Ингмар Бергман. Картины
страница №7
...реписывались почти целый год, прежде чем встретились.
Для меня обрести щедро одаренного - и эмоционально, и
интеллектуально - корреспондента было потрясающим пе-
реживанием. не перечитывал этих писем, но, по-моему,
очень скоро я начал прибегать к таким словам и выражени-
ям, на которые никогда раньше не осмеливался.
Произошло это потому, что Кэби
обладала литера-
турной выразительностью. Она обращается со шведским
языком с необыкновенной чуткостью, возможно, потому,
что ей когда-то пришлось овладевать им с азов.
По дневнику того времени я вижу,
что пользуюсь
словами, которые мне бы просто в голову не пришло упот-
ребить сегодня. В дневниковых записях прослеживается
======================================================================
К стр. 244 - 245
... после опубликования "Как в зеркале", "Причастия"
и "Молча-
ния" в виде книги.
Имеется в виду книга "En filmtrilogy" (Stockholm,
Norstedt, 1963). Это
было первое шведское издание киносценариев
Бергмана.
К стр. 245
"Schnaps-Ideeе" - "пьяный бред" (нем.).
=======================================================================
247
опасная тенден ия литературной цветистости.
Чем яснее
нам с Кэби становилось, что созданный
нами с таким трудом спектакль
начал разваливаться, тем
больше усилий мы прилагали, дабы
замазать трещины свое-
образной словесной косметикой.
"Осенней
сонате" пастор говорит жене: "К
тому
же меня переполняют совершенно
нелепые мечты и надеж-
ды. И даже своего рода тоска". На что Эва отвечает:
- До чего красивые
слова, правда? Я хочу сказать,
слова, которые
на самом деле ничего не значат. Я
выросла на красивых
словах. Например, слово
"боль". Мама
никогда не злится, не расстраивает-
ся, не чувствует-
себя несчастной, она "испытывает
боль". У тебя
тоже множество подобных слов. В
твоем случае,
поскольку ты священник, речь идет,
вероятно, о
профессиональной травме. Когда ты
говоришь, что
тоскуешь по мне, хотя я стою здесь,
перед тобой,
то у меня закрадываются подозрения.
В и к т о р.
Ты прекрасно знаешь, что я имею
в виду.
Э в а. Нет.
Если бы я это знала, тебе бы ни за
что не пришло
в голову сказать, что ты тоскуешь
по мне.
"Как в зеркале" - это нечто вроде инвентаризации перед
снижением цен. Я страшился тех громадных усилий, кото-
рые нам с Кэби пришлось приложить, чтобы порвать с про-
шлым и сообща наладить абсолютно иной
стиль жизни.
Страшился, 'что этот стиль жизни окажется тем, чем он и
был на самом деле: рискованным спектаклем.
Владевший
мной страх и породил чуть излишне красивые слова, чуть
излишне пышные формулировки и чуть
излишне изящную
пластику "Как в зеркале".
-----------------------------------------------------------------------
"Девичий источник": "...страшная история про девочку, насильника
и месть". (Макс фон Сюдов, Биргитта Петтерссон и Биргитта
Вальберю).
-----------------------------------------------------------------------
248
Это со всей очевидностью вытекает из дневниковой
записи в начале книги Вильгота Шемана о "Причастии".
"Обед у Уллы Исакссон. К кофе появляются
Ингмар и Кзби. Проблемы художественной трак-
товки: Кэби говорит о Хиндемите; Ингмар - о ре-
жиссуре и интерпретации, после чего рассказывает
невероятно веселые истории о животных, которых
ему приходилось снимать: змеях в "Жажде", бел-
ке в "Седьмой печати", кошке в "Оке дьявола".
Внезапно разговор переключается на другую тему
- страдание".
Наткнувшись в первый раз
на эти строки, я подумал -
чертов Вильгот таки раскусил нас. Разгадал
игру, которую
мы с Кзби ведем.
Сейчас я понимаю, что у Вильгота не возникло и те-
ни подозрения. Но сцена говорит сама
за себя, и говорит
языком малоприятным.
Итак, "Как в зеркале" - почти отчаянная попытка
отразить определенную жизненную
позицию: Бог есть лю-
бовь, и любовь есть Бог. Тот, кто окружен
Любовью, окру-
жен Богом. Именно это
я назвал, с помощью Вильгота
Шемана, "завоеванной уверенностью".
В кинематографе
самое ужасное то, что любой фильм
с чудовищной нагляд-
ностью разоблачает и человеческий, и
художественный ста-
тус, в котором ты пребывал при
рождении картины. Лите-
ратура в этом отношении не столь откровенна.
Слова более
многозначны, чем изображение.
В фильме, стало быть, присутствует фальшь, пусть
во многом неосознанная,
но все же фальшь. Каким-то
странным образом лента на несколько
сантиметров оторва-
лась от земли. Подделка
- это одно. Фокусничество - со-
всем другое. Фокусник знает, что делает, как
Альберт Эма-
249
нуэль Фоглер в "Лице". Поэтому "Лицо" - картина чест-
ная, а "Как в зеркале" - трюк.
Лучшее, что есть в
"Как в зеркале", тоже берет свое
начало в наших с Кзби отношениях. Благодаря ей я стал
прилично разбираться в музыке. И это помогло мне найти
форму камерной пьесы. Между камерной пьесой и камер-
ной музыкой границ почти нет, как нет ее и между присущи-
ми и кинематографу, и музыке способами выражения.
Еще только приступая
к планированию работы над
картиной, тогда называвшейся "Обои", я записал в рабочем
дневнике: "Это будет история поперек, а не вдоль. Черт его
знает, как это сделать". Запись помечена первым днем Но-
вого, 1966 года, и я хотя и выразился несколько странно,
точно понимаю, что имею в виду: фильм должен проникнуть
в неиспробованные глубины.
