Айзек Азимов, Роджер Макбрайд Аллен. Инферно
страница №7
...ю только возможно. Честное слово,никто не намеревался вас унизить. - "Только продержать тебя подольше в
неведении, чтобы ты не смогла помешать расследованию". - Это был недосмотр
- ситуация-то критическая, - но никак не пренебрежение к вам, -
вдохновенно лгал Крэш, придавая своему голосу побольше искренности, а лицу
- скорби. - Восемь часов назад глава нашего правительства был убит. Многие
из моего штата до сих пор не оправились от потрясения. Я сам до сих пор в
шоке. Поэтому при таких обстоятельствах никто не сообразил, что нужно
поставить вас в известность. Извините.
Меллоу убрала руки со стола и выпрямилась, все еще хмурясь, но все-таки
удовлетворенная объяснениями.
- Я не уверена, что вы сказали правду, - промолвила она. - Все это
кажется слишком продуманным, чтобы поверить, что так и было, Крэш.
- Что было - то прошло, Синта, и нам нужна ваша помощь, - шериф
постарался перевести разговор на другую тему. "Теперь нужна, теперь, когда
ты уже не сможешь остановить начавшееся расследование". - В аэропорту
Чистилища собралось до черта народу. Пассажиры с рейсов дальнего
следования и все, кого мы вернули обратно на остров. С ними предстоит
много возни. Все линии перекрыты до сих пор, и ситуация грозит скоро выйти
из-под контроля.
- Как долго мы еще можем блокировать движение? - спросила Меллоу.
- Не очень долго, - признался Крэш, не упустив из внимания, что она
таки сказала "мы". Это уже было кое-что в его пользу. - Честно говоря, у
меня не было никаких прав блокировать все движение. Приказ перекрыть все
линии был первым, что пришло мне в голову. Совершенно рефлекторно. - По
крайней мере это было чистой правдой. Такой вот незначительный правдивый
штрих всегда делает ложь более достоверной. - Транспорт Лимба по всему
острову находится в вашей компетенции. Вам решать, когда запрет можно
будет отменить. - "Другими словами, я заварил всю эту кашу и оставил тебе
- расхлебывать".
- Да черт с ней, с компетенцией! - сказала Меллоу, хотя в ее голосе
искренности было маловато. Как могла она - она! - не броситься в сражение
по поводу того, что он хотя и немного, но покушался на ее угодья? - И кого
вы ищете? Какого именно человека?
- Я ищу хоть кого-то, - ответил Крэш. "Уж во всяком случае тебе я не
расскажу ни об одном из подозреваемых". Тирло Верик указал, что Калибан и
Просперо были последними, кто видел Правителя живым, и они до сих пор
скрывались, но Крэшу совсем не улыбалось, если развеселые и скорые на
расправу агенты СБП пристрелят одного из них или даже обоих якобы при
попытке к бегству.
Крэш сомневался в чистосердечном желании Синты принять правила
сотрудничества. То, как она себя вела, у кого-нибудь другого можно было
расценить как объявление войны. Но для Синты Меллоу такое поведение
выглядело чересчур дружелюбным.
- Но если вы не знаете, кого точно искать, зачем держите людей? -
спросила Синта.
- В основном чтобы получить их имена, адреса и описание. Мы должны
составить список людей, которые находились здесь или где-то неподалеку
прошлой ночью. Нам необходимо собрать побольше сведений о них и их
передвижениях в течение ночи. А отдельно выделить тех, кто не сможет дать
удовлетворительные объяснения своим вчерашним действиям.
- Серьезная задача, - промолвила Синта.
- И трудоемкая, - добавил Крэш. - Представляете, что будет, если мы не
управимся вовремя? - Шериф надеялся, что Синта отметит его "мы". Он не
знал, насколько ее предложение помочь было искренним, но был намерен
связать ее по рукам и ногам, чем крепче - тем лучше. Только бы удержать
подальше от основного направления расследования.
Засадить ее людей за скучную, кропотливую, но необходимую работу было
бы совсем неплохо. Но при этом необязательно высказывать свое мнение
вслух.
- Не могли бы ваши агенты заняться идентификацией и опросом? Туда уже
полетели некоторые мои группы. Я дал им задание вести съемки и проводить
опрос в аэропорту, но чем больше специалистов мы привлечем к работе, тем
быстрее они с ней справятся. И кроме того, это ведь входит в вашу
компетенцию. Было бы хорошо, если бы ваши люди приняли участие в
следствии.
Синта присела, медленно вытянулась в кресле, не сводя с Крэша
пронзительных глаз.
- Мы были бы рады помочь вам, - протянула она, тщательно взвешивая
слова.
- Хорошо, - сказал Крэш. Он исполнился гордости за то, что ему вовремя
пришла в голову мысль подсунуть Службе безопасности всю грязную работу. Не
то чтобы проверка всех задержанных в аэропорту была пустой тратой времени.
Отнюдь. Действительно было необходимо узнать, кто пытался выбраться с
Чистилища. - Может случиться, что кто-нибудь из задержанных был на приеме
и мог что-либо услышать или увидеть, возможно, не очень задумываясь о
важности этих сведений. И я бы не удивился, если бы убийцы оказались
именно там, среди остальных пассажиров.
- Это довольно тяжкая работенка, - заметила Синта. - Без сомнения,
убийца постарался бы удрать с острова, но вдруг он отыскал способ, чтобы
его не смогли задержать? Черт, все, что нужно, чтобы убраться с острова, -
это связаться с "железячниками".
Такое простое предположение на счет "железячников" немного смутило
Крэша, но он постарался не выказать своей досады.
- Да, вы правы, если только убийца - или убийцы - не рассчитывал, что
Грега найдут так скоро. Потому у него могли возникнуть проблемы с побегом.
Если бы тело Правителя было найдено утром, я ни минуты не сомневался бы,
что убийцы уже и след простыл. В данном случае возможно, но только
возможно, считать, что мы успели перекрыть пути к отступлению вовремя.
- Но что это дает, если вы даже не знаете, кто может быть убийцей? -
спросила Синта.
- Много чего дает. Может, нам повезет и убийца ударится в панику и
постарается замести следы. Но даже если он - или она - никак себя не
выдаст и просочится у нас сквозь пальцы, у нас останется его фотография,
имя, адрес, пусть даже поддельные, но это может сыграть свою роль в
дальнейшем.
