и озоном, здесь
господствовал близкий сердцу Томаса аромат бумаги и старых книг. Почти как
дома. За обычным письменным столом поднимались высокие - во всю стену -
стеллажи со множеством полок, уставленных книгами в потемневших от времени
коричневых, темно-красных и зеленых переплетах из настоящей кожи. Томас,
стоявший в центре комнаты, не смог разобрать полностью ни одного названия
на корешке. Однако удалось определить: добрая половина книг - на
иностранных языках. Руки зачесались взять хотя бы одну, дотронуться до
гладкой поверхности переплета, полистать хрупкие страницы...
- По поручению журнала "Эра" я должен представить читателям вашу
Программу. От самых ее истоков.
- Чтобы прикончить ее.
Томас не смог даже удивиться. "Вряд ли я сейчас способен вообще на
подобные ощущения", - подумалось ему.
- Точнее, подготовить похороны, - несколько поправил Томас собеседника.
- Ведь Программа уже скончалась.
- Вы располагаете какими-то основаниями для такого утверждения или это
просто предубеждение?
Томас поудобнее устроился в кресле.
- Программа продолжается уже свыше пятидесяти лет. И за все это время -
никаких результатов. За полвека умирает даже надежда.
- "Старушка еще полна жизни".
Томас вспомнил, откуда эта цитата.
- Да, литература вечна, она переживет все, - согласился он. - Но вот,
пожалуй, кроме нее, на это, увы, может рассчитывать немногое.
Он вновь пригляделся к Макдональду.
Директору Программы сорок семь. На столько он в выглядит. Впрочем,
глаза у него голубые и чистые, а черты лица знаменуют собой силу воли и
характер.
- Почему вы решили, будто в мои намерения входит прикончить Программу?
Макдональд улыбнулся, и лицо его просветлело. Томасу подумалось: хорошо
бы понять, к чему эта улыбка и что представляет собой человек, способный
вот так улыбаться.
- "Эра" - издание элитарное. Ваши читатели - частью бюрократы, частью -
технократы. Среди тех и других немало солитариан. "Эра" призвана
упрочивать их предрассудки, поддерживать самолюбие и выражать интересы. А
Программа в какой-то мере угрожает этому триединству, особенно
безупречному функционированию механизмов нашего технологического общества.
- Вы переоцениваете наши высшие круги, где не мыслят столь глубоко.
- За них это делает "Эра". Но если даже это и не так, все равно:
Программа - лакомый кусочек для "Эры", и вполне сгодится как объект ее
сатирического бичевания. Сегодня смысл всей игры заключается в одном -
выискать еще что-то и поднять на смех.
- Вы оскорбляете "Эру" и меня, - не очень уверенно запротестовал Томас.
- Девиз издания - "Правда и Смех". Заметьте, правда - на первом месте.
- "Fiat justitia, et pereat mundus", - вполголоса произнес Макдональд.
- "Пусть обрушится мир, но восторжествует правосудие, - машинально
перевел Томас. - Кто это оказал?
- Император Фердинанд. Вы слышали о нем?
- Сколько их было, этих Фердинандов?..
- Ах да, - вздохнул с облегчением Макдональд. - Ну конечно же! Джордж
Томас. Автор того самого замечательного перевода "Комедии"... когда это
было... десять... пятнадцать лет назад?
- Семнадцать, - подсказал Томас.
Ему не понравилось, как у него это вырвалось, но было уже поздно. Он
попытался сделать вид, будто рассматривает бумаги на столе Макдональда.
- Вы не репортер, вы - поэт. Несколько лет назад вы написали роман под
названием "Ад", о современных осужденных. По выразительности образов и
степени воздействия на читателя он, скажу откровенно, не уступает
одноименному бессмертному произведению. Судя по замыслу, это, несомненно,
первый том трилогии. Неужели остальные я прозевал?
- Нет.
"У этого Макдональда просто какая-то привычка ранить своей
доброжелательностью", - подумал Томас.