Рабочий дневник (середина
марта):
С ней говорит
бог. Она полна смирения и кротости
перед этим богом,
которому молится. Бог и черен,
и светел. Иногда
он дает ей непонятные повеления
- пить соленую
воду, убивать животных и т. д. Но
иногда преисполнен
любви и вызывает у нее силь-
ные эмоции,
даже сексуальные. Он нисходит к
ней, переодевшись
Минусом, ее младшим братом.
В то же время
бог заставляет ее отказаться от сво-
его брака. Она
- невеста, ожидающая жениха, по-
зтому обязана
сохранить чистоту. Она затягивает в
свой мир Минуса.
И тот охотно, с энтузиазмом за
ней следует,
ибо находится в пограничной стране
полового созревания.
Бог в предостережение дела-
ет Мартина и
Давида подозрительными в ее гла-
зах. Зато Минуса
наделяет самыми примечатель-
ными свойствами.
-----------------------------------------------------------------------
Харриет Андерссон в роли Карин: "Пограничная линия, которую она
должна переступить, - необычный узор обоев".
-----------------------------------------------------------------------
252
В глубине души я хотел, очевидно, описать случай религи-
озной истерии или, если желаете, шизофрении с религиоз-
ными симптомами.
Мартин, законный супруг,
начинает борьбу с этим
богом, чтобы вернуть
Карин обратно в свой мир.
Но, поскольку он человек
очевидностей, его уси-
лия должны быть бесперспективными.
Далее в рабочем дневнике написано:
Бог нисходит в человека,
поселяется в нем. Снача-
ла он лишь голос, тяжкое
знание или приказ. Гроз-
ный или умоляющий, отвратительный,
но и возбу-
ждающий. Потом он проявляет
себя все сильнее, и
человеку приходится. испытать
власть бога, нау-
читься его любить, приносить
себя в жертву, его
принуждают к предельной
преданности полнейшей
пустоте. Когда эта пустота
достигнута, бог овладе-
вает человеком и его руками
вершит свои дела.
После чего бросает его опустошенным
и выжжен-
ным, не оставляя возможности
продолжать жить в
этом мире. Именно это и
происходит с Карин. А
граница, которую она должна
переступить, - не-
обычный узор обоев.
Параллельно с красивыми словами тут кроется
некое ядо-
витое представление об облике бога, которого
я пытаюсь
материализовать.
В рабочем дневнике
того периода я коротко свожу
счеты и с самим Бергманом:
Удивительное впечатление
от Petite Symphonic con-
certante Франка Мартена.
Начало в высшей степе-
ни приятное, оно мне показалось
красивым и тро-
гательным. Но вдруг
я понял, что эта музыка по-
====================================================================
К стр. 252
Мартен Франк (1890 - 1974) - швейцарский композитор.
Petite Symphonic concertante - произведение
для клавесина,
арфы, фортепиано и двух струнных оркестров
(1945).
===================================================================
253
хожа на мои фильмы. Я когда-то
говорил, что хо-
чу делать
фильмы так, как Барток пишет музыку.
А в
действительности делаю их так, как
Франк
Мартен
- свою Симфонию, что отнюдь не
прибав-
ляет мне
радости. Не могу сказать, что это плохая
музыка,
наоборот, она безупречна, прекрасна
и
трогательна
и вдобавок исключительно изысканна
в звуковом
смысле. Но у меня есть сильное ощу-
щение,
что она поверхностна, что использует мыс-
ли, не
додуманные до конца, прибегает к эффек-
там,
которые немного превосходят ее возможно-
сти. Кэби
говорит, что я не прав. Но я все-таки
продолжаю сомневаться
и весьма расстроен.
Это написано в конце марта - начале апреля 1960 года,
еще раньше, чем "Как в зеркале" обрело твердые очерта-
ния. Я по-прежнему на пути к другому фильму:
Карин хочет,
чтобы Мартин, ее муж, помолился
богу, который в противном случае может стать
опасным. Она пытается его заставить. В конце
концов ему приходится позвать на помощь Давида,
и они делают ей укол. И она прямиком уходит в
свой мир за обоями.
12 апреля я пишу в рабочем дневнике:
Не сентиментальничай
с болезнью Карин. Покажи
ее во всей ее жуткой выразитльности. Не пытайся из-
влечь массу искусных эффектов из того факта, что
она переживает бога.
Страстная пятница 1960 года:
Желание работать, сосредоточиться. А возможно,
и выкинуть разные дьявольские штучки, хотя что
254
из этого
выйдет, неизвестно. Размышляю над
фильмом, и вот до чего
додумался: если мы попы-
таемся представить себе
бога, если попытаемся его
материализовать, то
получится прямо-таки отвра-
тительный тип со многими
ликами.
Затронув реально существую
ее понятие бога, я размале-
вал его любовной косметикой. Я защищаюсь
от того, что уг-
рожало моей собственной жизни.
С Давидом, отцом
и писателем, возникли проблемы.
В нем слились два вида бессознательной
лжи: моей собст-
венной и Гуннара Бьернстранда.
Общими усилиями нам
удается получить жуткое варево.
Гуннар перешел
в католичество, наверняка глубоко
искренно и страстно стремясь к истине.
И тут-то я даю ему
немыслимо поверхностный
текст. У него нет ни малейшей
возможности, как мне представляется
сегодня, сказать хоть
единое честное слово.
Он играет писателя,
автора бестселлеров: здесь я
вплетаю свою личную ситуацию - ты
достиг успеха, а тебя
все равно не замечают. Я вкладываю ему
в уста рассказ о
моей собственной неудачной попытке
покончить с собой в
Швейцарии, незадолго до
появления "Улыбки летней но-
чи". Текст безнадежно циниче .
Я заставляю Давида сде-
лать в высшей степени сомнительный
вывод из этой попыт-
ки самоубийства: в поисках смерти
он вновь обретает лю-
бовь к своим детям.
Чудовищная,
неприкрыто откровенная ситуация,
в
которой я оказался в Швейцарии,
не дала ровным счетом
ничего. Я просто-напросто дошел до точки.
