Роберт Асприн. Другой отличный миф
страница №3
...гих религиозных групп о загробном мире для злых душ.Однако, те кто оставался, решили применить способность путешествовать
по измерениям, покупая и продавая диковины. И они утвердились в качестве
торговцев.
Что обычно в одном измерении, часто является редкостью в другом. По
мере роста этой практики, они становились богатыми и могущественными, а
также самыми прожженными торгашами во всех измерениях. Их умение торговать
передавалось от поколения к поколению и отшлифовалось до такой степени,
что теперь они не имеют равных. Они рассеялись по всем измерениям и лишь
при случае возвращаются на Деву посетить Базар.
- Базар? - переспросил я.
- Никто не может за одну жизнь широко путешествовать по всем
измерениям. Базар на Деве - это место, где деволы встречаются для торговли
друг с другом. Оказавшемуся там гостю из другого измерения будет
затруднительно не потерять слишком много, не говоря уже о том, чтобы
остаться при своих. Говорят, что, если ты заключил сделку с деволом, ты
поступишь мудро, если пересчитаешь после пальцы... потом руки и ноги, а
потом родственников.
- Картина мне ясна. А теперь как насчет бесов?
- Бесов, - Ааз произнес это слово так, словно оно имело дурной
привкус. - Бесы во всех отношениях сильно уступают деволам.
- Как так?
- Они - дешевые имитаторы. Их измерение, Бесер, расположено
поблизости от Девы, и деволы так часто торговались с ними, что чуть не
довели до банкротства своими неотразимыми "честными сделками". Чтобы
остаться при своих, они принялись подражать деволам, пытаясь толкать
диковинки по разным измерениям. Необразованному они могут показаться
умными и могущественными; фактически они при случае пробуют сойти за
деволов. Однако по сравнению с хозяевами они неумелые и некомпетентные
эпигоны.
Он замолк. Я поразмыслил над его словами, и они побудили меня к
новому вопросу.
- Скажи-ка, Ааз...
- Хмм? Да, малыш?
- А из какого измерения происходишь ты?
- С Извра.
- Тогда получается, что ты извращенец?
- Нет. Тогда получается, что я изверг. А теперь заткнись!
Я счел, что он хочет, чтобы я засыпал, и несколько минут хранил
молчание. Мне требовалось, однако, задать еще хоть один вопрос, если я
вообще намеревался обеспечить себе хоть какой-то сон.
- Ааз?
- Лежи спокойно, малыш.
- А это какое измерение?
- Хммм? Это Пент, малыш. А теперь, в последний раз, заткнись.
- Кто же, выходит, тогда я, Ааз?
Ответа не было.
- Ааз!
Я перекатился посмотреть на него. Он вглядывался в темноту и
внимательно прислушивался.
- Что такое?
- По-моему, у нас появилось общество, малыш.
Словно в ответ на его слова, я почувствовал дрожь в пологе, когда
что-то прошло сквозь него.
Я вскочил на ноги, когда на краю света от костра появились две
фигуры. Свет был неярким, но достаточным, чтобы открыть тот факт, что обе
фигуры носили снабженные капюшонами плащи убийц, и золотой стороной
наружу!
8
"Во время кризиса самое главное - не потерять голову".
М. Антуаннета
Несколько минут наша четверка стояла, замерев в немой сцене, изучая
друг друга. Мои мысли мчались вскачь, но не могли сфокусироваться на
определенном курсе действий. Я решил последовать примеру Ааза и просто
стоял, равнодушно рассматривая две фигуры, пытаясь игнорировать наведенные
на нас арбалеты.
Наконец, один из гостей нарушил молчание.
- Ну, Трокводл? Разве ты не собираешься пригласить своих друзей
присесть?
Удивительно, но с этим обращались ко мне!
- Гммм... - промычал я.
- Да, Трокводл, - протянул, поворачиваясь ко мне, Ааз. - И разве ты
не собираешься представить меня своим коллегам?
- Гм... - повторил я.
- Наверно, он нас не помнит, - саркастически заметила вторая фигура.
- Чепуха, - отозвался с равным сарказмом первый. - Двух своих самых
старых друзей? Брокхерста и Хиггенса? Как он может не помнить наши имена?
Одно то, что он забыл поделиться добычей, не означает, что он забыл наши
имена. Будь справедлив, Хиггенс.
- Честно говоря, Брокхерст, - ответил другой, - я предпочел бы, чтобы
он помнил про добычу и забыл наши имена.
Слова их были чопорными и небрежными, но арбалеты ни разу не
дрогнули.
Картина для меня начала проясняться. Очевидно, эти двое были как раз
теми бесами, которые, как уверял Ааз, никак не могли догнать нас. К
счастью, они принимали меня за беса, убившего Гаркина... по крайней мере,
я думал, что это к счастью.
- Господа! - воскликнул, шагнув вперед Ааз, - позвольте сказать,
какое для меня большое удовольствие...
Он остановился, когда Брокхерст одним плавным движением вскинул к
плечу арбалет.
- Я не уверен, кто ты, - протянул он, - но я бы не советовал тебе
соваться в это дело. Это наше личное дело, и оно касается нас троих.
- Брокхерст! - перебил Хиггенс. - Мне приходит в голову, что мы,
может быть, излишне торопливы в своих действиях.
- Спасибо, Хиггенс, - поблагодарил я испытывая крайнее облегчение.
- Теперь, когда мы установили контакт, - продолжал тот, вознаградив
меня ледяным взглядом, - я чувствую, что нам наверное следует привести
нашего попутчика, прежде чем мы продолжим эту... беседу.
- Я полагаю, ты прав, Хиггенс, - неохотно признал Брокхерст. - Будь
славным парнем и доставь его к нам, пока я прослежу за этими двумя.
- Я чувствую, что это будет неблагоразумно по двум причинам.
Во-первых, я отказываюсь приближаться к этому зверю в одиночку, а
во-вторых, это оставит тебя одного лицом к лицу с двумя, а это, как ты
понимаешь, неблагоприятное соотношение сил, если ты понимаешь мой довод.
- Вполне. Ну и что же ты предлагаешь?
- Чтобы мы оба доставили нашего попутчика и без задержки вернулись.
- А что помешает этим двум спешно отбыть?
- Тот факт, что мы будем следить за ними откуда-то из темноты с
арбалетами. Я считаю, что этого хватит, чтоб отвадить их от... э... любых
движений, которые могут быть э-э... неверно истолкованы.
- Отлично, - неохотно уступил Брокхерст. - Трокводл, я бы сильно
рекомендовал тебе не пытаться больше избегать нас. Хотя я не верю, что ты
можешь нас расстроить больше, чем уже расстроил. Это может успешно
спровоцировать нас на дальнейшие действия.
И с этим обе фигуры растаяли в темноте.
- Что будем делать, Ааз? - лихорадочно прошептал я.
