Дж.Лэрд. Зазеркалье
страница №3
...нетой платить не намерен. Это... этокак-то низко, что ли, дядя, если ты меня понимаешь.
— О, конечно же, понимаю! Конечно, понимаю. Не буду настаивать, мой
дорогой племянник, ты сам знаешь, чего хочешь и как должен поступать...
Попрощавшись, Блейд дал отбой — за мгновение до того, как в его номер
постучали.
— Эмилио! Эмилио, это я, Лиззи! Черт возьми, открой, а не то я высажу
дверь! — эти вопли могли бы поднять целую роту, отдыхавшую после
тридцатимильного марш-броска с полной выкладкой. — Я ей глаза вырву! Я ей
волосы по одному повыдергиваю!
— Ты с ума сошла! — рявкнул странник, распахивая дверь и втаскивая в
номер слабо вякнувшую девчонку. — Что ты вопишь? У кого ты тут намерена
выдергивать волосы?!
— Она должна быть где-то здесь... — Лиззи вырвалась и, словно
охотничий пес по горячему следу, заметалась по комнате. — Где эта стерва?
Тут нет... и тут тоже нет...
— Да нет же здесь никого, дура! — вновь возвысил голос Блейд.
Обращение вновь оказалось отнюдь не джентльменским, но иного Лиззи в этот
момент понять бы и не смогла.
— Да... и вправду никого нет, — констатировала она, окончив свой
обыск. — Значит, уже успела убежать! — казалось, Лиззи ничуть не смущена
отсутствием соперницы.
— Дорогой, как ты низко пал, ты не брезгуешь теперь даже лысыми
женщинами — как сказала одна ревнивая супруга своему благоверному, не найдя
на его одежде ни одного женского волоска, — язвительно прокомментировал
ситуацию странник. — Ты что, обкурилась травки?
— Я видела ее! — воинственно заявила Лиззи. — Видела вас вдвоем. Ты
снял ее в галерее Хэммерсмита, так? А потом вы отправились ужинать в...
— А почему же ты тогда не знаешь, раз такая наблюдательная, что сюда,
в отель, я вернулся один? — поинтересовался Блейд.
— Ты вернулся сюда вдвоем с ней, — не моргнув глазом заявила Лиззи.
— И уже успел трахнуть, эту сучку!
— Ну, а если даже и так? — Блейду все это начинало уже надоедать.
— Я сказала, что глаза ей выцарапаю — и выцарапаю! — торжественно
объявила Лиззи.
— Что ж, действуй, — странник скрестил руки на груди. — Надеюсь, мне
ты ничем угрожать не станешь?
— Не стану... — глаза девушки задорно блеснули. — Не стану, если ты
докажешь мне, что у тебя хватит сил на двоих — и она с разбегу бросилась
ему на шею.
В эту ночь Блейду отдыхать не пришлось; Лиззи утихомирилась только
после пяти оргазмов.
"И все-таки, что я делаю здесь, в этом странной мире, в этом Серебряном
Зазеркалье? — с некоторой тоской думал Ричард Блейд, лежа возле сладко
посапывавшей девушки. За окнами медленно разливался серый предутренний свет.
— Чего я хочу? Завоевать Зоэ Коривалл, отобрав ее у самого себя? Но я все
равно уйду отсюда — через полтора-два месяца. Так зачем вновь рвать сердце,
приобретая то, что при самом сильном желании не сможешь захватить с собой? А
какое еще дело может быть у меня в этом мире? Выжить? Но тут это достаточно
легко. Я здесь никому не нужен. Даже ребята этого Пикебриджа с удивительной
легкостью выпустили меня из лап — хотя я на их месте нипочем бы не дал уйти
столь подозрительному субъекту. Единственное, что осталось — Лиззи и тот
тип в галерее... я уверен, что он следил за мной... неужели причина всему --
только ревность этой взбалмошной девчонки? Но, если она следила за мной
по-настоящему, то зачем примчалась сюда?.."
В этом месте рассуждений чувствовалась какая-то несообразность.
Постойте, а не была ли ревность только предлогом, чтобы вломиться в номер?
Но для чего столь сложный путь? Лиззи могла бы прийти и просто так... А
самое главное, зачем ей было метаться по номеру?!
"Ты, верно, совсем потерял форму, Ричард Блейд, — с ядовитой усмешкой
сказал он сам себе мгновение спустя. — Это могло быть что угодно. Рассовать
повсюду "жучков". Произвести визуальный осмотр — не оставил ли я чего на
виду. Большинство агентов попадается как раз на подобных мелочах --
достаточно одной забытой не там где надо бумажки. Что ж... Если Лиззи
стремилась к этому, свою задачу она выполнила виртуозно. Я почти попался. Ну
что ж, посмотрим, посмотрим..."
— Ты не забыл, что сегодня вечером у Бака очередные бои? — одеваясь,
спросила наутро Лиззи.
— Нет, конечно. Я там буду. Обязательно.
— А как прошла твоя встреча с тем мужиком в Дорсете? — с самым
невинным видом поинтересовалась девушка.
— Самым лучшим образом, — заверил ее Блейд, однако эти его слова
Лиззи отнюдь не удовлетворили.
— А почем я знаю, может, там была эта стерва — скульптор?
— Послушай, я, по-моему, уже доказал тебе, что меня хватит на всех
вас! — огрызнулся Блейд. Настырность этой девчонки уже начинала раздражать.
— Я тебе, извини, не обязан давать отчет о своих действиях.
Лиззи скорчила унылую гримаску.
— Да ты не сердись... Это ж я так... просто очень хорошо с тобой...
Когда за ней наконец закрылась дверь, Ричард Блейд в свою очередь начал
обыск. Не прошло и получаса, как в его коллекции оказались три миниатюрных
радиомикрофона, рассованных в такие места, где обнаружить их мог только
человек с большим стажем работы в разведке. На микрофончиках отсутствовало
фабричное клеймо, они могли быть сделаны и в Лондоне, и в Нью-Йорке, и в
Киеве, не говоря уж о Пекине.
Подозрения странника полностью оправдались.
Ну что ж, сегодня вечером он поговорит с этой девчонкой по-иному. Она
скажет ему все. Кем послана, какая у нее задача; в чем подозревают его,
Блейда... Странник угрюмо усмехнулся. Ты хотел развлечений — вот, получай,
пожалуйста!
Телефон в номере наверняка прослушивается. На всякий случай Блейд
развинтил трубку и корпус — жучков не было, но это еще ничего не значило.
Достаточно подсоединиться где-нибудь к линии.
Странник вышел на улицу. Ему вновь предстояло отдать инициативу
противнику. Ничего не поделаешь — если хочешь увидеть лицо врага, позволь
ему приблизиться к тебе.