Гуннар же вос-
принял евангелие обращения, звучавшее
в монологе, как не-
что идущее из глубины его
собственного сердца. Ему оно
представлялось прекрасным.
-----------------------------------------------------------------------
Обломки корабля. Минус и Карин. Ларс
Пассгорд и Харриет
Андерссон.
-----------------------------------------------------------------------
256
Плохо сделано и плохо сыграно.
На роль Минуса я выбрал едва оперившегося акте-
ра, недавнего выпускника театральной
школы, явно не до-
росшего до сложностей, заложенных
в этом образе: преодо-
ление границ, распутство, презрение
к отцу и одновременно
страстное желание найти
с ним контакт, привязанность к
сестре. Ларс Пассгорд, трогательный,
замечательный юно-
ша, буквально лез из кожи. Но на его
месте должен был бы
быть молодой Бенгт Экерут.
С годами я научился лучше подбирать нужных
лю-
дей на соответствующие роли.
Мы с Пассгордом сделали
все, что было в наших силах. Он нисколько
не виноват в на-
шей неудаче.
В результате у нас оказался струнный квартет, в ко-
тором один инструмент все
время фальшивит, а второй иг-
рает хоть и по нотам, но не умея интерпретировать.
Третий инструмент играет чисто и уверенно, но я не
предоставил фон Сюдову нужного ему простора.
Самое поразительное, с какой совершенной
музы-
кальностью Харриет
Андерссон исполняет роль Карин.
Непринужденно, не спотыкаясь,
она скользит из одной за-
данной ей реальности в другую. Ее игра
пронизана чистотой
тональности и гениальностью.
Благодаря ей произведение
получилось терпимым.
Она творит фрагменты из другого фильма, который
я собирался писать, но не написал.
"Причастие"
257
Смотря четверть века спустя "Причастие", я ощущаю удо-
влетворение. И отмечаю, что ничего не заржавело, не при-
шло в негодность.
Первая запись сделана 26 марта
1961 года. Под за-
головком "Разговоры с Богом" в рабочем дневнике написа-
но: "Воскресное утро. ""Симфония псалмов". Работа с
"Rake's Progress". Я бился над оперой Стравинского "По-
хождения повесы" в Оперном театре - это было все равно
что взрывать гору. Приходилось ведь учить музыку наи-
зусть, а у меня в принципе отсутствует музыкальная па-
мять. "Нужно делать то, что необходимо. При отсутствии
необходимости никогда ничего не выйдет".
Иду в заброшенную церковь,
чтобы поговорить с
Богом, получить ответ. Окончательно
перестать
сопротивляться или же продолжать
возиться с эти-
ми бесконечными сложностями?
Привязанность к
более сильному, к отцу,
потребность в надежности
или желание разоблачить
его, того, кто существует
как издевательский голос
из прошлых столетий?
У этого разрушенного алтаря в заброшенной
церкви и разыгрывается драма.
Персонажи мате-
риализуются и исчезают.
И в центре все время это
"Я", которое угрожает, бушует,
молит, пытается
внести ясность в собственную
сумятицу. Сделать
=======================================================================
К стр. 257
"Симфония псалмов" - произведение
(1930) Игоря Стравинского для
хора и оркестра.
"Rake's Progress" - имеется в виду серия из 8 картин "Карье-
ра мота" (1732 - 1735) английского
художника Уильяма Хогарта, по-
служившая основой либретто
оперы Игоря Стравинского "Похожде-
ния повесы". Премьера спектакля
в постановке Ингмара Бергмана со-
стоялась 22 апреля 1961 г. на сцене Стокгольмской
королевской оперы.
======================================================================
258
дневную и ночную
сцены у алтаря. Последняя, за-
ключительная, всеобъемлющая
драма: "Я не выпу-
щу твоей руки,
пока ты не благословишь меня".
"Я" входит в церковь,
запирает за собой дверь и,
трясясь в лихорадке,
проводит там ночь. Отчаян-
ная ночная тишина,
склепы, мертвецы, шорох орга-
на и крыс, запах
бренности, песочные часы, ужас,
наваливающийся именно
этой ночью. Это Гефси-
мания, распятие,
приговор. "Боже мой, Боже мой!
Для чего Ты меня оставил".
"Я" нерешительно сбрасывает
свою старую
кожу, переступает через нее, через это
серое ничто.
Христос - добрый пастырь,
которого "Я"
любить не может.
"Я" должен его ненавидеть.
"Я" разрывает старую
могилу, спускается в нее и
пробуждает Мертвого.
Драма в моем представлении разыгрывается
как средневе-
ковое действо. Все происходит у алтаря. Меняется
лишь ос-
вещение - рассвет, сумерки и т. д.
Я предпочитаю носить в себе тяжкое наследие
ко-
смического ужаса, чем склониться перед
требова-
нием Бога подчиниться и молиться. Это
конец пер-
вой части. Зато разговор с женой церковного
сто-
рожа вполне реален. Она пришла запереть
двери,
поскольку целую неделю там никого не
ждут. Хо-
дит по церкви, что-то прибирая, приводя
в поря-
док. Потом дверь церкви громко хлопает,
"Я" ос-
тается в одиночестве.
Христос - тот, кого любят превыше всего.
Нетрудно страдать, зная
свое предназначение.
Истинное страдание - зная
заповедь любви, ви-
деть, как люди обманывают любовью самих
себя и
259
друг друга.
Как они оскверняют любовь. Тяжелее
всего
Христос, должно быть, страдал от собствен-
ной прозорливости.
Я начинаю самым безудержным, сбивающим с толку обра-
зом смешивать выдуманное "Я" с моим собственным:
Мне надо непременно
проникнуть внутрь "Как в
зеркале". Найти
дверь, за которой ни в коем слу-
чае не скрывается
никаких тайн. Я обязан во что
бы то ни стало
избежать блефа и трюков. Я обла-
даю всей мыслимой
властью, но готов отказаться
от нее. Конечно,
это не так просто, да и неизвест-
но, получится
ли. Ведь драматическими акциями
ничего не добьешься.