Он, казалось, не слышал меня.
- Бесы! - презрительно фыркнул он, весело потирая руки. - Какая
удача!
- Ааз! Они же собираются убить меня!
- Хм? Расслабься малыш. Как я говорил, бесы доверчивы. Если бы они
действительно умели думать, они бы застрелили нас без разговоров. Я еще не
встречал беса, которому не смог бы заговорить зубы и обвести вокруг
пальца.
Он чуть склонил голову, прислушиваясь.
- Они уже возвращаются. Просто следуй моему примеру. Ах, да... Чуть
не забыл. Когда я дам тебе намек, сбрось личину с моих черт.
- Но ведь ты говорил, что они не могут нагнать...
Я оборвал фразу, так как вновь появились два беса. Они вели между
собой боевого единорога. Капюшоны их плащей были откинуты, открывая их
черты. Я умеренно удивился, увидев, что они выглядят людьми, нездоровыми,
но тем не менее, людьми. И тут я увидел Квигли.
Он деревянно сидел верхом на единороге, кренясь взад-вперед в такт
шагам единорога. Его глаза неподвижно смотрели вперед, а правая рука была
поднята вверх, словно бы отдавая честь. Свет костра отразился от его лица,
словно от стекла, и я с ужасом понял, что он теперь не был больше живым, а
статуей из какого-то неизвестного материала.
Любая уверенность, какую я мог приобрести от успокоений Ааза, одним
махом покинула меня. Доверчивы они или нет, бесы играли наверняка, и любая
ошибка, допущенная нами, будет, по всей вероятности, последней для нас.
- Кто это? - спросил, перебив мои мысли Ааз.
Я сообразил, что опасно близко подошел к показыванию предательских
признаков узнавания статуи.
- Для этого еще будет время позже, если оно действительно будет, -
сказал Хиггенс, мрачно бросая поводья единорога и поднимая арбалет.
- Да, - откликнулся, как эхо, Брокхерст, делая ход Хиггенса своим
арбалетом. - Сперва требуется уладить дело с объяснением, Трокводл.
- Господа, господа, - успокаивающе вмешался Ааз, шагнув между мной и
арбалетами. - Прежде чем вы продолжите, я должен настоять на том, чтобы
представиться как подобает. Если вы мне дадите минутку, пока я удаляю свою
личину.
Вид двух арбалетов так сильно напугал меня, что я чуть было не
пропустил намек. К счастью, я сумел собрать свои рассеявшиеся чувства и
закрыл глаза, неуверенно исполняя заклинание смены черт для возвращения
Ааза к его нормальной сомнительной внешности.
Не уверен, какой реакции я ожидал от бесов при этом превращении, но
увиденная мной, превзошла все мои ожидания.
- Нижние Боги побери! - ахнул Брокхерст.
- Извращенец! - ахнул Хиггенс.
- С вашего позволения, изверг! - улыбнулся Ааз, показывая все свои
заостренные зубы. - И никогда не забывайте этого, други-бесы.
- Слушаюсь! - тявкнули они хором.
Они стояли изумленные, с отвисшими челюстями, с болтающимися в руках
забытыми арбалетами. Из-за их полной ужаса реакции я начал подозревать,
что несмотря на всю свою похвальбу, Ааз, наверное, рассказал мне далеко не
все о своем измерении и о репутации его обитателей.
Ааз проигнорировал из взгляды и снова шлепнулся на свое место около
костра.
- А теперь, когда это установлено, почему бы вам не положить эти
глупые арбалеты и не присесть, чтобы мы могли поговорить, как
цивилизованные люди, а?
Он сделал нетерпеливый жест, и они поспешили подчиниться. Я тоже
вновь занял сидячее положение, не желая быть единственным оставшимся
стоять.
- Но... что за... почему вы здесь... сударь... если вы не возражаете
против этого вопроса? - сумел наконец выдавить весь вопрос Брокхерст.
Каким бы он не был некомпетентным бесом, он, безусловно, знал, как
пресмыкаться.
- А! - улыбнулся Ааз. - Это целая история.
Я устроился поудобнее. Это могло занять немало времени.
- Меня вызвал через барьер между измерениями некий Гаркин, один маг,
которого я никогда особенно не уважал. Он, казалось, ожидал каких-то
неприятностей от соперника и жаждал заручиться моей помощью в предстоящей
потасовке. Ну, как я уже сказал, Гаркин мне никогда не нравился, и я не
особенно рвался присоединиться к нему. В своей настойчивости он начал
становиться до такой степени неприятным, что я уже подумывал отойти от
своей нормальной добродушной натуры и предпринять против него какие-нибудь
действия, как вдруг появляется никто иной, как Трокводл, оказавший мне
услугу, всадив стрелу в старого ворошителя грязи.
Ааз с признательностью слегка махнул рукой в мою сторону. Я попытался
выглядеть скромным.
- Потом, мы естественно, поболтали и он упомянул, что работает на
некоего Иштвана и что его акция против Гаркина была лишь частью задания.
- Ты отвечал на вопросы о задании? - в ужасе обернулся ко мне
Хиггенс.
- Да, отвечал! - прорычал я ему. - А разве ты не стал бы этого
делать, учитывая обстоятельства?
- О, да... конечно... - он бросил нервный взгляд на Ааза и снова
погрузился в почтительное молчание.
- Так или иначе, - продолжал Ааз, - мне пришло в голову, что я в
долгу перед этим Иштваном за услугу с избавлением меня от надоедливой
досады, поэтому я предложил проводить Трокводла к его нанимателю, чтобы
иметь возможность предложить ему свои услуги, на ограниченной основе,
конечно.
- Ты бы мог подождать нас, - зло посмотрел на меня Брокхерст.
- Ну... я хотел... понимаете... я...
- Я настоял, - улыбнулся Ааз. - Видите ли, мое время очень дорого, и
я не желал тратить его на ожидание.
- О, - только и сказал Брокхерст.
Повлиять на Хиггенса было не столь легко.
- Вы могли бы оставить нам сообщение, - пробурчал он.
- Мы оставили, - сказал Ааз. - Мое кольцо, прямо на виду, на столе. Я
вижу, вы нашли его.
Он нацелил обвиняющий перст на Брокхерста. Я впервые заметил, что на
пальце у беса кольцо Гаркина.
- Это кольцо? - поразился Брокхерст. - Оно ваше? Я думал, что это
часть добычи из дома Гаркина, которую вы проглядели.
- Да, оно мое, - оскалил зубы Ааз. - Я удивлен, что вы не узнали его.
Но теперь, когда мы снова объединились, вы, конечно, вернете его?
- Разумеется! - Бес в спешке неловко завозился, снимая кольцо.
- Поосторожнее! - предостерег его Ааз. - Вы ведь знаете, как с ним
обращаться, не так ли? В руках несведущего оно может быть опасно.