- Гм-м-м. Угу. Ваш убийца может оказаться единственным человеком с
вымышленным именем. Вполне может быть. Вы считаете, что те, кого согнали в
аэропорт, могут поднять шум?
- Ну, инфернитов никогда раньше не ставили в подобные условия - делайте
это и не делайте того, - ответил Крэш. - Они могут начать возмущаться. Нам
нужна помощь, чтобы справиться с неуправляемой толпой, и еще патрули на
аэрокарах, которые могли бы оперативно реагировать на любые отклонения от
норм безопасности.
- Вы рассчитываете, что мои люди займутся только регулировкой движения
и контролированием толпы или чем-то большим? - спросила Синта, снова
настраиваясь на привычную воинственность.
- Ну конечно, нет! - без зазрения совести соврал Крэш. Когда он сочтет,
что она непричастна к заговору, возможно, он возложит на ее людей более
ответственные поручения. Но не сейчас. - Я хочу... мне нужно, чтобы ваши
агенты присутствовали во всех указанных точках. - "Чтобы они были
разобщены и мои помощники запросто могли бы следить за ними". - Но на
данном этапе у нас несколько сотен людей, а может, и пара тысяч, с
которыми нужно побыстрее разобраться. Без посторонней помощи мы не
справимся с этим делом. Я не могу рассказать вам, чем мы будем заниматься
потом, потому что сам еще не решил.
Синта фыркнула и скрестила руки на груди.
- Тогда постарайтесь держать меня в курсе. Чтобы больше никаких
сюрпризов, идет?
- Естественно, - сказал Крэш, ничуть не сомневаясь, что слово свое
нарушит как только, так сразу. Деврей наконец-то выдал ему рапорт сержанта
Резато относительно Хатвица. И над ним еще нужно было поразмышлять.
Лейтенант Хатвиц был убит, когда нес караул у Резиденции Правителя, его
имя было известно Синте Меллоу, хотя никто ей об этом не говорил, а теперь
оказалось, что он был замешан в "железном" бизнесе, который Правитель
собирался прекратить раз и навсегда. Слишком много совпадений. Необходимо
найти связь между этими фактами.
Но, черт побери, когда удастся выкроить свободную минуту, чтобы
заняться делом Хатвица? Внезапно Крэш осознал, насколько он устал. Он
понятия не имел, который сейчас час или как долго он уже находится на
ногах. Он желал продолжать работать, заставить себя встряхнуться, но
понимал, что с его стороны это было бы ошибкой. Это дело должен вести
следователь, который сохраняет ясный ум, а не вымотанный идиот, строящий
из себя героя.
- Знаете, Синта, - сказал он, - я готов упасть под стол и умереть. Мне
нужно отыскать где-нибудь свободную кровать и немного поспать. Давайте
поговорим чуть попозже, когда я проснусь?
Синта кивнула:
- Конечно. Вы всю ночь не спали. Только один вопрос. Это показалось мне
чрезвычайно подозрительным, но, по-моему, никто больше не обратил на этот
момент особого внимания.
- Что именно?
- Пустой дом. Грег оставался здесь один, во всем огромном дворце. И
никого рядом. Вам не кажется это странным?
- Здесь был еще Тирло Верик, - сказал Крэш. - Но ничего странного нет в
том, что в доме остается только один человек. Наоборот, оставаться на
ночь, как Верик, не совсем обычно.
- Ничего не понимаю, - призналась Меллоу. - Неужели, кроме Верика и
Правителя - ну и убийцы, - в доме никого больше не было? В таком большом
особняке? Ни одного человека? Только роботы?
- Именно так, - ответил Крэш, немного опешив. - А что здесь такого?
- А то, что прошлой ночью в Лимбе не осталось ни одной свободной
комнаты! Город был битком набит, в то время как Грег ночевал
один-одинешенек в пустом доме в ту ночь, когда он наприглашал кучу гостей.
Если бы это случилось на Бейли и утром хозяина обнаружили мертвым, я бы
нашла это чертовски подозрительным. Я бы сочла, что кто-то специально
устроил так, что дом остался пустым, и этим расчистил место для убийц.
Крэш нахмурился.
- Признаться, такое объяснение не приходило мне в голову. Предоставить
свой дом в чье-то распоряжение, уступить часть своих владений - вещь
трудная и необычная для колониста. Почти невероятная. Наверное, с точки
зрения поселенца, это звучит не очень убедительно. Но уж не для колониста,
это точно. Мы накормим вас обедом, позаботимся о вас, если вы ранены или
больны, защитим вас от опасности, отстоим ваши гражданские права до
победного конца. Мы даже поможем вам устроиться на ночь - где угодно, но
только не в нашем собственном доме.
- Да-а. Оказывается, я многого не знала о колонистах. Наверное, вы
правы, но мне все-таки это кажется несколько странным.
- Ну, ничего страшного не будет, если покопать в этом направлении, -
сказал Крэш. - Возможно, ваши подозрения имеют под собой почву. Может, у
Грега обычно оставались ночевать все подряд, а в эту ночь он решил сделать
исключение.
- Ничего, если я сниму нескольких агентов с патрулирования и проверю
свою идею? - спросила Синта.
Крэш запнулся. Как мешком по голове! Она загнала его в угол и сбила с
ног одним ударом. Меньше всего ему сейчас хотелось, чтобы она сама
выбирала, в каком направлении вести расследование. Может, именно этот
момент ей хотелось бы замутить, чтобы избежать подозрений? Какое значение
могло иметь решение Грега выставить гостей после приема, Альвар Крэш не
знал, но это пока не важно. Вопрос состоял в том, что, как только он
скажет Синте "нет", он распишется в своем недоверии к ее персоне. А он был
слишком измотан, чтобы выдержать все семь кругов ада, который не замедлит
тут же разверзнуться.
- Ну, давайте, Синта, - все же произнес он. - Работайте.
Но еще не договорив, он подумал, а не совершил ли он сейчас первую
крупную ошибку за все расследование.
10
Фреда Ливинг указала пальцем на следующую группу гостей, и они тотчас
же исчезли. Это походило на странную игру, но она и не думала играть.
Фреда потерла глаза и вздохнула.
- Это пока все, кого я могу узнать. Прокрути с самого начала, Дональд,
- сказала она. - Давай попробуем снова.
Трехмерный видеоинтегратор начал показ записи. Фреда сидела и смотрела,
как группы гостей наводняли Резиденцию. Но сейчас почти половина гостей
отсутствовала. Каждый раз, когда Фреда или Дональд узнавали кого-нибудь из
приглашенных, компьютер стирал его или ее с экрана до конца вечера.