Речь все время об эрозии,
движении. В
тот миг, когда движение прекратится,
я умру. Но если
прибавить скорость, то ухудшится
видимость и
ты начнешь сомневаться, в том ли на-
правлении едешь.
Тут возникает жена, и набросок превращается в историю.
Сцены начинают приобретать определенные очертания:
Утром второго
дня пастор просыпается от того, что
кто-то колотит
в дверь церкви. Это жена пытается
проникнуть внутрь.
Она поднимает такой чудо-
вищный шум,
что он просто-напросто не рискует
оставлять ее
на улице. Она входит, руки и ноги у
нее забинтованы,
на лбу рана. Это все ее экзема.
Она взволнованна,
напугана и в то же время раз-
давлена. Эти
два человека любят друг друга и да-
ют друг другу
недвусмысленные доказательства
своей любви
и привязанности. Но она полностью
отреклась. Никакого
Бога нет. Поэтому его ожи-
дание
в церкви должно ей представляться
бес-
260
смысленной комедией.
Ее страдания очевидны, а
решение остаться с ним непоколебимо.
И тогда объектом его ненависти становится
она. Вечером она уходит,
оставив его в состоянии
ожесточения. В окна
пробиваются лучи багрового
солнца. Вокруг все
погружено в пугающий сумрак.
Совсем тихо,
твердым голосом он высказывает
свою ненависть к Богу,
ненависть к Христу. День
гаснет, гулкая тишина.
Он укладывается спать под
алтарем. Это самая
темная ночь, ночь уничтоже-
ния. Это пустое, ледяное
предвестие смерти, ду-
ховной смерти и гниения.
Проходит какое-то время. Где-то ближе к Иванову
дню я
записываю:
Мешает бесконечное количество всяких
дерьмо-
вых дел. Меня мучает совесть, на душе
тяжело и
уныло. Мой фильм
покрывается пылью и грязью.
Плохо.
Пусть будет так: после богослужения Рыбак
с женой заходят к
пастору Эрикссону. Жена рас-
сказывает пастору
о мужниных страхах. Пастор
Эрикссон, целиком
поглощенный своим гриппом, в
ответ говорит о всепобеждающей
силе любви. Ры-
бак молчит. Жена просит
мужа отвезти ее домой, у
нее дела, ей надо
к детям. Можно ведь вернуться
через полчаса или час.
Женщина с забинтованными руками
- не
жена, а любовница.
Жена умерла четыре года тому
назад. Любовница Мэрта,
худая, измученная, оди-
нокая женщина, потерявшая
веру. Она кипит не-
поддельным гневом. К
причастию идет из-за люб-
ви, чтобы быть поближе к любимому.
261
Не знаю, наверное, мне надо сначала по-на-
стоящему полюбить
своих персонажей, всерьез
проникнуться желанием помочь
им в их мытарст-
вах, а потом уж приступать к этой
драме. Нельзя
творить легкомысленно и натужно.
В начале июля мы уехали на Туре, и я начал
писать "При-
частие". 28 июля сценарий был закончен
- довольно бы-
стро для истории, сложной не своей
замысловатостью, а
своей простотой.
По первоначальному замыслу,
драма разыгрывается
в заброшенной церкви, закрытой в ожидании
будущей рес-
таврации, где орган сломан, а под
скамейками шныряют
крысы. Хорошая была идея! Человек запирается в забро-
шенной церкви и остается там наедине со своими
галлюци-
нациями. Одна-единственная декорация:
замкнутое про-
странство, маленькая церковка с алтарем и алтарным
трип-
тихом. Потом пространство меняется - от
рассвета, сол-
нечного света, захода солнца, темноты, ветра, всех неверо-
ятных звуков в тишине. Это был более
размашистый, не-
обузданный замысел, хотя, быть может, и более
театраль-
ный, больше театральная драма, чем кинофильм.
Но переход от религиозной
к высшей степени зем-
ной проблематике требовал других декораций.
И другого
освещения. Поэтому и разрыв с картиной "Как
в зеркале"
получился настолько решительным.
"Как в зеркале" - фильм
благодаря своей взвинчен-
ной эмоциональности романтичный и кокетливый,
в чем
вряд ли справедливо обвинять " Причастие".
Эти две кар-
тины можно связать воедино лишь в том случае,
если рас-
сматривать одну как стартовую площадку для
другой. Уже
тогда я яростно отрекся от "Как в зеркале". Только не го-
ворил об этом вслух.
"Причастие" тоже встретило сильное сопротивле-
-----------------------------------------------------------------------
"Роль Тумаса Эрикссона предъявляла жесткие пребования".
С Гуннаром Бьернстраидом на съемках "Причастия".
-----------------------------------------------------------------------
264
ние извне, начавшееся уже на
стадии производства. Но шеф
"СФ" Карл Андерс Дюмлинг
тяжело болел, а я находился
в положении, когда мог делать что хотел.
Настало время для
смертельного прыжка.
Или, выражаясь словами актера
Спегеля в "Лице", острого
лезвия, которое соскребло бы
всю грязь.
Я всегда старался завоевать расположение публики.
Но я был не настолько
глуп, чтобы не понимать, что из
"Причастия" кассового фильма
не получится. Печально, но
необходимо. Гуннару Бьернстранду
тоже приходилось не-
легко. Мы с ним сделали целый
ряд комедий, но роль Тума-
са Эрикссона предъявляла
жесткие требования. Вынужден-
ный изображать такого несимпатичного
человека, Гуннар
страдал. Дошло даже до
того, что он с трудом вспоминал
текст, чего с ним раньше никогда
не случалось. К тому же
он был не совсем здоров,
и поэтому нам приходилось до-
вольствоваться довольно
непродолжительными дневными
съемками. Натурные съемки
велись в Даларна, в местах,
граничивших с Орса Финнмарк.