Блейду было неспокойно. Он чувствовал себя не в своей тарелке, ему все
время казалось, что за ним по пятам следуют соглядатаи. Как уже говорилось,
он привык доверять своим подсознательным ощущениям, но на сей раз ему не
удалось обнаружить ничего подозрительного. Тем не менее он принял все меры
предосторожности, пересаживаясь с автобуса на автобус, выпрыгивая из вагона
подземки в самый последний момент, когда автоматические двери уже
закрывались. Ощущение слежки не исчезало, хотя Ричард Блейд по-прежнему не
видел никого, хотя бы отдаленно смахивающего на шпика.
В тот вечер у старины Бака собралось заметно больше зрителей, чем
обычно, и толстяк прямо-таки светился от удовольствия.
— Я сделал на тебе неплохие деньги, Эмилио, или пусть меня назовут
желторотым юнцом, использующим боксерскую перчатку вместо презерватива!
Только — ты уж извини — мне придется выставить против тебя кое-кого
посильнее.
— Выставить? Тебе? — удивился Блейд.
— Ну, не надо понимать все так буквально... Многие люди проиграли
из-за тебя свои пари. Деньги были поставлены небольшие, и не в них дело --
кое у кого взыграло самолюбие. Некоторые из моих посетителей достаточно
влиятельны в определенных кругах... и им не составило труда найти достойных
бойцов. Я слышал, что они собирались привести даже одного настоящего
китайца, мастера их странного дрыгоножества...
— Это их дрыгоножество, увы, опаснее старого доброго английского
бокса, — вздохнул Блейд, чем еще больше расположил к себе Шэллоу, бывшего
не просто профессиональным боксером, но еще и настоящим фанатиком этого
кровавого спорта.
Вечер проходил как обычно. Сперва Бак, как хороший антрепренер,
выпустил тех, кто послабее, и лишь когда публика достаточно завелась, настал
черед настоящих бойцов.
Лиззи выступила удачно. Вдвоем с Волосатым Гарри они умело заклевали и
в конце концов уложили на пол настоящего громилу, которому впору было
выступать в соревнованиях по японской борьбе сумо — настолько мощное брюхо
колыхалось перед этим индивидом.
Потом вышел Черный Зевс и, зло сверкая глазами, крепко поколотил
противостоявшего ему длинного тощего парня, претендовавшего на то, что он
классно владеет карате. И вот, наконец, настал черед Блейда.
Разгоряченная публика смолкла, словно по команде, когда странник вышел
на импровизированный ринг. Среди бойцов Шеллоу равного ему не было.
Добровольно против Блейда вышел бы только подставной с твердым заданием лечь
на пол через тридцать секунд после начала боя — так, чтобы не успеть
обрести особо дорогостоящие в лечении телесные повреждения.
Однако из темного прохода между столиками неожиданно появилась высокая
мощная фигура. Парень был выше Ричарда Блейда на полголовы, видом и
сложением своим напоминая незабвенных нуров из мира Катраза. Выпяченная
челюсть, волевой квадратный подбородок, короткие белые волосы ежиком,
холодные льдистые глаза... Блейд ощутил, как по спине пробежал холодок --
этот тип очень сильно смахивал на незабвенного Защитника, космического
рейджера паллатов. Его торс, руки, ноги казались только что сошедшими с
античных фресок, изображавших знаменитых олимпиоников. Он был сложен, точно
греческий бог, и в каждом его шаге чувствовалась недюжинная сила.
Блейд стоял, сузив глаза, и в упор разглядывал приближавшегося
соперника. Защитник из звездной империи паллатов? Откуда он здесь? Как попал
сюда, в подобный бар? Или ему, Блейду, все это просто мерещится? Защитник
паллатов оривэй был воплощением черт мужественного воина; отчего бы не
рождаться таким и на планете Земля?
И все же проверить не мешало. Когда Бак Шэллоу дал команду сходиться,
Ричард Блейд неожиданно протянул своему противнику руку.
— Я приветствую тебя, и биться с тобой станет для меня удовольствием,
— негромко произнес он. Кроме него, эту фразу в зале мог понять только один
человек — тот, что стоял сейчас перед странником, — потому что сказана она
была на языке паллатов оривэй.
— Чего-чего? — переспросил парень, недоуменно морща лоб. Это
"чего-чего?" было произнесено с ужасающим лондонским акцентом, на самом
настоящем кокни, а в глазах парня Блейд видел только искреннее недоумение.
Он не притворялся! Возможно, этот тип знал еще десяток языков, но только не
оривэй. Странник поспешил повторить свои слова по-английски.
— А... ну, дык для меня тоже, — парень хлюпнул носом и ничтоже
сумняшеся вытер сопли уголкам скатерти с крайнего стола.
Бой начался. И с самой первой секунды все сомнения Блейда ожили вновь.
Парень двигался, точно бездушная боевая машина, не совершая ни одного
лишнего движения. Это был стиль сетокан, доведенный до абсолюта, до полного
совершенства, — глубокие стойки, тяжелые мощные блоки, требующие отличной
реакции, стремительные прямолинейные атаки... Левую руку Блейда пронзила
острая боль, когда противник отбил первый его удар, и сам разведчик еле-еле
отвел в сторону быструю контратаку беловолосого.
Все это очень походило на поединок с Защитником в Талзане, только
теперь перед Блейдом словно бы стояло существо, более похожее на человека,
далеко не столь самоуверенное и оттого еще более опасное. Защитник? Или все
же талантсамородок, неведомо как попавший на лондонское дно, в ряды боевиков
местных мафиози?
Страннику приходилось нелегко. Он уже дважды пропустил удары, каждый из
которых отбрасывал его за пределы ринга, так что Блейд с трудом удерживался
на ногах. Бровь разведчика была рассечена, но, по счастью, неглубоко, и глаз
мог попрежнему видеть.
И в то же время противник Блейда казался целехоньким. Если это Защитник
местных паллатов — аналогов паллатов из земной галактики — дело плохо,
Защитники почти нечувствительны к боли, и с ног их может сбить только особо
сильный и хорошо рассчитанный удар. Те же, что удалось провести Блейду,
заставляли противника лишь слегка покачнуться.
Он начинал дышать все тяжелее и тяжелее. Лоб покрылся потом; теперь он
почти все время только защищался, не помышляя о нападении.
Блок! Отход! Контратака! Неудачно... левая рука ноет уже постоянно.
Блок! Уход в сторону! Ногой в коленную чашечку! Попал! Ага, согнулся?!
Сверху по затылку сцепленными руками... О-ох!
За миг до этого противник Блейда пошатнулся, его лицо наконец-то
исказилось от боли, казалось, он потерял равновесие и ориентировку. Блейд
поспешил воспользоваться этим — и угодил в искусно расставленную ловушку.