Видеоинтегратор был изобретен поселенцами и в чем-то походил на
униглобус. Он мог совмещать разные зрительные образы и располагать их
вместе в трех измерениях. Даже в четырех, если считать и время.
И чем больше людей исчезало с экрана, тем легче становилось отыскивать
остальных. Им необходимо было узнать, не прошел ли в Резиденцию кто-то из
неприглашенных, а самый лучший способ выяснить это заключался в том, чтобы
убрать всех знакомых.
К сожалению, обычная видеотехника поселенцев в данных обстоятельствах
оказалась бессильной. Она могла автоматически записать всех приходящих и
уходящих гостей и идентифицировать личность каждого в соответствии с
заложенным списком. Но вся эта техника была рассчитана на обычную
вечеринку и не могла справиться с нашествием такого количества гостей,
ринувшихся вчера в Резиденцию. Слишком много незнакомых людей, слишком
быстро они ныряли в распахнутые двери дома, спасаясь от дождя.
В интегратор загрузили все - архитектурный план Резиденций, записи
службы новостей и трехмерные снимки, сделанные в ночь перед убийством,
увеличенные двухмерные и трехмерные кадры внешнего и внутреннего
устройства Резиденции, фотографии всех гостей и все сведения, какие только
мог разыскать Дональд.
Загрузочный сектор заглотил все это не поперхнувшись, и компьютер
принялся моделировать фильм, над которым Фреда и Дональд так долго
трудились. Видеоинтегратор мог показать любой вид Резиденции снаружи и
изнутри, в любом разрезе, за любой промежуток времени в течение тридцати
двух часов - именно это время интересовало следствие. Аппарат мог
прокрутить фильм в любом направлении на любой скорости и остановить в
любом месте.
Все недостающие места прибор восполнял, перенося их из других кадров.
Если, например, он показывал мужчину в голубых штанах и красных ботинках,
видимого в полный рост, а в другом месте обнаруживал, что этот человек
обозрим только наполовину, он вносил его образ в банк данных и в следующий
раз изображал полностью, со всеми подробностями. Получив достаточно
информации, интегратор мог изобразить данного человека в любую минуту
приема, с любой точки или убрать его и показать женщину, находившуюся за
его спиной, которая прежде не попадала в кадр, строя ее образ из
накопленных сведений из банка данных. Конечно, интегратор не мог показать,
что именно она делала в этот момент, когда камера ее не видела, но по
крайней мере было понятно, что это она стояла именно там.
На самом деле многое из того, что показывал интегратор, было
приблизительной моделью. Записывали далеко не весь прием. Были такие места
и такие отрезки времени, которые не попали в камеру, и оператор мог только
догадываться, что там происходило. Конечно, воображение сразу же
разыгрывалось. А с ним и любопытство. Что делали гости, когда исчезали из
поля зрения видеокамер?
Этот вопрос мог довести до паранойи кого угодно. Гость Икс был заснят,
когда выходил из комнаты Игрек, и только через сорок секунд показывался в
комнате Зет. Чем он занимался по пути туда - оставалось загадкой. Шел ли
Икс прямо в данную комнату, не сворачивая, что было бы вполне резонным,
или что-то там творил, пока вокруг не было ни одной камеры? Специально ли
он задержался на сорок секунд или именно столько времени уходит, чтобы
попасть из одной комнаты в другую? Была ли эта задержка вызвана какими-то
соображениями, имеющими отношение к заговору, или гостю понадобилось
заскочить в уборную, или он захотел немного отдохнуть от шумной толпы?
И не было ли сумасшествием задаваться подобными вопросами? Но все же
кто-то из этого водоворота гостей убил Хэнто Грега. И еще несколько других
были замешаны в этом. В какой-то момент приема кто-то должен был совершить
нечто, что не должно было, по их мнению, быть замечено остальными, и они
имели основание желать, чтобы это действие не попало в кадр. Где-то среди
этих задержек в уборной или случайных остановок в холле, чтобы
переброситься парой слов со знакомыми, скрывалась ниточка к убийцам
Правителя.
Но где? Где в этой сумятице можно отыскать хотя бы намек на
преступников? Лучшим методом Фреда и Дональд сочли убрать все невинные
сцены и просмотреть то, что осталось.
Потому они отмели все, что казалось довольно безобидным, и уставились в
экран в надежде разглядеть среди того, что они не стерли, что-нибудь
подозрительное.
Работа предстояла довольно тонкая, поскольку кадры в интеграторе были
неполными, а часто и нереальными. Если, к примеру, камера в коридоре
показывала человека, входящего в комнату, где камеры не было, интегратор
не знал, что делает данный субъект, пока он снова не выныривал в поле
зрения видеотехники. За отсутствием информации образ этого человека
оставался на одном месте, торчал в центре комнаты, как неподвижная кукла,
пока не приходило время, когда он покидал комнату. Тогда кукла начинала
двигаться к двери, не перебирая ногами, и превращалась в изображение
настоящего человека, только когда его засекали камеры.
Еще удивительнее были половинки людей, мелькающие там и тут по залу, -
отдельные руки-ноги и разные части тела, принадлежность которых интегратор
не сумел идентифицировать с конкретными личностями. Они так и оставались,
если не дать команду убрать их.
Большая часть гостей, которые находились в поле зрения, были
полуреальны. Интегратор это не беспокоило. Исходя из заложенной в него
информации, он бесстрашно принимался фантазировать. Он мог прокрутить
различные версии изображаемых событий, учитывая все возможные действия
тех, кто на какое-то время исчезал из сектора обзора видеокамер. Даже
такие виртуальные сцены помогали Фреде отсеять неверные предположения.
К настоящему моменту, когда половина гостей уже была опознана и стерта
с экрана, фильм приобрел характер чего-то мистического. Люди разговаривали
с собеседниками, которых уже не существовало. По огромному залу сновали
уже не толпы, а небольшие группки по двое-трое.
По идее с этой работой могли справиться компьютеры и роботы, но никакой
компьютер не годился для того, чтобы распознавать целое, имея перед
глазами только отдельные его части. Даже за тысячи лет роботы и компьютеры
не усовершенствовались так, как человечество за биллионы лет своего
развития. Именно поэтому рядом с Дональдом сидела Фреда. Заметив чей-то
подбородок или мелькнувший неясный профиль, она отмечала, что это - тот же
человек, которого они видели двадцать минут назад. Интегратор совмещал эти
два образа и соглашался с тем, что перед ними - одна и та же личность.