- Конечно, знаю, - обиженным тоном ответил Брокхерст. - Нажимаешь
кольцо пальцами с обеих сторон. Однажды я видел такое на Базаре Девы.
Он бросил кольцо Аазу, и тот ловко поймал его и надел на палец. К
счастью, оно ему подошло. Я мысленно сделал заметку: попросить как-нибудь
у Ааза позволить мне попробовать применить кольцо, раз уж мы теперь знаем
как оно действует.
- Теперь, когда я объяснил, как насчет того, чтобы ответить на мой
вопрос? - сказал Ааз, наводя палец на статую Квигли. - Кто он?
- Мы сами не уверены, - признался Хиггенс.
- Все это действительно, крайне запутано, - добавил Брокхерст.
- Вы не против того, чтобы поподробнее с этим? - подтолкнул Ааз.
- Ну, это произошло примерно три дня назад. Мы шли по вашему следу,
чтобы... гм... надеясь воссоединить нашу группу. Вдруг из кустов впереди
нас галопом выскакивает этот рыцарь и преграждает нам путь. Впечатление
такое, словно он знал, что мы идем, и поджидал нас. "Иштван был прав! -
кричал он. - Эта местность и впрямь заражена и кишит демонами!"
- Иштван? - переспросил я, стараясь по мере сил выглядеть сбитым с
толку.
- Именно так он и сказал. Нас это тоже удивило. Я хочу сказать - как
же это так, мы работаем на Иштвана, а на нас нападает человек, который
утверждает, что он послан тем же нанимателем. Так или иначе он говорит:
"Зрите оружие своей гибели!" и выхватывает меч.
- Какого рода был этот меч? - невинно спросил Ааз.
- Ничего особенного. На самом деле, судя по всему, что мы видели,
немного ниже стандартного. Так вот, это поставило нас в затруднительное
положение. Мы должны были защищаться, но боялись причинить ему вред на тот
случай, если он все-таки действительно работает на Иштвана.
- И что же вы сделали? - спросил я.
- Честно говоря, мы сказали: "Черт с ним", и воспользовались легким
выходом. Хиггенс щелкнул его по лбу одним из своих каменных шариков и
заморозил на месте. С тех пор мы волокли его с собой. Мы думаем бросить
его на колени Иштвана и предоставить разбираться ему.
- Мудрое решение, - похвалил Ааз.
Они изящно склонили головы, принимая комплимент.
- Я хотел бы задать только один вопрос, - вмешался я. - Как же вы,
столь обремененные, сумели нас догнать?
- Ну, это была проблема непростая. Мы и так имели мало надежд догнать
вас, а с нашей обузой это, похоже становилось невозможным, - начал
Брокхерст.
- Нам, естественно, крайне не терпелось... э... присоединиться к вам,
и поэтому мы прибегли к отчаянным мерам, - продолжил Хиггенс. - Мы сделали
крюк, зайдя в Твикст, и обратились за помощью к тамошнему деволу. Это
обошлось нам не в один грош, но он, наконец, согласился телепортировать
нашу группу на тропу впереди вас, что и позволило нам вступить в желанный
контакт.
- Девол? Какой девол? - перебил Ааз.
- Фрумпель. Девол в Твиксте. Тот, которого...
Брокхерст вдруг оборвал фразу, глаза его подозрительно сузились. Он
метнул взгляд на Хиггенса, небрежно тянувшего руку к арбалету.
- Я удивлен, что Трокводл не упомянул вам про Фрумпеля, - промурлыкал
Хиггенс. - В конце концов, именно он и рассказал нам о нем.
9
"Чтобы функционировать эффективно, любая группа людей
или сотрудников должна иметь веру в своего лидера".
Кап. Блай /бывш/
- Да, Трокводл, - голос Ааза, если он вообще изменился, стал даже
более угрожающим, чем у бесов. - Почему ты мне не рассказал о деволе?
- Это... э... должно быть, вылетело у меня из головы, - промямлил я.
С массированным напряжением самоконтроля я бросил на бесов свой самый
испепеляющий взгляд, заставив себя игнорировать их угрожающие арбалеты. И
был вознагражден, увидев, что они действительно смутились и избегают моего
взгляда.
- Вылетело из головы! Более вероятно, что пытался скрыть от меня эти
сведения! - обвиняюще прогремел Ааз. - Ну, раз это теперь всплыло, давай
выкладывай остальное. Что насчет этого девола?
- Спроси у Брокхерста, - буркнул я. - Ему, кажется, не терпится
рассказать об этом.
- Ну, Брокхерст? - повернулся к нему Ааз.
Бес, оправдываясь, пожал плечами и начал.
- Ну, полагаю, большую часть новостей я уже вам рассказал. Есть один
девол, Фрумпель, проживающий в Твиксте. Он работает под псевдонимом Абдул
Торговец Коврами, но на самом деле занимается процветающей торговлей на
обычный манер Девы, продает и покупает через измерения.
- Что он делает в Пенте? - перебил Ааз. - Я хочу сказать - здесь же
нет большого бизнеса. Разве тут не вяловато малость на вкус девола?
- Ну, Трокводл сказал... - Брокхерст оборвал фразу, бросив на меня
взгляд.
- Продолжай, скажи ему, - я старался казаться смирившимся.
- Ну, - продолжал бес, - есть слух, что его изгнали с Девы и он
прячется здесь, стыдясь показать свое лицо в любом главном измерении.
- Изгнали с Девы? Почему? Что он сделал?
Я был рад, что вопрос задал Ааз. Исходи он от меня, он показался бы
странным.
- Трокводл нам не рассказывал. Сказал, что Фрумпель очень
чувствителен к этой теме и что нам не следует ее затрагивать.
- Ну, Трокводл? - повернулся ко мне Ааз.
Я был настолько захвачен рассказом, что потребовалось несколько
секунд, прежде чем я вспомнил, что действительно не знаю.
- Гм... Я не могу вам сказать.
- Что? - нахмурился Ааз.
Я начал гадать, насколько сильно захвачен рассказом он, и не потерял
ли он связь с реальностями ситуации.
- Я узнал его секрет случайно и хранил его как личную тайну, -
надменно заявил я. - Во время наших путешествий за последние несколько
дней я узнал о вас кое-какие интересные подробности и храню их с тем же
уважением. Я надеюсь, что вы с уважением отнесетесь к моему молчанию по
делу Фрумпеля, точно так же как, ожидаю, что и другие с уважением
отнесутся к моему молчанию по поводу дел, касающихся вас.
- Ладно, ладно, - уступил Ааз. - Мне понятен твой довод.
- Слушай... гм... Трокводл, - перебил вдруг Хиггенс. - Я предлагаю
всем нам скинуть личины, как наш друг извращ... гм, изверг. Нет смысла
терять энергию на хранение фальшивых лиц среди друзей.