Кулак белобрысого парня мелькнул с быстротой молнии; страшный апперкот
поднял Блейда в воздух и швырнул на деревянный пол бара.
Глаза застлал красный туман. Боль в челюсти была такая, что, казалось,
там не осталось ни одного зуба и вообще ни одной целой кости. Сквозь шум
невесть откуда взявшегося здесь океана Блейд с трудом различил слабые звуки,
как будто кто-то негромко считал вслух:
— Один... Два... Три...
Эти цифры означали что-то очень важное. Он силился вспомнить и не мог.
— Четыре... Пять... Шесть...
Он почему-то твердо знал, что нужно собрать все силы и встать.
— Семь...
Ну да, конечно! Это же судья открыл счет — счет ему, Ричарду Блейду!
— Восемь...
Если дойдет до десяти, тогда все погибнет.
Ричард Блейд не мог в тот момент сказать, что же именно погибнет, но
это соображение подействовало на него совершенно магически. Слово "восемь"
еще не затихло, а он уже начал подниматься. При счете "девять" он вновь уже
стоял в боевой стойке, машинально слизывая сочившуюся из разбитой губы
кровь.
Беловолосый удивленно воззрился на восставшего врага. Впрочем, он не
сомневался в конечной победе. Оглушенный, в шоке — что сможет этот старикан
сделать против него?
Соперник Блейда вновь встал в низкую стойку. И — в мягком движении, в
точном соответствии с канонами школы "сетокан" ("все части твоего тела
движутся в одном направлении совершенно синхронно"), он не двинулся, не
качнулся, а словно бы "полился" вперед.
Этого-то и ждал Ричард Блейд. Пришел его черед обмануть противника
своей мнимой слабостью.
Вихрь вражеских кулаков был уже совсем рядом, когда странник внезапно
прыгнул. Он потратил на это последние остатки сил; в этот удар он вложил
все, что у него еще оставалось.
"Екагири" в прыжке вообще-то наносится с ходу, что увеличивает силу
удара, но в этом случае роль движения сыграли отчаяние и неуемная жажда
победы. Тело Блейда взвилось в воздух, словно подброшенное пружиной; до
хруста растягивая связки, он выбросил ногу вперед и вбок, целясь в лицо
соперника.
Он попал.
Белобрысого парня отшвырнуло куда-то в окружавшую темноту, в Хаос, в
Ничто. Только что он был здесь, только что он атаковал, подобно
смертоносному тайфуну, — и вот его нет, словно никогда и не было.
Блейд стоял, с трудом удерживаясь на ногах. Перед глазами все плыло,
сливаясь в сплошную бешеную пляску изломанных цветных полос. И внезапно из
этого хаоса появилось лицо соперника.
Он тоже двигался с трудом, этот странный противник Блейда. Лицо его
превратилось в кровавую маску, можно было лишь удивляться, как выдержали
шейные позвонки. Но тем не менее они выдержали, и, пошатываясь, шипя от
боли, беловолосый тоже нашел в себе силы подняться и вновь двинуться в бой,
собирая, как и Блейд, силы для последнего, решающего удара.
Оба противника ударили одновременно.
И оба попали.
Два тела грянулись на пол совершенно синхронно, словно связанные
незримыми нитями. Судья прерывающимся голосом начал отсчет, но его слова
тонули в диких воплях зрителей.
И все же какие-то слабые отзвуки достигли уже почти погасшего сознания
странника. Опять цифры! Опять эти проклятые цифры! И значит, ему снова надо
вставать...
Блейд поднялся при счете "девять". Его противник не поднялся вовсе.
В чувство странника привели руки Лиззи.
Глава 5
Окончательно Блейд пришел в себя только на следующее утро. Он лежал в
постели, в своем гостиничном номере; первым ощущением было — зачем мне
намотали на лицо эту марлю?
— Лежи смирно, — послышался знакомый голос. — Лежи, доктор наложил
несколько швов. Пока они хоть немного не подживут, тебе лучше поменьше
двигаться.
— Лиззи?! Ч-что ты здесь делаешь?..
— Ухаживаю за тобой, разве не видно? — сердито отозвалась девушка.
Блейд молча откинулся на подушку. Вчерашний бой дался ему очень и очень
дорого. Вряд ли он был сейчас в состоянии выдержать еще один раунд против
подобного противника.
Девушка хлопотала рядом, готовя какие-то мази и примочки. Что она здесь
все-таки делает? Или ее хозяева настолько наивны, чтобы пребывать в
уверенности, будто он, Блейд, не раскусит их детскую уловку?
— Забрала бы ты свои микрофоны, Лиззи, — странник пошел напролом. Не
самый изощренный ход, но порой бывает очень эффективным.
— Микрофоны? — Если это удивление было притворным, то в Лиззи погибла
великая актриса, достойная сцены Королевского шекспировского театра. --
Какие микрофоны, Эмилио? Я не понимаю тебя.
— Вчера ты распихала по номеру жучки, — морщась от боли в ноющей
челюсти, пояснил Блейд. — Я хотел бы знать, зачем ты это сделала. И не надо
клясться, будто не имеешь к этому никакого отношения.
— Но... но я действительно не имею к этому никакого отношения... --
пролепетала Лиззи с непритворным страхом.
Блейд задумался. Похоже, девчонка и в самом деле не лжет. Чтобы так
сыграть изумление... Тем более, что доказательств у него никаких. Впрочем...
— У тебя есть с собой тальк?
— Есть, конечно, — озадаченно отозвалась девушка. — А зачем он тебе?
— Сейчас увидишь.
Профессионал должен уметь зафиксировать отпечатки пальцев при помощи
любых подручных средств. Кисточкой для чистки электробритв Блейд осторожно
смахнул лишний порошок с крошечной коробочки радиомикрофона. Лиззи
взволнованно сопела у него над плечом,
— А теперь возьми в руку вон тот стакан... спасибо. Сейчас мы все
узнаем.
— Теперь ты убедилась? — мрачно спросил Блейд девушку пятнадцать
минут спустя. Отпечатков на микрофоне осталось немного, однако характерный
шрам, рассекавший подушечку указательного пальца Лиззи, был одинаково четко
виден и на микрофоне, и на стакане.
— Ты все еще будешь отпираться?
— Буду! — вскрикнула Лиззи. — Буду! Потому что я этого не делала,
Эмилио, не делала! Я... я призналась бы тебе во всем, если бы мне было в чем
признаваться! Но мне не в чем, не в чем, клянусь... клянусь всем святым!..
Все это кончилось бурными и самозабвенными рыданиями.
— Ты и впрямь отменно играешь, — медленно сказал Блейд. — Что ж, я
на тебя не в обиде. Ты делала свою работу. Но скажи мне — для кого? Кто
приставил тебя ко мне? Как вычислил, что я окажусь в баре Шэллоу?