- Каждый должен обладать в достаточной степени разумом, дабы вовремя
признать свое поражение и заняться чем-либо другим, где имеются шансы на
успех. И остаться уверенным в себе и собственной правоте, ведь нужно
выстоять - назло всем разочарованиям и необратимому, безжалостному ходу
времени.
"Вот стоят здесь друг против друга двое - один постарше, но, впрочем,
еще не старик, а другой - помоложе, хотя уже и не юнец. И прекрасно
понимают друг друга", - думал Томас.
"Вначале талантливый лингвист, затем - посредственный инженер-электрик,
он будто специально создан для Программы. И присоединился к ней двадцать
один год назад. Уже через пять лет назначен директором. Говорят, у него
красавица жена, хотя, помнится, с женитьбой связано что-то скандальное. Он
так и состарился, вслушиваясь в неслышимые голоса. А что сказать о Джордже
Томасе, поэте и романисте, - слишком рано познавшем вкус славы и еще в
молодости сделавшим открытие: успех может стать едва ли не обратной
стороной поражения, и слава, подобно смерти, приманивает разных шакалов,
пожирающих твои время и талант..."
- Как раз об этом я сейчас и пишу, - сообщил Томас.
- Я так и думал, - проговорил Макдональд. - Ну, и как, удается попадать
в унисон с правдой?
- Временами. Но я не об этом. У меня хорошая память, а правда не всегда
выглядит такой, как нам хотелось бы. Пишу я главным образом ради
успокоения духа юристов "Эры", специализирующихся на делах о диффамации.
- Работаете по специальности.
- Вы имеете в виду журналистику?
- Нет, похоронное ремесло.
- "Везде вокруг себя я вижу смерть".
- Я вижу жизнь.
- Отчаянье.
- Надежду. L'arnor che muove il sole e l'altro stelle [Любовь, что
движет Солнце и светила - Данте, "Божественная комедия", Рай].
"Он думает, я по-прежнему сижу в аду, - размышлял Томас. - Ибо не
завершил еще своего "ада", а он находится в раю. Ловкий тип, и раскусил он
меня быстрее, чем следовало ожидать".
- Lasciate ogni speranza voi ch'entrate! [Оставь надежду, всяк сюда
входящий - Данте, "Божественная комедия", Ад] Мы понимаем друг друга, -
сообщил Томас. - Эта Программа жива надеждой и верой...
- И еще - статистической вероятностью.
Томас ощущал, как у живота, пристегнутый к поясу брюк, неслышно шумит
магнитофон.
- Это просто другое название веры. А по прошествии более чем пятидесяти
лет статистическая вероятность уменьшается. Возможно, именно этому и
посвящу мою будущую статью.
- Пятьдесят лет - лишь мгновение, не более чем взмах ресниц на лике
божества.
- Пятьдесят лет - это срок активной профессиональной жизни человека. Вы
отдали всему этому большую часть своей жизни. Я и не сомневался, без боя
вы сдаваться не собираетесь, только вот ничего из этого сопротивления не
выйдет. Ну так как, вы со мной станете воевать или все-таки предпочтете
сотрудничество?
- Что бы такое вам показать, дабы ваше мнение изменилось?
- Буду откровенен с вами. Надеюсь, и вы со мной тоже. Я вряд ли смогу
изменить свое мнение, и не потому, что не привык пересматривать свои
взгляды, просто, скорее всего, вы не располагаете чем-то, способным меня
убедить. Как профессиональный репортер я стою на позициях скептицизма, и
Программа для меня - самое длительное в истории человечества
надувательство. Поколебать мое мнение могло бы лишь послание.
- Из редакции или с небес?
- С другой планеты. Ведь главное в этой Программе - именно послание, не
так ли?
Макдональд вздохнул.
- Да, речь идет именно об этом. Возможно, мы и договорились бы.
- А знаете, что случается с теми, кто заключает сделку с дьяволом?
- Рискну утверждать, вы вовсе не дьявол, а только его адвокат. Вы, как
и все, - просто с головой ушли в собственные опасения, надежды и
стремления, погрузились в жажду открытия и поиски истины, с тем чтобы
сразу же всем ее раскрыть.