Кроме прочего, Фреда была знакома со многими гостями и могла опознать их
среди хаоса лиц, которые интегратор затруднялся идентифицировать из-за
того, что в его блоке памяти не было их описания.
Зрелище было жутковатое, но это - единственная возможность отследить
передвижения и действия всех гостей. Фреда увидела себя и слегка
дрогнувшей рукой отослала свое изображение в небытие. Потом стерла Альвара
Крэша. У нее родились сомнения, существует ли он в действительности, да и
она сама тоже.
Но, может, не стоило убирать Альвара с экрана? Все же именно он
обнаружил тело Правителя. А это само по себе казалось довольно
подозрительным. Дональд прибежал за ним через несколько минут. Крэш не
успел остаться надолго один в спальне Грега, но вдруг этого оказалось
достаточно, чтобы... и хотя это была очень спорная гипотеза, она
объясняет, почему Грег даже не пытался защищаться, словно его пристрелил
человек, которого он хорошо знал...
Глупости, конечно, но ведь кто-то же убил Грега, и единственное
доказательство невиновности Крэша - его собственное утверждение, что он
нашел Правителя уже мертвым.
Нет. Не может быть. Только не Крэш! Он человек упрямый и вспыльчивый,
но благороднее его нет на всем Инферно. И глупо было бы считать, что
человек с его характером может пойти на такое. Фреда знала его слишком
хорошо, чтобы поверить подобному бреду. Она никогда бы не призналась даже
себе самой, что Крэш ей нравился, и именно потому она отказывалась
поверить, что это мог сделать он.
Фреда метнула взгляд на Дональда, замершего у главной панели
видеоинтегратора. Вдруг ему в голову пришли те же беспокойные мысли? Не
задумывался ли он о подобной чепухе? Ведь именно она создавала его мозг,
его ум. Но сейчас это ничего уже не значило. Невысокий небесно-голубой
робот казался неколебимо спокойным, но что могло прятаться за внешним
спокойствием? Достаточно ли у него интеллекта, чтобы сомневаться, чтобы
понимать: мир устроен не так идеально, не все разложено по полочкам, как
это должно казаться Трехзаконным роботам? Все-таки он был
роботом-полицейским и, как и другие роботы его профессии, хорошо знал, что
людям свойственно совершать непредсказуемые поступки.
- Как ты думаешь, Дональд, - неожиданно спросила она, - кто мог убить
Хэнто Грега?
Дональд, внимательно следивший за экраном, обернулся к Фреде и наградил
ее непроницаемым загадочным взглядом, тянувшимся несколько секунд, пока не
соблаговолил произнести:
- Я не могу ответить на этот вопрос. У нас слишком мало информации, да
и та во многом бесполезна. Нам необходимо сперва отсеять все лишние
сведения, а уж после строить предположения.
- Но вся эта информация хранится у тебя. Я знаю, что ты подозреваешь
Просперо и Калибана, но давай пока их оставим. Кто главный подозреваемый
среди людей?
Дональд покачал головой, имитируя совершенно человеческий жест
неуверенности в своих знаниях.
- Боюсь, я не могу составить свое мнение по этому вопросу. Прежде чем
разбираться с вопросом "кто", я обязан понять "зачем", то есть определить
мотив преступления. А я ведь даже представить себе не могу, что кто-то мог
захотеть смерти человека. Я видел мертвых людей, мне приходилось бывать
свидетелем убийства. И я знаю, что для убийства необходим мотив. Но даже
понимая, что такие вещи случаются, я не могу их представить.
- Гм-м. Странно, - сказала Фреда. - Очень странно. Люди способны на
самые странные заблуждения, но вот такое им несвойственно. Иногда я
забываю, как сильно роботы отличаются от нас.
- А я не забываю об этом ни на минуту, - заметил Дональд. - Может,
вернемся к нашей работе?
- Что? Да, конечно.
Фреда повернулась к интегратору и сосредоточилась на беззвучном танце
образов на экране. В принципе они могли бы и включить звук, но это только
бы усилило неразбериху.
Минутку. Неразбериха. Неразбериха. Она пропустила момент неразберихи.
- Дональд, перекрути назад, до нападения на Тоню Велтон, и сотри Тоню,
нападающих, агентов Службы безопасности и всех, кого мы уже успели
опознать. Давай опустим этот отвлекающий маневр и попытаемся найти то, от
чего он должен был всех отвлечь.
- Да, мадам, - сказал Дональд, взявшись за переключатели. Он перемотал
изображение обратно к указанному отрезку времени. Застывшая картина ожила,
показывая реакцию всех, кто остался, на гипотетическую драку. Актеры
исчезли, остались только зрители. Небольшие группы гостей показывали
пальцами куда-то в середину комнаты, отскакивали в стороны, стараясь
избежать столкновения с дерущимися, которых не было.
Фреда показала на две или три большие группы гостей. Это явно были те
самые зрители, для которых разыгрывалось представление.
- Убери их, - сказала она. - И этих, и вот этих.
Люди словно провалились сквозь пол. Остальных Фреда убирать не спешила.
Драка привлекла внимание всех находящихся в Резиденции, но Фреда искала
тех, кто не обратил на потасовку _никакого_ внимания. Она наблюдала, как
вокруг пустого места собирается народ, а потом потихоньку начинает
расползаться по своим местам.
- Останови, Дональд. Отметь вот этих людей, этих и еще тех. И вот эту
толпу у двери. Хорошо. А теперь перекрути обратно, пусти за пять минут до
драки и сотри всех, кого я указала. Я хочу увидеть тех, кто не бросился
посмотреть на потасовку.
Трехмерное изображение на минуту погасло, а потом появилось вновь,
начиная со сцены за несколько минут до нападения. В Большом зале не
осталось никого, кроме Калибана и Просперо. И все из-за Дональдова
упрямства. Оба робота были хорошо видны, но не делали ничего
предосудительного или подозрительного, а просто болтали с одним из гостей.
Дональда это совсем не успокоило. И Фреда не стала настаивать на своем.
Кроме того, он был в полном праве подозревать Калибана и Просперо.
Верик заявил, что эти два робота были последними, кто видел Грега в живых.
Но сейчас ее заботило другое. О Просперо и Калибане Фреда знала все.