— Я-а... не понима-а-ю-у... — донеслось сквозь рыдания.
Скрипнув от боли зубами, Блейд поднялся. Ребра как будто целы... а
остальное — это пустяки.
— Нет, ты понимаешь! — Он схватил Лиззи за руку, чисто машинально
закрываясь от захвата. — И ты скажешь мне — добровольно или нет! — он
скорчил самую свирепую физиономию, на какую только был способен. — Ты
думаешь, что я такой добряк?! Сейчас привяжу тебя к стулу и начну пытать --
да так, что никаких следов не останется, и ты не сможешь даже обратиться в
полицию. — Он как следует встряхнул девчонку за плечи. — Ну, будем,
говорить? Или мне применить к тебе крайние меры?
— Применяй что хоче-ешь... А я-а-а все равно-о ничего-о не знаю-у-у...
Черт побери! Не пытать же эту пигалицу и в самом деле?!
— Ну, тогда пеняй на себя! — сурово произнес Блейд и принялся
прикручивать слабо сопротивляющуюся девчонку к стулу простынями.
Закончив с этим, он принялся зажимать между ее пальцами карандаши,
перекручивая все это тонким кожаным ремешком, снятым с головы самой Лиззи.
Девушка наблюдала за этими приготовлениями, и глаза ее постепенно
расширялись.
— Не забывай, что я из Аргентины, — зловещим тоном произнес Блейд. --
Там у нас с подобными вещами очень просто. Это вы, европейцы, прямо-таки
помешались на правах человека... Ха! Я смеюсь над этими правами! И сейчас я
докажу тебе, что все красивые слова — не более, чем сотрясение воздуха.
Видишь ли, я очень не люблю, когда за мной следят. Одного такого шпика я
просто расчленил на части — еще дома, в Аргентине... Полиция его так и не
нашла.
Лиззи вновь заплакала, теперь — уже от настоящего страха.
— Эмилио... я клянусь тебе... даже если ты замучаешь меня до смерти...
я тебе все равно ничего не смогу рассказать...
— Вот это мы сейчас и проверим, — деловито заметил разведчик,
затягивая последний узел в своей сложной плетенке, что опутала пальцы левой
руки Лиззи.
Однако за его уверенным и жестким видом скрывалась растерянность. Он
дошел уже до самого края. Не пытать же, в самом деле, эту девчонку!..
И тут его волной затопила злость. А, собственно говоря, почему бы и
нет? На микрофоне — отпечатки ее пальцев! Она принесла их сюда, это яснее
ясного. За такие дела нужно платить. И довольно дорого.
Странник слегка потянул за ремешок.
Карандаши сдавили пальцы Лиззи, ее лицо сморщилось, она вскрикнула...
Пока еще не от боли, больше от страха, от того, что Рубикон оказался
перейден и за нее взялись понастоящему.
— Эмилио, я ничего не знаю-у!
"Если она станет так вопить, пожалуй, сюда сбежится вся охрана отеля,
— мрачно подумал Блейд. Неужто девчонка говорит правду? Или она из особо
храбрых?.."
Нет, Лиззи была обыкновенной девушкой, пусть и с довольно-таки
отчаянным характером. Она не боялась боли, когда пропускала удары на ринге.
Но ее никто и никогда не пытал сознательно, никогда она не оказывалась
бессильной и беспомощной в руках врага; это стало настоящим шоком. По лицу
ее градом катились слезы, губы кривились в некрасивой, какой-то детской
гримасе.
Притворяться настолько хорошо она вряд ли смогла бы.
— Ладно, — сумрачно бросил Блейд. — Я тебе верю. Но если не ты
принесла сюда эти штуки — то кто тогда? И откуда на них твои отпечатки?
— Но... может... я принесла их сюда... и забыла? — медленно выдавила
из себя Лиззи, трясясь от страха.
— Принесла и забыла? — Блейд усмехнулся. — Так, значит, ты
признаешь, что они — это твоих рук дело?
Лиззи обреченно молчала.
Странник задумался. Он вновь провоцировал противника на следующий ход.
Он специально оставил микрофоны на местах. Пусть те, кто устанавливал их,
слышат все — может, это подвигнет их на какие-то более активные действия?
А девчонка, похоже, все-таки не врет. Но сообщать ей об этом выводе,
пожалуй, пока не стоит.
— Сейчас я тебя развяжу, — хмуро сообщил своей собеседнице Блейд. --
Считай, что ты меня убедила. Но будь я проклят, если понимаю, как тогда эти
штуки оказались здесь!
"На самом деле все просто. Либо Лиззи и в самом деле невероятно умело
меня разыгрывает, либо она находилась под ментальным контролем. Ей отдали
приказ — а потом велели все забыть. Эдакое зомбирование. Фантастика,
конечно, но в Измерении Икс ничего нельзя заранее считать невозможным".
Что ж, наживка заброшена. Теперь оставалось только ждать, чтобы враг
клюнул на приманку. Блейд быстро отыскал чистый клочок бумаги.
"Если ты и в самом деле хочешь помочь мне, начинай кричать как можно
убедительнее", — написал он, сунув записку под нос Лиззи. Та кивнула.
Девушка вопила самозабвенно и со знанием дела. Блейду пришлось открыть
на полную мощность краны в ванной, чтобы сюда и впрямь не сбежались бы люди.
Примерно через пятнадцать минут этого радиоспектакля внезапно зазвонил
телефон. Блейд подмигнул Лиззи и снял трубку.
— Эмилио Гонзалес? — осведомился спокойный и вежливый голос. — Мы
хотели бы поговорить с вами. Надеюсь, вы понимаете, что будет означать для
вас лично отказ.
— Допустим, — ответил Блейд, отражая в голосе некоторое, строго
дозированное количество волнения. — Я готов поговорить с кем угодно.
Давайте, я вас слушаю.
— Кто вы такой?
— А кто вы такие, чтобы я отвечал вам? — в свою очередь спросил
странник.
— Достаточно серьезная организация, могущая причинить вам достаточно
серьезные неприятности. Помните вчерашнего беловолосого парня? А ведь он
действовал еще не в полную силу...
Слушая речи своего невидимого собеседника, Блейд поспешно зажал ладонью
микрофон трубки и сделал Лиззи знак подойти поближе.
"Позвони на телефонную станцию, пусть выяснят, откуда этот звонок к
нам". Лиззи кивнула, вгляделась в написанный на аппарате номер и вихрем
выскочила из комнаты. Теперь оставалось только подольше удерживать этого
типа.
— Ну, допустим, я соглашусь с вами разговаривать, — принялся тянуть
время Блейд. — А что конкретно вы хотите узнать? Детали моей биографии?
