Коммунистическая оппозиция в СССР, 1923-1927, том 4
страница №3
...врассрочку. Тогда во главе армии оказался бы кулацкий низший командный состав
и интеллигентски-буржуазный высший. На этом пути военная победа означала бы
ускорение сдвига на буржуазные рельсы.
Возможна ли победа на революционно-пролетарском пути? Возможна. Более
того. Вся мировая обстановка говорит, что именно на этом пути победа, в
случае войны, наиболее обеспечена. Но для этого первым делом нужно разогнать
политические сумерки, в которых все кошки кажутся серыми. Кулак справа - он
враг, батраки, беднота слева - друг. Через бедняка — путь к середняку. Надо
создать политическую обстановку, при которой буржуазия и бюрократия не могли
бы раздвигать и отталкивать локтями рабочих, приговаривая: "Это вам не 18
год". Надо, чтобы рабочий класс мог сказать: "В 27 году я не только сытее,
но и политически являюсь большим хозяином государства, чем в 18-м". На этом
пути победа не только возможна, но и наиболее надежно обеспечена, ибо только
на этом пути мы будем иметь поддержку народных низов Польши, Румынии и всей
Европы...
Может ли дать победу сталинский центристский курс, колеблющийся между
обоими лагерями, обещающий сперва пригреть кулака, усыновить его сына и
приголубить внука, затем переходящий нерешительно к созданию групп бедноты,
меняющий из года в год избирательную инструкцию, т. е. советскую
конституцию, сперва в сторону кулака, затем против него, затем опять за
него, как на Северном Кавказе; курс, ориентирующийся на Чан Кайши и Ван
Тинвея, на Перселя и Кука, на предательские верха, сбивающий с толку низы?
(Курс, который продиктовал нашему Политбюро невероятную директиву от 29
октября 1926 г. в отношении Китая о том, чтобы не вносить гражданскую войну
в китайскую деревню, чтобы не оттолкнуть попутчиков или буржуазию, поме-
щиков и генералов, так называемых либералов; или другую директиву с
просьбой к либеральной буржуазии дать минимум (!!!) оружия рабочим.) Этот
курс раздражает или охлаждает одних и не завоевывает других, теряет "друга"
Ван Тинвея и сбивает с толку коммунистов. Этот курс означает постоянное
хватание за гнилые веревки.
В мирное время такой курс может просуществовать неопределенно долгое
время. В условиях войны и революции центризм должен дать резкий крен вправо
или влево. Он уже расчленяется на правое и левое крыло, которые неизбежно
растут за счет центра. Этот процесс будет неизбежно ускоряться, а война,
если она будет нам навязана, придаст ему лихорадочный характер. Сталинский
центр будет неизбежно таять. В этих условиях оппозиция будет нужнее партии,
чем когда бы то ни было, чтобы помочь партии...
Бабушкин: А сейчас не надо помогать? (Шум.)
Троцкий: Чтобы помочь партии выправить линию и в то же время не
нарушить революционного единства, не расшвырять кадров партии, ее основной
капитал. Ибо подавляющее большинство подлинно большевистских пролетарских
кадров - при правильной политике, при ясной линии, при повелительных внешних
условиях способно будет обновить политику, и не за страх, а за совесть взять
настоящий, твердый революционный курс. Этого и только этого мы хотим
достигнуть. Ложь об условном оборончестве, о двух партиях и наиболее гнусную
ложь о повстанчестве мы бросаем клеветникам в лицо!
Голос из оппозиции: Правильно!
Троцкий: Но не роняет ли критика оппозиции авторитет СССР в
международном рабочем движении? (Реплика не слышна.) Я не отвечаю за тех,
кто отозвался.
Самая постановка этого вопроса не наша. Это церковно-поповская или
сановно-генеральская постановка вопроса об авторитете. Католическая церковь
требует непререкаемого признания своего авторитета со стороны верующих.
Революционер поддерживает, критикуя, и чем неоспоримее на деле его право на
критику, тем с большей преданностью он борется за то, в создании и
укреплении чего принимал непосредственное участие, критика сталинских ошибок
может, конечно, понизить "непререкаемость" дутого сталинского авторитета. Но
не этим держится революция и Республика. Открытая критика и действительное
исправление ошибок покажут всему международному пролетариату внутреннюю силу
режима, который в труднейших условиях находит внутренние гарантии
правильного пути. В этом смысле критика оппозиции и те последствия, к
которым она начинает уже приводить, а завтра приведет гораздо более, в
последнем счете повышают авторитет Октябрьской революции и укрепляют ее не
слепым, а революционным доверием международного пролетариата - и тем самым
повышают нашу обороноспособность в международном масштабе.
Проект резолюции Политбюро говорит:
"Подготовка войны против СССР означает не что иное, как воспроиз-
ведение на расширенной основе классовой борьбы между империалистической
буржуазией и победоносным пролетариатом".
Правильно ли это? Безусловно. Нелепо даже ставить такой вопрос. Но
резолюция прибавляет: "Всякий, кто, как оппозиция в нашей партии, ставит под
сомнение этот характер войны..." и т. д. Ставит ли оппозиция под сомнение
этот общий классовый смысл войны? Вздор! Не ставит. Ни в малейшей степени.
Утверждать противоположное могут лишь те, которые, вконец запутавшись сами,
хотят запутать других. Значит ли это, однако, что общий классовый смысл, для
всех нас бесспорный, покрывает всякую ошибку, всякое сползание? Нет, не
значит. Нет, не покрывает. Если заранее и раз навсегда считать, что данное
руководство есть единственно мыслимое, прирожденное руководство...
Скрыпник: Хоть не прирожденное, но естественное.
Троцкий: Тогда всякая критика неправильного руководства представится
отрицанием защиты социалистического отечества и призывом к повстанчеству. Но
такая позиция есть попросту отрицание партии. В случае войны, партия годится
только на то, чтобы защищать, а как защищать, это ей укажут другие.
Еще раз, короче и проще: берем ли мы, оппозиция, под сомнение защиту
социалистического отечества? Ни в малейшей степени. Надеемся не только
защищать, но и других кое-чему научить. Берем ли мы под сомнение способность
Сталина наметить правильную линию для защиты социалистического отечества?
Берем, и притом в высшей степени.