Ноябрьские дни там ко-
ротки, а свет благодарный, но весьма своеобразный.
В картине нет ни единого солнечного
кадра. Мы
снимали только в пасмурную погоду или в туман.
Это - словно собирательный образ шведа, стоящего
у конца шведской действительности в
самую что ни на есть
скверную шведскую погоду.
Вдобавок картина в принципе
лишена фортиссимо.
Кроме одного эпизода - когда Тумас и Мэрта оста-
навливаются у железнодорожного
перехода и он говорит,
что стал пастором по желанию
отца. И тут мимо проносит-
ся грузовой состав с похожими
на громадные гробы вагона-
ми. Это единственная сцена,
отличающаяся сильным визу-
альными и акустическим эффектом.
В остальном же фильм
сделан предельно просто.
Однако под простотой скрывает-
265
ся сложность, ухватить которую нелегко.
На первый
взгляд сложность зта связана с религи-
озной проблематикой, но корни ее уходят
намного глубже.
Пастор умирает эмоционально. Он существует
по ту сторо-
ну любви, в сущности, по ту
сторону всех человеческих
отношений.
Его ад - потому
что он действительно живет в аду
- заключается в том, что он сознает свое положение.
Вместе с женой
он создал нечто в оде стихотворе-
ния. Стихотворения под названием " Бог есть
любовь и лю-
бовь есть Бог".
Она заболевает
раком, и ее страдания упрочивают
их симбиоз. Через боль он приходит
к нежности и ощуще-
нию реальности, той реальности, с
которой ему почти не
приходилось сталкиваться. Он обретает
собственную ре-
альность благодаря своему бессильному
горю при виде му-
чений жены.
Они с
женой - одного поля ягода, двое нашедших
друг друга детей-подранков, сообща,
с помощью красок
создающих себе сносную жизнь.
Их идеализм
хрупок, но он подлинный. При под-
держке жены он проповедует некое
романтическое религи-
озное учение, пробуждая местных жителей
к вере. Прихо-
жане слушают своего пастора. Говорит
он красиво, и жена
пастора тоже красива. Над приходом под
ли ласковые вет-
ры. Муж с женой ходят по домам,
беседуют со стариками,
поют псалмы. Судя по всему, оба
глубоко удовлетворены
своими олями.
Но вот жена
умирает, и его реальность гаснет. Те-
перь он, стиснув зубы, лишь исполняет свой долг. Жена
с ее
мягкой фальшивостью мертва, и образ Бога-отца поблек.
Он истекает
кровью эмоционально, ибо его наив-
ным, детским чувствам всегда недоставало субстанции.
Два
-----------------------------------------------------------------------
В церкви: Тумас (Гуннар Бьернстранд), Мэрта (Ингрид Тулин).
-----------------------------------------------------------------------
268
года после смерти жены
от живет один. А потом попадает в
цепкие объятия Мэрты.
Она любила его все время, даже
когда он был женат
и недоступен. Священник и учительни-
ца в небольшом местечке
- естественно, они тесно обща-
ются. Зима, тишина, их
одиночество и взаимный голод бро-
сают их в объятия друг друга.
Мэрта страдает от экземы, носящей психосоматиче-
ский характер. Он начинает
постепенно избегать ее, потому
что чувствует физическое
отвращение к ее болезни. С не-
умолимой ясностью
она понимает, что их отношения
лише-
ны любви. Но она настойчива.
Этот человек - ее предна-
значение. Ее кредо
- смесь искренности и насмешки:
"Я
просила ниспослать мне
предназначение в жизни и получи-
ла тебя!" Когда она,
преклонив колена, произносит свою
молитву, то обращается
не к Богу. И преклоняет колена
лишь потому, что так
принято в церкви. Она молит ниспос-
лать ей веру и надежность.
Стоя у быстрины над телом Юнаса,
Тумас с прон-
зительной очевидностью осознает,
что его жизнь потерпела
фиаско. И спустя несколько
часов он мстит той, которая его
любит. Этот трусливый человек
больше не в силах молчать.
К собственному удивлению,
он слышит свои слова: "При-
чина, главная причина - в том, что я не хочу
тебя".
М э р т а (про себя). Понимаю, я вела себя не-
правильно. Все время.
Т у м а с (с мукой). Мне надо ехать. Я погово-
рю с фру Перссон.
М э р т а. Да, я вела себя неправильно. Каж-
дый раз, проникаясь ненавистью к тебе, я стара-
лась превратить ненависть в сострадание. (Смот-
рит на него.) Мне было жалко тебя. Я так привы-
кла жалеть тебя, что теперь уже больше не могу те-
бя ненавидеть. (Улыбается извиняюще
- кри-
-----------------------------------------------------------------------
"В картине нет ни единого солнечного кадра".
Со Свеиом Нюквистом.
-----------------------------------------------------------------------
270
вой ироничной улыбкой.)
Он быстро вскидывает на нее глаза: опущен-
ные плечи, вытянутая вперед голова,
большие не-
подвижные руки, взгляд, вдруг
ставший беззащит-
ным и пронзительным, выглядывающие
из-под
жидких, неухоженных волос мочки
ушей.
М э р т а. Что с тобой будет...
без меня?
Т у м а с. Э! (Презрительный жест.
Закусы-
вает губу. Изнутри к голове приливает
тяже-
лое отвращение.)
М э р т а (безутешно). Нет, тебе
не справить-
ся. Ты погибнешь, мой милый Тумас.
Тебя ничто не
спасет. Ты ненавистью доведешь
себя до смерти.
Он встает и направляется к двери, и за эти
короткие мгно-
вения успевает прожить еще
более ужасную жизнь. Жизнь
без нее. Это безвозвратно, это конец, в школьном
зале хо-
зяйничает смерть. В дверях он оборачивается и
слышит соб-
ственный голос: "Может, поедешь со
мной во Фростнэс? Я
постараюсь быть хорошим".