— Вашей настоящей биографии, — с нажимом сказали в трубке.
— Что, если вы как следует попросите, а лучше, если еще и
представитесь... — продолжал свою песню странник.
— Мы вас очень хорошо попросим, — раздалось в ответ. — Ваша девушка,
Зоэ Коривалл... с ней могут произойти очень большие неприятности. Мы поняли,
что она чем-то дорога вам. Полагаю, вы были бы огорчены, получив ее тело в
посылке... расчлененное на несколько кусков.
— А вы не боитесь, что я заявлю в полицию? — спокойно осведомился
Блейд. — Если вы намекаете на мою вину перед английским законом, то она не
столь велика. А вот замысленное вами тянет на пожизненное заключение.
— Что ж, это будет даже любопытно, — усмехнулись на другом конце
линии. — Мы — против всей английской полиции! Вы не жалеете местных
полисменов, дорогой Эмилио.
— Вы весьма самоуверенны.
— Извините, наша приятная беседа затягивается, а у меня, к сожалению,
очень много дел. Я передаю трубку милой Зоэ Коривалл. Надеюсь, это сделает
вас более сговорчивым.
— Черт!
— Я рад, что вы правильно оцениваете ситуацию, — ехидно заметил
приятный голос и замолчал.
Некоторое время в трубке все было тихо: затем послышалось какое-то
неразборчивое мычание — словно у человека был заткнут рот, — и спустя
мгновение Блейд услыхал дрожащий голосок Зоэ:
— Эмилио, это вы? Во имя всего святого, это вы, Эмилио?
— Я, я, Зоэ, — хрипло вырвалось у странника.
— Меня схватили... схватили и увезли, прямо от моего дома... Я
остановила такси... а там... Привезли куда-то за город... Они говорят, что
вы должны приехать на встречу с их людьми... Немедленно и один. Не сообщая в
полицию... — В трубке послышался внезапный шум. — Ой, они говорят, что вы
можете сообщать кому угодно, хоть У Тану... Они... они грозятся разрезать
меня на мелкие кусочки!.. — в голосе Зоэ послышались рыдания.
В горле Ричарда Блейда застыл громадный липкий отвратительный ком,
который никак не удавалось проглотить.
— Не бойся, девочка, — сквозь зубы проговорил он. — Ничего эти
мерзавцы с тобой не сделают. Это говорю тебе я... Эмилио Гонзалес! Передай
этим трупоедам, что я приеду в их осиное гнездо. Пусть озаботятся заказать
должное количество гробов для себя, катафалков и венков — по вкусу.
— Вам следует ждать нашего человека на Чэринг-Кросс Стейшн, третья
платформа, через двадцать пять минут. Берите такси и приезжайте. Имейте в
виду, наши люди уже там. Так что если вы вызовете полицию, это будет
означать и для нее, и для вас только крупные неприятности, — спокойно
проговорил солидный мужской голос, и в трубке раздались короткие гудки.
Блейд опустил трубку на рычаг. Теперь все зависело от того, сумела ли
Лиззи засечь номер, с которого звонили...
Дверь распахнулась и, легка на помине, девушка влетела в номер.
— Удалось! Удалось! — с порога выпалила она. — Вот, я записала, --
она сунула Блейду бумажку с номером и адресом.
— Отличная работа, детка, — похвалил ее Блейд. — Слушай, мне нужно
сейчас немедленно уйти. Позвони вот по этому номеру, — странник торопливо
нацарапал на бумажке рабочий телефон Дж. — то есть, с точки зрения
конспирации, совершил абсолютно недопустимый поступок. — Попроси разыскать
Ричарда Блейда. Запомнила? Ричарда Блейда. Скажи, что это очень важно. Что
речь идет о жизни и смерти. Назови имя — Зоэ Коривалл. Скажи, что она
похищена гангстерами и я, Эмилио Гонзалес, отправился ее спасать. Через...
двадцать две минуты у меня свидание с этими мерзавцами на Чэринг-Кросс.
Третья платформа. Ну, действуй, малютка! И... прости меня, что я не верил
тебе.
Не дожидаясь ответных слов, Блейд опрометью бросился прочь из номера.
Конечно, он постарался бы сам дозвониться до своего здешнего двойника,
но каждая минута ценилась больше, чем на вес золота. Блейд не стал
рисковать. Он заставит их попотеть, этих мерзавцев!
У входа в отель, как обычно, дежурило несколько машин. Странник
распахнул дверцу.
— Вокзал Чэринг-Кросс, и побыстрее, пожалуйста!
— А вы не забыли свой багаж, сэр? — вежливо осведомился шафер, не
спеша трогаться с места.
— Ничего я не забыл! — зарычал Блейд, скорчив настолько свирепую
мину, что у водителя тотчас исчезло всякое желание задавать вопросы.
Дома. Кварталы, перекрестки, светофоры, красные двухэтажные автобусы,
которые так нелегко обходить... Машина влетела на пологий пандус
Чэринг-Кросса за две минуты до назначенного неведомыми похитителями срока.
Блейд бросил таксисту крупную купюру и, не дожидаясь сдачи, ринулся к
третьей платформе. У него не было посадочного билета, пришлось прыгать через
турникеты под возмущенные возгласы двух смотрителей.
— Я заплачу штраф! — на бегу бросил им разведчик, — Когда пойду
обратно!
В чем он, правда, весьма сильно сомневался.
Его уже ждали шестеро молодых людей с квадратными челюстями и
широченными плечами, в одинаковых серых плащах и широкополых шляпах. Они
оделись словно бы специально для мюзикла "Страшная лондонская мафия", чем
несказанно удивили Блейда. Подобной униформы он никак не ожидал.
Его обступили со всех сторон. Ловкие пальцы пробежали по карманам
странника.
— Оружия нет, — произнес производивший обыск.
— Ладно. В машину его! — последовала команда.
В тесном кольце, словно президент в окружении телохранителей, Ричард
Блейд торжественно прошествовал к поджидавшему всю компанию черному
лимузину. Блейда посадили на заднее сиденье, между двумя парнями в серых
плащах. Все шло точно по сценарию гангстерского боевика.
Блейд не сопротивлялся. Он прекрасно понимал, что торговаться с этими
нелюдями бесполезно. У него был только один шанс — прорваться в самое
сердце этого паучьего гнезда и выкосить его до последнего человека. Тогда --
не раньше! — эти типы вспомнят человеческую речь.
Машина с затемненными стеклами мчалась по лондонским улицам. Уже второй
раз за неполную неделю своего пребывания здесь Блейд оказывался в подобном
положении. В случае с Пикебриджем все обошлось; как-то обернется сейчас?