В своей недавней статье в "Правде" Сталин ставит такой вопрос: "Неужели
оппозиция против победы СССР в грядущих боях с империализмом?" Позвольте
повторить: "Неужели оппозиция против победы СССР в грядущих боях с
империализмом?" Оставим в стороне наглость вопроса. К строго взвешенной
характеристике сталинских методов Лениным - грубость и нелояльность - сейчас
возвращаться не будем. Возьмем вопрос, как он поставлен, и дадим на него
ответ. "Против победы СССР в грядущей войне с империализмом" могут быть
только белогвардейцы. Оппозиция за победу СССР, она доказала и докажет это
делом не хуже других. Но для Сталина дело не в этом. В сущности, Сталин
имеет ввиду другой вопрос, который не решается высказать. Именно: "Неужели
оппозиция думает, что руководство Сталина не в состоянии обеспечить победы
СССР"? Да, думает.
Зиновьев: Правильно.
Троцкий: Оппозиция думает, что руководство Сталина затрудняет победу.
Молотов: А партия где?
Троцкий: Партию вы задушили. Оппозиция думает, что руководство Сталина
затрудняет победу. Оппозиция утверждала это в отношении китайской революции.
Ее предостережения в ужасающей степени подтвердились событиями. Надо менять
политику, не дожидаясь такой же катастрофической проверки внутри. Оппозиция
говорит партии, надо менять политику, не дожидаясь такой катастрофической
проверки внутри, как в Китае. Каждый оппозиционер, если он действительный,
а не фальшивый оппозиционер, займет в случае войны тот пост на фронте
или в тылу, какой ему поручит партия и выполнит свой долг до конца. Но ни
один оппозиционер не откажется от своего права и долга, накануне войны или
во время войны, бороться за исправление партийного курса - как это было в
партии всегда, - ибо в этом лежит важнейшее условие победы. Резюмирую: за
социалистическое отечество? Да! За сталинский курс? Нет! Мы хотим, чтобы
партия имела возможность открыто исправить сталинский курс путем исправления
тех ужасающих ошибок, которые привели к величайшим поражениям.
Голос: Вас надо исправить.
Скрыпник: Партия вас не уполномочивала.
Троцкий: Партия меня уполномочивала, как члена ЦК, говорить правду ЦК.
Скрыпник: Но не перевирать.
Голос с места: Фракция вас уполномочила.
Стабилизация и полевение масс
Троцкий: "Проект тезисов о международном положении" в основу своих
выводов кладет "факт укрепления капитализма - как в области чисто
экономической, так и в области политической". С другой стороны, тезисы
говорят: "Основной процесс среди западно-европейского пролетариата есть
процесс полевения", причем эта мысль как бы направляется против оппозиции.
Тезисы путают в этом вопросе, как и в других. Совершенно бесспорно, что
капитализм вышел из того состояния, когда он либо совсем выпускал вожжи из
рук, как это было в 1920 г. в Италии, в 1923 г. - в Германии, либо громил
рабочих, непрерывно разрушая производительные силы. Благодаря слабости
компариии, с одной стороны, ошибкам руководства - с другой, капитализм,
после наиболее острого, послевоенного кризиса, нашел возможность открыть
внутреннюю и внешнюю борьбу за свое упрочение и расширение. Но именно эта
борьба выражается в обострении классовых столкновений, с одной стороны, в
обострении мировых трений - с другой, и тем самым таит в себе все Новые и
новые классовые и военные конфликты и потрясения. Такова общая
стратегическая линия развития. Вся эпоха остается социально-революционной.
Именно поэтому процесс полевения масс в большом историческом масштабе
несомненно происходит и проявляется в подпочвенных сотрясениях и прямых
вулканических взрывах, пробивающих кору перселевщины, отто-бауэровщины и пр.
Однако, в этой основной, так сказать, стратегической кривой нынешней
эпохи есть свои тактические изгибы, спуски, понижения, иногда очень
глубокие. Поражение германского пролетариата в 1923 г, поражение великих
стачек в Англии, поражение китайского пролетариата, — каковы бы ни были их
причины, сами становятся причиной временного снижения революционного уровня
преимущественно в верхних слоях пролетариата, усиливают на известный период
социал-демократию за счет коммунистической партии, - что мы наблюдали за
последний
период во всей Европе — и внутри компартии дает временный перевес
правому крылу за счет левого, - что опять-таки является общим для '
большинства партий Запада.
Роль рабочей аристократии, рабочей бюрократии и мелкобуржуазных '
попутчиков в такие периоды особенно велика и особенно реакционна. Стоящая у
власти ВКП не составляет исключения из этого международного процесса.
Неправильный режим к тому же урезывает активность рабочих,
Голос с места: Договорились.
Троцкий: мешает им быстро понять причины поражений и преодолевать их
последствия. Правое крыло, пользуясь могущественным аппаратом, бьет
исключительно влево и механическими средствами еще больше перемещает
соотношение сил в ущерб левому крылу. Таковы общие причины, в силу которых
левая оппозиция все более и более отделялась в последнее время от влияния на
направление политики Коминтерна, ВКП и советского государства, тогда как от
имени Коминтерна все больше и все громче выступают правые,
полусоциал-демократические элементы, которые уже после Октября были в лагере
врагов, а затем были допущены в ряды Коминтерна скорее на положении
испытуемых. Тем временем в массах накопляются элементы нового сдвига влево,
нового революционного подъема, который раньше или позже наступит. Оппозиция
теоретически и политически подготовляет этот завтрашний день.
Два слова об армии. В обороне страны сочетаются все факторы экономики,
политики и культуры. Но есть особое, непосредственное орудие обороны - это
армия. Роль этого орудия имеет решающий характер. Военная область есть та
область, которая резче всего отражает не только сильные, но и слабые стороны
режима, все сдвиги политики, все ее ошибки и просчеты. В то же время в этой
области легче, чем в какой бы то ни было другой, обмануть себя видимостью,
фасоном и звоном. Не раз уже в истории режим проверялся через армию. Здесь
лучше перегнуть в сторону критики, чем благодушного доверия. Несколько
военных работников, под влиянием возможной угрозы войны, обменивались за
последний период мнениями по поводу состояния наших вооруженных сил.
Скрыпник: Ого, уже военные совещания были.