Она искала незнакомцев, людей, которые вели себя не так, как все
остальные.
- Дай вид сверху, - попросила Фреда. Изображение Большого зала померкло
и сменилось другим видом, Фреда будто парила под потолком и обозревала
весь зал с самой высокой точки. - Хорошо, - сказала она. - Можно ли потом
восстановить всех, на кого мы указывали?
- Да, доктор Ливинг. Если хотите, я покажу вам всех удаленных в той
последовательности, в какой их удаляли.
- Подожди, Дональд. Сперва давай посмотрим, как все было, оставив всех
на месте. Посмотрим всю сцену с самого начала.
- Да, мадам.
Все пропавшие вернулись.
Трехмерное изображение мигнуло, затем неожиданно ожило, и Фреда увидела
внизу, прямо под собой, кипучую массу народа. Они разговаривали, бродили
по залу, присаживались, сходились, спорили, смеялись. Казалось, вся
Резиденция была набита людьми, которые стремились обшарить каждый ее
уголок. Все находились в постоянном движении. Проследить путь каждого из
них не представлялось возможным. Именно на это и рассчитывали заговорщики.
Началась драка, и Фреда невольно устремила взгляд в ту же сторону. Со
всех сторон стекались гости, чтобы посмотреть, что происходит, и
проследить, что делает каждый из них, было непосильной задачей.
Двое мужчин напали на Тоню Велтон; она сбила одного из них с ног и
почти нокаутировала второго, когда рядом оказались два робота и растащили
их. Появились Крэш и Дональд, и Крэш начал разбирательство. Когда инцидент
был исчерпан, толпа начала рассасываться.
- Отлично, Дональд, - сказала Фреда. - Останови. Вернись к прежнему
кадру и убери всех, кого мы отметили.
Дональд остановил фильм и перемотал к эпизоду за несколько минут до
драки. Экран заискрился разными цветами, а потом показал пустой
полупризрачный дом, по которому слонялись смутные контуры нескольких
людей. Это были модели неопознанных гостей, чьи лица не сумели угадать ни
робот, ни Фреда, ни интегратор. Без сомнения, их вполне можно было
идентифицировать, если посидеть над этим подольше, но пока это не было так
уж и необходимо. Сейчас они казались привидениями, джиннами из бутылки,
призраками без лица, бродящими по пустынным залам дворца. Некоторые время
от времени исчезали и снова появлялись, когда видеокамеры теряли их и
находили вновь. Иногда, но не часто, интегратор по некоторым признакам мог
воссоединить два смутных образа, принадлежащих одному человеку.
Они бесцельно шатались по дому как люди, которые не понимают, куда
идут. Конечно, половина их действий была реконструирована интегратором
заново, но Фреда склонялась к мысли, что машина мыслила верно.
Но вот... Она увидела. Еще одна фигура, маленькая, неясная тень -
бледный, моложаво выглядящий мужчина. Редкие волосы коротко подстрижены.
Одет он был довольно просто по сравнению с буйством ярких нарядов,
пестревших по всей Резиденции. Он начал слоняться у дома за две-три минуты
до драки - и несколько минут после того, как всей охране из СБП был дан
ложный приказ оставить свои посты. Главный вход остался без охраны, двери
широко распахнуты. Но какого черта он там делал? Трудно было угадать его
действия, когда рядом с ним никого не было видно.
- Дай полное изображение этого эпизода, Дональд.
Внезапно бледный человек оказался в центре людского водоворота, и его
поведение стало понятным. Он проталкивался ко входу в дом через толпу
последних прибывших гостей, вероятно, стремясь смешаться со всеми
остальными. Этот прием сработал: он пробрался в дом вместе с опоздавшими
гостями, успев проскочить внутрь за тридцать секунд до начала потасовки.
И тут... Вот!
- Дональд, останови здесь. Останови! - Она потянулась поближе к экрану
интегратора. - Ты видишь?
- Я вижу, что объект, который вас интересует, смотрит на наручные часы.
- Да, но что это означает?
- Наверное, он хочет узнать, который час.
Никакого воображения! Именно поэтому вселенной и нужны люди, а не одни
только роботы.
- Но кому нужно знать, который час, когда ты приехал на прием? Кроме
того, он ведь колонист. По крайней мере он одет в колонистскую одежду и у
него прическа как у колониста.
- И что с того?
- Да колонисты никогда не носят часов! Если колонист хочет узнать,
который час, он спрашивает у своего робота.
- Вы полагаете, что он смотрит на часы, чтобы сверить свои действия? И
что он рассчитал свои действия так, чтобы войти в дом как раз перед
инсценированным нападением?
- Да, я полагаю, что именно на это он и рассчитывал.
Дональд повернулся к экрану, затем снова к Фреде.
- Как много можно привязать к тому факту, что человек посмотрел на свое
запястье, - промолвил он с ноткой сомнения в голосе.
- В целом я тебя понимаю. Но в данном случае это не слишком много,
поскольку именно _этот_ человек посмотрел на запястье, когда он прибыл на
_этот_ прием за две минуты до начала потасовки. Это тот, кто нам нужен. Я
ручаюсь чем угодно. Сотри с экрана всех, _всех_, кроме этого человека, и
давай проследим его путь по дому.
Толпа гостей пропала, и на экране интегратора остался один бледный
человечек в помятой одежде, который уже не мог затеряться в разнаряженном
пестром обществе. Никакая драка не могла отвлечь внимание, которое теперь
было намертво приковано к нему.
Фреда наблюдала, как эта серая мышка с полустертыми чертами лица
скользнула внутрь и двинулась по Резиденции. Он прошел к Большому залу,
заглянул в него, бросив всего лишь один-единственный взгляд на то, что там
творилось. Время от времени его изображение меркло, когда его должны были
заслонять другие гости, находившиеся ближе к камере, чем данный персонаж.
Всякий раз сердце Фреды сжималось от страха, что этот снимок - последний,
который сделали видеокамеры, прежде чем потерять его из виду насовсем.
Изображение свернуло в боковой коридор. Человек шел уверенно и
целенаправленно, словно прекрасно понимал, куда и зачем он идет. Он ни
минуты не колебался, куда сворачивать, и не остановился ни перед одним
ответвлением коридора. Либо он раньше бывал в этом доме, либо ему в
подробностях описали, куда идти.
- Ты до сих пор сомневаешься, что это именно тот человек? - спросила
Фреда у Дональда.