Наконец взвизгнули тормоза и заглох мотор. Дверца лимузина
распахнулась, и внутрь просунулось пахнущее мокрым железом и оружейной
смазкой дуло крупнокалиберного автомата.
— Выходи! — скомандовали Блейду. Машина стояла в грязном,
замусоренном дворе-колодце. Слепо таращились темные запыленные окна; возле
сорванных с петель дверей, словно ведьмы на шабаше, мелькали тени бродячих
кошек.
— Сюда! — странника повели к узкой щели, до половины засыпанной
мусором. За ней оказался длинный узкий проход — плечи разведчика касались
стен. Позади на некотором отдалении шагал автоматчик; скрыться было
невозможно, не приходилось и думать о побеге. Впрочем, пока Блейд и не
собирался бежать.
Узкая щель окончилась железной бронированной дверью, покрытой пятнами
вековой ржавчины. Очевидно, за приближением пленника наблюдали — петли
надрывно заскрежетали, когда страннику оставалось сделать до порога
несколько последних шагов.
Потом была узкая винтовая лестница, ведущая куда-то вниз, и тусклые
лампы в проволочных сетках, и затхлый воздух какого-то давно заброшенного
бомбоубежища, не открывавшегося, наверное, со времен второй мировой. Наконец
долгий путь окончился. Блейда ввели в длинное и низкое помещение без окон,
залитое мертвенно-ярким светом люминесцентных ламп.
В дальнем конце поперек прохода стоял длинный канцелярский стол. По
бокам, точно истуканы, застыли двое беловолосых парней — почти точные копии
того самого соперника Блейда, что едва не уложил странника в заведении
Шэллоу. Блейду все стало ясно.
Разумеется, этих типов сюда поставили не случайно. Пленнику четко
давали понять, куда он попал и с кем ему предстоит иметь дело. "Разумно,
весьма разумно... — подумал он. — Если только я попадусь в эту ловушку.
Ну, а я, конечно же, не попадусь".
За столом восседал высокий худощавый мужчина с копной пепельно-серых
волос. Узкий разруб прямого рта, холодные, глубоко посаженные глаза, хищный,
выдающийся вперед нос, заостренный подбородок, тонкая ниточка усов над
верхней губой... Нет, на паллатов оривэй, прекрасных и миролюбивых, этот тип
явно не походил. Одет он был в непритязательный темный костюм, а прямо на
столе поверх бумаг был водружен ручной пулемет с уже заправленной лентой.
Слева же от стола сидела привязанная к стулу Зоэ. Рот девушки был
заткнут грязной тряпкой; на тонких запястьях вздулись багровые рубцы от
грубо врезавшихся в тело веревок. Рядом с Зоэ стояли трое мужчин самого
злодейского вида — небритые, в черных пальто, с головы до ног увешанные
разнообразным оружием.
Карикатурность этих гангстеров прямо-таки била в глаза. Вероятно, решил
Блейд, они находятся здесь для устрашения.
Подталкиваемый в спину, он подошел к самому столу. Теперь ствол
пулемета уставился ему в грудь; вдобавок белобрысые охранники тотчас навели
на него и свое оружие.
Босс шайки поднял голову.
— Приветствую вас, достопочтенный Эмилио, — это был тот самый
приятный мужской голос, что разговаривал со странником по телефону. — Я
рад, что вы наконец-то смогли присоединиться к нашей компании.
Присаживайтесь, прошу вас. Курите — это настоящие "Корона-Корона". Разговор
у нас будет долгим.
— Я охотно потолкую с вами, мистер Инкогнито, — спокойно ответил
Блейд, — если вы, в свою очередь, отпустите девушку. Я здесь один и без
оружия, в окружении ваших подручных, которые, по-моему, сейчас свалятся под
тяжестью навешанных на них стреляющих приспособлений. Я в ваших руках --
освободите Зоэ.
— Мы безусловно и с охотой сделаем это, — любезно улыбаясь, заверил
странника главарь. — Но лишь в том случае, если вы, мистер Эмилио,
удовлетворите наше любопытство...
— Тогда задавайте вопросы, — пожал плечами Блейд. — Так мы только
зря теряем время.
— Как вы нетерпеливы! — Предводитель положил острый подбородок на
сцепленные вместе пальцы рук, уперевшись при этом в стол локтями. — Но,
если вы так настаиваете, обойдемся без долгих вступлений. Кто вы такой?
— Вы же знаете, — нарочито зевнул Блейд.
— Мы знаем. Мы знаем, каким образом вы заполучили документы на имя
Эмилио Гонзалеса. Костлявый Фред работает на нас.
"Так вот откуда качество!" — запоздало догадался разведчик.
— Рад за вас, — Блейд независимо закинул ногу на ногу и
демонстративно потянулся за сигарой. — Но если вы настолько хорошо
осведомлены, к чему вся эта комедия?
— Потому что мы знаем, каким образом вы обрели нынешнее имя, но
понятия не имеем о вашем настоящем прозвании. И, не серою, мы очень хотели
бы это узнать.
— Понятно, — Блейд выпустил в потолок толстую струю дыма. --
Очевидно, сперва вы решили действовать убеждением, а потом перейти к
физическим методам воздействия?
— Вы совершенно правы, — босс улыбнулся. Так, наверное, могла бы
улыбаться лошадь.
— А если я предложу вам любезность в обмен на любезность? Вы скажете
мне, зачем вам все это нужно, отпустите девушку, а я — честное слово
джентельмена! — назову вам свое настоящее имя?
Зоэ слабо трепыхнулась на стуле. Широко раскрытые глаза художницы
смотрели на Блейда с ужасом и надеждой.
Казалось, босс с лошадиной физиономией заколебался.
— Вы же не боитесь полиции, — странник торопился развить первый
тактический успех. — Зачем она вам? Вы ведь использовали ее только как
приманку, чтобы вытащить меня сюда. Ну вот, я здесь. Отпустите Зоэ!
Уголок рта предводителя пополз вниз, придавая всей его костлявой
физиономии необычайно зловещий и отталкивающий вид.
— Нет, мы это не сделаем, — глухо произнес он. — Пока еще не
сделаем. Ее будущее зависит от ваших ответов, мистер Эмилио!
Блейд молча пожал плечами.
— Я уже высказал вам свое предложения. Слово за вами.
— Ну, хорошо! — внезапно решился вожак. — Нам очень важно знать, кто
вы, Эмилио. Вы, конечно, никакой не Гонзалес и даже не испанец. Ваш
английский совершенен; я склонен считать вас уроженцем острова. Когда вы
попали в поле зрения Пикебриджа, то — автоматически — угодили и в наш
собственный список. В банке данных вас не оказалось. Мы снова и снова
проходили по спискам местного преступного мира, по картотекам людей,
укрывающихся от уплаты налогов или алиментов... вас нигде не было. Круг
наших поисков расширялся, результат же оставался нулевым.