Троцкий: Из числа этих товарищей назову тов. Муралова - инспектора
военно-морских сил, тов. Путна и тов. Примакова - командиры корпусов, снятые
за оппозиционные взгляды; тов. Мрачковского и тов. Бакаева. Каждый из них
предан делу социалистической республики, не менее любого из здесь
присутствующих. Результат их обсуждения изложен в виде документа,
заключающего в себе программу изменений, необходимых для поднятия
революционного уровня и боеспособности армии. Этот документ я, через тов.
Рыкова, в одном экземпляре вручу Политбюро ЦК.
Этот документ, подходящий к вопросу критически и с полным знанием дела,
охватывающий все вопросы строительства Красной армии, мы не предполагали
зачитывать на объединенном Пленуме, - не потому, что этот вопрос не должен
обсуждаться в ЦК, — это есть вопрос жизни и смерти для партии и
революционной страны, — а потому, что мы в данной обстановке не хотели
давать повода Молотову, Ярославскому и им подобным превращать наиболее
важный и острый вопрос в материал для склоки или, как у Ворошилова, для
насквозь фальшивых, непартийных, некоммунистических речей, на тему о чести
оскорбляемого мундира, тогда как мы ставим вопрос об интересах партии и
государства. Однако, после речи тов. Ворошилова мы считаем целесообразным
оглашение нашего документа - без стенограммы и без включения его в протокол,
- дабы вызвать у Пленума потребность более серьезной проверки положения
государственной обороны, чем та поверхностная оценка, какая дана в речи тов.
Ворошилова. Решение вопроса об оглашении или неоглашении этого документа на
этом Пленуме, по соображениям государственной целесообразности, мы
представляем Политбюро. Пока же этот документ будет вручен в одном
экземпляре, как сказано, тов. Рыкову за полной ответственностью подписавших.
(Шум в зале.)
Л. Троцкий 1 августа 1927 г.
ПИСЬМО ТРОЦКОМУ
Уважаемый Лев Давыдович'
Хочу Вам напомнить, что в прошлом нашей партии мне известны случаи,
когда по вопросам внешнего строительства, отдельными товарищами и группами
подавались записки, и эти поступки не вызывали никакого дисциплинарного
воздействия ЦК на подавших, а иногда вызывали даже прямое поощрение или
одобрение.
Итак, во-первых, в 1921 г. я по должности командующего войсками
низовьев Волги наблюдал, что переживала Красная армия в тяжелых условиях
борьбы с бандитами и голода и счел необходимым свои впечатления и
соображения довести до сведения ЦК Такая записка была мною подана в ЦК (еще
с наличием В. И. Ленина в его составе) и не вызвала никаких нареканий, а тем
более репрессий по моему адресу ни со стороны ЦК, ни РВС как руковод[ства]
вооруженными силами (копия записки у меня сохранилась).
Во-вторых, в начале 1924 г. на ВАКе (Высшие академические курсы)
фигурировал документ - докладная записка в ЦК (составленный при участии тт.
Дыбенко, Федько, Урицкого, Белова и других) по вопросам военного
строительства, и этот документ, через посредство Г. Д. Ха-ханьяна, было
предложено подписать и мне, со ссылкой, что отдельным членам ЦК уже известно
о наличии этого документа и подача его в ЦК одобряется.
Резко расходясь во взглядах с группой поименованных товарищей, я
не подписал этой записки, но знаю, что она подана в ЦК и все
подписавшие товарищи остались "невредимы", а составление записки в
ближай-шее после подачи время получило продвижение по службе.
Причем, как мне помнится, на заседании РВС СССР зимой и весной 1924 г.
было известно о наличии этой записки в ЦК, но это, тем не менее, не вызвало
каких-либо мер РВС по адресу товарищей в то время (ВАК) состоявших в рядах
партии.
С коммунистическим приветом,
В. Путна Москва, 3 августа 1927 г.
ОТВЕТ МАНУИЛЬСКОМУ
Мануильский доказывал, что тов. Троцкий - Баррер. Этим самым
Мануильский доказывал, что у нас имеются элементы термидорианста.
Обвинение в том, что оппозиция тянет к буржуазной демократии, что успех
оппозиции означал бы успех буржуазной демократии, есть признание наличия
термидорианской опасности.
Обвинять оппозицию, как мелкобуржуазный уклон, и в то же время отрицать
опасность возвращения буржуазного режима, значит не связывать концов с
концами.
Перед введением нэпа и в первый период его у многих из нас было немало
разговоров с Лениным о Термидоре и его опасностях. Никому и в голову не
приходило нелепое профессорски-педантское или бюрократически-шарлатанское
рассуждение о невозможности Термидора - ввиду социалистического характера
революции и пр. и пр.
Л. Троцкий 3 августа 1927 г.
КРОНШТАДТ
Кронштадская форма Термидора путем захвата военной механики. Но можно
сползти к Кронштадту. Если кронштадтцы под лозунгом Советов и во имя Советов
спускались к буржуазному режиму, то можно сползти на кронштадтские позиции
даже со знаменем коммунизма в руках. В этом и состоит дьявольская хитрость
истории.
Л. Троцкий 3 августа 1927 г.
ТРОЦКИЗМ И МЕНЬШЕВИЗМ В КИТАЙСКОМ ВОПРОСЕ Заявление
Прошу в конце заседания огласить нижеследующее.
В своей речи по вопросу о международном положении я сослался на тот
неоспоримый факт, что меньшевики полностью одобряют по китайскому вопросу
линию Сталина-Мартынова-Бухарина. У нас этот факт, как и многие другие,
остается неизвестным даже верхнему слою партии только потому, что печатные
сводки белой печати, не говоря о статьях "Правды", составляются в высшей
степени пристрастно и недобросовестно, По поводу моего указания на то, что
Дан и Абрамович считают линию Сталина-Бухарина, в противовес линии
оппозиции, правильной, т. е. меньшевистской, были сделаны на Пленуме попытки
опровержения, грубость которых ,не прикрывала их неосновательности. Я
обязался тогда же привести точные цитаты. Привожу пока две.
Цитата No 1
"В принципе" большевики тоже стояли за сохранение "единого фронта" в
китайской революции до завершения национально-освободительной задачи. Еще 10
апреля Мартынов в "Правде" весьма вразумительно и, несмотря на обязательные
ругательства по адресу социал-демократии, совсем "по-меньшевистски"
доказывал "левому" оппозиционеру Радеку правильность официальной позиции,
настаивающей на необходимости сохранять "блок четырех классов", не спешить с
разрушением коалиционного правительства, в котором рабочие заседают
совместно с крупной буржуазией, не навязывать ему преждевременно
"социалистических" задач". ("Социалистический вестник", No 8, 23 апреля 1927
г., стр. 4, два первых курсива мои.)