- "Что есть истина"? - насмешливо спросил Пилат"...
- "И не дождался ответа" [Фр.Бэкон "Об истине" ("Of Truth")]. А мы
дождемся. Наша договоренность будет основываться на вашей доброй воле в
стремлении достичь желаемого. Мы станем помогать вашему расследованию лишь
в том случае, если вы намерены выслушать наш рассказ, и не станете при
этом затыкать ушей. А также, если вы намерены увидеть все, не пытаясь
закрывать глаз.
- Пожалуйста. Именно для этого я здесь.
- Должен признаться, мы сотрудничали бы с вами и без этого согласия.
Томас усмехнулся. Наверное, с тех пор, как он переступил порог
кабинета, это первая его улыбка, подумалось ему.
- Скажу откровенно, я слушал бы и смотрел и без вашего сотрудничества.
Спарринг на этом закончился, но так и не внес ясности, за кем же
осталось преимущество. В такого рода делах Томас неуверенности ощущать не
привык, и это его тревожило. Макдональд - безусловно достойный противник,
тем более, он искренне не считает себя таковым, а предлагает себя лишь в
качестве друга в совместном странствии к истине. Томас знал: нельзя
открываться ни на единое мгновение. Вне всяких сомнений, Программу
уничтожить он сможет, однако сама игра куда сложнее: все следовало
проделать таким образом, чтобы это разрушение не коснулось ни "Эры", ни
его самого. Честно говоря, Томас не так уже сильно переживал о судьбе
своей или журнала, - он просто не мог позволить себе проиграть.
Он попросил у Макдональда разрешения сфотографировать его за рабочим
столом и просмотреть бумаги, Макдональд лишь пожал плечами.
Рабочий стол Макдональда вполне соответствовал хозяину. Из книг здесь
лежали "Разумная жизнь в Космосе" и "Голоса тридцатых". Бумаги разделялись
на три стопки: разнообразная корреспонденция со всех концов света - письма
ученых, экзальтированных энтузиастов, несколько писем-обращений за
информацией, а также бездарные творения безумцев; документы технического
характера, инструкции, касающиеся внутренних дел Программы, и, наконец,
счета и заметки, имеющие отношение к повседневной деятельности Программы.
Последние ровной стопкой лежали в самом низу, слева, как бы в качестве
приза хозяину стола за тяжкие труды с перепахиванием бумажных гор. Справа
лежала основная масса бумаг - с краткими замечаниями, пометками и
резолюциями отчетов.
После того, как Томас завершил свою инспекцию, Макдональд повел его по
всему зданию, представлявшему собой постройку в по-спартански
функциональном стиле: крашеные бетонные стены, выложенные терракотой полы,
строгой формы плафоны освещения на потолках. Служебные помещения
напоминали школьные классы: в каждом висела доска, испещренная уравнениями
или исчерченная радиосхемами; комнаты мало чем отличались одна от другой,
разве что подбором книг да шторами на окнах или ковром на полу, и,
пожалуй, наборами личных вещей: часы, радиоприемники, магнитофоны,
телевизоры, трубки, фотографии и репродукции на стенах.
Макдональд представил Томасу научный персонал: моложавого Олсена,
волосы которого уже припорошила седина; страстного математика и историка
межзвездной связи Зонненборна - как всегда красноречивого, любознательного
и неугомонного; худощавого рыжего блондина Саундерса - флегматичного
философа с трубкой в зубах, автора многих их замыслов и начинаний;
румяного круглолицего инженера-электронщика Адамса, неизменно
озабоченного, скептически относящегося ко всему и вся...
Именно последнего Томас выбрал в качестве проводника по дебрям
технических проблем Программы. Выбор выглядел вполне естественно, и
Макдональду не пришлось протестовать. С проницательной улыбкой он
проговорил:
- На ужин забираю вас к себе. Хочу представить вас Марии, да и она
жаждет познакомиться с вами. Боб, расскажи ему обо всем, что он захочет.