Она поднимает глаза. На ее лице
строгое, замкну-
тое выражение.
М э р т а (сухо). Ты этого на
самом деле хо-
чешь? Или тебя просто снова обуял
страх?
Т у м а с. Поступай как знаешь,
но я прошу
тебя.
М э р т а. Разумеется. Конечно,
я поеду. У ме-
ня нет выбора.
Происходящеее - это дренаж. Не только для
него, но и для
нее. Он выворачивается наизнанку, а
она беззащитна. Она
внезапно понимает, что поступала неправильно, что
ее бур-
ные чувства были замешены на жестком згоизме.
271
В три часа того
же дня Тумас с Мэртой приезжают
во Фростнэс. Звонят колокола, созывая прихожан
на служ-
бу, и, как мне представляется, на Тумаса и Мэрту, молчали-
во идущих рядом в наступающих сумерках,
снисходит ка-
кой-то покой. Размышления Альгота о
покинутости тоже
пробуждают надежду. Тумаса на мгновение
озаряет, что
страдания Христа не отличаются от его
собственных: "Бо-
же мой, Боже мой! Для чего Ты меня оставил?"
Над Фростнэсом
и над Голгофой спускаются
сумерки.
Это понял Альгот
Фревик, и Тумас тоже на какой-
то миг осознает загадочную общность страдания.
Все выжжено,
теперь можно засевать вновь. Впер-
вые в жизни пастор
Эрикссон самостоятельно принимает
решение. Он служит мессу, хотя
в церкви никого, кроме
Мзрты Люндберг, нет.
Верующий человек
сказал бы, что пастор услышал
Божье слово. Неверующий предпочел бы
выразиться иначе
- Мзрта Люндберг и Альгот
Фревик помогают упавшему
собрату, готовому вот-вот уйти в землю, встать на ноги.
В таком
случае безразлично, молчит Бог или
говорит.
В "Латерне Магике" я пишу:
Готовясь к съемкам
"Причастия", я на исходе зи-
мы поехал осматривать
церкви Уппланда. Обычно,
взяв ключ у пономаря,
я заходил внутрь и прово-
дил там по многу часов,
наблюдая за блуждающим
светом и думая, чем
мне закончить фильм. Все бы-
ло написано и выверено,
кроме конца.
Как-то рано утром в воскресенье я позвонил
отцу и спросил, не
хотел бы он составить мне ком-
панию. Мать
лежала в больнице с первым инфарк-
том, и
отец жил в полном уединении. С руками и
273
ногами у него стало еще хуже, он передвигался
с
помощью палки и ортопедической обуви, но благо-
даря самодисциплине и силе воли
продолжал ис-
полнять свои обязанности в дворцовом
приходе.
Ему было семьдесят пять лет.
Туманный
день на исходе зимы, ярко белеет
снег. Мы приехали заблаговременно
в маленькую
церквушку к северу от Уппсалы.
Там на тесных
скамьях уже сидели четверо прихожан. В преддве-
рье перешептывались ризничий со
сторожем. У
органа суетилась женщина-органист.
Перезвон
колоколов замер над равниной, а священника
все
не было. В небе и на земле воцарилась
тишина.
Отец нетерпеливо заерзал, что-то бормоча.
Через
какое-то время со скользкого пригорка послышал-
ся шум мотора, хлопнула дверь, и по проходу, тя-
жело отдуваясь, заспешил священник.
Дойдя до
алтаря, он повернулся и оглядел паству покраснев-
шими глазами. Он был
худой, длинноволосый,
ухоженная борода едва прикрывала
безвольный
подбородок. Он кашлял, размахивая руками,
точ-
но лыжник, на затылке кучерявились волосы,
лоб
налился кровью. "Я болен.
Температура около
тридцати восьми, простуда, - проговорил священ-
ник, ища сочувствия в наших взглядах. - Я звонил
настоятелю, он разрешил мне сократить
богослу-
жение. Поэтому эапрестольной службы
и прича-
щения не будет. Мы споем
псалом, я прочитаю
проповедь - как сумею, потом
споем еще один
псалом и на этом закончим. Сейчас я пройду в риз-
ницу и переоденусь". Он поклонился и
в нереши-
тельности замер, словно ожидая
аплодисментов
или по крайней мере знаков
взаимопонимания.
-----------------------------------------------------------------------
"Я просила ниспослать мне предназначение в жизни и получила
тебя!" Гуннар Бьернстранд и Ингрид Тулин.
-----------------------------------------------------------------------
274
Не увидев никакой реакции, он исчез за тяжелой
дверью.
Отец, возмущенный,
начал приподниматься
со скамьи. "Я обязан поговорить с этим типом.
Пусти меня". Он выбрался в проход и, прихрамы-
вая, направился в ризницу, где состоялся короткий,
но сердитый разговор.
Появившийся вскоре ризничий, смущенно
улыбаясь, объявил, что состоится и запрестольная
служба, и причащение. Пастору поможет его стар-
ший коллега.
Органистка и немногочисленные
прихожане
запели первый псалом. В конце второго куплета
торжественно вошел отец - в белой ризе и с пал-
кой. Когда голоса смолкли, он повернулся к нам и
своим спокойным, без напряжения голосом произ-
нес: "Свят, свят Господь Саваоф! Вся земля полна
славы его!"
Что до меня, то я
обрел заключительную
сцену для "Причастия" и правило, которому сле-
довал и собираюсь следовать всегда: ты обязан,
невзирая ни на что, совершить свое богослуже-
ние.