— Все это, конечно, очень занимательно, но я бы хотел услышать выводы,
— спокойно заметил Блейд.
— Наш вывод прост. Мы вас не знаем, мистер Эмилио. Наша организация
очень, очень могущественна, и мы не терпим конкуренции. Вы должны или стать
одним из нас... или исчезнуть.
— Откуда такая узколобая постановка вопроса? — поморщился странник,
по-прежнему соблюдая полное спокойствие. — Конкуренция, организация,
исчезнуть... Чем я мешаю вам? Вы отлично знаете, чем я занимаюсь...
— Не знаем, мистер Эмилио! Не знаем, но очень хотим узнать. Не станете
же вы утверждать, что намерены и дальше зарабатывать на жизнь, выступая у
старины Бака?
Обе стороны вели хитрую игру, даже не двойную, а тройную. Блейд ничем
не выдал своей догадки — о том, кем в действительности являются пленившие
его и Зоэ типы, и этим спутал противнику все карты. Для себя он решил, что
имеет дело либо с выродками-паллатами, либо с местными аналогами тех
звездных пришельцев, что иногда посещали Землю. Почему бы и нет? Если эта
реальность настолько похожа на земную, что тут есть и Англия, и Лондон, и
Дж., и даже свой Ричард Блейд, почему бы здесь не существовать и аналогам
паллатов из земной галактики? К сожалению, они были не столь миролюбивы, как
истинные. По совести говоря, Блейду даже не хотелось называть их паллатами.
Тем временем споры и препирательства продолжались, и босс пришельцев --
если это в самом деле были пришельцы — начинал терять терпение. Ему
оставалось только в открытую заявить о том, кем он считает Блейда, или же
прибегнуть к пыткам. Последнее Ричард Блейд считал пока еще маловероятным,
но... имея дело с подобными господами, нужно быть готовым ко всему.
— Итак, я вынужден заключить, что вы отказываетесь помочь нам, — как
можно более зловещим голосом произнес предводитель, привставая. — И я с
глубоким прискорбием вынужден известить вас, мистер... Эмилио, что мне
придется начать медленно резать на кусочки эту очаровательную мисс.
Стоявшие вокруг Зоэ громилы как по команде направили все свое оружие на
Ричарда Блейда.
По знаку босса откуда-то из-за спины странника появился новый участник
происходящего — тот самый, что был противником Блейда в баре. Залихватски
подмигнув разведчику, он достал из кармана опасную бритву, раскрыл ее и,
поигрывая лезвием, направился прямиком к Зоэ.
Девушка закатила глаза и обмякла — похоже, потеряла сознание от ужаса.
— Стойте! — голос Блейда звучал глухо и сдавленно. — Не трогайте ее.
Давайте возобновим переговоры...
— Давно бы так, — ухмыльнулся вожак, вновь опускаясь в кресло.
— Так что же вы хотите узнать?
— Ваше настоящее имя?
— Ричард Блейд, к вашим услугам.
— Ричард Блейд, — босс откинулся на спинку. Весь вид его выражал то,
что обычно именуется "чувствам глубокого удовлетворения". — Ричард Блейд...
Да, я знаю, именно так вы сначала и представились Пикебриджу...
— Моя личность была подтверждена... — угрюмо проговорил разведчик. На
самом деле ему было все равно, о чем сейчас разговаривать — важно было
выиграть время. Время, будь оно трижды проклято! Если Лиззи удалось
дозвониться до Дж. Если старый ястреб сумел быстро отыскать
Блейда-младшего... Если тот тоже не стал терять времени даром (впрочем, в
последнем странник был более чем уверен)... тогда можно было рассчитывать на
помощь. И лучшей помощью, конечно, стали бы пара взводов королевской морской
пехоты. Даже целый батальон! Если у этих типов имеются излучатели — такие
же, как у паллатских Защитников, — то дело будет горячим...
— Да, вашу личность удостоверил один человек, к которому мы уже очень
и очень давно подбираемся.
По спине Блейда пополз неприятный холодок. Вот так так! Подобного он
никак не ожидал. Похоже, и Зоэ, и он были всего лишь ступеньками на пути
этих господ к Дж. А если выяснится, что в этой реальности есть еще и лорд
Лейтон со своими гениальными мозгами...
Странник сжал кулаки. Он физически ощущал направленные на него стволы,
ясно чувствуя, что в этих стволах могут таиться отнюдь не обычные пули --
дуры, по меткому утверждению одного полководца.
— Допустим, — медленно произнес он. — И что же вы хотите от меня?
— Мы по-прежнему хотим знать, кто вы такой, холодно глядя в глаза
страннику, отчеканил босс. — Мы, разумеется, проверяли эти сведения. Они не
подтвердились. Вы не Ричард Блейд, почтенный! Настоящий Ричард Блейд
примерно на шесть лет вас моложе. Он капитан, а вы назвались полковником.
Что же это за игра, мистер Инкогнито? Вы ведь не могли не знать, что каждое
ваше слово будет проверено трижды и четырежды! И тем не менее вы назвались
чужим именем. Ну, я бы понял вас, если бы, вырвавшись из рук Пикебриджа, вы
насколько возможно быстро постарались бы покинуть пределы страны; так ведь
нет! Вы совершили прямо противоположное! Обзаведшись фальшивым паспортом, вы
преспокойно обосновались в Лондоне. Что это — просчет опытного
профессионала, или?..
Это "или" должно было, по идее, звучать весьма впечатляюще.
Блейд молча пожал плечами.
— Проделав все вышеизложенные выкладки, — продолжал тем временем
предводитель, — мы пришли к одному выводу. Каким-то образом — сейчас
неважно, каким — вы заполучили способность общаться с человеком, известным
нам под инициалом "Дж.". Нас это устраивает. Мы не выдадим вас полиции,
сохраним в целости и сохранности прелестное тело вашей подружки, если вы,
мистер, сможете проникнуть в секретную лабораторию лорда Лейтона под замком
Тауэр и выяснить, что там происходит.
По спине Блейда ручьями тек холодный пот. Так вот что они задумали!
Хорошо умеют просчитывать, будь они трижды неладны! Видно, им не нравятся
кое-какие научные достижения землян!
— А если нет? — хрипло прозвучал его голос. Страннику показалось
сперва, что это и говорит вовсе не он, а кто-то иной, овладевший его телом.
— Если нет... Если нет, то вы ведь можете и не вернуться домой, мистер
Ричард Блейд, — в упор глядя в глаза разведчику, отчеканил босс. — Пришло
время сыграть в открытую, мистер Блейд. Мы сильно подозреваем, что профессор
Лейтон занимается опытами, связанными с мгновенным преодолением
пространственно-временного континуума. Вы должны подтвердить или же развеять
наши опасения. Как вы сделаете это — уже ваша проблема. Мы прорваться туда
не смогли.