Цитата No 2
По поводу тезисов тов. Сталина для пропагандистов "Социалистический
вестник" писал: 'Отвлекаясь от обязательной для обер-коммуниста словесной
шелухи, вряд ли можно многое возразить против существа "линии", намеченной в
тезисах". По возможности не уходить из Гоминдана и цепляться до последней
крайности за его левое крыло и ухан-ское правительство; "избегать
решительного боя в невыгодных условиях"; не выдвигать лозунга "вся власть
Советам", дабы не "дать врагам китайского народа нового оружия в руки для
борьбы с революцией, для создания новых легенд о том, что в Китае происходит
не национальная революция, а искусственное пересаживание московской
советизации" — что, может быть, в самом деле разумнее для большевиков
теперь, после того, как "единый фронт", по-видимому, разрушен бесповоротно,
и вообще разбито столько посуды в самых "невыгодных условиях"?
("Социалистический вестник", No 9/151, 9 мая 27 г., с. 1, курсивы мои.)
Такие же и еще более яркие цитаты можно представить из всей
социал-демократической печати, от Варшавы до Нью-Йорка.
Л. Троцкий
[август 1927 г.]
Пролетарии всех стран, соединяйтесь! Строго секретно
ВСЕСОЮЗНАЯ КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ (БОЛЬШЕВИКОВ) ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КОМИТЕТ
No12511/с 4 августа 1927 г.
ЧЛЕНАМ И КАНДИДАТАМ ЦК И ЧЛЕНАМ ЦКК
По поручению тов. Сталина, посылается Вам для сведения "заявление по
поводу речи тов. Молотова" — тт. Каменева, Зиновьева, Пятакова и др.
Приложение: экз. No 52 на 4 листах.
Пом. секретаря ЦК (подпись)
Экз. No52
Исх, No12511/с Копия
От 4 августа 27 г. Секретно
ОБЪЕДИНЕННОМУ ПЛЕНУМУ ЦК И ЦКК ВКП (б)
Просим огласить
Заявление по поводу речи тов. Молотова о "повстанчестве" оппозиции
Субботняя речь тов. Молотова дала понять, чего хочет, к чему стремится
тесная фракция Сталина. В ответ на клевету о пораженчестве или "условном
оборончестве" мы заявляли и здесь опять повторили, что оппозиция не ставит
никому условий обороны, а борется и будет бороться за создание условий
победы.
Тов. Молотов по этому поводу заявил - и в этом была единственная цель
всей его речи, - что линия оппозиции, как линия левых эсеров в 1918 г.,
ведет к повстанчеству против партии и советской власти. В этих словах
совершенно точно и ясно охарактеризована не линия оппозиции, а линия
центральной группы Сталина.
Левые эсеры представляли собою самостоятельную партию, которая
находилась во временном блоке с нашей партией. Левые эсеры особенно остро
разошлись с нашей партией по вопросу: воевать с немцами или заключать мир?
Оставшись на съезде Советов в меньшинстве, левые эсеры подняли вооруженное
восстание против советской власти. К счастью для революции, они были нами
разгромлены.
Одновременно с левыми эсерами против Брестского мира выступали левые
коммунисты. Они вели свою борьбу самыми резкими, нередко совершенно
недопустимыми методами, договаривались до условного оборончества по
отношению к социалистическому отечеству, угрожали
партии расколом в обстановке гражданской войны и опасности извне. И все
же дело не дошло не только до "повстанчества", но и до раскола: не было даже
ни одного исключения из партии. Объясняется это тем, что ЦК нашей партии,
под руководством Ленина, не только не разжигал разногласий, но и - несмотря
на прямое восстание левых эсеров, с которыми левые коммунисты отчасти
сближались (некоторые совместные голосования) - не позволил себе ни разу и
тени провокационных запо-дозреваний насчет "повстанчества". На этом одном
уже видно коренное различие между глубоко партийным духом и методами
ленинизма и сталинизма.
Слова Молотова о "повстанчестве" по отношению к нынешней оппозиционной
части единой партии не случайны. Они составляют часть плана, давно и хорошо
продуманного. Многие из вас, товарищи, уже выполнили части и частицы этого
плана, не видя и не зная всего плана в целом. Мы предупреждали вас о первом
этапе этого плана - о радикальном изменении руководства партии - в июле
прошлого года, в послесловии к нашей декларации (см. "Стенографический отчет
Объединенного пленума ЦК и ЦКК" 23-26 октября 1926 г.", стр. 36). Сейчас,
когда близится к полному завершению первый этап плана, Молотов ставит нас
своей речью перед вторым и заключительным этапом. Произнося по отношению к
оппозиции слово "повстанчество", ядро сталинской фракции хочет приучить
партию к мысли о разгроме оппозиции.
Мы считаем необходимым со всей ясностью предупредить об этом ЦК и ЦКК.
Неправда, будто оппозиция стоит на точке зрения условного оборончества.
Зато безусловная правда, что сталинская фракция старается и в деле обороны
вогнать клин между оппозицией и остальной частью партии, выбрасывает, в
обстановке надвигающейся военной угрозы, виднейших военных работников в
Хабаровск, в Японию, в Афганистан и т. д. и тем ослабляет оборону страны.
Неправда, будто оппозиция готовит вторую партию. Зато безусловная
правда, что сталинская фракция раз навсегда хочет подчинить себе партию
методами не только партийного, но и государственного аппарата.
Неправда, будто оппозиция считает, что революция вступила в эпоху
Термидора и что термидорианской является наша партия. Партия придушена, ее
способность к отпору ослаблена. А элементы Термидора в стране налицо, и они
безнаказанно просовывают свою голову в партию. Когда злейший враг коммунизма
Устрялов настойчиво требует от Сталина полного разгрома оппозиции, то это
ясный и недвусмысленный язык Термидора. И когда из разгрома левого крыла
партии .Сталин делает главное содержание своей работы, то он этим помимо
своей воли окрыляет Устрялова и компанию, их укрепляет, а позиции
пролетариата ослабляет.