"Хочет того Макдональд или нет, - размышлял Томас, - но Адамс должен
стать источником важнейшей неофициальной информации, и не только о
применяемых здесь технике и методиках, а в первую очередь о людях. Именно
это самое главное. А такой Адамс найдется в каждой группе".
Рабочие помещения являли собой оазисы мирного, сосредоточенного труда.
И хотя прошлое Программы казалось историей одной сплошной цепи
последовательных неудач, здесь сохранялись свои моральные устои. Весь
персонал работал так, будто шел первый, а вовсе не пятьдесят первый год
работы.
Технические помещения выглядели иначе и казались безжизненными.
Компьютеры и массивные электронные пульты управления пребывали в молчании,
все огни погашены, и табло указателей мертвы. Перед некоторыми
устройствами было разложено их содержимое; в этих внутренностях копались
люди в белых халатах, похожие на жрецов-оракулов, поглощенных поисками
вещих знамений в куриных потрохах. Зеленые глаза экранов ослепли. Биение
электронных сердец замерло, и стерильно белые стены, средь которых и
располагались все эти внутренности, создавали иллюзию операционного зала,
где наступила смерть - из-за потерянного смысла жизни.
Адамс на все смотрел иначе.
- Днем все здесь выглядит обыкновенно. Такое притихшее, легко
узнаваемое. Зато ночью, с началом прослушивания... Вы верите в духов,
мистер Томас?
- Свои духи есть у каждой цивилизации. Как правило, это боги ее
предшественниц.
- Духи нашей цивилизации - в ее машинах, - изрек Адамс. - Из года в год
они механически исполняют наши приказы, бессловесно, без единой жалобы; и
так происходит до тех пор, пока нечто не зачаровывает их, и тогда они
начинают выделывать такое, для чего не предназначались никогда, - отвечают
без всяких запросов, задают вопросы, на которые не существует ответов...
Машины пробуждаются к жизни ночью. Они раскланиваются друг с другом,
подмигивают единственным глазом, шепчутся меж собой и хихикают.
Томас провел ладонью по крышке какого-то пульта.
- А вам ничего не говорят.
Адамс взглянул на Томаса.
- Напротив, говорят они очень много. Вот только совсем не то, о чем
спрашивают. Быть может, мы не знаем точных вопросов? Или не понимаем, как
правильно следует их поставить. А вот машины знают. Уверен в атом. Они
обращаются к нам, будто в узком семейном кругу. А мы попросту не понимаем.
Или, скорее, и не хотим понять.
Томас повернулся к Адамсу.
- Но отчего же?
- Может, они силятся сообщить: там никого нет. Страшно подумать -
абсолютно никого, кроме нас, хоть исходи всю Вселенную вдоль и поперек.
Все для нас одних - весь этот спектакль, на который мы можем лишь глазеть,
но никогда не примем в нем участия; спектакль, поставленный для
единственного зрителя, способного понять его и ощутить свое одиночество.
- Поэтому и вся Программа изначально являла собой нечто безумное, не
правда ли?
Адамс помотал головой.
- Назовем это защитной реакцией человека. Невозможно ведь знать
наверняка, но просто исключить любые возможности тоже нельзя. Вот мы и
ищем без устали и страшно признать поражение и осознать: мы одни.
- А не страшней узнать, что мы как раз не одиноки?
- Вы так думаете? - участливо осведомился Адамс. - У каждого есть свое
собственное величайшее опасение. Вот я, например, боюсь, а вдруг там
никого нет, хотя разум и подсказывает: так оно, собственно, и есть. Я
говорил с другими, кого пугает сама возможность получения некоей
информации. Мне не удалось до конца понять их, хотя, наверное, можно
представить, что их ощущения - итог иных опасений и страхов.
- Расскажи мне, как все тут действует, - добродушно-фамильярно попросил
Томас. Исследованием опасений Адамса, рассудил он, можно будет заняться
как-нибудь в другой раз.