Тон его был небрежен, но он, казалось, что-то подозревал. Я заметил,
что он не отнял руки от арбалета.
- Зачем? - заспорил было Брокхерст. - Я предпочитаю все время
сохранять свою личину, когда нахожусь в другом измерении. Это уменьшает
шанс забыть надеть ее в критический момент.
- Я думаю, Хиггенс прав, - заявил Ааз, прежде чем я успел поддержать
Брокхерста. - Я лично люблю видеть истинное лицо людей, с которыми
беседую.
- Ну, - проворчал Брокхерст, - если все настаивают...
Он закрыл глаза, сосредотачиваясь, и его черты начали колебаться и
таять.
Я не следил за всем процессом. Мои мысли отчаянно помчались обратно к
хижине Гаркина, к тому моменту, когда Ааз поднял обугленную голову убийцы.
Я поспешил представить рядом с ней свое собственное лицо и начал работать,
делая определенные модификации в его внешности для исправления
поврежденного огнем.
Закончив, я взглянул на них одним глазом. Двое других уже изменились.
Мое внимание сразу привлек их цвет. Их лица, в отличие от моего, были
розово-красными. Я поспешно закрыл глаза и сделал поправку.
Удовлетворенный, я открыл глаза и огляделся. Двое бесов
демонстрировали теперь явно заостренные уши и подбородки. Ааз выглядел,
как Ааз. Ситуация с тех пор, как прибыли бесы, полностью изменилась на
обратную. Вместо того, чтобы находиться нормально окруженным тремя
замаскированными демонами, я находился в окружении трех демонов, в то
время как замаскированным был я. Восхитительно.
- Ага. Вот так-то лучше, - фыркнул Ааз.
- Знаешь, Трокводл, - сказал Хиггенс, чуть склоняя голову на бок. -
Какой-то миг при свете костра ты выглядел иным. Фактически...
- Бросьте, бросьте, господа, - перебил Ааз. - Нам надо обсудить
серьезное дело. Иштван знает о существовании Фрумпеля?
- По-моему, нет, - ответил Брокхерст. - Если бы знал, то либо
завербовал бы его, либо поручил бы его убить.
- Хорошо, - воскликнул Ааз. - Он вполне может оказаться ключом к
нашему замыслу.
- Какому замыслу? - спросил я.
- Нашему замыслу против Иштвана, конечно.
- Что? - воскликнул Хиггенс, полностью отвлекаясь от меня. - Вы с ума
сошли?
- Нет, - огрызнулся Ааз. - Это Иштван сошел. Я имею ввиду: подумайте,
разве он вел себя особенно стабильный?
- Нет, - признался Брокхерст. - Впрочем это относится к любому
другому встреченному мой магу, включая и нынешнюю компанию.
- Кроме того, - перебил его Хиггенс, - я думал, вы отправились помочь
ему.
- Это было до того, как услышал ваш рассказ, - заметил Ааз. - Я не
особенно рвусь работать на мага, который натравливает друг на друга своих
же собственных сотрудников.
- А когда он это сделал? - спросил Хиггенс.
Ааз сделал сердитый жест.
- Подумайте, господа! Неужели вы забыли о нашем друге с каменным
лицом? - он ткнул большим пальцем в сторону фигуры на единороге. - Если вы
правильно помните свою повесть, его слова, кажется, означали, что он
послан Иштваном вам на перехват.
- Это верно, - подтвердил Брокхерст. - Ну и?
- Что значит "ну и"? - взорвался Ааз. - Вот то-то и оно! Иштван
послал его убить вас! Либо он пытался сократить накладные расходы, убивая
своих убийц до расплаты, либо он настолько психически неустойчив, что
хлещет вслепую по всем, включая собственных сотрудников. В любом случае,
он не кажется самым благонадежным из нанимателей.
- Знаете, я считаю, что он говорит дело, - заметил я, решив оказать
какую-нибудь помощь в этом обмане.
- Но если это правда, то что же нам делать? - спросил Хиггенс.
- У меня нет твердого плана действий, - сказал Ааз. - Но у меня есть
кое-какие общие идеи, которые могут нам помочь.
- Такие, как?.. - подтолкнул Брокхерст.
- Вы возвращаетесь к Иштвану. Совершенно ничего не говоря о своих
подозрениях. Если вы скажете, то он может найти вас опасными и выступить
против вас немедленно. И далее, откажитесь от любых новых заданий, чтобы
находиться как можно ближе к нему. Узнайте все о его привычках и
слабостях, но ничего не предпринимайте, пока там не появимся мы.
- А куда отправитесь вы? - спросил Хиггенс.
- А мы отправимся немного поболтать с Фрумпелем. Если мы собираемся
выступить против Иштвана, то поддержка девола может оказаться неоценимой.
- И, вероятно, неприобретаемой, - проворчал Брокхерст. - Никогда не
встречал девола, принимающего чью-либо сторону в бою. Они предпочитают
находиться в положении продающих обе стороны.
- И что значит "мы"? - спросил Хиггенс. - Разве Трокводл не
отправится с нами?
- Нет. Я привык к его обществу. Кроме того, если девол не согласится
на помощь, то никак не помешает иметь под рукой убийцу. Фрумпель слишком
могуч, чтобы можно было позволить ему помогать Иштвану.
Пока Ааз говорил, Брокхерст небрежно нагнулся назад, выходя из его
поля зрения и произнес Хиггенсу одними губами слово: "извращенец". Хиггенс
тихо кивнул, соглашаясь, и они оба бросили на меня сочувствующие взгляды.
- Ну, что вы думаете? - спросил в заключение Ааз.
- Хмм... а что будем делать с ним? - Хиггенс, дернув головой, указал
на статую Квигли.
- Мы возьмем его с собой, - поспешно вставил я.
- Конечно! - согласился Ааз, бросив на меня темный взгляд. - Если вы
вернетесь с ним к Иштвану, тот может заподозрить, что вы поняли его
вероломство.
- Кроме того, - добавил я, - мы, может быть, сумеем оживить его и
убедить присоединиться к нам в предстоящей битве.
- Тогда, я полагаю, вам понадобиться противоядие, - вздохнул Хиггенс,
выуживая из-под плаща пузырек и бросая его мне. - Просто побрызгай на
него, и через несколько минут он превратится в нормального. Однако,
поберегись. В нем есть что-то странное. Он кажется, способен насквозь
видеть наши личины.
- А где меч, о котором вы говорили? - спросил Ааз.
- У него в сумке. Поверьте мне, это барахло. Если бы он не придавал
ему такое большое значение, мы не стали бы брать его с собой. Когда он
оживет, любопытно будет выяснить, за что он его принимал.
- Ну, я считаю, что это как раз охватывает примерно все, - вздохнул
Брокхерст. - Я предлагаю нам выспаться, а утром сразу же отправиться своей
дорогой.