Неправда, будто путь оппозиции ведет к восстанию против партии и
советской власти. Зато неоспоримая правда, что сталинская фракция на пути
достижения своих целей холодно наметила развязку физического
разгрома. Со стороны оппозиции нет и намека на угрозу повстанчества.
Зато со стороны сталинской фракции есть подлинная угроза дальнейшей
узурпации верховных прав партии. Устами Молотова эта угроза провозглашена
открыто. Подготовляя на деле шаг за шагом разгром оппозиции, под предлогом
"повстанчества", сталинская верхушка на словах успокаивает колеблющихся
членов ЦК и ЦКК тем, что дело до этого не дойдет, что нужно только оппозицию
попугать, - таким путем сталинская группа постепенно втягивает в свой
замысел более широкие круги, приучая их к плану, который в чистом своем виде
сегодня еще неизбежно отпугнул бы их.
Ввиду этого, мы считаем нужным сказать здесь то, что должно было бы
разуметься само собою: оппозиция не даст себя запугать ни клеветой, ни
угрозами физического разгрома. Колеблющиеся единицы отходят от оппозиции,
десятки и сотни убежденных событиями низовых партийцев примыкают к нам.
Оппозицию нельзя запугать угрозой. Оппозицию нельзя сломить репрессией. То,
что мы считаем правильным, мы будем отстаивать до конца, Мы верим в
пролетарское ядро партии. Мы знаем, что события работают за ленинскую линию,
стало быть, - на оппозицию. Мы верим, что выправить линию партии в условиях
мира, как и войны - можно не только без "повстанчества" и "двух партий", но
и без потрясений и репрессий вообще. Оппозицию нельзя запугать. Но нужно
оградить революционное единство партии от все более грозных тенденций
узурпаторства. Оппозиция сохраняет за собой право терпеливо и настойчиво
разъяснять свои взгляды, опираясь на ход событий. Но против дальнейших
попраний партийного устава, против узурпации прав съезда, против захвата
партийного слова и партийной печати в руки искусственно подобранной фракции
сталинцев, против зажимания рта оппозиции руками госаппарата, против учения
о несменяемости сталинского руководящего ядра, против теории и практики
узурпаторства (захватничества) оппозиция будет непримиримо бороться всеми
средствами, совместными и с революционным единством партии и с незыблемостью
диктатуры пролетариата. Оппозиция не позволит разрешать основные вопросы
пролетарской революции в четырех стенах сталинской фракции. Решать должна и
будет партия. Мы полностью и до конца - за революционное единство ВКП и
Коминтерна.
Вместе с тем, мы снова повторяем, что с готовностью пойдем навстречу
всякому предложению, которое может улучшить внутрипартийные отношения.
Смягчить внутреннюю борьбу, облегчить партии и ЦК более правильное
использование всех сил, - на любой работе - для нужд партии и советского
государства, наконец, создать условия, обеспечивающие всестороннюю проверку
партией действительных разногласий и выработку правильной линии на XV
партийном съезде.
Каменев Петерсон Зиновьев
Раковский Пятаков Евдокимов
4 августа 1927 г. Смилга Лиздин Муралов
Соловьев Троцкий Авдеев
Бакаев
Верно: Виноградова
ТРИ ГОМИНДАНА СТАЛИНА
Зиновьев: В 1917 г., до приезда Владимира Ильича, тов. Сталин на
мартовском совещании большевиков, как об этом свидетельствует существующая
стенограмма, которую я просил бы напечатать и раздать, говорил следующее:
"Временное же правительство взяло фактически роль закрепителя
завоеваний революционного народа. Совет рабочих и социал-демократов
мобилизует силы, контролирует. Временное же правительство, упираясь,
путаясь, берет роль закрепителя тех завоеваний народа, которые фактически
уже взяты им. Такое положение имеет отрицательные, но и положительные
стороны: нам невыгодно сейчас форсировать события, ускоряя процесс
откалывания буржуазных слоев, которые неизбежно впоследствии должны будут
отойти от нас. Нам необходимо выиграть время, затормозив откалывание
средне-буржуазных слоев, чтобы подготовиться к борьбе с Временным
правительством.
Поскольку Временное правительство закрепляет шаги революции, постольку
ему поддержка, поскольку оно контрреволюционно, - поддержка Временного
правительства неприемлема" (см. мартовское партийное совещание 1917 г.).
И дальше, в той же стенограмме:
"В порядке дня предложение Церетели об объединении.
Сталин: Мы должны пойти. Необходимо определить наши предложения о линии
объединения: возможно объединение по линии Циммервальда-Кинталя. Забегать
вперед и предупреждать разногласия не следует. Без разногласий нет партийной
жизни. Внутри партии мы будем изживать мелкие разногласия" (см. там же).
Верно ли было это или нет? Нет, неверно. Большевизм ли это? Нет. Похоже
ли это на то, что говорил Ленин? Нет, ни в какой мере не похоже на то, что
говорил Ленин. Но это очень похоже на то, что говорит Сталин теперь о
китайской революции. Да, похоже. Это был его первый "Гоминдан" - в русском
масштабе.
Второй его "Гоминдан" относится к германской революции 1923 г., -
вопрос, который имеет мировое значение. Это исторический вопрос и его,
конечно, тоже нужно будет осветить, на нем тоже нужно остановиться. Второй
"Гоминдан" Сталина случился в августе 1923 г., когда движение поднялось в
Германии. В этот момент тов. Сталин писал мне и тов. Бухарину, которые
находились в это время в отпуске и которые находились в разногласии с ним по
этому вопросу. Он писал следующее:
"Должны ли коммунисты стремиться (на данной стадии) к захвату власти
без социал-демократов, созрели ли они уже для этого, - в этом, по-моему,
вопрос. Беря власть, мы имели в России такие резервы, как: а) мир, б) землю
крестьянам, в) поддержку громадного большинства рабочего класса, г)
сочувствие крестьянства. Ничего такого у немецких коммунистов сейчас нет.