- Его действия для стороннего наблюдателя кажутся весьма
целенаправленными, - признал Дональд. - Похоже, он направляется к
подсобному помещению в боковой пристройке.
Бледный человек подошел к двери без каких-либо обозначений, огляделся,
открыл ее, шагнул внутрь и прикрыл дверь за собой. Фреде показалось, что
дверь захлопнулась перед самым ее носом.
- Черт, Дональд, давай за ним!
Она была так увлечена погоней за незнакомцем, что ей понадобилось
немалое усилие, чтобы вспомнить, что это дело минувшее и она гонится всего
лишь за изображением на экране.
- Одну минуту, мадам. - Дональд поколдовал над главной панелью, а затем
обернулся к Фреде. - Мне очень жаль, мадам. Это последняя видеозапись
данного места, а по другую сторону двери не было никаких записывающих
устройств. Я могу показать, что находится за дверью, но что там делал этот
человек - неизвестно. С этого сектора не поступало никаких сведений, пока
не начали активировать роботов охраны. Как только их включили, они тут же
начали вести подробную запись, но, к сожалению, эти записи погибли вместе
с роботами. А в последующих видеозаписях не прослеживается изображение
данного человека.
- А почему это место должно быть снято роботами охраны?
Дональд направил изображение на дверь, прошел сквозь нее и двинулся
вниз по ступеням. Когда ступени закончились, он повернул в сторону.
Там были ПОСы, роботы охраны - выключенные, мертвые, лежащие ровными
рядами.
- Боже мой! - воскликнула Фреда. - Так вот куда он шел! Наш бледный
дружок прятался в одной комнате с роботами охраны.
- Выходит, так, - сказал Дональд. - Обратите внимание на серию ниш
вдоль дальней стены. Я полагаю, что он мог скрываться в одной из них.
- Возможно, - сказала Фреда. Она не сводила глаз с экрана, стараясь
запомнить эту картину до мелочей. Если Бледный пришел сюда, значит, он был
уверен, что сторожевые роботы отключены. Изображение на экране интегратора
свидетельствовало о состоянии роботов в данный конкретный момент. Вверху в
это самое время шериф Крэш все еще наводил порядок после подстроенной
потасовки. Когда Бледный спускался сюда, он знал, что вскоре все эти
роботы будут приведены в действие.
Но он также знал, что роботы будут уже повреждены. Что они внезапно
отключатся, и тогда все здание будет в полном его распоряжении. Если
Бледный был человеком достаточно хладнокровным, тогда он шел сюда без
особого страха. Все, что ему было нужно, - это спрятаться, подождать, пока
ПОСы будут выключены, а потом вылезти из своего убежища с бластером
наготове и...
Стоп. Бластер. Над каждым входом в Резиденцию были установлены
детекторы на оружие. Фреда не удивилась, что опознавательный компьютер
пропустил в дом незнакомца. Такое вполне могло случиться. Но как могли
сенсоры пропустить оружие? Она снова проверила изображение Бледного.
Одежда на нем не оттопыривалась, сумки в руках не наблюдалось, ничего, что
могло бы скрывать под собой бластер. Любое оружие, которое он мог
пронести, было слишком большим, чтобы он мог его заблокировать от
импульсов детекторов. Нет. Бледный поступил как-то иначе.
Если только... если только оружие уже не было припрятано раньше и он не
пришел в дом налегке. И внезапно Фреду осенила замечательная идея по
поводу того, где и как он спрятал бластер.
Подвал, где хранились ПОСы, в реальной жизни чем-то неуловимо отличался
от того, каким он выглядел на экране. Интегратор мог предоставить только
идеальную версию картины, извлеченную из архитектурных планов Резиденции и
немногих фотографий, но странности на этом не заканчивались. Почему-то эта
комната для подсобных работ на экране казалась меньше, чем в реальности. И
лампы там были на самом деле тусклее, а стены обшарпанные и испещренные
царапинами и влажными потеками. Воздух был холодным и промозглым. Забавно,
что реальность тут же проявила все недостатки и несоответствия, которые не
замечались во время просмотра.
Но главное отличие, конечно, заключалось в том, что аккуратных рядов
роботов больше не было. Здесь находился только один из них, вернее, то,
что от него осталось - изуродованные обломки, оплавленные выстрелами из
бластера настолько, что повреждения остальных ПОСов не шли ни в какое
сравнение с этим металлоломом. Убийца постарался на славу. И дыры от
бластера выглядели здесь как-то иначе, чем остальные. Для чего ему
понадобилось расправляться с этим роботом так досконально и жестоко?
Фреде казалось, что ответ ей уже известен - вернее, ответы на все эти
загадки. Но она еще не была уверена на все сто процентов. Пока не была
уверена. До тех пор, пока не взглянула на пятидесятого робота охраны.
_Пятидесятого!_
Ее обеспокоил тот факт, что она даже не заметила, что одного ПОСа не
хватает. Всего их должно быть пятьдесят, но Фреде даже не пришло в голову
пересчитать их, пока она его не увидела. Теперь она знала, что на втором
этаже находилось двадцать два робота, а на первом - двадцать семь.
Если бы эти сведения были у нее немного раньше, она бы поставила всех
на уши, но отыскала бы недостающего пятидесятого ПОСа. И нашла бы его, его
останки, много быстрее.
Не то чтобы он впервые попался на глаза именно Фреде. Поисковая бригада
обшарила и это место тоже, около двух часов назад, но не присматривалась к
исковерканному ПОСу. Что значит один-единственный робот, когда весь дом
набит расстрелянными машинами?
Фреде захотелось сразу же приняться за него, перенести в другое место и
поискать следы, которые мог оставить преступник и которые, она была в этом
уверена, там были. Но она одернула себя. Полезть в робота и случайно
стереть отпечатки пальцев убийцы или что-то в этом роде? Нет уж, увольте.
Такая ошибка может дорого обойтись!
Ей хватит того унизительного ощущения, когда преступник на экране
интегратора захлопнул дверь перед самым ее носом. Вычислить этого мерзавца
и потерять след из-за собственной глупости - да ни за что! Она впервые
задумалась над тем, насколько кропотливыми и терпеливыми иногда должны
быть полицейские.
Значит, нужно действовать очень осторожно. Улики, найденные в этом
месте, могут привести к успешному расследованию всего преступления. И
трогать их ни в коем случае нельзя. Пусть сперва здесь поработают роботы.
А потом уж она своего не упустит.