— Черт вас побери, да кто же вы такие, в конце-то концов?! — прорычал
разведчик. — И что вы такое болтали насчет дома? Вы что, намерены засадить
меня под замок до скончания веков?
— Нет... вовсе нет... — босс медленно цедил слова, пряча за кажущейся
многозначительностью некоторую растерянность. Блейд понимал ее причины. Эта
премилая компания, кажется, доискивалась доказательств того, что он, Блейд,
пришелец из другого мира, из иной реальности. Для этого было подкинуто
несколько приманок, но ни на одну из них он, что называется, не "купился".
Тогда босс решил пойти напролом.
Блейд, однако, не поддался и на это. Его задачей было сейчас как можно
сильнее запутать противника. Пусть поломают себе голову, эти пришельцы! Ишь,
Лейтон им потребовался!.. Они его не получат, уж я постараюсь, пообещал сам
себе разведчик.
— Ну хорошо, допустим... — протянул Блейд. На появление подмоги он
уже не рассчитывал. — Допустим, я возьмусь за ваше задание. Что я получу
взамен? Учтите, я бесплатно не работаю.
— Разве возможность вернуться не есть достаточная плата? — деланно
удивился предводитель.
— Вернуться? Куда? Здесь моя родина, упрямый вы осел! — Блейд
вскочил, всем видом своим изображая благородное негодование. — А из ваших
тюрем я все равно выберусь, вот увидите. — Он сел.
Босс с сомнением пожевал губами — ну точь-в-точь старый мерин над
кормушкой с овсом.
"Нет у тебя никаких доказательств, урод, нету! — злорадно думал
странник. — Думай хоть до размягчения мозгов, тебе не доказать, что я — из
иного Измерения. А мне надо поторговаться. Надо набивать цену..."
Последовавший затем торг оказался и впрямь примечательным. Блейд
потребовал гонорар не в алмазах или тому подобных безделушках, а в
недвижимости. Босса это обстоятельство, похоже, поразило в самое сердце.
— Но отчего же не взять в более удобном эквиваленте? — недоумевал он.
— Мы можем предложить банкнотами Государственного Банка... Вы сами
приобретете себе то, что сочтете нужным!
— Ну уж нет, — парировал Блейд. — Купюры меченые, с переписанными
номерами... вы вручаете их мне, а потом анонимный звонок в полицию. У
такого-то субъекта такая-то и такая-то сумма в таких-то и таких-то
билетах... Нет, меня на мякине не проведешь! Загородное имение, то, которое
я укажу. — на меньшее я не согласен.
Босс пытался угрожать, запугивать, но Блейд стоял насмерть.
— Если уж человек моей профессии берется рисковать шкурой, он делает
это не бесплатно. И купчая составляется в двух экземплярах. Один остается у
вас, второй — у меня. А в силу она может вступить, только если будут
предъявлены оба, — закончил Блейд.
— Но это же сотни тысяч фунтов? — в отчаянии возопил босс.
— Или дом — или ищите себе другого исполнителя, — непреклонно заявил
странник.
— Я вижу, мне все-таки придется подпортить красоту вашей знакомой, --
с угрозой в голосе проговорил предводитель. — Может, это сделает вас более
сговорчивым?
— Сомневаюсь, — сквозь зубы процедил разведчик. — Но, если вы хотите
убедиться в этом — валяйте!
Зоэ к тому времени уже пришла в себя. Беловолосый парень с бритвой так
и стоял подле нее; повинуясь знаку босса, он радостно осклабился, и
сверкающее лезвие бритвы медленно двинулось к лицу девушки.
Блейду некогда было решать, очередной ли это блеф, или же угроза вполне
реальна. Не думал он в тот миг и о нацеленных в него черных стволах. Зоэ,
его любимой Зоэ, неважно сейчас, из какого она мира, угрожала смертельная
опасность, и только он, Блейд, в силах был защитить ее...
Его прыжок на долю секунды опередил грянувшие выстрелы. Кресло, на
котором он сидел, разлетелось на мелкие щепки, тотчас же вспыхнувшие
ярко-рыжим пламенем.
— Живьем, дурачье! — взвизгнул босс, но было уже поздно. Странник
мягко упал на руки, перекатился через плечо и снизу вверх, из немыслимой
позиции, ударил подонка с бритвой в пах сложным крученым ударом. Да не
просто ударил, а еще и рванул на себя что есть силы, вцепившись в чужую
плоть мертвой хваткой.
У парня вырвался дикий вопль. Очевидно, даже у этих существ имелся
определенный болевой порог. Беловолосый согнулся, и тут его настигли
выстрелы, нацеленные в Блейда. На что, собственно говоря, тот и рассчитывал
в своем отчаяннодерзком плане.
Грудь парня с бритвой словно бы взорвалась изнутри. Он рухнул, точно
бык на бойне, бесформенной окровавленной грудой. Его бритва оказалась уже в
руках Ричарда Блейда.
Пол рядом с головой разведчика взорвался облаком бетонной крошки.
— Не стреля-ать! — надсаживаясь, вопил предводитель, прячась за своим
неоглядным письменным столом.
Бритва в руках Блейда описала сверкающий полукруг. Конечно, этому
лезвию далеко было до тех клинков, что ему когдато доводилось носить в
далеком прошлом, но и оно способно было на многое. Одним взмахом странник
распорол противнику ногу от голени до колена и сам вскочил на ноги,
прикрываясь обмякшим от болевого шока телом, словно щитом.
Он успел вовремя. Плотный отвратительный хруст, судорожные конвульсии
— и на руках странника повис еще один труп. Странник подхватил оружие
убитого, ствол дважды полыхнул огнем, и стоявшие возле Зоэ охранники кулями
повалились на пол.
Конечно, Ричард Блейд страшно рисковал, подставляя девушку под пули и
еще кое-что пострашнее пуль, но иного выхода не было. Или риск, или...
Бритва в руках беловолосого была достаточно выразительна.
Стрельба стихла. Блейд понимал, что должен использовать эту короткую
паузу, иначе ему придется туго — его противники наденут и задействуют
аппаратуру индивидуальных силовых щитов.
Двое беловолосых охранников босса укрылись за тумбами массивного стола.
Сам Блейд и Зоэ — за импровизированной баррикадой из мертвых тел. Обе
стороны понимали, что ситуация патовая — ни стол, ни трупы долго защитой не
прослужат. Больше в помещении никого не было, а входная дверь заперта
изнутри.
— Ну что, поговорим, достопочтенный? — крикнул Блейд своему визави.
— У тебя два ствола, но и у меня тоже! А Зоэ я развязал, так что...