Конечно, они имеют по соседству Советскую страну, чего у нас не было, но что
можем дать им в данный момент? Если сейчас в Германии власть, так сказать,
упадет, а коммунисты ее
подхватят, они провалятся с треском. Это "в лучшем" случае. А в худ-шем
случае - их разобьют вдребезги и отбросят назад. Дело не в том, что Брандлер
хочет "учить массы", дело в том, что буржуазия, плюс правые социал-демократы
наверняка превратили бы учебу-демонстрацию в генеральный бой (они имеют пока
что все шансы для этого) и разгромили бы их. Конечно, фашисты не дремлют, но
нам выгоднее, чтобы фашисты первые напали: это сплотит весь рабочий класс
вокруг коммунистов (Германия - не Болгария). Кроме того, фашисты по всем
данным слабы в Германии. По-моему, немцев надо удержать, а не поощрять".
Я утверждаю, товарищи, это есть логическое продолжение сталинского
уклона марта 1917 г. Это есть второй германский, так сказать, "Гоминдан".
Постановка вопроса о том, что власть мы не можем брать без
социал-демократии, что если власть упадет, то ее коммунисты не должны
поднять и брать, что фашисты слабы, как "слаб" Чан Кайши в 1927 г. и т. д. -
это второй германский "Гоминдан" Сталина.
И, наконец, третий "Гоминдан", всамделишний китайский Гоминдан 1927 г.,
который я также хотел бы вам иллюстрировать. Ленин говорил:
"Обещаниями "кормили" народ и одурачивали рабочих все буржуазные
политиканы во всех буржуазных революциях.
Наша революция буржуазная, поэтому рабочие должны поддерживать
буржуазию, - говорят никуда негодные политики из лагеря ликвидаторов.
Наша революция буржуазная, - говорим мы, - марксисты, - поэтому рабочие
должны раскрыть глаза народу на обман буржуазных политиканов, учить его не
верить словам, полагаться только на свои силы, на свою организацию, на свое
объединение, на свое вооружение". (Ленин, т. XIV,ч. 1,стр. 11.)
Относится ли это также и к китайской революции? Целиком и полностью.
Г. Зиновьев август 1927 г.
Объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП (б)
29 июля - 9 августа 1927 г. стенограф, отчет выпуск III, стр. 22
РЕЧЬ ТРОЦКОГО НА ЗАСЕДАНИИ ОБЪЕДИНЕННОГО ПЛЕНУМА 6 АВГУСТА 1927 г.
Троцкий: (читает речь). Здесь вчера тов. Сталин говорил о том, что
оппозиция стоит под знаменем троцкизма. Первым и основным признаком
троцкизма тов. Сталин поставил отрицание теории построения социализма в
отдельной стране. Этот вопрос, товарищи, не снят, - с моей точки зрения; и
думается, не будет снят с порядка дня в течение ближайшего периода. Ссылка
на те или другие уже состоявшиеся решения,
если бы даже эта ссылка была правильна, означала бы только, что эти
решения нужно пересмотреть, как явно ошибочные. На самом деле, вопрос этот
никогда не рассматривался, как самостоятельный вопрос, в полном объеме, и
никогда не выносилось по этому вопросу сколько-нибудь исчерпывающего
решения.
Голос с места: Может быть, вы будете отвечать на вопросы, поставленные
вам вчера?
Троцкий: Между тем, именно на этом вопросе обнаруживается ярче всего
несерьезность попытки выставить наш подход к вопросу, как "троцкистский", в
противовес марксистскому или ленинскому (возгласы) . Я понимаю так, что дело
идет о политическом течении, которое обсуждается, прежде всего, по
политической линии, — по линии так называемого "троцкизма", якобы
расходящегося с ленинизмом; именно по этой основной линии обвинения я сейчас
и даю объяснения объединенному пленуму ЦК и ЦКК. Я утверждаю, товарищи, что
это основное обвинение в корне неправильно. Ведь нельзя же вычеркнуть тот
факт, что еще в 1924 г., т. е. уже после смерти Владимира Ильича, Сталин
совершенно ясно и точно формулировал свой взгляд на невозможность построения
социализма, т. е. социалистического общества в отдельной стране. Выходит,
что уже после смерти Ленина, всего каких-нибудь два года тому назад, Сталин
развивал "троцкистский" взгляд на вопрос о построении социализма в отдельной
стране.
Каганович: Вы про себя расскажите.
Голос: Об этом уже говорилось.
Троцкий: Можно сказать, Сталин ошибался, а потом поправился. Но каким
же образом он мог так ошибаться, в таком вопросе? Если верно, что Ленин уже
в 1915 г. дал теорию построения социализма в отдельной стране (что в корне
неверно); если верно, что в дальнейшем Ленин только подкреплял и развивал
эту точку зрения (что в корне неверно), -то как же, спрашивается, Сталин мог
по такому важнейшему вопросу выработать для себя при жизни Ленина, в
последний период его жизни, тот взгляд, который нашел свое выражение в
сталинской цитате 1924 г.? Выходит, что в этом коренном вопросе Сталин
попросту был всегда троцкистом и только после 1924 г. перестал быть им.
Антипов: Отвечайте на то, какие вопросы вам задавались. По 4 пункту
говорите. Нечего отвлекать внимание.
Каганович: Вы расскажите о дискуссии 1915 г.
Троцкий: Было бы недурно, если бы тов. Сталин нашел у себя хотя бы одну
цитату, доказывающую, что он и до 1925 г. говорил о построении социализма в
одной стране. Не найдет! А Бухарин? Вот три цитаты, одна 17, две другие 23
г. И все они свидетельствуют, что мы, оппозиционеры, в настоящий момент по
этому важнейшему вопросу развиваем ту точку зрения, которая была
общепартийной точкой зрения не только при жизни Ленина, но и два или полтора
года тому назад, значит, после его смерти. Бухарин говорил о пролетариате в
России, что он идет к власти, к социализму. "Однако, эта задача, которая
"ставится на очередь" и в России, не может быть разрешена "внутри
национальных
границ". Здесь рабочий класс натыкается на непреодолимую стену, которая
может быть пробита только тараном международной рабочей революции" (Бухарин,
"Классовая борьба и революция в России", сс.3-4, издание МК и Облбюро, 1917
г.).
В 1919 г. Бухарин говорил еще больше того: "Период подъема
производительных сил может наступить лишь с победой пролетариата в
нескольких крупных странах" (Бухарин, "Коммунистический Интернационал", No
5, сент. 1919 г., стр. 614). Не построение социализма, но даже подъем
производительных сил может наступить, по Бухарину, лишь с победой
пролетариата в нескольких крупных странах. Отсюда вывод о необходимости
всемерного развития мировой революции.
Возгласы: Говорите по существу.