Прослушивание производится так же, как и пятьдесят лет назад, - главным
образом, путем приема радиотелескопами радиоволн, - с помощью громадных
антенных устройств, встроенных в естественные впадины, или посредством
управляемых параболических радиотелескопов, а также металлических антенн,
выведенных в космическое пространство.
Прослушивание в основном ведется на длине волны двадцать один сантиметр
- частоте колебаний свободного водорода. Пробуют и другие частоты, однако
наблюдатели неизменно возвращаются к главной частоте природы или ее
кратным производным. Искусство и усилия нескольких поколений инженеров
многократно повысили чувствительность приемников и свели на нет
воздействие естественного шума Вселенной и земные помехи. А поскольку шум
и помехи уже не мешают, остается то же, что и всегда - ничто. Нуль. Однако
они по-прежнему слушают, напрягая в надежде свой слух.
- Почему вы не бросите все это? - спросил Томас.
- Это длится едва пятьдесят лет. Меньше секунды по галактическому
времени.
- Но ведь ясно же, если бы кто-то или что-то отправляли сигналы, их
наверняка уже услышали бы.
- Может, там никого и нет... - задумчиво произнес Адамс. Сейчас его
глаза смотрели на Томаса вполне осмысленно. - Или все попросту только
слушают.
Томас в удивлении поднял брови.
- Знаете ли, слушать гораздо дешевле. Гораздо. Может, все они там
сидят, как на привязи, у своих приемников и не думают посылать сигналы.
Лишь мы и передаем.
- Так мы передаем? - быстро спросил Томас. - Кто же позволил такое?
- Здесь не слишком-то комфортно. Тут только работают, - сказал Адамс. -
Пошли выпьем кофе и я все объясню.
Одно из рабочих помещений переоборудовали под бар. Поставили два
столика с четырьмя стульями, а с трех сторон расставили автоматы вдоль
стен. Они тихо урчали, занятые подогревом или охлаждением еды и напитков.
За кофе Адамс принялся рассказывать историю всей Программы, начиная с
проекта ОЗМА и инициирующих публикаций и гипотез Коккони, Моррисона и
Дрэйка, более поздних достижений и заслуг Брэйсуэлла, Таунса и Шварца,
Оливера, Холи и Дайсона, фон Хорнера, Шкловского, Сагана, Струве, Этшли,
Кэлвина, Хуанга и Лилли, - последние попытки молодых энтузиастов найти
общий язык с дельфинами получили название "Закон дельфина".
Поначалу существование иных разумных существ во Вселенной не вызывало
сомнений. Возникновение планет, считавшееся ранее случайным процессом -
наподобие столкновения звезд - было признано естественным явлением,
неизменно сопровождающим рождение звезд из газовых облаков и глыб камня и
металла. Один-два процента звезд в нашей галактике, по всей видимости,
имеют планеты, где, возможно, могла зародиться жизнь. Поскольку в нашей
галактике - полтораста миллиардов звезд, по крайней мере миллиард, а то и
два-три из них имеют пригодные для жизни планеты.
- Миллиард звездных систем, где могла развиться жизнь! - провозгласил
Адамс. - Логично предположить: там, где возможно развитие жизни, она
разовьется.
- Жизнь - да, но человек-то уникален, - проговорил Томас.
- Вы солитарианин? - спросил Адамс.
- Нет, но на мои убеждения это никак не влияет.
- Возможно, человек и уникален, - продолжал Адамс. - Хотя галактик
много. Но уникален ли разум? У него большая живучесть. Если уж разум
возник - пусть и случайно - можно быть уверенным в его триумфе.
- Однако техника - нечто иное, - сказал Томас, осторожно отпивая
горячий кофе.
- Абсолютно иное, - подтвердил Адамс. - Как известно, к нам она пришла
совсем недавно, лишь по прошествии первой половины срока активного
существования Солнца, когда можно рассчитывать на существование жизни.
Гоминиды населяют Землю едва в течение одной тысячной периода ее
существования. Цивилизация развивается лишь миллионную часть данного
времени, цивилизация тех...