==============================================================================
=================================================================================
Продолжение в 5 главе
======================
Слава
5 Глава
==============================================================
ДРУГИЕ
ФИЛЬМЫ
"К радости" - "Лето с Моникой"
277
"Стыд"
298
"Страсть"
304
"На пороге жизни"
311
"Осенняя соната"
326
====================================================================
ДРУГИЕ
ФИЛЬМЫ
===========================
"К радости"
- "Лето с Моникой"
277
Биргер Мальмстен собрался навестить своего друга детст-
ва, художника, обосновавшегося в Кань-сюр-Мер. Я соста-
вил ему компанию, и мы нашли маленькую гостиничку в го-
рах, высоко над гвоздичными плантациями, с широкой па-
норамой Средиземного моря.
Мой второй брак находился
на нулевой отметке.
Мы с моей тогдашней женой осторожно пытались в пись-
мах возродить нашу любовь. Одновременно я начал вспо-
минать время, проведенное в Хельсингборге. И набросал
несколько сцен из супружеской жизни. Выразить предсто-
яло немало - как мое понимание своего места в мире искус-
ства, так и супружеские осложнения, неверность и вер-
ность. Кроме того, я хотел сделать фильм, в котором было
бы много музыки.
В Хельсингборге имелся симфонический
оркестр с
явно недостаточным числом музыкантов, великолепно ис-
полнявший весь симфонический репертуар. Как только у
меня выдавалась свободная минута, я шел на их репетиции.
Для окончания сезона они выбрали Девятую симфонию
Бетховена. Одолжив у дирижера Стена Фрюкберга парти-
туру, я смог вжиться в бесстрашную работу маленького ор-
кестра и неоплачиваемого, но страстно увлеченного люби-
тельского хора. Их усилия были величественны и трога-
тельны. Великолепный сюжет для фильма.
278
Превратить актеров в моей автобиографической
картине в музыкантов и назвать ее "К радости" по
имени бетховенской симфонии мне показалось вполне есте-
ственным.
Я считал себя исключительно
талантливым челове-
ком. В профессиональном отношении неврозы меня не му-
чили. Я работал, потому что мне было интересно и были
нужны деньги. Ценность достигнутых мной результатов
меня волновала мало. Иногда, бывая подшофе, я просто по-
ражался собственной гениальности.
В фильме "К радости"
есть сцена, в которой разго-
рается дискуссия о том, как важно приходить вовремя на
репетицию и быть прилежным. Вот что я пишу в "Латерне
Магике" о годах, проведенных в Хельсингборге: "Репети-
ционный период был краток, подготовка - незначительна.
В итоге из наших рук выходила наспех изготовленная мас-
совая продукция. Но мне думается, это неплохо, даже по-
лезно. Молодежь должна постоянно сталкиваться с новыми
задачами. Инструмент необходимо все время испытывать и
закаливать. Техника оттачивается лишь благодаря тесному и
прочному контакту со зрителями".
Тот факт, что герой
фильма, молодой скрипач, ис-
полняет скрипичный концерт Мендельсона приблизительно
с тем же блеском, с каким я сделал "Кризис", неразрывно
связан с сюжетом.
"К радости" - безнадежно
неровная картина, но в
ней есть и несколько достойных сцен. Хорош эпизод ночно-
го выяснения отношений между Стигом Улином и Май-
Бритт Нильссон. Он хорош благодаря грамотной игре
Май-Бритт Нильссон. В нем отсутствует фальшь, ибо он
честно обнажает мои собственные супружеские проблемы.
Но "К радости" еще
и невероятная мелодрама -
взрывается роковой примус, бессовестно эксплуатируется
----------------------------------------------------------------------
"К радости": Май-Бритт Нильссон, Стиг Улин
и Виктор Шестрем.
"Летняя игра": "Мы снимали в островном мире внешних фьордов...
Налет подлинной нежности усиливпет Май-Бритт Нильссон".
----------------------------------------------------------------------
=====================================================================
К стр. 278
Нильссон Май-Бритт (р. 1924) - шведская актриса. В кино - с 1945
г.
У Бергмана сыграла в фильмах "К
радости", "Летняя игра", "Женщи-
ны ждут".
======================================================================
282
Девятая симфония Бетховена. В принципе я с полным по-
ниманием отношусь и к мелодраме, и к так называемой
"мыльной" опере. Перед тем, кто правильно пользуется ме-
лодрамой, раскрываются широкие эмоциональные возмож-
ности. Я способен - как в "Фанни и Александре" - на
абсолютную свободу. Только я должен знать, где проходит
грани а неприемлимого или смешного.
В фильме "К радости"
я этого не знал. Связь меж-
ду смертью жены и "An die Freude" Бетховена выявлена
небрежно, с непостижимым легкомыслием. Моя первона-
чальная история была лучше. Она кончалась просто-напро-
сто тем, что супруги расходились. Правда, они по-прежне-
му играют в одном оркестре, но жена получает предложение
из Стокгольма, что ускоряет развязку.
К сожалению, я не
сумел воплотить такую незамы-
словато-горькую концовку.
Мои фильмы того периода
страдают одним общим
недостатком - неспособностью изобразить на экране сча-
стливую молодость. Проблема, очевидно, состояла в том,
что я сам никогда не был молодым - только незрелым. Я
не общался с молодежью. Я жил в изоляции от нее, а она -
в изоляции от меня. Одновременно я с риском для жизни
страстно увлекся Яльмаром Бергманом и его манерными
молодежными повествованиями, что отразилось на "Летней
игре" и является самым серьезным изъяном "Земляничной
поляны".
Мир молодежи был чужим
для меня миром. Я за-
глядывал в него, оставаясь снаружи. И когда потом мне в
моих картинах требовалось воссоздать молодежный язык, я
прибегал к литературным шаблонам, кокетливом лепету.
В фильме "К радости"
я изображаю события не
только реальные, но и чрезвычайно личные - отсюда насто-
ятельная необходимость отстраниться, создать достаточный
283
обзор. Я не удержал дистанции по отношению к материалу,
и позтому карточный домик рассыпался.
Воплощение личностного
мотива "Летней игре"
получилось уже более достойно. Я сумел отстраниться по
крайней мере на расстояние вытянутой руки.