Троцкий: Наконец, далее Бухарин говорит, что "Интернационал
осуществит..."
Возгласы: Это совершенно недопустимо. Говорите по существу. Почему вы
увиливаете от ответов на прямые вопросы? (Шум.) (Звонок председателя.)
Троцкий: ...что "осуществит взаимную помощь со стороны пролетариата
различных стран, а без экономической и других видов взаимной поддержки
пролетариат не в состоянии (не в состоянии!) построить новое общество".
("Коммунистический Интернационал", No 8, май 1919 г., стр. 94.) Я этим
отвечаю прямо и непосредственно на утверждение, которое сделал здесь тов.
Сталин именно по тому самому пункту порядка дня, который мы сейчас
рассматриваем, — на утверждение, которое гласит, что отход оппозиции от
ленинизма на путь так называемого "троцкизма" произошел прежде всего в
вопросе о социализме в отдельной стране. Я еще напоминаю, что в программе
комсомола, которая принята была в 21 г. и сохраняется до сего дня, ясно
формулировано то положение, которое ставится нам в вину, как троцкизм.
Возгласы: Говорите по существу, Вы не имеете смелости ответить на
обвинения.
Троцкий: Я спрашиваю, товарищи: значит и Бухарин в 17, 19 и 21 гг. был
в этом вопросе троцкистом? Нет, он был тогда именно в этом вопросе ближе к
Марксу, Энгельсу, Ленину, чем во многих других вопросах. А программа
комсомола? Правда, тов. Шацкин сделал довольно наивную попытку взять
ответственность за составление этой программы на себя.
Шацкин: Я ее писал.
Скрыпник: И Шацкина задел.
Троцкий: Выходит, что Шацкин собственным умом дошел в 21 г. до мысли,
что вся старая традиция марксизма неверна, и, придя к этому выводу, нашел
возможным внести и закрепить в программе комсомола свою троцкистскую ересь.
(Шум.)
Шверник: Поговорите лучше о тех обвинениях, которые вам предъявлены.
Троцкий: Ни Бухарин, ни Сталин, оказывается, этого не заметили.
(Возгласы.) Я перейду к другим обвинениям, которые мне предъявляют,
после того, как отвечу на обвинение, самое основное и принципиальное.
Ни Сталин, ни Бухарин не заметили этого, т. е. не заметили того, что в
программе комсомола есть пункт о связи строительства социализма с мировой
революцией, который формулирован точно так же, как форму' пировали его мы,
оппозиция, сейчас. Не заметил этого будто бы и Ленин, который умел многое
замечать. (Шум.)
Петровский: Тов, председатель, надо держать оратора ближе к пункту,
который обсуждается.
Ворошилов: Правильно!
Каганович: Вы в 15 г. спорили с Лениным или нет?
Возглас: Скажите про вашу статью в 15 г.
Троцкий: Если мне не будут мешать, то я сейчас скажу и о статье Ленина
1915 г., где ошибка Сталина наиболее очевидна.
Никто, оказывается, не заметил по коренному вопросу, по вопросу о связи
строительства социализма с мировой революцией, троцкистской ереси в
программе комсомола, которая существует уже несколько лет, которая
существует и сейчас.
Возглас: А кто вас исправил, не Ленин разве?
Троцкий: И я повторяю: разве случайность заявления Бухарина? (Шум.
Звонок председателя.) Случайность программа комсомола? Случайность? Все, что
писали по этому поводу Маркс и Энгельс, - отметается. Все, что говорил по
этому вопросу Ленин, — отметается, кроме од-ной-единственной искажаемой
Сталиным цитаты 15 г., на которую ссылался именно по пункту 4-му порядка дня
тов. Сталин и по поводу которой меня прерывают сейчас. Об этой цитате я
вынужден сказать несколько слов.
Голоса: Отвечайте лучше о Термидоре, о Клемансо, о двух партиях.
Ответьте на все обвинения, вам предъявленные.
Возглас: Вы не имеете смелости ответить на обвинения.
Голос: Довольно об этой цитате!
Троцкий: Я позволю себе указать, что именно тов. Сталин, именно по
этому пункту порядка дня говорил о том, что существует отход оппозиции от
ленинизма по вопросу о строительстве социализма в одной стране, что это
основное наше грехопадение, что именно в этом выражается "троцкизм". И точно
так же, как тов. председатель не останавливал по этому вопросу тов. Сталина,
я прошу председателя дать мне возможность внести необходимые разъяснения по
этому основному вопросу. (Шум, голоса: Это уже издевательство, довольно!) В
тезисах о войне и мире... (Шум.)
Рыков (Председатель) : Я получил массу жалоб от членов пленума ЦК и ЦКК
по вопросу о том, что речь тов. Зиновьева была посвящена не пункту порядка
дня, который стоит на обсуждении. (Голоса: правильно!) Это побудило меня
дать некоторым последующим ораторам возможность касаться тех тем, которых
касался тов. Зиновьев, но мне кажется, что если мы хотим с четвертым пунктом
покончить на протяжении сегодняшнего дня, то все-таки рано или поздно нам
придется обратиться к обсуждению его. (Голоса: правильно!) Поэтому мне
казалось
бы, что эти требования совершенно целесообразны - посвятить дальнейшую
работу на обсуждение вопроса, связанного с докладом тов. Орджоникидзе -
предложение об исключении из состава членов ЦК двух его членов Зиновьева и
Троцкого. (Голоса: правильно!)
Троцкий: Товарищи, если всем остальным ораторам, в пределах того
времени, которое им предоставлялось, давалась возможность говорить о всех
тех вопросах, которые, по их мнению, стоят в связи с пунктом четвертым дня,
то я думаю, что мне, который является по этому вопросу обвиняемым перед
объединенным пленумом ЦК и ЦКК, в таком праве, во всяком случае, нельзя
отказать. Тов. Орджоникидзе, - никто ему не сделал за это упрека, - в своем
докладе затрагивал все, или почти все вопросы, составлявшие предмет
разногласий...
Голоса: Неверно, ничего подобного!
Тальберг: Говорите по существу!
Троцкий: ...даже вопрос о моей оценке роли урожая и неурожая в
советской экономике. Так что, ваше право, товарищи, лишить меня слова, но я,
в пределах предоставленных мне 45 минут, могу говорить по поводу
предъявленных мне обвинений только то, что я считаю необходимым. Если тов.