- Я предложил бы отправиться в путь сейчас, - намеком сказал Ааз.
- Сейчас? - воскликнул Брокхерст.
- Но ведь сейчас полночь, - заметил Хиггенс.
- Могу ли я напомнить вам, господа, чем дольше вы вдали от Иштвана,
тем больше шансов, что он пошлет к вам другого убийцу?
- А знаете, он прав, - задумчиво проговорил я.
- Полагаю да, - проворчал Хиггенс.
- Ну, - сказал Брокхерст, поднимаясь на ноги, - тогда, я полагаю, мы
тронемся в путь, как только разделим добычу Гаркина.
- Напротив, - заявил Ааз. - Мы не только не будем делить добычу, но я
бы еще предложил вам передать нам все имеющиеся в вашем распоряжении
капиталы.
- Что?! - хором воскликнули они, мгновенно схватившись за арбалеты.
- Подумайте, господа, - успокаивающе проговорил Ааз. - Мы же
попытаемся торговаться с деволом за его поддержку. Как вы сами сказали,
деволы чудовищно неразумны в своих ценах. Мне было бы очень неприятно
думать, что наши переговоры могут провалиться из-за отсутствия капиталов.
Наступило вполне содержательное молчание. Бесы пытались найти изъян в
логике Ааза.
- А, ладно, - уступил наконец Брокхерст, опустив арбалет и
потянувшись за кошельком.
- Я по-прежнему думаю, что от этого не будет никакого проку, -
проворчал Хиггенс, копируя движения Брокхерста, - Купить помощь девола,
вероятно, нельзя даже при финансовой поддержке гномов.
Они передали кошельки Аазу, и тот рассудительно прикинул их вес,
прежде чем спрятать их в собственный пояс.
- Положитесь на меня, господа, - улыбнулся Ааз. - У нас, извергов,
есть методы убеждения, действующие даже на деволов.
При этих словах бесы задрожали и стали тихонько удаляться.
- Ну... хм... Я полагаю, мы еще встретимся, - промямлил Хиггенс. -
Будь осторожен, Трокводл.
- Да, - добавил Брокхерст, - и будь уверен, когда закончите, что
девол либо с нами, либо мертв.
Я попытался придумать, что бы сказать в ответ. Но прежде, чем мне
пришло что-либо в голову, они уже скрылись.
Ааз вскинул бровь в мою сторону, и я предостерегающе держал поднятую
руку, пока не почувствовал, что они прошли через полог. И просигналил ему
кивком.
- Они ушли, - сказал я.
- Прекрасно! - весело произнес Ааз. - Разве я не говорил тебе, что
они доверчивы!
На сей раз я вынужден был признать, что он прав.
- Ну, а теперь отсыпайся, малыш. Как я уже говорил, завтра предстоит
деловой день, а теперь дело совершенно неожиданно начинает выглядеть так,
что он будет еще более деловым.
Я починился, но меня продолжал беспокоить один вопрос.
- Ааз?
- Да, малыш?
- А из какого измерения происходят гномы?
- Из Зоорика, - ответил он.
На этой ноте я отправился спать.
10
"Человеку ни за что не реализовать всех своих
возможностей, пока он прикован к земле. Мы
должны взлететь и покорить небеса".
Икар
- Ты уверен, что мы способны управиться с деволом, Ааз? - я сознавал,
что за последние несколько дней задал этот вопрос бесконечное множество
раз, но все еще по-прежнему нуждался в успокоении.
- Да, расслабишься ты или нет, малыш? - проворчал Ааз. - Ведь я же
был прав насчет бесов, не так ли?
- Я полагаю, так, - признался я после некоторых колебаний.
Я не хотел говорить этого Аазу, но случай с бесами доставил мне мало
радости. Опасность была слишком близка для моего душевного спокойствия. С
той встречи мне непрерывно снились кошмары, в которых фигурировали бесы и
арбалеты.
- Посмотри на это так, малыш. При хоть какой-нибудь удаче этот тип
Фрумпель сумеет восстановить мои способности. Это вызволит тебя из
опасного положения.
- Полагаю, что да, - согласился я без особого энтузиазма.
Он несколько раз выдвигал этот довод, с тех пор как узнал о Фрумпеле.
И каждый раз, когда он это делал, это вызывало у меня все то же чувство
беспокойства.
- Тебя что-нибудь тревожит, малыш? - спросил Ааз, чуть склонив
голову.
- Ну, этого... Ааз, если ты вернешь свои способности, ты еще захочешь
держать меня учеником?
- Именно это и грызет тебя? - он казался искренне удивленным. -
Конечно, захочу. За какого мага ты меня принимаешь? Я выбираю учеников не
как попало.
- Разве ты не чувствовал, что я обуза?
- Сначала может быть, но не теперь. Ты был в начале дела Иштвана и
заслужил право быть в конце.
По правде говоря, я отнюдь не жаждал присутствовать при встрече Ааза
с Иштваном, но это, похоже было ценой, которую мне предстояло уплатить,
если я намерен продолжать общаться с Аазом.
- Гмм... Ааз?
- Да, малыш?
- Всего лишь один вопрос.
- Обещаешь?
- Как это?
- Ничего. Какой вопрос, малыш?
- Если ты вернешь свои способности, а я же по-прежнему буду твоим
учеником, в каком измерении мы будем жить?
- Хмм... Честно говоря, малыш, я действительно не уделял этому
вопросу особенного внимания. Вот что я тебе скажу: мы сожжем этот мост,
когда подойдем к нему, ладно?
- Ладно, Ааз.
Я попытался отвлечься от этой темы. Может быть, Ааз прав - нет смысла
беспокоиться о проблеме, пока мы наверняка не узнаем, что она существует.
Может быть, он не вернет своих способностей. Может быть, в конце концов я
и окажусь тем, кто станет драться с Иштваном. Восхитительно!
- Эй! Следи за зверем, малыш!
Голос Ааза оборвал цепочку моих мыслей. Мы вели между собой боевого
единорога, и зверь выбрал именно этот момент, чтобы показать норов. Он
заржал и поднялся на дыбы, а затем уперся ногами в землю и замотал
головой.
Ааз протянул руку, пытаясь ухватить его за узду и получил за свои
старанья крепкий удар рогом в предплечье.
- Спокойно, Лютик, - ласково сказал я. - Вот так, пай-мальчик.
Зверь воспринял мои увещевания, сперва успокоившись, нервно роя
копытом землю, потом наконец потершись о меня мордой.
Жест этот, хоть и дружелюбный, но не безопасный, если им награждает
тебя единорог. Я шустро нырнул под его качнувшийся рог и быстро огляделся
вокруг. Сорвав с ближайшего куста оранжевый цветок, я скормил его
единорогу с вытянутой руки. Он принял подношение и стал довольно жевать
его.