У "Летней игры" долгая
предыстория. Началом ее
послужил довольно трогательный, если смотреть во времен-
ной перспективе, любовный эпизод, пережитый мной одним
летом, когда семья жила на Урне. Мне было шестнадцать
лет, я, по обыкновению, увяз в школьных заданиях на лето,
лишь изредка принимая участие в развлечениях своих свер-
стников. Я был худ, прыщав, заикался, если не молчал, чи-
тая Ницше, да и одет был намного хуже всех других.
Фантастический мир лени и распутства в обрамле-
нии первозданного и чувственного пейзажа - а я совсем
один. На этом так называемом Райском острове, на дальней
его оконечности, ближе к фьордам, жила девочка, тоже
страдавшая от одиночества. Между нами возникла робкая
любовь, как бывает, когда встречаются два одиноких чело-
века. Она вместе с родителями обитала в большом, по-неле-
пому недостроенном доме. Мать ее отличалась несколько
увядшей, безжизненной красотой. Отец, перенесший кро-
воизлияние в мозг, неподвижно сидел в музыкальной гости-
ной или на обращенной к морю террасе. Их посещали уди-
вительные дамы и господа, любовавшиеся экзотическими
плантациями роз. В сущности, ты словно попадал на стра-
ницы рассказов Чехова.
Наша любовь умерла
с наступлением осени, но по-
служила основой новеллы, написанной мной после сдачи
школьного выпускного экзамена. Попав на "СФ" в качест-
ве негра-сценариста, я нашел ее и переделал в киносцена-
рий. Работа оказалась головоломной, я погряз в воспомина-
ниях, из которых никак не мог выпутаться. Я переписывал
285
сценарий несколько раз, но дело не шло. И тут на помощь
пришел Херберт Гревениус. Он обрезал все лишнее, выта-
щив на свет божий первоначальную историю. Благодаря
усилиям Херберта Гревениуса мой сценарий наконец одоб-
рили к производству.
Мы снимали в островном
мире внешних фьордов.
Ландшафт со своим неповторимым смешением культурной
застройки и первозданной дикости хорошо вписывался в
разные временные планы фильма - в летний свет и осенние
сумерки. Налет подлинной нежности усиливает Май-Бритт
Нильссон. Камера следит за ней с легко понятной влюблен-
ностью. Май-Бритт, впитав в себя суть истории, своей иг-
ривостью и серьезностью преодолела земное притяжение.
То были одни из моих самых счастливых съемок.
Но надвигались более
суровые времена. Вот-вот
должен был вступить в силу запрет на производство филь-
мов, и "СФ" торопилась сделать шпионский триллер "Та-
кого здесь не бывает" с импортированной из Голливуда
Сигне Хассо. По экономическим соображениям я согласил-
ся поставить его и практически на ходу перескочил с одной
картины на другую. "Летняя игра" была отложена. В пер-
вую очередь следовало делать "Такого здесь не бывает".
Для меня съемки превратились
в муку - прекрас-
ный пример того, как плохо себя чувствует человек, выпол-
няющий работу, к которой у него не лежит душа. Боль при-
чиняло вовсе не то, что я снимал заказную картину. Когда
позднее, в период запрета на производство фильмов, я ра-
ботал над серией рекламных роликов мыла "Бриз", мне бы-
ло даже интересно бросить вызов стереотипам рекламных
фильмов и поиграть с этим жанром, создавая киноминиатю-
ры в духе.Жоржа Мельеса. Фильмы "Бриз"" спасли жизнь
мне и моим семьям. Но это второстепенное обстоятельство.
Главное же - я мог свободно распоряжаться ресурсами и
----------------------------------------------------------------------
"Летняя игра":Май-Бритт Нильссон со Стигом Улином и
Анналисой Эриксон в зеркалах артистической уборной.
----------------------------------------------------------------------
====================================================================
К стр. 285
Хассо Сигне (р. 1915) - шведская актриса и
писательница. В кино
с 1937 г.
======================================================================
286
делать все, что пожелаю, с этим коммерческим материалом.
Кстати, меня никогда не возмущал тот факт, что промыш-
ленность выручает культуру деньгами. На протяжении всей
моей кинематографической деятельности я получал под-
держку от частного капитала. Мне никто ничего не давал
ради красивых глаз. Капитализм в качестве работодателя
жестоко откровенен и когда надо - довольно щедр. Нет
нужды терзаться сомнениями по поводу того, сколько ты
сегодня стоишь - полезный опыт и хорошая закалка.
Съемки "Такого здесь
не бывает" стали, как я уже
говорил, мучением с начала и до конца.
Я вовсе не имел ничего
против того, чтобы поста-
вить детектив или триллер. Не в этом была причина моего
поганого состояния. И не в Сигне Хассо. Ее - мировую
звезду - пригласили сняться в картине, которая, как с не-
постижимой тупостью надеялась "СФ", получит междуна-
родное признание. Посему "Такого здесь не бывает" дела-
лась в двух вариантах - на шведском и на английском язы-
ках. Но Сигне Хассо - талантливый, теплый человек - во
время съемок плохо себя чувствовала. Она не могла обхо-
диться без лекарств, и поэтому понять, находится ли она в
состоянии эйфории или депрессии, было невозможно. Безу-
словно, зто создавало определенные трудности, но не они
оказались решающими.
Творческий паралич
у меня наступил спустя четыре
съемочных дня.
В это время я познакомился
с прибалтийскими акте-
рами-эмигрантами, которым предстояло участвовать в
фильме. Я был в шоке от этой встречи. Внезапно я понял,
какой фильм нам бы надо поставить. Легкомысленно сколо-
ченная интрига "Такого здесь не бывает" на фоне некото-
рых судеб и опыта этих актеров-беженцев представлялась
чуть ли не непристойной. Не дожидаясь конца первой съе-
----------------------------------------------------------------------
Фильмы о мыле "Бриз": "Кин...