председатель считает, что это неправильно, он, разумеется, может лишить меня
слова, и дело пленума - подтвердить вердикт. Мне ничего не остается, как
подчиниться. Но, пока я на трибуне, я могу говорить только то, что сам
считаю важным, существенным для объединенного пленума по четвертому пункту
порядка дня.
Голос: Двадцать раз говорили.
Голос: Скажите, распустите вы фракцию или нет? Вот это вы нам скажите.
Голос: Мы это будем слушать.
Рыков (председатель): Я думаю, что выражу мнение всех членов пленума и
ЦК и ЦКК, если скажу, что пленум рассчитывает услышать от тов. Троцкого
что-нибудь по тому вопросу, который в настоящий момент стоит на повестке дня
(голоса: правильно!), что вопрос о строительстве социализма обсуждался нами
и на съездах и на конференциях и является решенным и подтвержденным много
раз (голоса: правильно!). Во всяком случае его на повестку настоящего
пленума никто не ставил.
Ворошилов (с места) : По этому вопросу нужно говорить, выполняете вы
или нет...
Троцкий: Если я должен понимать тов. председателя в таком смысле, что я
имею право дальше развивать свои мысли и сделать необходимые выводы из общих
принципиальных соображений, то это вполне совпадает с тем планом речи,
который имеется у меня (смех, шум).
Голос с места: Это не совпадает с порядком дня.
Голос с места: Не занимайтесь казуистикой.
Каганович: Говорите по существу.
Троцкий: Если вы хотите сказать, что я не имею права говорить о том,
что я считаю существом для данного пленума в связи с обвинением меня...
(шум), если пленум не считает нужным выслушать меня, то он
имеет право меня лишить слова. Я этому подчинюсь, это право пленума.
Каганович: Вам предоставили 45 минут. Говорите по существу, не
заговаривайте зубы.
Троцкий: Я и говорю, что в оценке существа вся суть. Если бы не было
разногласий, все было бы очень просто. Но в оценке того, что есть существо,
я весьма отличаюсь от тов. Кагановича. Это не мешает ему развивать свою
точку зрения. А я развиваю свою.
Голос: Говорите по существу (шум).
Троцкий: По вопросу о существе этого вопроса я расхожусь с Кагановичем
так же, как например, по вопросу об Амстердаме. Но мне кажется, что я имею
право излагать свою точку зрения.
В тезисах о войне и мире (7 января 1918 г.) Ленин говорил о
"необходимости для успеха социализма в России известного промежутка времени,
не менее нескольких месяцев." (Том XV, стр. 64). Что, собственно, означали
эти слова в его устах? Какое конкретное экономическое и социальное
содеражние вкладывал он в них?
Ворошилов с места: Это же все можно разослать и напечатать. (Шум.)
Троцкий: В начале 1918 г., в статье "О "левом" ребячестве и
мелкобуржуазности" Владимир Ильич писал: "Если бы, примерно, через полгода у
нас установился государственный капитализм, это было бы громадным успехом и
вернейшей гарантией того, что через год у нас окончательно упрочится и
непобедимым станет социализм" (т. XVIII, часть 2, стр. 87). На эту цитату
Владимир Ильич ссылался со времени перехода к нэпу не раз. Он приводил ее в
своей речи на IV конгрессе Коминтерна, причем тут же добавил, что "это было
сказано, когда мы были поглупее, чем сейчас, но не настолько уж глупы, чтобы
не уметь рассматривать такие вопросы" (т. XVIII,ч. 2, стр. 87). Совершенно
ясно...
Голос с места: Надо пересмотреть ему время.
Троцкий: Совершенно ясно, что ироническое замечание: "мы были поглупее,
чем сейчас" относилось к слишком коротким срокам "через год у нас
окончательно упрочится и непобедимым станет социализм" (шум).
Рудзутак: Это не имеет никакого отношения к постановлению ЦКК.
Троцкий: Как мог, однако, Ленин давать такой короткий срок для
"окончательного "упрочения" социализма? (Шум.) Какое
материально-производственное содержание вкладывал он в эти слова? И что
означают, с другой стороны, смягчающие иронию слова Ленина о том, что мы
были в 18 г. "не настолько уж глупы, чтобы (шум) не уметь рассматривать эти
вопросы?" Совершенно ясно, что под окончательным упрочением социализма Ленин
понимал не построение социалистического общ-щества в годовой срок... (Шум.)
Рудзутак: Это не речь, а чтение полного собрания сочинений Троцкого...
Троцкий: ...не уничтожение классов, не преодоление противоречия между
городом и деревней в двенадцать месяцев, а прежде всего и главным образом
восстановление работы фабрик и заводов в руках
победоносного пролетариата. В этом вся суть. (Шум.) Чтобы понять
ленинскую постановку вопроса о построении социализма, нельзя вырывать и
произвольно перетолковывать отдельные замечания, сказанные в разных
условиях, по разным поводам и главное, для разных практических целей. Надо
взять ленинскую мысль в ее историческом развитии. И тогда мы найдем, что то,
что Ленин говорил насчет построения социализма, например, в 1915 г., т. е.
за два с лишним года до октябрьского переворота, освещается правильно и с
полной бесспорностью лишь в том случае, если проследить развитие ленинской
мысли о построении социализма в годы, следовавшие после октябрьского
переворота, когда дело шло уже не о программе, а о теоретическом определении
живого опыта.
В 1915 г. Ленин писал: "Неравномерность экономического и политического
развития есть безусловный закон капитализма. Отсюда следует, что возможна
победа социализма первоначально в немногих или даже в одной, отдельно
взятой, капиталистической стране. Победивший пролетариат этой страны,
экспроприировав капиталистов и организовав у себя социалистическое
производство, встал бы против остального, капиталистического мира, привлекая
к себе угнетенные классы других стран, поднимая в них восстание против
капиталистов, выступая в случае необходимости даже с военной силой против
эксплуататорских классов и Их государств" (Ленин, т. XIII, стр. 133,
"Социал-демократ", 23 августа 1915 г.). В этих словах, еще достаточно общих
(1915 г.), заключается уже не только полемика с теми якобы революционерами,
которые считали, что революция должна одновременно начаться во всей Европе,
если не во всем мире, но и... с будущими "левыми" коммунистами. Первым Ленин
говорит: революция может и...