- По-моему, этот зверь не любит демонов, - мрачно сказал Ааз, потирая
ушибленную руку.
- На то есть причина, - сказал я. - Я хочу сказать, что он ведь был
скакуном охотника на демонов.
- Тебя он, однако, кажется, принимает достаточно охотно, - сказал
Ааз. - Ты уверен, что ты не девственник?
- Разумеется, нет, - ответил я самым обиженным тоном.
На самом деле так оно и было, но я скорее предпочел бы оказаться
скормленным слизням-вампирам, чем признаться в этом Аазу.
- Кстати, коль речь зашла об охотниках на демонов, тебе бы не мешало
проверить, как там наш друг, - сказал Ааз. - Дело может стать немного
неприятным, если отломится рука или еще что-нибудь, прежде чем мы его
восстановим.
Я поспешил проверить это. Мы смастерили для статуи-Квигли волокушу,
чтобы избежать необходимости каждую ночь снимать, а потом сажать его, не
говоря уже о спасении от трудов седлать и расседлывать единорога. Основная
часть доспехов и снаряжения разделяла волокушу со статуей-Квигли, что,
похоже, доставило огромную радость единорогу. Волочь весь этот груз было
явно легче, чем нести его на своей спине.
- С ним, кажется, все в порядке, Ааз, - доложил я.
- Хорошо, - фыркнул он. - Мне бы крайне не хотелось думать, что с ним
что-нибудь стрясется, этак случайно.
Ааз был все еще не очень доволен нашими попутчиками. Он лишь со
скрипом уступил моей логике - прихватить их с собой в качестве
альтернативы тому, чтобы их оставить. Я утверждал, что они могут оказаться
потенциально полезными в торге с деволом или когда мы наконец в открытую
померяемся силами с Иштваном.
На самом деле причины у меня были совершенно иные. Я чувствовал себя
немного виноватым из-за подставки Квигли под удар бесов, и хотел, чтобы у
него больше не было неприятностей.
- Путешествие стало бы намного легче, если бы мы его оживили, -
сказал я с надеждой.
- Забудь об этом, малыш.
- Но, Ааз...
- Я сказал - забудь об этом! А на тот случай, если ты забыл: главное
времяпрепровождение этого конкретного господина заключается в розыске и
уничтожении демонов. Ну, хоть я и сознаю, что обаяние моей личности
заставило тебя забыть об этом, но я - демон. И как таковой не готов
принять в попутчики живого, дышащего и, главное функционирующего охотника
на демонов.
- Мы одурачил его прежде! - возразил я.
- Но не навсегда. Кроме того, как ты будешь практиковаться в магии,
если мы его оживим? Пока мы не встретимся с деволом, ты все еще наша
лучшая ставка против Иштвана.
Я хотел бы, чтобы он перестал упоминать об этом. Мне становилось
невероятно неуютно, когда он это делал. Кроме того, я не мог придумать на
это хорошего возражения.
- Я полагаю, ты прав, Ааз, - признал я.
- Тебе лучше поверить, что я прав. И между прочим, раз уж мы
остановились, то это место кажется весьма подходящим для твоего следующего
урока.
Я воспрянул духом. Кроме естественного нетерпеливого желания развить
свои магические способности, я в предложении Ааза увидел молчаливое
заявление, что он пока доволен моими прежними успехами.
- Ладно, Ааз, - согласился я, накидывая поводья единорога на
ближайший куст. - Я готов.
- Хорошо, - улыбнулся Ааз, потирая руки. - Сегодня мы будем учить
тебя летать.
Я снова упал духом.
- Летать? - переспросил я.
- Именно это я и сказал, малыш. Летать. Волнительно, не правда ли?
- Почему?
- Что значит - почему? Всегда с той поры, как мы бросили ревнивый
взгляд на воздушных тварей, мы хотели летать. А теперь у тебя есть шанс
научиться летать. Вот потому-то и волнительно!
- Я хочу сказать, почему мне захотелось бы научиться летать?
- Ну... потому что все хотят летать.
- Я - нет, - подчеркнуто сказал я.
- Почему - нет?
- Хотя бы потому, что боюсь высоты, - ответил я.
- Это недостаточная причина, чтобы не учиться, - нахмурился Ааз.
- Но я еще не слышал никаких доводов, зачем мне это, - ответил я.
- Слушай, малыш, - принялся увещевать меня Ааз. - Это же не столько
полет, сколько плавание в воздухе.
- Разница от меня ускользает, - сухо заметил я.
- Ладно, малыш. Позволь мне изложить это так. Ты мой ученик, верно?
- Верно, - подозрительно согласился я.
- Ну, а я не собираюсь держать ученика, не умеющего летать! Усек? -
рявкнул он.
- Ладно, Ааз. Как это делается? - Я понимаю, когда меня обставляют.
- Вот так-то лучше. На самом-то деле это не связано ни с чем, чего ты
еще не знаешь. Ты ведь умеешь левитировать предметы, верно?
Озадаченный, я медленно кивнул.
- Ну, а все, чем является полет, это левитирование самого себя.
- Как это? Еще раз.
- Вместо того чтобы твердо стоять на земле и поднимать предметы, ты
отталкиваешься своей волей от земли и поднимаешь самого себя.
- Но если я не буду касаться земли, откуда же я буду черпать силу?
- Из воздуха! Брось, малыш, ты же маг, а не элементал.
- А что такое элементал?
- Забудь об этом. Я хочу сказать, что ты не привязан к какому-либо из
четырех элементов. Ты - маг. Ты управляешь ими, или по крайне мере,
влияешь на них и черпаешь из них свою энергию. Когда ты летаешь, то все,
что тебе нужно, это черпать энергию из воздуха вместо земли.
- Если ты так утверждаешь, Ааз, - с сомнением сказал я.
- Отлично. Сначала отыщи силовую линию.
- Но ведь мы покинули ее, когда свернули проведать девола, - сказал
я.
- Малыш, силовых линий великое множество. Одно лишь то, что мы
покинули какую-то наземную силовую линию, не означает, что мы совершенно
вне контакта с ней. Проверь-ка, нет ли силовой линии в воздухе?
- В воздухе?
- Поверь мне малыш. Поищи.
Я вздохнул и закрыл глаза. Обратив лицо к небу, я пытался представить
обоюдоострое копье. Сперва я не мог этого сделать, а потом вдруг
сообразил, что вижу копье, но другое. Оно было не такое яркое и светилось
ледяной голубизной и белизной.
- По-моему я нашел его, Ааз! - ахнул я.
- Оно бело-голубое, верно? - саркастически усмехнулся Ааз.
- Да, но не такое яркое, как последнее.
- Оно, вероятно, дальше от линии. А, впрочем, оно достаточно близко,
чтобы ты черпал энергию. Ну, попробуй, малыш. Зацепись за эту силовую
линию и оттолкнись от земли. Но не торопись.