- Дональд, - сказала Фреда. - Я хочу, чтобы ты позвал сюда всю группу
роботов-криминалистов. Пусть они обследуют эту комнату и все стенные ниши
дюйм за дюймом, до последней песчинки. Наш дружок, мистер Бледный,
прятался именно здесь и наверняка оставил следы своего пребывания.
- Это определенно так, - ответил Дональд. - Мы можем отыскать здесь
что-нибудь очень важное для следствия, но нас может ожидать и провал.
- Но он просто должен был наследить здесь, - возразила Фреда. - Волосы,
отпечатки пальцев, хоть что-нибудь!
Не может быть, чтобы он не оставил никаких следов! Фреда внезапно
осознала, что она мало представляет себе, какие улики могут обнаружить
роботы.
- Возможно, роботы-криминалисты и отыщут что-нибудь, - сказал Дональд.
- Но не забывайте, если преступник принял необходимые меры
предосторожности, мы скорее всего тут ничего не обнаружим.
Предосторожность? Неожиданно Фреда обрела уверенность в своих догадках.
В теории сыска она смыслила мало, но людей знала очень хорошо. Она уже
составила свое мнение об этом мистере Бледном. Ей хватило того, что она
увидела на экране видеоинтегратора, и это о многом ей сказало.
- Это не тот человек, который принимает даже простейшие меры
предосторожности, - сказала она. - Это человек, который обречен делать
ошибки. Если бы он не вел себя так нервно, мы бы его и не заметили. Если
бы он не посмотрел на часы, мы бы не уцепились за него. А он сам обратил
на себя наше внимание. Если бы он хотя бы постарался изобразить, что
заинтересовался дракой в Большом зале, мы бы стерли его со всеми
остальными, кто прибежал туда попялиться на потасовку.
- И исходя из вышесказанного вы делаете предположение, что он
обязательно оставил какие-то следы своего пребывания? - поинтересовался
Дональд.
- О, это отнюдь не предположение, - возразила Фреда, - это уверенность!
Он наверняка наследил.
Она не могла доказать это с помощью логики, но к определенным выводам
можно прийти, вооружась не только одной логикой. Умозаключения о характере
преступника тоже играют не последнюю роль.
- Уверяю тебя, Дональд, - повторила она, глядя на обожженные останки
робота охраны, - этот парень оставил нам свою визитную карточку.
Все нормально. Как ему хотелось держать себя, будто ничего особенного
не произошло. Калибан знал, что это необходимо, но как же это было трудно,
помня все, что случилось прошлой ночью!
Но новый день предъявлял свои обычные требования, засасывал в рутинные
обязанности, и это немного помогало. Его ждала привычная работа.
По идее Калибан и Просперо работали помощниками в исследованиях Фреды
Ливинг, они наблюдали за поведением и действиями Новых роботов и
предоставляли доктору Ливинг отчеты о своих наблюдениях. Но их обязанности
далеко выходили за отмеченные рамки. Им полагалось работать "скорой
помощью" - выискивать проблемы, тормозящие работу, и помогать разрешать
их.
На практике оказалось, что Просперо совсем не годился для такого
задания. Он в основном подбивал Новых роботов отложить в сторону свои
инструменты и бежать в благословенную Валгаллу, что, естественно,
тормозило трудовую деятельность их подшефных. В последнее время Просперо
отключал свою внутреннюю связь, чтобы его не могли отвлечь или выследить.
Он любил прятаться от остального мира где-нибудь в заброшенном подземном
офисе; там он читал, писал или пополнял свои знания, вырабатывая
собственную философию.
Калибан, напротив, нашел себя в этой работе. Он в некотором смысле
разбирался и в людях, и в роботах и часто умел находить общий язык с
обеими сторонами. Он вклинивался в любой спор между людьми и Новыми
роботами, а иногда между двумя роботами, помогая прийти к согласию и
взаимопониманию.
Но надо признать, что иногда он сомневался, достойны ли Новые роботы
свободы, к которой они так стремились.
Последние две недели Калибан работал с командой Новых роботов,
направленных на переоборудование старого ветрозаградительного генератора -
огромного, мощного и очень важного прибора, Его починка требовала хорошо
спланированной, продуманной до мелочей скрупулезной работы. Над командой
роботов-ремонтников не было ни одного надзирателя из людей, и все роботы
были Переполнены энтузиазмом по поводу предстоящей работы.
К сожалению, Калибан пришел к выводу, что у каждого Нового робота
имелся свой собственный план, как сделать заданную работу лучше всего. Эти
идеи были так разнообразны, что создавалось впечатление, что работа
никогда не будет выполнена.
Калибану предстояло объяснить роботам, что "лучшее" всегда было и будет
врагом "хорошего" и что поиск наиболее благоприятного варианта может
оказаться бесплодным. В эти минуты его огорчало, на какие бессмыслицы
Новые роботы растрачивают свои способности, и он задавался вопросом,
действительно ли им так нужна их пресловутая свобода. Фреда Ливинг создала
их, чтобы они двигались вперед, открывали новые горизонты, а не теряли
попусту время, ударяясь в споры о том, как наиболее эффективно разобрать и
собрать проржавевший генератор. Прошлой ночью он решил выступить на
собрании и взять ситуацию в свои руки.
- Давайте, друзья, - начал Калибан, - вернемся к теме обсуждения.
Неужели мы не придем к согласию по такому незначительному вопросу?
- Как ты можешь называть вопрос максимальной эффективности
незначительным? - провозгласил Декстран-22.
- Какая может быть эффективность, если твой план по ускорению процесса
работы аппарата делает всю систему неустойчивой? - вмешался Шелкас-6.
- Ускорение процесса совсем не делает систему неустойчивой! -
огрызнулся Декстран. - И по крайней мере это поможет нормализовать силовое
поле.
- Пожалуйста! - взмолился Калибан. - Аспекты нормализации уже
рассмотрены. И незачем возвращаться к ним снова. Друзья, мы снова подошли
вплотную к прежнему выбору. Мы можем работать или продолжать спор, но мы
не можем делать и то и другое одновременно. Декстран, твоя ускорительная
система будет действовать, и мы ее принимаем, но нам все равно не добиться
большей эффективности, чем на девяносто девять процентов. Стоит ли
сражаться за возможность увеличить ее на каких-то полпроцента, а работа
пока будет стоять?
- Вероятно, не стоит, - согласился Декстран. - Может, сама по себе
система ускорения...
- Калибан! Калибан!
Его окликнул из другой комнаты голос - человеческий голос, - и Калибан
узнал его. Но что привело сюда Губера Эншоу?
- Прошу прощения, друзья! Раз мы покончили с этим вопросом, вы можете
перейти к следующему пункту обсуждения, пока я отлучусь.
Калибан встал, пересек комнату, открыл дверь и вышел. Его ждал
расстроенный и взволнованный Губер. Калибан прикрыл за собой дверь. Что-то
в лице доктора Эншоу подсказало ему, что этот разговор лучше оставить в
тайне от остальных.
- Калибан! Хвала звездам, ты здесь! Что же нам теперь делать?
- Делать? О чем вы?
- О Греге, конечно. Правителе Греге. Они наверняка заподозрят Тоню.
Калибан, ты был там. Ты - свидетель. Она ни в чем не виновата! Ты это
должен подтвердить.
- Доктор Эншоу, вы сбиваете меня с толку, - промолвил Калибан,
исполнясь тревоги. Все заверения Просперо, что им не грозят никакие
проблемы и никакая опасность их не подстерегает, и тогда звучали
неубедительно, а сейчас Калибан просто перепугался. - Это по поводу
вчерашнего приема? Что-то случилось с Правителем?
- Ты что, не слышал? Ты разве не знаешь? Грег мертв. Прошлой ночью его
убили, сразу после...
Но не успел Эншоу закончить фразу, как Калибан уже убежал. Если все
было так неопределенно, что даже на Тоню Велтон пало подозрение, то, без
сомнения, ему, Калибану, грозила опасность. Ему нужно убраться отсюда
подальше, туда, где его не смогут отыскать. И быстро!
Шелабас Квеллам сиял от счастья. Правитель! Он станет Правителем!
Власть, уважение, значимость. Все это будет его. Все! Но нужно хорошенько
подготовиться. С чего бы такого начать? Речь! Да. Нужно написать речь,
которую он произнесет, когда вступит на пост. Что-нибудь насчет скорби,
мужества и необходимости не останавливаясь идти вперед... Да, именно с
этого и стоит начать.
Он уселся за компьютер и приготовился диктовать, но тут заметил, что на
панели горит напоминание о пришедшей почте, которая скопилась за последнее
время на официальном канале.
Шелабас редко когда просматривал приходящую корреспонденцию. Ее читали
роботы и писали краткие отчеты, с которыми он позже и разбирался. Но,
честно говоря, в последнее время Шелабас даже отчетов не читал. А
просмотреть почту действительно нужно. Там может быть что-нибудь
представляющее интерес для будущего Правителя.
Шелабас Квеллам вызвал на экран список поступившей почты и едва сдержал
возглас удивления. Там значилось письмо от Грега, маркированное штампом
"лично в руки". Не может быть! Но когда он сверился с датой, то обнаружил,
что письмо написано неделю назад.
Неделю? Теперь он припомнил, что роботы советовали ему ознакомиться со
срочным посланием. Винить было некого, он сам не потрудился просмотреть
почту.
Когда он включал настройку, его руки дрожали. На экране возникло лицо
Правителя Хэнто Грега - лицо спокойного и уверенного в себе человека. Он
обращался к Квелламу не письменно, а лично. В этом проявлялась его
предусмотрительность. Вы предпочтете послать видеозапись тому, кому
недостает терпения читать письменное обращение.
"Приветствую вас, Учредитель, - произнес Правитель. Сразу стало
понятно, что Грег обращается к нему официально, и это письмо наверняка
пошло в правительственный архив. Это было не частное послание, а
политическое заявление. - С большой неохотой я пришел к выводу, что должен
обратиться к вам - и к вам одному. Как вы знаете, я всегда считал, что
законы наследования моего поста чрезмерно сложны и могут привести к
неопределенности в критической ситуации. По этой причине я выбрал вас в
качестве того, кто мог бы возглавить правительство, если я буду убит,
поскольку вы все равно бы заняли мое место, если бы меня сместили с поста
законным путем.
Вам наверняка известно, что вопрос о моей отставке стоит чрезвычайно
остро. Если вы еще не знаете, то шериф Крэш, командор Деврей и капитан
Службы безопасности Синта Меллоу неоднократно предупреждали меня, что моей
жизни угрожает опасность. Поэтому в случае смещения меня легальными
методами либо из-за моей смерти я буду не в состоянии повлиять на
ситуацию. Я пришел к выводу, что угроза моему пребыванию на посту
переросла из теоретической вероятности в очевидность.
Я более не могу считать вопрос наследования делом далекого будущего.
Если я буду смещен, правительство не сможет продолжать идти путем
намеченных реформ, придерживаясь той внутренней и внешней политики,
которая была намечена ранее. И если вы займете мое место, вас заставят
назначить новые выборы, которые приведут к нежелательным последствиям.
Далее, я считаю, что выборы при данных обстоятельствах почти наверняка
завершатся тем, что правительство изберет политику, которая будет
равнозначна катастрофе.
Исходя из высказанного, я считаю своим долгом известить вас, что я
смещаю вас с поста Назначенного Правителя и избираю другого кандидата.
После обсуждения своего предложения с новым Назначенным я собираюсь
публично огласить его имя. Это займет несколько недель. Невзирая на все
мое уважение к вам, годы нашего совместного сотрудничества и вашу
должность президента Учредительного Совета, я счел разумным сместить вас с
указанного поста.
Я глубоко сожалею и приношу самые искренние извинения за то
разочарование, которое может доставить вам мое заявление. Желаю вам всего
наилучшего".
На экране возник личный вензель Грега, а потом все померкло.
Шелабас Квеллам тупо пялился в пустой экран, не в силах подобрать
отвисшую челюсть. Он не был Назначенным. Он не будет Правителем. Он снова
стал никем и ничем.
Но постойте-ка! А если Грег не успел перед смертью указать нового
Назначенного? Насколько он помнил, прежний Назначенный Правитель остается
на посту, пока не будет избран новый. Сперва, в каком-то безумном порыве,
он хотел стереть послание, уничтожить даже намек на него и сразу же
объявить себя Правителем. Нет, не годится! Наверняка копии разосланы по
всем правительственным каналам. Ничего хорошего не будет, если он
уничтожит свою копию, - только навлечет на себя излишние подозрения,
если... если только его уже не подозревают!
Он вскочил, прижимая руку к бешено забившемуся сер...