Я сделал, как было сказано, мысленно стараясь перекачивать энергию из
этого ледяного видения. Ощущаемый мной прилив сил не был похож ни на один
из испытанных мной прежде. Когда я раньше вызывал мощь, я чувствовал тепло
и благоухание, а на этот раз была прохлада и расслабленность. Поток
энергии действительно позволял чувствовать себя более легким.
- Отталкивайся, малыш! - прозвучал голос Ааза. - Мягче!
Я лениво коснулся мыслью земли, лишь мимоходом осознавая любопытное
чувство, когда под ногами нет практически ничего.
- Открой глаза, малыш! Устрани дифферент!
На этот раз голос Ааза казался неожиданно далеким. Я в удивлении
открыл глаза.
Я плыл примерно в десяти футах над землей под углом, стремительно
смещавшимся к горизонтали. Я летел!
И тут на меня бросилась земля. Я пережил мгновение изумленной
озадаченности, а затем она врезалась в меня с зубодробительной
реальностью.
Какой-то миг я лежал и принужденно загонял в легкие воздух, гадая, не
сломал ли я чего.
- С тобой все в порядке, малыш? - надо мной вдруг обрисовался Ааз. -
И вообще что случилось?
- Я... я летал! - выдавил я, наконец, из себя эти слова.
- Да, ну и что? О, понятно. Ты был так удивлен, что забыл, что должен
поддерживать поток энергии, верно?
Я кивнул, будучи не в состоянии говорить.
- Из всех тупых... Слушай, малыш, когда я говорю, что ты будешь
летать, ты верь этому!
- Но...
- Никаких "но"! Либо ты веришь в меня как в учителя, либо нет. Тут не
может быть никаких "но"!
- Извини, Ааз. - Дыхание вновь вернулось ко мне.
- А... я не собирался вот так набрасываться на тебя, малыш, но ты
чуть не до смерти напугал меня этим падением. Ты должен понять, что теперь
ты принимаешься за некоторые виды весьма мощной магии. Ты должен ожидать,
что она сработает. Внезапный разрыв в неподходящий момент, наподобие
этого, может убить тебя, или меня, если уж на то пошло.
- Я постараюсь запомнить, Ааз. Мне попробовать еще?
- Не усердствуй несколько минут, малыш. Полет может взять у тебя
много сил, даже без падения.
Я закрыл глаза и подождал, пока не перестанет кружиться голова.
- Ааз? - позвал я, наконец.
- Да, малыш?
- Расскажи мне об Извре.
- Что насчет него?
- Мне просто пришло в голову, что эти бесы были просто до смерти
напуганы, когда узнали, что ты изверг. Какой репутацией пользуется твое
измерение?
- Ну, - начал он. - Извр - самообеспечивающееся, неприветливое
измерение. У нас возможно, и не самые лучшие бойцы, но они достаточно
близки к этому, чтобы путешественники из других измерений поторопились
уступить им место. Технология и магия существуют у нас бок о бок и
переплелись друг с другом. В общем и целом это создает весьма мощный
узелок.
- Но почему кто-то должен этого бояться?
- Как я сказал, в Извре есть много притягательного. Одним из побочных
эффектов успеха является изобилие прихлебателей. Было время, когда мы
быстро подошли к тому, чтобы потонуть в массе беженцев и иммигрантов из
других измерений. Когда они стали уж слишком нам досаждать, мы положили
этому конец.
- Как? - нажал я.
- Во-первых, вытурили всех посторонних, которые не вносили свой
вклад. А потом, в качестве добавочной меры стали распространять слухи об
определенном антиобщественном отношении извергов к выходцам из других
измерений.
- Какого рода слухи?
- О, обычные. Что мы едим своих врагов, пытаем людей для развлечения
и предаемся половой практике, считающейся сомнительной по стандартным
меркам любого из измерений. Люди не знают, сколько тут правды, а сколько -
преувеличения. Но никто не рвется выяснить это из первых рук.
- А сколько тут правды, Ааз? - спросил я, приподнявшись на локте.
Он зло усмехнулся мне.
- Достаточно, чтобы эти слухи выглядели правдивыми.
Я собирался спросить его, что требуется для того, чтобы считаться
иммигрантом, вносящим свой вклад, но решил пока этого не делать.
11
"Одна из радостей путешествия - это возможность посетить
новые города и познакомиться с новыми людьми."
Ч. Хан
- Ах! Какой великолепный образец цивилизации! - хохотнул, не
выдержав, Ааз, оглядываясь вокруг и восторгаясь, словно ребенок, впервые
попавший на ярмарку.
Мы небрежно прогуливались по одной из менее оживленных улиц Твикста.
Всюду валялись где попало мусор и нищие, в то время как глаза-бусинки
грызунов, как человеческие, так и нечеловеческие, изучали нас из
затемненных дверей и окон. Город представлял собой скопление зданий,
прилепившихся вокруг армейского аванпоста, снабженного гарнизоном больше
по привычке, чем по необходимости. Встречаемые иногда нами солдаты
настолько выродились по сравнению с подтянутым образцом вербовочного
плаката, что часто трудно было сказать, кто выглядел более грозно -
стражник или явно уголовный тип, которого он сторожил.
- Если ты спросишь моего мнения, это больше похоже на человечество в
его наихудшей разновидности, - мрачно пробурчал я.
- Именно это я и сказал: великолепный образец цивилизации!
Я мало что мог сказать на это, не чувствуя себя завлекаемым на
очередную философскую лекцию Ааза.
- Ааз, это мое воображение или люди пялятся на нас?
- Расслабься, малыш. В подобном городе жители всегда инстинктивно
стремятся определить на глаз характер чужака. Они пытаются угадать, жертвы
мы или хищники. Наша задача - гарантировать им, что мы относимся ко второй
категории.
Чтобы проиллюстрировать свой довод, он вдруг круто обернулся и
пригнулся, словно кот, обводя грозным взглядом пройденную улицу и положив
руку на рукоять меча.
В окнах и дверных проемах возникло неожиданное движение, когда
примерно дюжина полуразличимых фигур снова растаяла в темноте.
Одна фигура не исчезла. Девка облокотилась о подоконник, сложив руки
так, чтобы подчеркнуть полуприкрытые груди, и приглашающе улыбнулась ему.
Он улыбнулся и помахал ей. Она нахально медленно провела кончиком языка по
губе и неприлично подмигнула.
- Гм... Ааз?
- Да, малыш?
- Мне бы крайне не хотелось вмешиваться, но ведь предполагается, что
ты дряхлый старик, помнишь?
Ааз все еще носил личину Гаркина. И кажется этот факт на мгновение
выскочил у него из головы.
- Хмм? Ах, да. Я полагаю, что ты прав, малыш. Однако, это, кажется,
никого не волнует. Может быть, в этом городишке привыкли к старикам.
- Ну, а не мог бы ты, по крайней мере, перестать хвататься за меч?
Ему же полагается быть нашим боевым сюрпризом.
Ааз теперь носил плащ убийцы, который он опять быстро запахнул, чтобы
спрятать меч.
- Да, слезешь ты наконец с моей спины, малыш? Я же сказал, никто,
похоже, не обращает на нас ни малейшего внимания.
- Никто? - я указующе мотнул головой в сторону девицы в окне.
- Эта? Она обращает на нас не больше внимания, чем на любого другого
на улице.
- В самом деле?
- Ну, если и обращает, то больше на тебя, чем на меня.
- На меня? Брось, Ааз.
- Не забывай, малыш, что ты теперь весьма впечатляющая личность.
Я моргнул. Это мне не пришло в голову. Я забыл, что на мне теперь
была личина Квигли.
Мы спрятали охотника на демонов у городской черты. На самом деле,
вообще-то мы его закопали. Поначалу это предложение меня шокировало, но,
как указал Ааз, статуя не нуждалась в воздухе, и это был единственный
имевшийся у нас верный способ гарантировать, что его не найдет кто-нибудь
другой.
Даже боевой единорог, стоявший за нами, теперь полностью оседланный и
в броне, не помогал мне держать в уме свою новую личность. Мы уже слишком
долго путешествовали вместе.
Полагаю, мне следовало теперь получать какое-то удовлетворение от
того факта, что я мог сохранять не только одну, но и две личины без
сознательных мыслей об этом. Я его не получал. Меня нервировала
необходимость помнить, что со стороны я кажусь иным, чем вижу себя сам.
Я бросил быстрый взгляд на девку. Когда наши глаза встретились ее
улыбка заметно расширилась. Она проявила свой увеличивающийся энтузиазм,
высунувшись еще дальше из окна, и я начал беспокоится, что она может
вывалится... из окна или из платья.
- Что я тебе говорил, малыш? - Ааз восторженно хлопнул меня по плечу
и бесстыдно подмигнул.
- Я предпочел бы нравиться ей таким, какой я есть на самом деле, -
мрачно проворчал я.
- Цена успеха, малыш, - философски ответил Ааз. - Ну, не имеет
значения. Мы здесь по делу, помнишь?
- Правильно, - твердо сказал я.
Я повернулся, чтобы продолжить наш путь, и преуспел только в том, что
крепко ударил Ааза по ноге своим мечом.
- Эй! Поосторожней, малыш!
В этом ношении меча было, кажется, больше, чем виделось небрежному
взгляду.
- Извини, Ааз, - начал оправдываться я. - Эта штука немного
тяжеловата на конце.
- Да? Откуда ты это знаешь? - огрызнулся мой товарищ.
- Ну... ты говорил.
- Я говорил? Так не пойдет, малыш. То, что тяжеловато на конце для
меня, может не быть тяжеловато на конце для тебя. Баланс оружия - дело
личное.
- Ну... полагаю, я просто не привык носить меч, - признался я.
- Это легко. Просто забудь, что ты носишь его. Думай о нем, как о
части себя самого.
- Так я и думал. Именно тогда я и стукнул тебя.
- Хмм... мы еще поговорим об этом позже.
Уголком глаза я все еще видел девку. Она захлопала в ладоши, бесшумно
аплодируя, и послала мне воздушный поцелуй. И я вдруг сообразил, что, по
ее мнению, я намеренно стукнул Ааза - чтобы сокрушить противника. Даже
больше, она одобряла этот жест.
Я снова посмотрел на нее - на этот раз более пристально. Может быть,
позже я дам шанс Аазу на время ускользнуть и...
- Мы должны найти Фрумпеля, - прервал мои разбегающиеся мысли голос
Ааза.
- Хмм... А как, Ааз?
- Путем быстроты и хитрости. Смотри, малыш.
Сказав это, он бросил быстрый взгляд вокруг. Из-за угла как раз
появилась стайка из трех шалопаев, деловито занятых игрой в неотдавалку с
шапкой одного из них.
- Эй! - окликнул их Ааз. - Где мне найти лавку Абдула Торговца
Коврами?
- Две улицы прямо и пять налево! - крикнули они в ответ, показывая
направление.
- Видишь, малыш? Это было совсем нетрудно.
- Восхитительно, - отозвался я, не особенно впечатленный этим.
- А теперь что не так, малыш?
- Я думал, мы стараемся избежать ненужного внимания.
- Не беспокойся, малыш.
- Не беспокойся?! Мы идем к деволу по делу, которое,
предположительно, является важным, а ты, кажется, решил устроить, чтобы
все, кого мы увидим, заметили нас и узнали, куда мы идем.
- Слушай, малыш, как обычно ведет себя человек, когда он приходит в
новый для себя город?
- Не знаю, - признался я. - Я бывал не в столь уж многих городах.
- Ну, позволь мне вкратце обрисовать тебе. Они хотят быть
замеченными. Они флиртуют и поднимают большой шум. Они пялятся на женщин и
машут людям, которых никогда раньше не видели.
- Но именно это-то мы и делаем.
- Правильно! Теперь ты понимаешь?
- Нет.
Ааз испустил раздраженный вздох.
- Брось, малыш. Подумай минутку, даже если это и болезненно. Мы ведем
себя как любой другой в незнакомом городе, поэтому никто не посмотрит на
нас дважды. На нас обратят не больше внимания, чем на любого
новоприбывшего. А вот если бы мы последовали твоему предложению, и вошли
бы в город крадучись, ни с кем не разговаривая, ни на что не глядя, и
действительно упорно старались быть незамеченными, тогда каждый житель и
его младший брат уставились бы на нас, пытаясь выяснить, что же это мы
затеяли. Теперь ясно?
- Я... я думаю, да.
- Хорошо. Потому что вот и наша цель.
Я моргнул и посмотрел в направлении его указующего перста. Там между
кузницей и кожевенной мастерской притулилась лавка. Как я сказал,
городская жизнь была мне в новинку, но я признал бы в ней лавку торговца
коврами, даже если бы ее и не украшала большая вывеска, провозглашавшая ее
таковой. Весь фасад вывески был щедро разукрашен геометрическими узорами,
которые явно должны были состязаться с узорами ковров, находящихся внутри.
Полагаю, ей предназначалось выглядеть богатой и процветающей. Я же находил
ее непростительно безвкусной.
Наш разговор настолько поглотил меня, что я на мгновение забыл о
нашей миссии. Однако, теперь, когда непосредственно перед нами предстала
лавка, ко мне мигом вернулась моя нервозность.
- Что мы будем делать, Ааз?
- Прежде всего, думается мне, я опрокину рюмашку.
- Рюмашку?
- Правильно. Если ты думаешь, что я собираюсь состязаться с деволо...
